RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

В российской политике мужиков мало...
13 апреля 2016 г.

В российской политике мужиков мало...

Зато есть великолепная женщина, которая показывает пример героизма мужчинам или тем, кто таковыми называется
Пять с половиной полётов
24 декабря 2013 г.

Пять с половиной полётов

Последнее интервью космонавта Геннадия Михайловича Стрекалова
СССР уничтожили предатели
19 августа 2013 г.

СССР уничтожили предатели

19 августа 1991 года руководство Советского Союза (минус Горбачев) попыталось остановить развал страны, но нижестоящая власть во главе с Ельциным совершила госпереворот
Легенда Львовского училища
5 января 2018 г.

Легенда Львовского училища

В 2018 году знаменитому полковнику Константину Непейводе исполнилось бы 100 лет
Не отдадим Арктику америкосам!
4 сентября 2017 г.

Не отдадим Арктику америкосам!

Еще одна «горячая» точка находится в самом холодном океане Земли
Главная » Герои нашего времени » Звездный «мешок» (морская история)

Звездный «мешок» (морская история)

17 июля — День Военно-морской авиации России

Рассказ о разведывательном полете в районе экватора
Звездный «мешок» (морская история)

Наш большой противолодочный корабль «Адмирал Трибуц» вошёл в экваториальную зону западной части Индийского океана. За трое суток до этого мы оторвались от американского фрегата, следившего за нами с самой Атлантики, но было опасение, что теперь нас встретят корабли Пятого флота США, контролирующего западную часть Индийского океана и Персидский залив. Важно засечь их первыми и условно атаковать. Такова извечная фабула военной игры между противоборствующими сторонами в ходе океанской боевой службы.
Для того, чтобы засечь, понятное дело, требуются средства разведки. На корабле они невелики: оперативные данные, получаемые из Центра по каналам связи, плюс сканирование акватории бортовой радиолокационной станцией – в радиусе примерно до 25 километров. На «Трибуце» была ещё и авиагруппа, нередко используемая в разведывательных целях. В её состав входили два корабельных вертолета Ка-27 и полтора десятка летунов и технарей, которые в перерывах между полетами вели полуанархический образ жизни. Поскольку для авиаторов существовал особый режим труда и отдыха, а также имелась система дополнительного питания, то личный состав авиакрыла корабельный распорядок дня практически игнорировал. Авиагруппа была даже отселена в спецотсек, где разрешалось использовать электроплитки для разогревания доппайка. По ночам, особенно после полётов, там жарилось-шкварилось мясо, вскрывались консервные банки, разливался по кружкам спирт (шило, как называют этот напиток на флоте), которого у авиаторов всегда было вдоволь. Откуда он, я понял только после происшествия, о котором собираюсь рассказать.
Моя каюта находилась рядом с авиационным спецотсеком. На «Трибуце» я был в командировке в качестве специального корреспондента центральной военной газеты «Красная звезда» в звании капитана первого ранга. В связи с таким особым положением мой образ жизни на корабле тоже был полуанархическим, посему я быстро сдружился с летунами и частенько засиживался у них во время ночных кутежей. Особенно близко мы сошлись с командиром авиакрыла капитаном Александром Терещенко и штурманом старшим лейтенантом Валерием Бабельским, которые дружили между собой. Нужно сказать, их взаимоотношения сразу же показались мне чуждыми элементарной гармонии. Терещенко был лет на десять старше Бабельского, но холостяковал и даже разговоров о женитьбе не тепел – он был, хотя и не молод – лет тридцати пяти, но красив и, чувствовалось, любим женским полом. Во всяком случае, рассказывал «под шило» о многочисленных любовных похождениях. А у Бабельского и жена была, и двое маленьких детей. По характеру друзья были противоположны во всем, как лед и пламень. Бабельский молчалив, угрюм, серьезен. Терещенко – фонтан анекдотов, розыгрышей, смеха. В общем, они представляли собой совершенно невозможный по всем теориям симбиоз, который, тем не менее, на практике оказался крепким и даже полезным для дела – мужики хорошо дополняли друг друга.
Как-то я попытался уговорить Терещенко взять меня в полёт над океаном, пообещав опубликовать в «Красной звезде» репортаж об этом и прославить их «на весь мир». Это, конечно же, неимоверно увлекло веселого капитана. Но он все-таки долго противился. Дело в том, что в боевой обстановке (а полеты над океаном, да еще в зоне действия Пятого флота США относились именно к таковой), категорически запрещалось брать на борт вертолета посторонних. В принципе, я мог попытаться получить разрешение у главнокомандующего ВМФ. Но, во-первых, переписка по закрытым каналам связи – дело очень муторное и долгое, а, во-вторых, если бы я получил отказ, то уже никак нельзя было провернуть эту операцию неофициально – всё выглядело бы как открытое неповиновение.
В одну из наших ночных посиделок я додавил-таки Терещенко. А на следующий день «Трибуц» вошел в экваториальную зону, и авиакрылу была поставлена задача провести ночную разведку. Это задание командир авиагруппы взял на себя. С ним должны были лететь Бабельский и кто-то из операторов. Я подошел к Терещенко и напомнил о ночном разговоре. Он безрадостно согласился. Мы разработали целую операцию сокрытия. Я перед взлетом подошел к вертолету, как будто для того, чтобы сфотографировать экипаж в кабине, а за мгновение до запуска винта по условному знаку Терещенко нырнул под машину и через нижний люк пробрался на место оператора, которому в тот день дали неофициальный выходной.
Вертолет, поднимая водяную пыль, завис над кормой корабля, и боковой ветер сразу же вступил в борьбу с командиром экипажа. Он начал бесцеремонно заносить вертолету хвост, пытаясь навалить машину на корабельную надстройку. Терещенко хладнокровно манипулировал ручкой управления — и корабль начал быстро уменьшаться в размерах, уходя в сторону.
В блистер я заметил, что красное остывающее солнце еще на расстоянии двух своих дисков висело над горизонтом, и его мягкий свет розово растекался по поверхности океана. Солнце в экваториальных широтах по вечерам падает отвесно, поэтому день сменяется ночью почти без переходов. Так что у нас было всего с десяток минут, чтобы полюбоваться вечерним океаном с высоты. Вскоре вода стала темнеть, приобретать фиолетовые оттенки. Четко обозначились белые усы, торчащие из-под форштевня корабля, и кильватерный след за кормой. Набирая высоту, мы все дальше уходили от корабля вперед, и вскоре его силуэт поглотило расстояние и сгущающаяся темнота.
Там предстояло произвести визуальную и радиолокационную разведку далеко впереди по курсу корабля. Перед вылетом я успел переговорить с командиром «Адмирала Трибуца» капитаном второго ранга Владимиром Еловским о том, чем является для корабля бортовая авиация. Мне хотелось получить совершенно определенный ответ на вопрос: чего же больше она дает командиру - пользы или хлопот? Еловский и не собирался скрывать, что хлопот, конечно, много. И не только от беспокойной команды летунов и технарей. Полеты вертолетов — большая нагрузка для корабля. Практически весь экипаж — каждый человек на своем месте — участвует в их подготовке и проведении. А какова ответственность командира! Риск неожиданных ситуаций при полетах с палубы достаточно велик. Океан даже для большого корабля опасен, а поведение стихии зачастую непредсказуемо. Маленький же вертолет уязвимей многократно. Однако, подчеркнул Еловский, только тактически слепой командир может лишь с этих позиций оценивать корабельные вертолеты. Палубную авиацию не зря называют длинной рукой корабля. Она способна вести дальнюю разведку и заблаговременно предупреждать командира о приближении противника или иных опасностях. Вертолет эффективно ведет поиск подводных лодок, а при необходимости может и наносить по ним бомбовый удар. Очень широки возможности винтокрылого труженика в перевозке людей, грузов, запчастей, почты. В этом, кстати, мы в походе не раз убеждались. Что же касается риска, то ведь это — стихия военных людей.
Не прошло и полчаса, как ночь поглотила все цвета. И вверху, и внизу (отраженные океаном) мерцали звезды. Это уже похоже на космический полет. От Терещенко я знал, что авиаторы называют такую ситуацию звездным «мешком» и не очень-то ее любят: можно легко грабануться, перепутав низ и верх.
Командир экипажа будто закаменел в своем кресле. Приборы, органы управления и темнота впереди – похоже, только это занимало его внимание. Полет продолжался уже час, а событий не происходило. Вокруг темнота и звезды. И вдруг Бабельский пробубнил:
- Не зря керосин жгли!
Он ткнул пальцем на засветку на экране PJIC и доложил командиру:
- На цель – курс сорок.
Терещенко резко повернул вертолет. Вскоре под нами в темноте проступили бусинки ходовых огней какого-то корабля. Снизились и, хотя близко подходить не стали, отчетливо увидели, что это военный корабль, по размерам близкий к нашему, похоже, американский фрегат. Терещенко вычислил элементы движения американского корабля, и отвернул вертолет от него. Мы еще минут двадцать рыскали по акватории, и вдруг Бабельский с тревогой в голосе сообщил:
- Что за чертовщина! Командир, дальний привод пропал!
- Что значит – пропал!? – удивился Терещенко.
- Видно, какая-то свинья обесточила приводную радиостанцию.
- Да хрен с ней, давай курс на корабль по карте.
После затянувшегося молчания послышался виноватый голос Бабельского:
- Не вел я прокладку, командир.
- Даже приблизительно?
-Нет. На привод понадеялся.
- Ну, редиска! Что делать будем?!
Ситуация складывалась гадостная. Привод – это как радиомаяк для вертолета. Как предположил Терещенко, во время вечернего проветривания палуб (есть такая команда на корабле) какой-нибудь молодой матрос нечаянно отключил рубильник приводной станции. «Маяк» потух. Это было бы полбеды, если бы Бабельский с самого начала вел штурманскую прокладку, то есть навигационное счисление пути вертолета. Тогда можно было бы, точно зная своё место в океане, определить курс выхода на «Трибуц». Но Бабельский понадеялся на технику, и теперь мы находились посреди Индийского океана, совершенно не зная, куда рулить. Связаться с кораблем по радио тоже не могли. На вертолете имелась только ультракоротковолновая станция, которая работала примерно на расстоянии визуальной видимости.
Через некоторое время Терещенко обратился ко мне:
- Горючего осталось пятьдесят процентов. Его в обрез, даже если бы мы точно знали курс на корабль. А американец вон – светится неподалеку. Может быть, сядем до выяснения? На ваше решение.
Начальником для экипажа, разумеется, я не был. Но в критической ситуации, как старший по воинскому званию, мог принимать решения. Я посмотрел в сторону американца. На корабле ярко горела иллюминация, освещая площадку для посадки вертолета.
- Какое гостеприимство! — съязвил Бабельский. — Приглашают, садитесь, мол, мы вам будем рады...
- Заткнулся бы, - огрызнулся Терещенко. - Заварил кашу, а теперь геройствуешь! Машину спасать надо. И тебя — дурака.
- Сколько вертолет продержится на воде, если мы не найдем «Трибуц»? – спросил я командира.
- Сорок минут.
Мне вспомнилась лоция этой части океана. В ней отмечалось, что здесь имеется несколько банок – приподнятостей, покрытых кораллами, в которых кишат акулы. Перспектива оказаться в этих водах меня явно не прельщала. Но идти в гости к америкосам не лучше. К нашим офицерам у них отношение известное – накачают наркотой, вывезут в Штаты и объявят, что мы сами попросили политического убежища. Нет, уж лучше в пасть акуле, но с честью, чем к американским «друзьям».
- Терещенко, - обратился я к командиру, - мы в основном летели на северо-восток, поворачивай теперь на юго-запад. Все-таки в сторону «Трибуца», может быть, на дальность УКВ-связи выйдем.
Возвращение мне показалось долгим и утомительным. Вибрация, которую поначалу я не замечал, начинала все переворачивать внутри. Звездный «мешок» теперь казался не прекрасно-романтическим, как раньше, а зловещим. Но через некоторое время Бабельский прокричал командиру:
- Привод включился! Курс на корабль – 234 градуса.
Когда показались огни «Трибуца», они для меня были самым дорогим, что только есть в этом безбрежном океане!
Посадочная площадка на корме светилась маленьким пятнышком. Трудно было поверить, что в него можно попасть. Но вот квадратик света стал стремительно расти и приближаться. Вместе с ним и корабельные надстройки. В какое-то мгновение показалось, что мы неминуемо врежемся в них. Вертолет завис, окутался клубами водяной пыли, которая словно белой эмульсией залепила блистер, полностью ослепив командира. Нужно было срочно включать систему орошения блистера. Но Терещенко и не думал этого делать. Штурман приоткрыл дверь и, наблюдая за прохождением машины над кромкой палубы, скорректировал посадку. Вертолет коснулся палубы, но тут же слегка оторвался от нее, потому что палуба накренилась на волне. Наконец, машина осела, слившись в одно целое с кораблем.
- Топливо – по нулям, - весело констатировал Терещенко. – Еще минута и нам — амба!
- Почему же ты, нехороший человек, редиска, орошение не включил? А если бы с первого захода не сели? На чем второй круг делали бы?
- В нашем флоте, - многозначительно подняв указательный палец, проговорил не без театральной гордости Терещенко, - всегда с первого захода совершают посадку, даже вслепую. А почему орошение не включил, про то вы узнаете на разборе полетов в нашем отсеке через полчаса. Милости просим!
Ночью в спецотсеке жарилось-шкварилось мясо, вскрывались консервные банки, разливалось по кружкам шило, которого у авиаторов как всегда было вдоволь. Поднимая наполненную емкость, Терещенко обратился ко мне:
- Система орошения вертолета работает на спирте, но ведь жалко выбрасывать на ветер этот эликсир жизни, вот и приходится разрабатывать новые, причем, несомненно, передовые приемы посадки вслепую.
Стол задрожал от всеобщего хохота. Перекрывая его, я не сдержался от подначки:
- Тут-то ты осмелел, а когда привод потеряли, чуть к америкосам не сел.
- Так то мы вас проверяли, товарищ каперанг. Неужели вы поверили, что я у этих гадов спасения искать бы стал? Спросите у ребят, мы заранее договорились. За ваш на отлично сданный экзамен! – Терещенко протянул руку с емкостью, и еще полтора десятка кружек двинулись навстречу моей. Пришлось выпить до дна. И ведь было за что!

 

Сергей Турченко
16 июля 2013 г.

Комментарии:

Александра 05.11.2013 в 14:02 # Ответить
Извините, хотелось бы узнать, в каком году произошло данное событие и остались ли фотографии героев истории.

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
15 ноября
четверг
2018

В этот день:

День призывника

15 ноября в России отмечается Всероссийский день призывника

День призывника

15 ноября в России отмечается Всероссийский день призывника

Он  установлен указом президента РФ в 1992 году «в целях повышения общегосударственной значимости и престижа воинской службы, улучшения военно патриотического воспитания молодежи».

В этот день военкоматы устраивают празднично-патриотические мероприятия, организуют для призывников экскурсии в воинские части, проводят разъяснительную работу среди родителей призывников. Призывники встречаются с ветеранами Великой Отечественной войны, а также участниками контртеррористических операций, посещают памятники воинам-героям, музеи, выставки оружия, места наиболее известных баталий. В Федеральном законе № 53-ФЗ от 28 марта 1998 года «О воинской обязанности и военной службе», в частности, говорится, что «военная служба — особый вид федеральной государственной службы, исполняемой гражданами, не имеющими гражданства (подданства) иностранного государства, в Вооруженных Силах Российской Федерации,...». Призыв новобранцев в Вооруженные Силы РФ проходит 2 раза в год: с 1 апреля по 15 июля и с 1 октября по 31 декабря. Согласно пункту 1 статьи 26 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», призыв на военную службу призывников включает: явку на медицинское освидетельствование; явку на заседание призывной комиссии; явку в военный комиссариат для отправки к месту прохождения военной службы; нахождение в военном комиссариате до отправки к месту прохождения военной службы.

Избиение французов под Красным

15 ноября 1812 года началось боевое столкновение в районе поселка Красное между русской армией М. И. Кутузова и отступающей из России бывшей «Великой армией» Наполеона в ходе Отечественной войны 1812 года.

Избиение французов под Красным

15 ноября 1812 года началось боевое столкновение в районе поселка Красное между русской армией М. И. Кутузова и отступающей из России бывшей «Великой армией» Наполеона в ходе Отечественной войны 1812 года.

 Суммарные потери французов сравнимы с потерями при Бородине. Французы потеряли более 200 орудий и практически все орудийные заряды.

Впоследствии Клаузевиц оценил потери французской армии за 4 дня боёв в 33 тыс. человек и 230 орудий. В надписи на 24-й стене Храма Христа Спасителя (Галерея воинской славы) указано, что с 15 по 18 ноября в боях под Красным у русских выбыло немногим более 2 тысяч солдат и офицеров.

Фактически бывшая «Великая армия» потеряла способность к сопротивлению. Это было избиение младенцев. Из воспоминаний Дениса Давыдова: «Целые толпы французов при одном появлении небольших наших отрядов на большой дороге поспешно бросали оружие».

 

Стечкин и его пистолет

15 ноября 1922 года родился Игорь Яковлевич Стечкин (ум. 2001), конструктор автоматического оружия, в первую очередь, знаменитого АПС.

Стечкин и его пистолет

15 ноября 1922 года родился Игорь Яковлевич Стечкин (ум. 2001), конструктор автоматического оружия, в первую очередь, знаменитого АПС.

По окончании школы в 1941 году Стечкин стал студентом Тульского механического института. В 1948 году защитил диплом на тему «Самозарядный пистолет калибра 7,65 мм», консультантом его был знаменитый Н. Ф. Макаров. По окончании института Стечкин был распределен в ЦКБ-14, где занимался разработкой стрелкового оружия.

Самая известная работа конструктора 9-миллиметровый автоматический пистолет Стечкина (АПС). Эффективная дальность его стрельбы составляет: при стрельбе одиночными выстрелами с примкнутой кобурой-прикладом — 150 м; при стрельбе очередями с примкнутой кобурой-прикладом — 100 м; при стрельбе одиночными выстрелами без кобуры-приклада — 50 м. Он был принят на вооружение в 1951 году, но до сих пор широко применяется в спецслужбах. После распада СССР пистолет стал использоваться в различных локальных конфликтах. Пистолет АПС брали с собой на боевые вылеты в Чечне российские летчики вместе с АКС-74У. Для обороны и ближнего боя АПС предпочитали и снайперы из-за малых габаритов, по сравнению с тем же АКС-74У и пистолетами-пулеметами, и большой эффективности стрельбы на коротких дистанциях. АПС постепенно стал пользоваться популярностью в МВД. Пистолет Стечкина использует СОБР, ОМОН, различные спецподразделения ФСБ и ФСО.

В общей же сложности на счету Стечкина — более 60 разработок и свыше 50 изобретений.

Стечкин участвовал в создании противотанковых управляемых ракет «Фагот» и «Конкурс», среди его разработок — автоматы «Модерн», «Абакан», револьверы «Кобальт» и «Гном» и другое оружие. В последние годы он разработал несколько моделей пистолетов («Дротик», «Бердыш», «Пернач»), предлагавшихся для замены пистолета Макарова и автоматического пистолета Стечкина.
Скончался И. Я. Стечкин 28 ноября 2001 года, похоронен в Туле на Смоленском (1-м Городском) кладбище.

К-19 против “Гэтоу”: подводный таран

15 ноября 1969 года в Баренцевом море произошло столкновение советской атомной подводной лодки с американской субмариной.

К-19 против “Гэтоу”: подводный таран

15 ноября 1969 года в Баренцевом море произошло столкновение советской атомной подводной лодки с американской субмариной.

Причина банальная: американцы, в нарушение международных норм, вели разведку нашего побережья и подставились.

Когда К-19 решила увеличить глубину с 60 до 90 метров, она неожиданно для самой себя во что-то врезалась. Командир приказал всплыть. Выяснилось, что получены значительные повреждения носовой части. Тем не менее лодка всё же смогла самостоятельно вернуться в базу в надводном положении. Пострадавших на борту не было.

Много позже стало известно, что командир торпедного отсека американской лодки, приняв столкновение за намеренный таран, пытался торпедировать К-19, но американский капитан вовремя отменил его приказ. Считается, что именно после этого в американском ВМФ ввели запрет на самостоятельные решения офицеров об атаке без разрешения на то командира судна.

В то время командиром К-19 был Валерий Шабанов. На сайте http://k19.ru/2007/10/08/konec-xirosimy/ имеются его воспоминания: “Гэтоу” (USS Gato) занималась разведкой у наших берегов. Как потом выяснилось, у нее была сверхсовременная разведывательная аппаратура, она нарушала и ей было разрешено их командованием нарушать международные воды. Она подходила к острову Кильдин на 1,5–2 мили, чуть ли не вплотную. Занималась разведкой, прослушивала официально якобы для определения места. А гидрология, то есть подводная слышимость, была такая, что ни американские станции, ни наша в общем-то ничего не слышали. Фон такой, что гидроакустика бессильна. Есть тонкий слой наверху, когда можно прослушать, поэтому, наверно, у командира их лодки создалась иллюзия, что он все слышит.

Мы шли в подводном положении, я отдыхал. У них командир Буркхардт тоже спал. У них был старший помощник, у меня был замкомдива на центральном посту. И мы очень мягко столкнулись – как в вахтенном журнале записано, “после чего нос лодки приобрел форму бульдозера”. Конечно, вся акустика вообще вышла из строя. Но всплыли и ничего не обнаружили. Слышать ничего не слышим уже, а увидеть увидели: что-то вроде ватника плавало. Ну, мало ли что в море плавает.

А их действия, оказывается, были такие: с перепугу их командир БЧ-3 привел оружие в готовность. И ракету-торпеду “Саброк” уже приготовил выпустить по нам. Слава богу, командира подняли. Авария очень серьезная была у них, лодка уже не могла выполнять боевых задач. У меня впечатление такое, что мы в шпангоут им врезали, в ребро, уж больно ровненько так, как по дуге. Ну, их командир донес, и ему приказали переписать все журналы вахтенный, машинный: вы в этом районе не были. И следуйте во Флориду. Там им ремонт обошелся в солидную сумму. Так что я доволен хоть немного, но в американском бюджете дырку сделал. Хотя в общем-то особой заслуги не вижу, потому что я в это время дрых.

Это все стало известно через 10 лет. Буркхардт описал, как все было, но сильно врал. Якобы следил за мной с самого Белого моря, а я там и не был. Видно, разведка потом донесла, что это была наша К-19".

 

Космический челнок «Буран»

15 ноября 1988 года с космодрома Байконур запущен первый советский космический челнок «Буран».

Космический челнок «Буран»

15 ноября 1988 года с космодрома Байконур запущен первый советский космический челнок «Буран».

Работа над этим проектом началась в 1976 году. Челнок (длина - 36,4 м, высота - 16,5 м, размах крыла - 23,9 м) позволял разместить в своей кабине до 4 членов экипажа и 6 пассажиров, вывести на орбиту до 30 и вернуть на Землю до 20 т груза. Первый полет носил испытательный характер и выполнялся без экипажа. По его завершении «Буран первым из космических аппаратов такого класса совершил посадку в автоматическом режиме. Весь полет длился 206 минут.
Предназначавшийся для выполнения как прикладных, так и военных задач, корабль был рассчитан на 100 полетов, но первый стал для него и последним. Рыночные российские власти в 1992 году приняли решение закрыть программу развития космических кораблей многоразового использования. Трагичной оказалась судьба и большинства первых пилотов, которых готовили для полетов на «Буране»: кто погиб, кто преждевременно скончался.

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии