RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Конец злоключениям «Булавы»
30 октября 2014 г.

Конец злоключениям «Булавы»

30 октября стратегическая атомная подлодка "Юрий Долгорукий" проекта 955 (класса "Борей") произвела удачный пуск новой межконтинентальной баллистической ракеты по полигону Кура на Камчатке из акватории Баренцева моря
Последний начальник советского Генштаба вспоминает...
22 июля 2015 г.

Последний начальник советского Генштаба вспоминает...

22 июля 2015 года исполнилось 80 лет генералу армии Владимиру Николаевичу Лобову
Су-57: команда — на взлёт!
12 августа 2017 г.

Су-57: команда — на взлёт!

Накануне Дня ВВС главнокомандующий Воздушно-космическими силами России Виктор Бондарев сообщил о начале серийного производства истребителя пятого поколения
ГРУ возглавит адмирал
22 ноября 2018 г.

ГРУ возглавит адмирал

22 ноября 2018 года Минобороны сообщило о смерти после продолжительной болезни руководителя Главного разведывательного управления Героя России Игоря Коробова.
РВСН прирастают гиперзвуком
17 декабря 2019 г.

РВСН прирастают гиперзвуком

17 декабря Россия празднует День Ракетных войск стратегического назначения
Главная » Герои нашего времени » Прощай, ЗЮМ!

Прощай, ЗЮМ!

Поминальное слово о побратиме по курсантскому строю Юрке Завелицком

Мы все теперь уходим понемногу в мир иной...
Прощай, ЗЮМ!

О смерти своего однокашника по Львовскому военно-политическому училищу Завелицкого Юрия Михайловича я узнал за пару недель до Нового года. Думалось, сяду, напишу несколько поминальных строк о человеке, с которым четыре года делил и хлеб, и кров. Не получилось. И не занятость моя, и не другие большие или малые дела помешали. Откуда они у военпенса, стремительно подкрадывающегося к семидесятилетию? Оказалось, память моя уже настолько одряхлела, что не в состоянии наскрести хотя бы три-четыре приличных эпизода, так или иначе связанных с покойным. Написал Володе Чупахину, тоже побратиму по курсантскому строю. Мы трое были из одной группы. Получил от него письмо по электронной почте: «Ну ты и задачки ставишь, Миша! Вот, когда понимаешь, насколько дырява человеческая память и насколько прав ты со своей привычкой к фиксированию в дневнике фактов и событий быстротекущей жизни. Меж тем образ ЗЮМа, этого жизнерадостного добряка и вечного борца за справедливость, стоит перед глазами. Но вот какие-то конкретные яркие эпизоды, связанные с ним, не очень-то припоминаются. Помню, конечно, что он был активным участником всех наших групповых самоволок на Глину Наварию. Помню вылазки в женское общежитие торгового института. Помню, что он был весьма застенчив и неопытен в общении с женским полом. А ещё вспоминаю, что на 4-м курсе, когда у нас вошли на какое-то время в моду футбольные битвы между сборными «женатиков» и «холостяков», именно ЗЮМ был центральным нападающим «холостяков» и забил решающий гол в одной из финальных схваток. Помню еще, что он был одним из самых азартных и успешных забивателей «козла» на нашем курсе и не раз с особым смаком врезал супротивникам «офицерского» и даже «генеральского».

В общем, как ни жаль, но все больше какая-то побочная «мелочевка» всплывает из толщи времени. Мы, правда, не были закадычными дружками, но он как-то все время оказывался рядом. Был даже такой эпизод. Как-то наш курс на несколько дней вывезли на полигон. Дело было в ноябре, аккурат на мой день рождения. Командиры меня там выводили перед строем, официально поздравляли, но я был настроен все-таки устроить «настоящее» празднество с друзьями после возвращения в родную училищную общагу. И вот – вернулись во Львов,  сидим в своей комнате, строим планы на вечер. Вдруг заходит сержант Фаличев командир нашей группы и говорит: «Срочно нужны люди в наряд. Чупахин, собирайся!». «У меня же день рождения!- взмолился я. «Так его же еще вчера отметили», - удивился Фаличев. И вот тут-то оказавшийся рядом ЗЮМ буквально набросился на него: «Да как так можно относится к людям! Что за бесчеловечность!». «Я, конечно, все понимаю, - смутился Фаличев, - но кого-то же в наряд назначать надо». «Меня назначай! - рубанул Юрка. - Я пойду».

Тоже, вроде, обычная «сермяга» курсантской жизни. Но  ЗЮМовский характер тут проявился во всей красе. Еще припоминаю, что они, кажется, были земляками с Вовкой Коржавых, чуть ли не из одного района Курской губернии. Впрочем, в этом я могу и ошибаться. После окончания училища мы с ЗЮМом встретились один раз – на той давней тридцатилетней встрече, что Толик Иваненко организовывал в санатории Пушкино. Перемолвились буквально несколькими фразами, и все. Ничего про его офицерскую и журналистскую судьбу я к стыду своему не знаю.

Увы, Миша, боюсь, что я ничем тебе не помог. Но твое намерение написать поминальное слово о ЗЮМе, конечно, - дело очень благородное. Может, в твоих дневниках найдется что-то более существенное? Парень-то был замечательный. Обнимаю, твой В.Ч.»


Разумеется, я полез в дневники. Однако, к своему огорчению, ничего существенного в них не обнаружил. И я понимаю почему. Завелицкий был не только парнем застенчивым, что верно подмечено Чупахиным, но ещё и крайне аполитичным, что ли. Разумеется, тут другое определение нужно, только мне его сейчас трудно подобрать. А смысл в том, что Юрка нигде не высовывался, ни в чём и никогда не слыл курсовым активистом, чем большинство из нас явно злоупотребляло. Они с Чупахиным почему и корешовали. Володю тоже никто бы не смел упрекнуть в излишней активности. Впрочем, эти рыхлые мои рассуждения лучше всего подкрепить таким примером.

Как-то перед заступлением в караул ЗЮМ постирал свою хэбэшку. К разводу она не высохла. Юрка надел поверх нижнего белья шинель и потопал на плац. И надо же было такому случиться: как раз когда напротив него остановился дежурный по училищу, подул лёгкий ветерок. Полковник не поверил своим глазам и рукой легонько повторил то, что сделал до него ветер: отвернул полу Юркиной шинели. И, словно привидением перепуганный, рысью побежал к грозе нашего училища, заместителю начальника по строю Константину Непейводе: «Товарищ полковник, эти журналисты уже вконец обнаглели! Представляете: курсант третьего курса Завелицкий явился на развод в одном белье!» - «То есть, как в белье?» - «Ну не совсем, конечно. Поверх белья он шинель надел» - «Как, говорите, его фамилия? Завелицкий? И на третьем курсе? Не помню такой фамилии. Должно быть хороший курсант. Отправьте его в общежитие, пусть оденется по форме».

Вы уже поняли, о чём я. К третьему курсу все наши фамилии великий Непейвода знал, что называется, наперечёт. Каждый из нас хоть раз, да попадался к нему «на карандаш». Автора сих строк Константин Александрович даже лично отправлял на гарнизонную гауптическую вахту. А ЗЮМ за три года курсантской жизни исхитрился ни разу не встать пред грозным взором Непейводы. Что последний, конечно же, полагал доблестью. Да так оно, наверное, было и на самом деле.


Очень верно вспомнил Чупахин и о спортивных достижениях Завелицкого. Вообще к играм он имел врождённую склонность. Став профессиональным журналистом, много писал на спортивные темы. А в курсантскую пору особенно отметился по части домино. Вдвоём с курсантом Владимиром Верховодом Юрка разработал стройную систему мнемонических знаков, типа: «дупель пусто» - глубокий вдох через нос; «шестёрочный дупель» - частое моргание; «пять-шесть» - трогание левой мочки уха. И так далее. Несколько месяцев Верховод и Завелицкий ударно чистили карманы пенсионеров-старперов, которые забавлялись игрой в домино в Стрийском парке. Правда, их потом всё же разоблачил один бывший инженер. Ребята еле ноги унесли от разгневанных стариков.

Мы вспоминали с Юркой эти и другие случаи из нашей бесподобной курсантской жизни как раз в 2003 году, когда отмечали 30-летие выпуска. Толя Иваненко поручил мне встретить ЗЮМа на вокзале. Завелицкий приехал накануне и заночевал у меня. Мы проговорили всю ночь. Юрка рассказывал мне всякие подробности из своей службы, из неудавшейся семейной жизни – всё забылось. Вспомнилось другое. Уже на четвёртом курсе Завелицкий однажды обратился ко мне с весьма необычной просьбой: могу ли я его немного «поднатаскать в искусстве, театре, вообще в культуре». «А то, понимаешь, я всё по спорту ударяю. Но уеду со Львова и нечего будет вспомнить». Водил я ЗЮМа во львовские театры, музеи, на различные выставки. На публикуемой фотографии мы с ними во Львовской картинной галерее, едва ли не самой крупной на Украине – 50 тысяч экспонатов.
… ЗЮМ был очень похож на актёра Михаила Светина. Однажды даже написал об этом заметку в «Комсомольскую правду». Он точно был земляком Володи Коржавыха, тоже уже покойного. Куряне они. А всего из нашего выпуска 1973 года уже ушли из жизни: Трефилов, Исаев, Глезденёв, Яблонский, Бессилин, Гузеев, Серебряков, Дмитрюк, Грень, Минаков, Никонов, Зубцов. И вот – Юрий Завелицкий – четвёртая часть курса. Земля вам пухом, братцы…



 

Михаил Захарчук, полковник в отставке.
9 января 2017 г.

Комментарии:

Галкин Валерий 09.01.2017 в 22:20 # Ответить
Светлой ЕМУ памяти.......ЧЕЛОВЕКУ...
Анатолий Кричевцов 09.01.2017 в 23:01 # Ответить
Говорите, Михаил Александрович, что не припомните ярких эпизодов из жизни Юрия Завелицкого. А ведь рассказ получился - тёплый, светлый и даже интересный. Наверно, потому, что написано от души, по-братски. За это и спасибо тебе, дорогой наш училищный летописец!
Порохов Сергей 09.01.2017 в 23:14 # Ответить
Пусть будет ему радостно видеть всех, кто его помнит
Михаил, ты, как всегда, очень тепло вспомнил и познакомил многих из нас с человеком... Еще одним достойным нашим товарищем, которого я не знал лично. Но узнал... Спасибо тебе... Все-таки каждый из нас на этой земле что-то значил...
Андрей 09.01.2017 в 23:24 # Ответить
Очень трогательно и душевно! Маленькие детали не менее ценны, чем эпохальные события.
эмилия 10.01.2017 в 02:55 # Ответить
Написано от души , тронуло до самого сердца. Вечная память.
ВасильТкачев 10.01.2017 в 03:13 # Ответить
Пухом земля Юре --ЗЮМу. Тогда же,в Пушкино,я тоже видел его последний раз. Но вспоминал часто. И буду вспоминать. Как и других однокурссников, ушедших, к большому сожалению, так рано.
Сергей Чуев 10.01.2017 в 10:38 # Ответить
Пусть земля будет пухом Юрию Завелицкому. А прощальное слово поможет сохранить о нем добрую память.
Николай Асташкин 10.01.2017 в 13:03 # Ответить
Николай Асташкин
Юру я менял на Камчатке в августе 1984 года - в должности посткора "Суворовского натиска" (газеты ДВО). Тогда он был майором, а я капитаном. Он уехал по прямой замене в Уссурийск, на должность нач. отдела боевой подготовки армейской газеты "Боевое знамя". Помню, в первый же день я его спросил:: "Юра, где корпункт?". "Завтра с утра покажу", - сказал он. С утра на автобусе приехали к какой-то "стекляшке", напоминавшей огромную шайбу. Как оказалось, пивбар: шум, гам, дым коромыслом. Вся "дивизионка" была уже там: Вася Чупин, Володя Шевчук, Володя Терещенко, нач. тип. Юра Белозеров. Увидев мой удивленный взгляд, Завелицкий сказал: "Здесь я начинаю рабочий день". Для начала Юра заказал по 15 кружек пива (камчатское "Жигулевское", как я понял позже, было лучшим в Союзе). Ну а пиво без водки - деньги на ветер! В общем, свой первый рабочий день в должности посткора окружной газеты я помню до сих пор... Юра в моей памяти остался приветливым и добрым человеком. Вечная ему память...
Павел 10.01.2017 в 13:09 # Ответить
Царствие ему небесное! Пусть ему земля будет пухом! Спасибо. Миша, за теплые слова о Юре...
Наталья 12.01.2017 в 08:23 # Ответить
Вообще всегда грустно читать о том, кого уже нет! А еще грустнее, что как всегда Бог "забирает" хороших людей! Не так их много в этой жизни ! Очень трогательно написано! Земля пухом!

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
12 июля
воскресенье
2020

В этот день:

Вертолет Михаила Ломоносова

12 июля 1754 года Михайло Ломоносов продемонстрировал модель вертолета

Вертолет Михаила Ломоносова

12 июля 1754 года Михайло Ломоносов продемонстрировал модель вертолета

В протоколе собраний конференции Российской Академии наук записано: «Почтеннейший советник Ломоносов показал изобретенную им машинку, которую называет воздухобежной (аэродромической) и которой устройство должно быть таково, что силой крыльев, движимых пружиной, подобной тем, какие обыкновенно бывают в часах, двигающихся горизонтально в противоположных направлениях, машина давит на воздух и поднимается по направлению к верхнему региону воздуха для того, чтобы, достигнув верхнего воздуха, можно было производить исследования метеорологическими приборами, прикрепленными к этой воздухобежной (аэродромической) машине. Машина была подвешена на веревке, натянутой между двумя блоками, и удерживалась в равновесии грузиками, подвешенными с противоположной стороны. При заведенной пружине быстро поднималась вверх. Это обещало желаемый эффект. По словам изобретателя, этот эффект увеличится, если увеличится мощность пружины, если больше будет дистанция между двумя парами крыльев и коробка, в которой помещается пружина, для наименьшего веса будет выполнена из дерева, о чем, как полагается, он обещал сам позаботиться».

 

Спасательный поход ледокола «Красин»

12 июля 1928 года советским ледоколом "Красин" спасен экипаж дирижабля «Италия»

Спасательный поход ледокола «Красин»

12 июля 1928 года советским ледоколом "Красин" спасен экипаж дирижабля «Италия»

При возвращении с Северного полюса потерпел катастрофу дирижабль «Италия». Оставшиеся в живых члены экспедиции генерала Умберто Нобиле и он сам оказались среди ледяной пустыни. Из всех судов, посланных на выручку, лишь «Красин» смог добраться до ледового лагеря экспедиции и спасти людей.

На обратном пути он оказал помощь германскому пассажирскому судну «Монте Сервантес» с полутора тысячами пассажиров на борту, которое получило пробоины, налетев на льдину. За этот героический поход ледокол был награждён орденом «Трудового Красного Знамени».

В США через Северный полюс

12 июля 1937 года стартовал беспосадочный перелет самолета «АНТ-25» по маршруту Москва - Северный полюс - США.

В США через Северный полюс

12 июля 1937 года стартовал беспосадочный перелет самолета «АНТ-25» по маршруту Москва - Северный полюс - США.

Его осуществил экипаж в составе летчиков М. ГРОМОВА, А. ЮМАШЕВА и штурмана С. ДАНИЛИНА. «АНТ-25» приземлился через 62 часа 17 минут в Сан-Джасинто на границе с Мексикой, установив новый мировой рекорд дальности полета по прямой линии. Экипаж мог продолжать полет и дальше, но не было соглашения на пересечение американо-мексиканской границы.

Операция «Кутузов»

12 июля 1943 года началось контрнаступление советских войск в ходе Курской битвы.

Операция «Кутузов»

12 июля 1943 года началось контрнаступление советских войск в ходе Курской битвы.

В его центре была Орловская стратегическая наступательная операция под кодовым названием «Кутузов». Она проходила с 12 июля по 18 августа 1943 года. Войска Западного и Брянского фронтов в первые два дня наступления прорвали тактическую зону обороны противника на Орловско-Курской дуге. Наступление развернулось в широкой полосе, что позволило Центральному фронту нанести удар в направлении Кром. 29 июля был освобожден Болхов, а к утру 5 августа — Орёл. К 18 августа советские войска подошли к оборонительному рубежу противника «Хаген» восточнее Брянска. 15 фашистких дивизий были полностью разгромлены. Советские войска продвинулись на 150-170 километров. С крупным поражением группы армий «Центр» под Орлом рухнули планы немецкого командования по использованию орловского плацдарма для удара в восточном направлении. Контрнаступление начало перерастать в общее наступление Красной Армии на запад.

"Демонстратор-2"

12 июля 2002 года с АПЛ "Рязань" запущен уникальный космический аппарат

"Демонстратор-2"

12 июля 2002 года с АПЛ "Рязань" запущен уникальный космический аппарат

Это надувное тормозное устройство парашютного типа многоразового использования для спускаемых космических устройств. Его предшественники, надувные конструкции для входа в атмосферу и обеспечения мягкой посадки, разрабатывались в СССР и за рубежом еще с начала так называемой Лунной гонки. «Демонстратор» намного совершеннее их и первоначально был создан для доставки на Красную планету малых автоматических исследовательских станций, в частности, отечественной «Марс-96».

Он представляет собой надувную двухкаскадную оболочку, снабженную средствами тепловой защиты и гашения удара при посадке. Его использование не требует обычного парашюта и тяжелого теплозащитного щита для доставки человека из космоса на Землю. «Демонстратор» изготовлен из термостойкого материала и наполняется газообразным азотом.

«Демонстратор-2» - единственный в мире космический многоразовый спускаемый аппарат, который можно запускать на орбиту с борта подводной лодки, используя в качестве ракеты-носителя конверсионную модель межконтинентальной баллистической ракеты типа РСМ-50 (SS-N-18 по классификации НАТО), получившей название «Волна». Она используется для экспериментальных пусков, а также для вывода сверхмалых спутников на низкую околоземную орбиту и обоснованно признается достаточно дешевой ракетой-носителем для вывода аппарата на орбиту. Пуск с борта атомной подводной лодки в подводном состоянии позволяет в еще большей степени удешевить запуск (подводная лодка выступает в качестве «морского космодрома»).

 

Памяти адмирала Нахимова

12 июля 1855 года умер от ран Павел Степанович Нахимов

Памяти адмирала Нахимова

12 июля 1855 года умер от ран Павел Степанович Нахимов

Произошло это во время Крымской войны. В июне — июле 1854 года превосходящие силы флота Англии, Франции, Турции и Сардинии — 34 линейных корабля и 55 фрегатов (в том числе большинство паровых) блокировали русский флот (14 линейных парусных кораблей, 6 фрегатов и 6 пароходо-фрегатов) в бухте Севастополя.

Гибель адмирала Нахимова

В конце августа 1854 года десантный флот с наземными войсками двинулся к крымским берегам. Численность десантных войск составляла 62 тысячи человек со 134 полевыми и 73 осадными орудиями. Оборона Севастополя была поручена на первое время адмиралам Нахимову и Корнилову, в распоряжении которых оставалось 18 тысяч человек — преимущественно флотских экипажей. Пока эти великие адмиралы были живы, европейские агрессоры, имея 4-кратное превосходство в силах, были не в состоянии что-либо поделать с защитниками Севастополя. К сожалению, Владимир Алексеевич Корнилов погиб 17 октября 1854 года. 12 июля 1855 года настал славный черед Павла Степановича Нахимова, который получил смертельное ранение на 3-м бастионе.

Нахимов поехал на 3-й бастион потому, что узнал о начавшемся усиленном обстреле этого укрепления. Прибыв на бастион, Нахимов сел на скамье у блиндажа начальника, вице-адмирала Панфилова. Кругом стояло несколько флотских и пехотных офицеров, толковали о служебных делах. Вдруг раздался крик сигналиста: бомба! Все бросились в блиндажи, кроме Нахимова, который, беспрестанно твердя своим подчиненным о благоразумной осторожности и самосохранении, сам остался на скамье и не пошевельнулся при взрыве бомбы, осыпавшей осколками, землей и камнями то место, где прежде стояли офицеры. Когда миновала опасность, все вышли из блиндажа, разговор возобновился, о бомбе и в помине не было.

Но вот оба всадника оказались уже на Малаховом кургане, и на том именно бастионе, где пал в октябре Корнилов и который с тех пор назывался Корниловским.

Нахимов тут соскочил с коня, матросы и солдаты бастиона сейчас же окружили его.

“Здорово, наши молодцы! Ну, друзья, я смотрел вашу батарею, она теперь далеко не та, какой была прежде, она теперь хорошо укреплена! Ну, так неприятель не должен и думать, что здесь можно каким бы то ни было способом вторично прорваться. Смотрите же, друзья, докажите французу, что вы такие же молодцы, какими я вас знаю, а за новые работы и за то, что вы хорошо деретесь, — спасибо!” На матросов, по наблюдению окружавших, навеки запомнивших все, что случилось в роковой день, речь и уже самое появление их общего любимца произвели обычное бодрящее, радостное впечатление. Поговорив с матросами, Нахимов отдал приказание начальнику батареи и пошел по направлению к банкету, у вершины бастиона. Его догнали офицеры и всячески стали задерживать, зная, как он в последнее время ведет себя на банкетах. Начальник 4-го отделения прямо заявил Нахимову, что “все исправно” и что ему нечего беспокоиться, хотя Нахимов ни его и никого вообще ни о чем не спрашивал, а шагал все вперед и вперед.

Капитан Керн, не зная, что только придумать, чтобы увести Нахимова от неминуемой смерти, сказал, что идет богослужение в бастионе, так как завтра праздник Петра и Павла (именины Нахимова); так вот, не угодно ли пойти послушать? “Я вас не держу-с!” — ответил Нахимов.

Дошли до банкета. Нахимов взял подзорную трубу у сигнальщика и шагнул на банкет. Его высокая сутулая фигура в золотых адмиральских эполетах показалась на банкете одинокой, совсем близкой, бросающейся в глаза мишенью прямо перед французской батареей. Керн и адъютант сделали еще последнюю попытку предупредить несчастье и стали убеждать Нахимова хоть пониже нагнуться или зайти к ним за мешки, чтобы смотреть оттуда. Нахимов, не отвечая, стоял совершенно неподвижно и все смотрел в трубу в сторону французов. Просвистела пуля, уже явно прицельная, и ударилась около самого локтя Нахимова в мешок с землей. “Они сегодня довольно метко стреляют”, — сказал Нахимов, и в этот момент грянул новый выстрел. Адмирал без единого стона упал на землю, как подкошенный.

Штуцерная пуля ударила в лицо, пробила череп и вышла у затылка.

Он уже не приходил в сознание. Его перенесли на квартиру. Прошел день, ночь, снова наступил день. Лучшие наличные медицинские силы собрались у его постели. Он изредка открывал глаза, но смотрел неподвижно и молчал. Наступила последняя ночь, потом утро 30 июня (12 июля н.ст.) 1855 года. Толпа молчаливо стояла около дома. Вдали грохотала бомбардировка.

Вот показание одного из допущенных к одру умирающего: “Войдя в комнату, где лежал адмирал, я нашел у него докторов, тех же, что оставил ночью, и прусского лейб-медика, приехавшего посмотреть на действие своего лекарства. Больной дышал и по временам открывал глаза; но около 11 часов дыхание сделалось вдруг сильнее; в комнате воцарилось молчание. Доктора подошли к кровати. „Вот наступает смерть“, — громко и внятно сказал Соколов, вероятно не зная, что около меня сидел его племянник П. В. Воеводский... Последние минуты Павла Степановича оканчивались! Больной потянулся первый раз и дыхание сделалось реже... После нескольких вздохов он снова вытянулся и медленно вздохнул... Умирающий сделал еще конвульсивное движение, еще вздохнул три раза, и никто из присутствующих не заметил его последнего вздоха. Но прошло несколько тяжких мгновений, все взялись за часы, и, когда Соколов громко проговорил: ,,Скончался“, — было 11 часов 7 минут... Герой Наварина, Синопа и Севастополя, этот рыцарь без страха и укоризны, окончил свое славное поприще”.

Матросы толпились вокруг гроба целые сутки днем и ночью, целуя руки мертвеца, сменяя друг друга, уходя снова на бастионы и возвращаясь к гробу, как только их опять отпускали. Вот письмо одной из сестер милосердия, живо восстанавливающее пред нами переживаемый момент. “Во второй комнате стоял его гроб золотой парчи, вокруг много подушек с орденами, в головах три адмиральских флага сгруппированы, а сам он был покрыт тем простреленным и изорванным флагом, который развевался на его корабле в день Синопской битвы. По загорелым щекам моряков, которые стояли на часах, текли слезы. Да и с тех пор я не видела ни одного моряка, который бы не сказал, что с радостью лег бы за него”.

Похороны Нахимова навсегда запомнились очевидцами. “Никогда я не буду в силах передать тебе этого глубоко грустного впечатления. Море с грозным и многочисленным флотом наших врагов. Горы с нашими бастионами, где Нахимов бывал беспрестанно, ободряя еще более примером, чем словом. И горы с их батареями, с которых так беспощадно они громят Севастополь и с которых они и теперь могли стрелять прямо в процессию; но они были так любезны, что во все это время не было ни одного выстрела. Представь же себе этот огромный вид, и над всем этим, а особливо над морем, мрачные, тяжелые тучи; только кой-где вверху блистало светлое облако. Заунывная музыка, грустный перезвон колоколов, печально-торжественное пение.... Так хоронили моряки своего Синопского героя, так хоронил Севастополь своего неустрашимого защитника”.

(Историк Тарле Е.В.)

Герой Халхин-Гола

12 июля 1939 года погиб комбриг Михаил Яковлев

Герой Халхин-Гола

12 июля 1939 года погиб комбриг Михаил Яковлев

Сегодня отмечается день памяти Михаила Павловича Яковлева (1903-1939), участника боев на Халхин-Голе, командира танковой бригады, Героя Советского Союза.
С 13 лет, закончив 4 класса школы, Михаил пошел работать подручным литейщика на завод в Ленинграде. С марта 1921 года в Красной Армии, в хозвзводе пулеметных курсов. Участвовал вместе с курсантами в ликвидации антоновских банд. Через два месяца Яковлев был направлен в пехотную школу. По окончании ее с отличием, началось быстрое продвижение по службе: командир взвода, командир роты, командир батальона в 32-м полку 11-й Ленинградской стрелковой дивизии. С апреля 1931 года — командир учебного батальона 11-го Алма-Атинского стрелкового полка. В 1935—1936 годах командир стрелково-пулеметного батальона 9-й отдельной мотомехбригады. После окончания в 1937 году Ленинградских бронетанковых курсов усовершенствования комсостава имени А.С.Бубнова, в сентябре 1938 года был назначен командиром 11-й танковой бригады.
Участник боев с японскими войсками в Монголии на реке Халхин-Гол с 11 мая 1939 года. Отличился в бою 3-5 июля 1939 года с превосходящими силами японских войск, захватившими господствующую высоту — гору Баин-Цаган и прилегающие к ней участки местности, что создавало угрозу для основной группировке советско-монгольских войск. Погиб в бою 12 июля 1939 года.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 августа 1939 года «за умелое и мужественное командование танковой бригадой и личный героизм, проявленный в Баинцаганском сражении с японскими милитаристами», комбригу Яковлеву Михаилу Павловичу посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии