RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Россия плюс Белоруссия
2 апреля 2015 г.

Россия плюс Белоруссия

2 апреля — День единения российского и белорусского братских народов
Политик № 2
26 июня 2014 г.

Политик № 2

Так Владимир Путин назвал Геннадия Зюганова, которому 26 июня исполняется 70 лет
Православный воин Игорь Стрелков
18 августа 2014 г.

Православный воин Игорь Стрелков

Он — пока не канонизированный, но святой, потому что борется за Русский мир против сатанинской Америки
Откровения Игоря Стрелкова
11 ноября 2014 г.

Откровения Игоря Стрелкова

Бывший лидер ополченцев Донбасса, чья жизнь после отставки долгие месяцы была скрыта от посторонних глаз, дал эксклюзивное интервью LifeNews.
Памяти владыки Иоанна Снычева
2 ноября 2015 г.

Памяти владыки Иоанна Снычева

20 лет назад отошел ко Господу митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн
Главная » Герои нашего времени » Отец «Синевы» академик Макеев

Отец «Синевы» академик Макеев

90 лет назад 25 октября 1924 года родился дважды Герой Социалистического Труда Виктор Петрович МАКЕЕВ, создатель научно-конструкторской школы морского стратегического ракетостроения СССР

Его ракеты до сих пор представляют главную мощь морской составляющей ядерной триады России. Публикуем воспоминания о нем академика Л.В.Забелина.
Отец «Синевы» академик Макеев

Каким же был этот главный конструктор ракетных систем для подводного флота? Какую роль сыграл Виктор Петрович в переоснащении флота с «жидких» ракет на твердотопливные? Как он решал эту задачу, преодолевая зачастую самого себя? Конечно, есть люди, которые лучше меня знают Виктора Петровича и, наверное, могут дать более глубокую и объективную оценку этой крупной творческой личности. Моя оценка - скорее всего субъективная. При безусловном наличии качеств талантливого конструктора и ученого, у Виктора Петровича особо выдающимися чертами главного конструктора комплексов были: исключительные организаторские способности, осмысленная смелость, в том числе когда большую долю ответственности надо было брать на себя; умение уважать и доверять смежникам; умение подключать к решению проблем различные структуры власти и выходить, коди это было нужно, к первым лицам государства; в этом он был достойным учеником С.П. Королева.

Взявшись за разработку твердотопливного ракетного комплекса, он в сжатые сроки проходит большой путь познания специфического твердотопливного направления. В короткий срок в КБ были созданы необходимые подразделения и службы. Вместе с Виктором Петровичем над твердотопливных комплексом работали талантливые конструкторы и ученые: Ю.П. Григорьев, В.Е. Каргин, А.П. Гребнев, Н.Ф. Тамбу.лов, Н.А. Обухов, Н.С. Данилов, Г.Б. Мочалов, Л.М. Косой и другие.

Однако новизна проблемы давала себя знать, и отдельные решения по ракете были запроектированы явно неудачно. Со стороны твердотопливников это воспринималось как умышленная дискредитация этого направления, поэтому дискуссии на Советах главных конструкторов (СГК) в КБ были острыми, особенно по двум вопросам: по схеме старта (торовый двигатель или ПАД) и по схеме 3-ей ступени (связка или моноблок). Дебатами хорошо дирижировал Виктор Петрович, открыто не вмешиваясь в дискуссии; он старался получить от оппонентов по предложенной им схеме больше аргументов, которые бы убедили его, что взамен предлагается действительно нечто лучшее.

Эмоционально-словесные доводы не принимались, требовались расчеты, результаты экспериментов и исследований. Так, при доказательстве преимуществ моноблока группа расчетчиков ЛНПО «Союз» во главе с заместителем директора по ОКР В.В. Венгерским и с участием специалистов КБ «Миасс»2 в вычислительном центре КБ по согласованной программе сравнили варианты и положили их на стол Виктору Петровичу. На другой день, начиная работу СГК, Виктор Петрович объявил о прекращении работ по варианту «связки» и переходу на вариант моноблока. Иногда, чтобы отказаться от ранее выбранного решения, одного СГК было недостаточно, вопрос изучался и обсуждался более длительно, но решение в конце концов Виктор Петрович принимал объективное и верное. Так, после обстоятельного изучения вопроса им была принята и наша схема старта с помощью ПАД.

Я привел примеры, когда Виктор Петрович соглашался с нашими аргументами, но очень много полезного он дал нашим рецептурщикам и конструкторам; в частности, он жестко проводил в жизнь единые «правила игра» для очень разветвленной кооперации. Каждый директор НИИ, да еще если он Герой и академик, старался применить свою методологию оценок, разработок (показатели качества, свойств, представительность испытаний и т.д.). В этом случае, независимо от титула и заслуг, каждый директор или должностное лицо сталкивались с твердой позицией Виктора Петровича. В отличие от некоторых главных конструкторов он не давал закулисных «подач» и не выступал на разного рода совещаниях (как правило, на высоком уровне) с россыпью критических замечаний в адрес смежников, решая все проблемы в рабочем порядке или привлекая авторитет СГК. Но если вопрос затрагивал серьезную и принципиальную сторону и ставил под 6ольшую угрозу сроки создания комплекса, он открыто говорил: «Иду на Вы и буду докладывать в верху». Это был стиль его работы, и когда я впервые столкнулся с этим стилем, меня это удивило.

На одном из больших совещаний по разбору хода работ по Д-19 на Северодвинском заводе, которое проводил Д.Ф.Устинов, перед самым началом ко мне подошел Виктор Петрович, поздоровался, достал из кармана пиджака свой доклад (он выступал первым) и, передавая, сказал: «Быстро прочитай, если что-то резко или не так сказано по Минмашу - вычеркни, я говорить не буду, потом решим».

Он умел создавать состояние интенсивной работы, постоянного общения; приезжая в Москву, просил меня или заместителя министра общего машиностроения Г.М. Табакова собраться для решения того или оного вопроса, часто собирал для решения вопросов у себя в КБ (либо СГК, либо совещания по частным проблемам); большое число вопросов обсуждалось и решалось по телефону.

Иногда для решения принципиальных вопросов осуществлялся «облет» критичных точек кооперации в составе министров (общего машиностроения и машиностроения), главкома ВМФ и Виктора Петровича.

По существу, на завершающей стадии отработки комплекса Д-19 выяснилось, что ВМФ не успел к сроку построить базу хранения под специальные заряды III ступени, содержащие токсичный компонент; не успело выполнить экологические мероприятия и Министерство общего машиностроения, в то время как Министерство машиностроения ввело в эксплуатацию завод «Заря Востока» и специальный стенд для испытания двигателей с осуществлением всех экологических требований (что было подтверждено Министерством здравоохранения СССР). При посещении завода «Заря Востока» С.А. Афанасьев, главком ВМФ С.Г. Горшков, В.П. Макеев убедились в готовности Минмаша к серийному производству зарядов и неготовности их приемки на предприятиях Министерства общего машиностроения и базах ВМФ. С.А. Афанасьев, С.Г. Горшков и В.П. Макеев обратились тогда к нам с В.В. Бахиревым с просьбой отработать ДУ III ступени на топливе без токсичного компонента, но так, чтобы не сорвать установленных правительством сроков отработки ракеты. При этом Виктор Петрович гарантировал, что при замене высокоэнергетического топлива он сохранит утвержденные технические характеристики за счет использования резервов по другим частям комплекса.

В результате было принято решение перейти на новый состав топлива, при этом всю отработку провести в кратчайшие сроки и не сорвать главному конструктору конечные сроки создания комплекса. В ЛНПО «Союз» под руководством В.В. Венгерского эта работа была успешно выполнена. Виктор Петрович высоко оценил отзывчивость разработчиков топлива и зарядов и наши хорошие и доверительные отношения еще более укрепились.

Здесь уместно сказать, что только благодаря Виктору Петровичу, его доверию ученым Министерства машиностроения, его настойчивости увидели свет самые современные составы на основе гидрида алюминия. Этот продукт пробивал себе дорогу через многие возражения как в Минхимпроме, Министерстве общего машиностроения, так и внутри нашего министерства. Ярым противником этого продукта определенное время был Б.П. Жуков. Сотрудники ЛНПО «Союз» и лично Б.П. Жуков в докладах о6оронному отделу ЦК КПСС работу с гидридом алюминия отноосили к авантюрной, аргументируя это сложностью производства, взрывоопасностью, непригодностью из-за образования пор в топливе и т.д.

В этой обстановке решающую роль сыграла последовательная и настойчивая позиция Виктора Петровича, которую он довел до постановления правительства и не отклонялся от нее до конца. Он убедил в перспективности этого продукта Д.Ф. Устинова, который, в свою очередь, систематически проверял ход создания нового компонента, в том числе и крупного промышленного производства для его выпуска, заслушивая по этому вопросу министров Л.А. Костандова, С.А. Афанасьева и В.В. Бахирева.

Я был свидетелем большого совещания в ГИПХ (в Ленинграде), где руководители Министерства химической промышленности и Министерства общего машиностроения, ссылаясь на Б.П. Жукова, пытались доказать Д.Ф. Устинову невозможность реализовать Постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР по этому вопросу. Реакция была исключительно жесткой. Обращаясь к директору ГИПХ В.С. Шпаку (разработчик технологической схемы «ГА») и руководителям Минхимпрома, Д.Ф. Устинов сказал: «Имейте в виду, отвечать вы будете не только за срыв проблемы, но и за срыв постановления ЦК и Совмина». После чего прекратил совещание и уехал. После такого «краткого» рассмотрения дела пошли успешно и успешно были завершены. Следует сказать, что Б.П. Жуков, будучи критиком этого направления, тем не менее раньше, чем НПО «Алтай» и В.П. Макеев, сдал на эксплуатацию заряд с использованием гидрида алюминия в изделии А.Д. Надирадзе.

Трудно рассчитывать варианты решений, возвращаясь в прошлое, но уверен, что без твердой позиции Виктора Петровича и его мощной поддержки гидридные топлива либо вообще не появились бы, либо появились бы с большим опозданием.

Последние полтора года жизни здоровье Виктора Петровича ухудшилось, особенно со стороны сердца. Проводя последний СГК у себя в КБ в Миассе, он пригласил многих руководителей из смежных организаций и министерств; выглядел он непривычно бледным и похудевшим. Впервые за прощальным ужином он держал не бокал вина, а минеральную воду. В перерыве ужина мы вышли с ним в холл, где он с горечью заговорил о том, что наша встреча может окааться последней. В конце лета 1985 г. он был госпитализирован в Москве с инсультом. Не желая показывается друзьям и товарищам в беспомощном состоянии, он отказался от посетителей. 25 октября 1985 г. (в день своего рождения) Виктор Петрович скончался в возрасте 61 года.

Страницы:   1 2  »

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
21 июня
пятница
2019

В этот день:

Царь Михаил Романов

21 июня 1613 года в Москве состоялась коронация Михаила Фёдоровича Романова, родоначальника новой династии на российском престоле.

Царь Михаил Романов

21 июня 1613 года в Москве состоялась коронация Михаила Фёдоровича Романова, родоначальника новой династии на российском престоле.

Михаил был избран на царствование Земским собором 21 февраля (6 марта) 1613 года. Сын боярина Фёдора Никитича Романова (впоследствии — Патриарха Московского Филарета) и боярыни Ксении Ивановны Романовой.

Царь Михаил Фёдорович был молод и неопытен, и до 1619 года страной правило его ближайшее окружение. После освобождения в 1619 году из польского плена Патриарха Филарета, фактическая власть перешла к первосвященнику, который стал носить также титул Великого государя. Государственные грамоты того времени писались от имени царя и патриарха.

В царствование Михаила Фёдоровича были прекращены войны со Швецией (Столбовский мир 1617, по которому России были возвращены Новгородские земли) и Речью Посполитой (1634). В 1631—1634 годы осуществлена проведена армейская реформа - организация полков «нового строя» (рейтарского, драгунского, солдатского). В 1632 году основаны первые чугуноплавильные, железоделательные и оружейные заводы близ Тулы.

Михаил Фёдорович скончался 13 (23) июля 1645 года от неизвестной болезни в возрасте 49 лет. Похоронен в Архангельском соборе Московского Кремля.

Первый русский автомобиль

21 июня 1909 года на Русско-Балтийском заводе собран первый русский серийный автомобиль — «Руссо-Балт».

Первый русский автомобиль

21 июня 1909 года на Русско-Балтийском заводе собран первый русский серийный автомобиль — «Руссо-Балт».

 

Первая модель получила индекс С-24/30. Его расшифровка такова: 24 — расчетная мощность двигателя в лошадиных силах, 30 — максимальная мощность. Объем двигателя составлял 4501 см³. В дальнейшем выпускались модификации: С-24/35 (1912—1914); С-24/40 (1913—1918). Модель стала наиболее массовой в истории завода — выпущено всего 347 экземпляров.

Первая советская ракета с ЯБЗ

21 июня 1956 года в СССР была принята на вооружение ракета Р-5М — первая советская ракета с ядерным боевым зарядом.

Первая советская ракета с ЯБЗ

21 июня 1956 года в СССР была принята на вооружение ракета Р-5М — первая советская ракета с ядерным боевым зарядом.

Для этой ракеты была разработана новая система управления, важные узлы автоматики были дублированы (а некоторые даже триплированы), что обеспечило высокую надёжность. Вооруженные Р-5М воинские части в 1957-1958 годах были перебазированы в приграничные районы, чтобы в случае ядерного нападения на СССР иметь возможность «достать» агрессора.

 

Арест Рудольфа Абеля

21 июня 1957 года в США был арестован советский разведчик Рудольф АБЕЛЬ, начавший там работу нелегала еще в 1948 году.

Арест Рудольфа Абеля

21 июня 1957 года в США был арестован советский разведчик Рудольф АБЕЛЬ, начавший там работу нелегала еще в 1948 году.

Абель обосновался в Бруклине под видом художника-фотографа. Его предал связник. Суд приговорил нашего разведчика к 30 годам тюрьмы.

Обвинение в отношении него было совершенно бездоказательным, оно строилось лишь на показаниях предателя Хэйханена. (Рудольф Абель вообще отказался давать показания и промолчал весь процесс.) О том, что за свидетель Хэйханен, ярко сказал на суде адвокат Донован:

«Оценивая показания этого свидетеля, постоянно задавайте себе вопрос: говорит он правду или ложь, причем, может быть, настолько серьезную ложь, что она может спасти его собственную шкуру. То, что он рассказывает, я полагаю, можно справедливо охарактеризовать как хорошо отрепетированную историю. За исключением «свидетельств», представленных самым жалким из свидетелей, который когда-либо выступал в суде, в деле нет никаких доказательств, говорящих о том, что Марком (псевдоним Абеля. – С. Т.) передавалась информация, затрагивающая национальную безопасность и секреты США. Таких доказательств в деле просто нет. Однако на основании «свидетельств» Хэйханена вам предлагают послать человека, возможно, на смерть. А ведь даже собаку вы убиваете только в том случае, если доказано, что она бешеная...»

И тем не менее «цивилизованная Фемида» приговорила Абеля к 30 (!) годам тюремного заключения. Конечно, ни о каких встречах с родными и близкими не могло идти и речи. Наоборот, представители Верховного суда попытались надавить на «семейные чувства» Абеля, чтобы сломить его. На процессе был разыгран циничный спектакль, который вызвал возмущение даже у видавших виды американских журналистов.

На одном из заседаний зачитывались восемь писем к Абелю от жены и дочери, хранившихся в виде микрофильмов. Эту пленку Абель успел выбросить в мусорную корзину в отеле «Латам» во время его ареста, но сотрудники ФБР позже нашли ее и подвергли исследованию. Письма дочери были написаны по-английски, письма жены – по-русски.

Теплые, сердечные, интимные письма характеризовали Абеля как преданного мужа и отца. Они убеждали в сердечной близости и любовном отношении жены и дочери к Рудольфу Ивановичу. Публичное чтение личных писем было встречено в зале суда неодобрительно, как антигуманный акт, оскорбляющий честь и достоинство человека. Но оно вызвало у большинства присутствующих и волну уважения к нашему разведчику. «Когда судейский работник, бубня, зачитывал письма, – писал корреспондент одного американского журнала, – стальная броня самодисциплины Абеля чуть не дала трещину. Лицо покраснело, а его проницательные, глубоко посаженные глаза наполнились слезами».

Конечно, Абель в этот момент испытывал сильнейшую душевную боль. Но именно на это и рассчитывали истязатели. Однако сломить «железного Рудольфа» не удалось.

«Ломали» его и в тюрьме: создали тяжкие бытовые условия, поселили вместе с рецидивистами, а главное – запретили переписку с родными (какие уж там встречи за столом с икрой и содовой!). Защитник Донован пытался отстоять права клиента в вышестоящих инстанциях и получил следующее письмо из министерства юстиции США:

«Министерство приняло решение принципиального характера: лишить Абеля привилегии вести переписку с кем-либо, в том числе с лицами, выступающими в качестве его жены и дочери... Это наше решение основано на убеждении в том, что предоставление Абелю – осужденному советскому шпиону – возможности предоставлять... переписку с людьми из стран советского блока не будет соответствовать нашим национальным интересам».

«Когда я после приговора пришел к Абелю в камеру в подвале здания суда, – вспоминал адвокат Донован, – он ожидал меня, непринужденно сидя в деревянном кресле и попыхивая сигаретой. Глядя на него, можно было подумать, что у этого человека нет абсолютно никаких забот... В этот момент подобное холодное самообладание профессионала показалось мне сверхъестественным».

Позже по поводу решения суда Абель написал Доновану: «Оно меня не удивило. Я не верил, что дело будет рассматриваться на основе закона. Я рассматриваю его как политическое решение».

Легендарная «Катюша»

21 июня 1941 года на вооружении Красной армии были приняты реактивные установки БМ-13.

Легендарная «Катюша»

21 июня 1941 года на вооружении Красной армии были приняты реактивные установки БМ-13.

В 1939—1941 годах сотрудники РНИИ И. И. Гвай, В. Н. Галковский, А. П. Павленко, А. С. Попов и другие создали многозарядную пусковую установку, смонтированную на грузовом автомобиле.

В марте 1941 года были успешно проведены полигонные испытания установок, получивших обозначение БМ-13 (боевая машина со снарядами калибра 132 мм). Реактивный снаряд РС-132 калибра 132 мм и пусковая установка на базе грузового автомобиля ЗИС-6 БМ-13 были приняты на вооружение 21 июня 1941 года; именно этот тип боевых машин и получил впервые прозвище «Катюша». Первый на Ленинградском фронте залп батареи «Катюш» был произведён 3 августа 1941 года под Кингисеппом (командир батареи старший лейтенант П. Н. Дегтярёв). На протяжении Великой Отечественной войны было создано значительное количество вариантов снарядов РС и пусковых установок к ним; всего советская промышленность за годы войны произвела более 10 000 боевых машин реактивной артиллерии.

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии