RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Рекорды Виталия Севастьянова
8 июля 2019 г.

Рекорды Виталия Севастьянова

8 июля 2019 года великому космонавту исполнилось бы 84 года
Погиб, прикрывая отход товарищей
14 июля 2018 г.

Погиб, прикрывая отход товарищей

13 июля 1993 года совершил подвиг самопожертвования сержант Сущенко Сергей Александрович - пограничник 12-й заставы Московского пограничного отряда в Республике Таджикистан
Моя добрая, милая Мама
21 июля 2017 г.

Моя добрая, милая Мама

21 июля 2017 года исполнилось 13 лет, как нет мамы. Есть жена, дети, внуки, друзья, книги, медленная старость и прогрессирующие болячки, а мамы нет.
Введет ли Путин войска?
7 июля 2014 г.

Введет ли Путин войска?

Этот вопрос мучает всех, кто всем сердцем переживает кровавую драму Новороссии
Последнее прости Игорю Вашкевичу
24 апреля 2019 г.

Последнее прости Игорю Вашкевичу

Ушел из этой жизни ветеран газеты «Красная звезда» полковник юстиции в отставке Вашкевич Игорь Михайлович
Главная » Герои нашего времени » ЛЕОНИД ШЕРШНЁВ. ПУТЬ ГЕНЕРАЛА

ЛЕОНИД ШЕРШНЁВ. ПУТЬ ГЕНЕРАЛА

13 марта 1938 года родился Леонид Иванович Шершнёв, генерал-майор, жизнью своей доказавший, что и одному можно быть воином.

Полагаю, самые добрые в свой адрес слова генерал Шершнёв не услышал. Обычное дело: самые добрые слова у нас находятся, когда человек уходит.
ЛЕОНИД ШЕРШНЁВ. ПУТЬ ГЕНЕРАЛА

Так случилось и в декабре 2014-го, когда не стало Леонида Ивановича. Впрочем, и при жизни Шершнев успел стать легендой. Его любили. Дружбу с ним ценили. Некоторые просто гордились знакомством. Друзья и знакомые от потери откровенно растеряются. Кто-то напишет – «скоропостижно скончался», и сразу это словосочетание войдет в биографию Шершнева. Оно не то чтобы ошибочно. Оно не совсем верно. Ушел Шершнев действительно быстро. Но о том, что уходит, знал. Хотя и сражался за жизнь до последнего…
Наверное, Леонид Иванович не мог не сгореть. Он ушел именно в 2014-м. Нравится нам это сегодня или нет, но тот год в истории страны уже известен как год «Русской весны». Русскую весну Шершнев воспринял очень близко к сердцу. Это была его личная Весна.
Он приближал ее, минимум, с 1990 года, когда ушел из Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота. Занимавшийся во всемогущем ГлавПУРе спецпропагандой, Шершнев еще в те годы прекрасно видел и понимал, как происходит разрушение страны, которой он служил.
«Страна пала в результате войны, - всегда считал Шершнёв. – Неважно, что война шла «холодная», информационно-психологическая. Важно, что мы ее проиграли. И даже не заметили этого. Более того, поражение ничему нас не научило».
Офицер-артиллерист, по воле случая и обстоятельств ставший политработником, Шершнев великолепно знал, что такое информационная война. Он вел ее отнюдь не в кабинетах Главпура. Офицер-пропагандист в Туркестанском военном округе, в декабре 1979-го он был среди тех, кто входил в Афганистан. Точнее, въезжал – на гражданском «уазике», с водителем, срочно призванным из запаса на военную службу. И с пачками свежеотпечатанной «Памятки советскому воину-интернационалисту». Эта памятка, кстати, не появилась бы, если бы не расторопность Шершнева, договорившегося о тираже с местной типографией...
На замполитов, тем более, на пропагандистов в армии всегда было принято смотреть если не косо, то иронично. Увы, очень часто это отношение было заслуженным. Но точно не в случае с Шершневым.
Вот как о тех декабрьских днях 1979 года 20 лет спустя вспоминал он сам: «В ночь на 26 декабря я вместе с майором Касымовым и лейтенантом Турдалиевым на гражданском «уазике» с водителем Сашей в гражданской одежде (его не успели переодеть) по понтонному мосту через реку Аму-Дарью в составе колонны командного пункта 108-й мсд переправились на территорию Афганистана. С рассветом мы увидели первые признаки жизни на незнакомой афганской земле. Поразили ярко разрисованные грузовые автомашины и автобусы; люди, едущие в открытых багажниках легковых автомашин; пешеходы в необычном одеянии, не спеша и с достоинством идущие по дороге; кишлаки, обнесенные глинобитными дувалами и напоминающие чем-то древние крепости. На нас смотрели с любопытством, вполне дружелюбно, без всякой настороженности.
Первая остановка колонны произошла в Ташкургане, расположенном в 100 км от советско-афганской границы. Мы вышли на городскую площадь, где уже было довольно многолюдно. Первое впечатление, что мы оказались в другом мире, в другой эпохе. Бородатые мужчины неопределенного возраста, завернутые в одеяла, в чалмах и калошах на босую ногу, некоторые босиком, хотя было прохладно. Мы обратили внимание на небольшую группу людей, одетых почти по-европейски, двое из них были вооружены автоматами ППШ. Подумалось: наверное, местная власть. Подошли к ним, поприветствовали, оказалось не ошиблись: один из них представился как секретарь местной организации НДПА, другой – сотрудником органов безопасности. Разговорились. Выяснилось, что сами они знают о приходе советских войск, довели эту информацию жителям города и очень надеются, что уже само их присутствие положительно скажется на обстановке в Афганистане. Афганцы были очень удивлены видом и возрастом наших солдат, дескать, в кино и журналах мы видели другую Советскую армию, красивую, молодую. Пришлось объяснить, что это военнослужащие, призванные из запаса на небольшой срок и поэтому одеты в старую форму, хранившуюся на складах. Но разочарование от того, что они увидели «другую армию» было у них на лице.
Из беседы мы узнали, что в городе нет ни водопровода, ни канализации, ни света, но есть радио. Я поинтересовался: а телевидение? К моему удивлению, нам сказали, что телевизоры есть у богатых людей, работают они от движков и принимают советские передачи.
Потом собеседники помогли нам организовать первый импровизированный митинг советского контингента на афганской земле. Думается, было не меньше тысячи человек. К сожалению, у нас не было с собой даже мегафона: по штату не положено. Наши слова в переводе на дари люди как бы передавали друг другу. Речь шла о вечной советско-афганской дружбе, происках империалистов, их наемниках-бандитах, нашей всесторонней помощи. Самое трудное было объяснить, по чьей просьбе наши войска вошли в Афганистан. Мы старались не называть Амина, по многим признакам догадываясь, что его режиму осталось существовать недолго. Поэтому обычно отвечали: вошли по просьбе законного правительства ДРА или по взаимной договоренности наших руководителей на основе Договора о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве от 5 декабря 1978 года. Мы также избегали говорить о временной миссии советских войск в Афганистане, поскольку сроки их пребывания в директиве министра обороны СССР не определялись.
После короткого митинга мы пошли в толпу, завязывая беседы или отвечая на вопросы. В одной из групп афганцев у нас спросили, показывая на хвост тяжелой техники: «Почему советские машины пошли той дорогой, ведь там они не пройдут?». Я достал карту, на ней указанный маршрут обозначен как дорога с твердым покрытием. Эта дорога функционировала и связывала с Кабулом до строительства туннеля Саланг. Завязалась дискуссия. И в это время прямо на площади приземлился вертолет, из которого вышел генерал-лейтенант Тухаринов. Я подошел к нему, представился, доложил о проведенном митинге и своих наблюдениях, об афганцах, которые утверждают, что колонна по намеченному ей маршруту не пройдет, так как дорога очень плохая. Командующий забеспокоился, когда увидел, что техника стоит, не движется. Он сел в вертолет, облетел участок дороги, где находилась голова колонны, убедился в правоте местных жителей и отдал команду изменить маршрут».
Афганистан стал одной из ключевых точек в судьбе Леонида Шершнева. До конца своих дней он был уверен, что входить в Афганистан советским войскам было необходимо жизненно – ради безопасности страны под названием СССР. А вот втягиваться в кровопролитные боевые действия… Это потом, в девяностых-двухтысячных, либеральные журналисты будут называть генерал-майора в отставке Шершнева одним из неугомонных «советских ястребов войны». «Ястреб»? Он, специалист в области ведения войны нетрадиционной, информационно-психологической, считал одной из самых трагических ошибок втягивание Советской Армии в открытые боевые действия. Особенно там и тогда, когда конфликт можно было решить миром, словом.
Он не боялся критиковать за это никого во властной вертикали Минобороны СССР. Почему? Шершнев, не вылезающий из командировок в Афган, великолепно знал многое. Знал психологию «людей Средневековья», афганцев, доверчивых и, одновременно, воинственных. Знал, что за любую сиюминутную победу Советская Армия платит жизнями своих солдат. «Зачем? Если можно договориться, перетянуть на свою сторону? – недоумевал он даже незадолго до смерти. – Побеждать надо было, в основном, в информационной войне. Зачем надо было воевать с народом?»…
Он, руководитель группы специальной пропаганды среди местного населения в Афганистане вспоминал: «Нашей самой большой находкой … были боевые агитационно-пропагандистские отряды, причем отряды походные. Помимо солдат, там было идеологическое ядро. Отряды эти кино показывали, фотолаборатория в них была, иногда можно было газету, листовку на ротаторе напечатать. Были там еще звуковещательные радиостанции, которые могли вещать на расстояние до 80 километров. Наконец, была обязательно медицинская группа, причем с врачами как женского, так и мужского пола, поскольку там, в Афганистане, принято, чтобы женщин лечили врачи-женщины, а мужчин – мужчины. Я помню, как-то женщины-врача не оказалось, так наш врач через перегородку разговаривал с больной, а ее муж объяснял врачу, чем болеет его жена. Я был поражен, насколько хорошо этот афганец знал все о своей жене, все ее больные места показал. А с какой теплотой говорил о ней! Еще в эти отряды мы обязательно брали муллу-афганца».
Ему не прощали самостоятельности. Впрочем, ценили честность. Получивший незадолго до своей смерти доклад полковника Шершнева по ситуации в Афганистане, Генеральный секретарь ЦК КПСС Константин Черненко вывел своей рукой: «Шершнева – не трогать!».
«Шершнев излагал тогдашнему генсеку горькую правду об Афганистане. Констатировал, что ситуация для нас неизменно ухудшается, а противник, наоборот, укрепляет позиции. Называл вещи своими именами: «Операции приобрели характер полицейских, карательных мер, в результате мы втянулись в войну с народом, а она бесперспективна. Антигуманные действия советских войск в отношении мирного населения носят массовый и систематический характер и проявляются в грабежах, неоправданном и необоснованном применении оружия, разрушении жилищ, осквернении мечетей…» Раскрывал глаза генсеку на «необъективность информации, особенно исходящей от посольства и группы партсоветников», на «политическую незрелость афганского руководства». «Выполняя полицейские функции, не имея достаточных положительных стимулов и революционного порыва, — делал беспощадный вывод Шершнев, — армия не может не разлагаться, и именно этот факт накладывает негативный отпечаток на всю обстановку в Афганистане…».
Далее, как обычно, на нескольких страницах были сформулированы предложения. «Время не терпит, — предупреждал неведомый генсеку полковник. — Речь идет о спасении наших интересов, чести нашей Родины, о том, чтобы афганская проблема не обернулась для нас большой бедой»*.
«Тронули» Шершнева только тогда, когда под тошнотворные речи о «гласности», «перестройке», «новом мы́шлении» страна неудержимо падала в пропасть… Предложили «почетную ссылку» за границей. Он отказался и ушел из ГлавПУРа. В ГлавПУРе вздохнули с нескрываемым облегчением…
А потом СССР окончательно проиграл в холодной войне. И исчез с политической карты мира.
«Ведь это же была война информационная, это была «война смыслов», война идеологическая. Но мы так до сих пор и не поняли, почему мы потерпели поражение… Как, почему без единого выстрела великая советская империя вдруг оказалась расколотой?! А русский народ оказался самым разделенным народом в мире? Вот он – результат войны. Но разве это осознается? В обыденном сознании нет ни малейшего представления, что была война. Я по этому поводу выступал в ГлавПУРе – еще в советское время…», - вспоминал сам Шершнев.
Он был из тех, кто никогда не согласится считать себя «бывшим». Коллеги и друзья генерал-майора Шершнева знают: после увольнения в запас Леонид Иванович был инициатором многих начинаний в стране - создал Фонд национальной и международной безопасности, Фонд содействия объединению русского народа «Русские», Фонд содействия общественной дипломатии в России, Фонд содействия афганцам, проживающим в России и других странах, основал журнал «Безопасность». Среди главных приоритетов этой самой безопасности видел демографию. Среди главных врагов – ювенальные технологии. Считал, например, что разгром ювенальной юстиции - обязательное условие победы России в этой до сих пор идущей «странной» информационно-психологической войне.
Правда, мало кто знает, каким чудом все эти фонды существовали. Шершнев умел помогать людям, но совершенно не умел «зарабатывать деньги», «доставать» их или, тем более, «делать». Он умел помогать людям. И верил при этом в единомышленников. Иногда деньги были именно у единомышленников. Когда денег не оказывалось, он просто тратил свои – пенсию.
Пенсию он тратил и в 2014-м. Это сейчас мы знаем, что в «Русской весне» активное участие приняли самые разные люди. Очень скоро некоторые из них приватизировали само это словосочетание. Теперь это не смысл, теперь это «бренд». Но тогда многие из них побывали в кабинете Шершнева. Никто не обращал внимания, как себя чувствует старый генерал. В курсе о его здоровье были лишь самые близкие друзья. Вот с ними-то Шершнев и искал деньги – чтобы потом поддержать эту самую Русскую весну. Деньги быстро заканчивались. Генерал в очередной раз «обнулял» свою пенсию…
Потом закончилась весна и наступило лето. Лето 2014 года на Донбассе выдалось кровавым. Многие из тех, кто весной, получив поддержку, в том числе, от генерала Шершнева, клялись отстоять «русский мiръ», быстро оказались в России. Спасали русский Донбасс совсем другие люди…
Как чувствовал тогда себя Леонид Иванович? Он анализировал ситуацию. Он пытался в ней разобраться. И еще он, видимо, уже знал, что очень болен. Знал, но все равно не сдавался.
Я был немного знаком с Леонидом Ивановичем. Года четыре назад нас познакомила общий друг, Ирина Яковлевна Медведева. В один из дней конца лета 2014-го мы встретились с генералом – я хотел сделать с ним интервью. Правда, для интервью он не слишком хорошо себя чувствовал… Предложил:
- Давай просто немного поговорим. Только не о Донбассе.
- Почему? – спросил я. - Вы тоже считаете, что «Донбасс слили»?
- Нет. Я просто считаю, что солдат всегда должен идти до конца. Иначе человек, называющий себя солдатом, таковым не является…
Мы пили чай и обсуждали темы будущего интервью. Война – Великая Отечественная, в которой у мальчика Лени Шершнева из Белоруссии погибли папа и мама. Детский дом. Рязанское командное артиллерийское училище. Вопросов было много, но мы же договорились, что интервью будет позже…
- Давай встретимся, когда я оклемаюсь, - сказал Шершнев. - Расскажу про случай, после которого меня назначили замполитом. До сих пор об этом не жалею.
- Почему?
- Получается, специально к этому пути не готовился. А оказался – мой и на всю жизнь. Но всё расскажу потом…
Через несколько недель ему стало хуже. Он наконец-то начал ездить по врачам. Но потом Леонида Ивановича не стало.
***
В июне 2015-го возле фундамента Солдатского храма во имя святого благоверного князя Дмитрия Донского появился памятный Поклонный крест. Крест люди тоже назвали Солдатским. У его основания – Голгофы – имена воинов, молитвенную память о которых в будущем храме люди обязательно сохранят. Много имен - Россию никогда нельзя было представить без своих защитников…
Солдатский крест вряд ли появился бы без участия нескольких людей. Прежде всего, Ирины Яковлевны Медведевой. Так вышло, именно она приняла решение оплатить изготовление креста. И она же попросила: «Пусть в Солдатском храме люди будут молиться и за упокой души воина Леонида. Шершнёва»...

* - из книги Давида Гая и Владимира Снегирева «Вторжение. Незивестные страницы необъявленной войны».

Серафим Берестов, "Солдатский храм" (https://vk.com/ruvoin)

.
13 марта 2016 г.

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
19 февраля
среда
2020

В этот день:

Ледовый поход адмирала Щастного

19 февраля 1918 года начался Ледовый поход Балтийского флота — операция по спасению кораблей Балтийского флота от захвата германскими и финскими войсками и переводу их из Ревеля и Гельсингфорса в Кронштадт. Она была проведена в тяжелейших ледовых условиях февраля — мая 1918 года. Командовал операцией начальник Морских сил Балтийского моря Алексей Михайлович Щастный.

Ледовый поход адмирала Щастного

19 февраля 1918 года начался Ледовый поход Балтийского флота — операция по спасению кораблей Балтийского флота от захвата германскими и финскими войсками и переводу их из Ревеля и Гельсингфорса в Кронштадт. Она была проведена в тяжелейших ледовых условиях февраля — мая 1918 года. Командовал операцией начальник Морских сил Балтийского моря Алексей Михайлович Щастный.

 В результате операции были спасены от захвата и перебазированы 236 кораблей и судов, включая 6 линкоров, 5 крейсеров, 59 эсминцев, 12 подводных лодок.
Тем не менее после завершения похода, по приказу Льва Троцкого, А. М. Щастный был арестован «за преступления по должности и контрреволюционные действия». После суда его приговорили к расстрелу. Это был первый судебный смертный приговор в Советской России. Обвинение, по словам историка С. Мельгунова, было сформулировано так: «Щастный, совершая геройский подвиг, тем самым создавал себе популярность, намереваясь впоследствии использовать ее против советской власти».

 

Полярный дрейф СП-1

19 февраля 1938 года была завершена работа первой в мире дрейфующей научно-исследовательской станции «Северный полюс - 1».

Полярный дрейф СП-1

19 февраля 1938 года была завершена работа первой в мире дрейфующей научно-исследовательской станции «Северный полюс - 1».

 Её состав: руководитель станции Иван Дмитриевич Папанин, метеоролог и геофизик Евгений Константинович Фёдоров, радист Эрнст Теодорович Кренкель, гидробиолог и океанограф Петр Петрович Ширшов.

Созданная в районе Северного полюса станция «СП» через 9 месяцев дрейфа (274 дня) на юг была вынесена в Гренландское море, льдина проплыла более 2000 км. Ледокольные пароходы «Таймыр» и «Мурман» сняли четвёрку зимовщиков 19 февраля 1938 года за 70-й широтой, в нескольких десятках километров от берегов Гренландии.

Десантный полковник Глеб Юрченко

19 февраля 1959 года родился Глеб Борисович Юрченко, советский, российский офицер, полковник; Герой России (1995).

Десантный полковник Глеб Юрченко

19 февраля 1959 года родился Глеб Борисович Юрченко, советский, российский офицер, полковник; Герой России (1995).

В 1981 году Глеб закончил Киевское высшее общевойсковое командное училище. Служил в Воздушно-десантных войсках. В 1981—1983 годах участвовал в боевых действиях в Афганистане (провинции Пактия) в составе 56-й десантно-штурмовой бригады, командовал разведвзводом; совершил 79 разведвыходов в качестве командира группы. Его рейды отличали подготовленность, трезвый расчёт, сохранение личного состава и практически всегда — полное выполнение боевой задачи.

Затем служил в 137-м гвардейском парашютно-десантном полку 106-й гвардейской воздушно-десантной дивизии (Рязань). Участвовал в ликвидации вооружённых межнациональных конфликтов в «горячих точках» на территории бывшего СССР.

С декабря 1994 по март 1995 года участвовал в боях первой чеченской войны. Будучи начальником штаба 137-го парашютно-десантного полка, возглавлял сводный батальон (300 десантников). В декабре 1994 года при продвижении войск к Грозному батальон подполковника Юрченко разгромил бандформирование, уничтожив до 40 боевиков, 2 реактивные установки залпового огня «Град», 3 бронетранспортёра и 6 пулемётов. При подходе в населённому пункту, где оборонялись около 100 боевиков, Юрченко один вышел к позициям противника и в переговорах с командованием боевиков и старейшинами села убедил их отказаться от сопротивления. Село было занято без боя.

При штурме Грозного 1 января 1995 года батальон подполковника Юрченко, выполняя задачу по оказанию помощи 131 Майкопской мотострелковой бригаде в районе железнодорожного вокзала, занял оборону в здании управления железной дороги. Он организовал круговую оборону, наладил взаимодействие с артиллерией; в боях 2-6 января 1995 года десантники уничтожили свыше 100 боевиков, танк и несколько единиц бронетехники врага. Днём 6 января в этот район вышли основные силы группировки российских войск.

Решая следующую задачу по захвату здания Департамента госбезопасности Ичкерии, Юрченко организовал 3-дневный непрерывный обстрел здания, превращённого боевиками в мощный узел обороны. После обрушения фасада здания 9 января по сигналу в бой вступили 6 штурмовых групп. Боевики были захвачены врасплох и уничтожены на месте, разрозненые очаги сопротивления подавлены. Штурм занял около 30 минут, атакующие погибших не имели.

За мужество и героизм, проявленные при выполнении специального задания, Указом Президента Российской Федерации от 20 марта 1995 года № 289 гвардии подполковнику Глебу Борисовичу Юрченко присвоено звание Героя Российской Федерации.

Продолжил службу в Российской армии. Воинское звание — полковник.

 

Взлет и падение станции «Мир»

19 февраля 1986 года была запущена советская орбитальная станция «Мир» - первая в мире орбитальная станция модульного типа.

Взлет и падение станции «Мир»

19 февраля 1986 года была запущена советская орбитальная станция «Мир» - первая в мире орбитальная станция модульного типа.

В январе 2001 года правительство Российской Федерации (под явням давлением США) приняло решение о затоплении станции. В числе причин официально были названы: выработка ресурса, дорогое обслуживание (ок. 200$ млн. в год).

Предлагались многочисленные проекты по спасению станции. Например, во время визита в Россию президента Ирана Хатами, иранская делегация предложила финансировать станцию, Россия же, со своей стороны, должна бы была готовить иранских космонавтов.

Уничтожение прекрасной станции было невыгодно России еще и с социальной точки зрения. Это вело к сокращению более 100 тысяч рабочих мест высококвалифицированных научных и инженерно-технических работников. Для внутриполитической ситуации это рост социальной напряженности, ликвидация современных наукоемких производств, которые в случае правильно поставленного менеджмента могли бы в будущем стать основой роста благосостояния страны.

Тем не менее, орбитальная станция «Мир» была затоплена в Тихом океане 23 марта 2001 года.

 

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии