RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Афганская угроза
12 октября 2013 г.

Афганская угроза

ЗУБР (Засечка угроз безопасности России) — обстановка на 12.10.2013
Памяти Валерия Быковского
29 марта 2019 г.

Памяти Валерия Быковского

29 марта 2019 года в Звездном Городке простились с космонавтом гагаринского набора Валерием Федоровичем Быковским
Игорь Стрелков скоро вернётся
9 сентября 2014 г.

Игорь Стрелков скоро вернётся

Многие очень обеспокоены отсутствием достоверной информации о народном командарме Новороссии
Атомоход «Верхотурье» напугал США
12 декабря 2015 г.

Атомоход «Верхотурье» напугал США

12 декабря 2015 года этот ракетный подводный крейсер стратегического назначения из Баренцева моря достал комплексом «Синева» до противоположного полушария планеты
Перипетии марсианского штурма
25 июля 2018 г.

Перипетии марсианского штурма

25 июля 1973 года СССР запустил межпланетную станцию «Марс-5». Она успешно вышла на околомарсианскую орбиту 12 февраля 1974 года.
Главная » Герои нашего времени » Спасибо Армии родной!

Спасибо Армии родной!

Наш постоянный автор и друг полковник в отставке Михаил Захарчук отмечает настоящую мужскую дату: 50 лет в воинском строю

Публикуем его заметки по этому поводу.
Спасибо Армии родной!

 Собственное 70-летие и другие привходящие, но веские причины не то, чтобы затмили, но как-то смикшировали едва ли не главную дату моей жизни – полвека мелькнуло с той поры, как я стал военным. Изначально не имея к тому ни малейших предпосылок. Потому как во времена моей молодости было трудно найти более разболтанного и неприспособленного к суровым армейским условиям человека, нежели азм есмь грешный. Можно сказать даже более определённо и точно: не окажись я в стройных и могучих армейских шеренгах, точно бы оказался за тюремной решёткой. К тому многое располагало.
После Винницкого агролесомелиоративного техникума меня направили трудиться на станцию Мехнат, Узбекской ССР. Это – крохотный посёлок на великой азиатской реке Сырдарья, куда ссылали из Ташкента бывших зеков - «сто восьмых» - уволенных по этой статье. Они постоянно пьянствовали водку, нарушали всякие безобразия и перманентно вовлекали меня в то и другое. Чему я не особенно сопротивлялся. И очень скоро понял по совокупности, что пословица: «От сумы и тюрьмы не зарекайся» - как раз про меня конкретного и сочинена. Поэтому после длительных размышлений над убогой собственной судьбой пошел в Сырдарьинский райвоенкомат и стал проситься на воинскую службу. Чем сильно удивил земляка-военкома, поджарого подполковника Головченко. Дело в том, что как выпускник учебного заведения, принадлежащего Министерству путей сообщения, я имел в то время право на отсрочку от службы, но не стал ею пользоваться. Обрадованный моим милитаристским патриотизмом офицер, решил его поощрить и закрепить. И направил меня в учебную мотострелковую дивизию, которая дислоцировалась в тысячелетнем минаретном Самарканде. Попал я сначала в артиллерийский полк. Очень хорошо себя там зарекомендовал, и меня отобрали в политотдел на должность инструктора по комсомолу. Но чтобы обеспечить мне чисто служебный, солдатский авторитет, сослали в пехотный учебный полк, где я прошёл ускоренный курс подготовки младших командиров и в звании сержанта вернулся в политотдел дивизии, которой командовал генерал-майор Дудин. Начальником политотдела у него был полковник Таскаев. Его заменил полковник Кривенцов, ставший мне вместо отца родного во время солдатской службы. И не забыть мне той службы до гробовой доски.
…Помню, как трудно мне давалась стрельба из автомата из-за врождённого тремора рук. Но я приспособился нажимать спусковой крючок между ударами сердца, разя мишени исключительно на отлично. Помню, как сердце моё выпрыгивало из груди на длительных многокилометровых марш-бросках с полной выкладкой. Тем более, что к и бегу я по рождению не способен. Никогда не забуду, как нас отправили на границу, которую нарушили китайцы, и пришлось нам преодолевать водную преграду, на заберегах которой ещё блестел лёд. С тоской неизбывной я подумал тогда, что навеки простужу аппаратуру размножения, и уже никогда не буду иметь детей. А как забудешь тот случай, когда «старики» решили наказать меня сержанта-салагу за то, что пользовался неслыханной вольницей, ежедневно выезжая в Самарканд. А они его за всю службу видели, дай Бог, пару раз. На меня с ремнями напали трое и, откровенно говоря, хорошо «отметелили». Но и обидчикам от меня прилично досталось. На следующий день старшина Красковский проводил дознание, пристально допытываясь, откуда у меня «столько синяков на роже и на спине». Меланхолически я твердил, что упал, мол, со второго яруса и побился. Фронтовик возмущался: «Что же ты «дурку гонишь»! Да у тебя получается, как в том анекдоте про зятя, который на суде заявлял: «Тёща моя упала на кухонный нож, а потом ещё двадцать два раза на него падала!» Однако, я стоял на своём, никого «не заложил». Меня «старики» зауважали и отстали. Помню, как став уже сержантом, я в одном из увольнений пошел с группой курсантов учебного подразделения в Самаркандский театр оперы и балета и познакомился там с выдающейся, как впоследствии оказалось, итальянской балериной Лилиан Кози. Тогда, правда, она была немногим старше меня, то есть почти юная. Я ей вручил букет цветов на виду у всего зала и поцеловал в щечку. После чего наш старшина Красковский не раз меня подначивал в сложных ситуациях:
- Это Вам, Захарчук, не балериночку целовать, а службу править!
О самых первых своих армейских трудностях и победах я написал в газету Краснознамённого туркестанского военного округа и, как говорится, проснулся знаменитым. Публикация в газете моих дневниковых выдержек произвела в нашем пехотном полку тот еще шорох. До сих пор никто ведь не подозревал во мне «корреспондентских замашек». Ничем особым я не выделялся среди своих однополчан. И тут вдруг стал знаменитостью. Со мной вежливо здоровался даже младший сержант Виктор Лунин, который до сих пор вообще меня в упор не замечал. Добрые слова о газетном выступлении мне сказали старшие сержанты Владимир Цветков, Валерий Кузнецов, сержанты Виктор Потарыкин, Василий Лобюов, младший сержант Владимир Волченко, ефрейтор Виктор Назимко, рядовой Василий Курыльчук. Где эти ребята сейчас?! Может, кто-нибудь откликнется?
Ответственный секретарь дивизионной газеты «Боевая слава» старший лейтенант Михаил Малыгин разыскал меня в полку и определил своим помощником. Что и решило мою дальнейшую судьбу. Поехал в Ташкент, забрал в тамошнем университете свои документы и отправил их во Львовское высшее военно-политическое училище.
Тут не обойтись без пояснения. Ещё работая на лесном питомнике станции Мехнат, я собрался штурмовать факультет журналистики Ташкентского государственного университета. Получил оттуда вызов, приехал сдавать вступительные экзамены и был не просто удивлен - ошеломлен! В громадных зданиях – ни единой души. Оказалось, что мне одному из трех тысяч пятисот человек абитуриентов по ошибке выписали вызов не на 15 июня, а на 15 июля! Изумленный ректор сказал, что я, конечно, имею право потребовать персонально для себя сбора приемной комиссии. И он её обязан будет сколотить, но я, естественно, не поступлю. А вот если не стану поднимать кипиша, то на следующий год мне гарантировано поступление. Даже документы могу оставить в учебной части. Само собой я их забрал...
Кстати, спустя многие годы мы с Мишей Малыгиным – однополчанином по службе в Самарканде работали в «Красной звезде», даже квартиры получили на одной улице. Ещё с одним лейтенантом той поры, а нынче полковником в отставке Виктором Овсянниковым до сих пор дружу. Видит Бог, часто вспоминаю свою учебную мотострелковую дивизию, её генералов Дудина, Таскаева, Лисицина, офицеров Рослова, Кухарчука, Шахмарданова. Но больше всех, как уже говорилось, мне запомнился полковник Алексей Павлович КРИВЕНЦОВ. Правда, в политотдел я попал ещё при полковнике Таскаеве. Тот ко мне просто хорошо относился. Его сменщик, полковник Кривенцов, относился, повторяю, по-отечески. Любил поговорить со мной на литературные темы, просто «за жизнь». Часто приглашал к себе домой. Злые языки утверждали, что НачПО при этом преследовал вполне меркантильную цель: выдать за меня свою рыженькую дочь, по-моему, Светлану. Даже если это было и так, то, давно уже сам отец, я не вижу в том ничего дурного. Однако мне больше хочется верить в то, что политработник-фронтовик просто видел во мне какие-то зачатки личности. Тем более что не раз сам о том говорил:
- Это ты, Михаил, очень правильно делаешь, что книги читаешь. Человек умнеет либо от другого умного человека, либо от книги. Иного пути нет. Это я тебе совершенно ответственно заявляю.
Очень одобрительно Алексей Павлович отнесся к моему намерению поступить в Львовское политучилище, даже по-царски поощрив меня за это. Буквально за несколько дней до моего отлета во Львов, Кривенцов распорядился, чтобы в финчасти дивизии уже старшему сержанту Захарчуку выписали денежный аттестат по офицерской должности начальника солдатского клуба. Но это уже другая – курсантская история. С удовольствием вспомню, как Кривенцов привёз меня в самый аэропорт Самарканда на служебной машине. Прямо в салоне «Волги» мы распили с ним бутылку коньяку. Алексей Иванович обнял меня, и глаза его заметно увлажнились. Стоит ли говорить о том, что и меня благородство офицера-политработника сильно взволновало. Пообещал я ему писать письма. Примерно с полгодика выполнял обещанное, а потом наша переписка увяла и забылась. Уже в капитанском звании, будучи слушателем Военно-политической академии, я вдруг случайно нос к носу встретился с Кривенцовым в коридоре военного вуза. Радость наша была взаимной. Оказалось, что Алексея Ивановича назначили замполитом первого общевойскового факультета. Более точного кадрового решения со стороны Главпура я и не припомню. Кривенцов в моём понимании - политработник образцово-показательный. Таким у меня в училище был подполковник Кузнецов. А Кривенцова я на следующий день потащил в свой любимый стеклянный ресторан на Чистых прудах. Весь вечер мы предавались счастливым воспоминаниям о совместной службе в Туркво…
Воинской службе в итоге я отдал 32 года 5 месяцев и 23 дня. Это – лучшие годы моей жизни. И если бы мне Бог даровал ещё одну, я бы кое-что в ней, конечно, подправил, чего уж там душой кривить. Но армейскую службу оставил бы нетронутой. Ибо всем хорошим в себе я обязан только ей. Плохим – тоже. Однако мне искренне хочется верить, что хорошего всё же было больше.
Спасибо тебе, родная моя Армия!

Искренне твой полковник в отставке Михаил Захарчук.

 

.
6 декабря 2018 г.

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
21 августа
среда
2019

В этот день:

Маршал Советского Союза Сергей Бирюзов

21 августа 1904 года родился Сергей Семенович Бирюзов (ум. 1964), Маршал Советского Союза (1955), Герой Советского Союза (1958), командующий ракетными войсками стратегического назначения ВС СССР (1955—1963 гг.), начальник Генштаба (1963—1964 гг.).

Моонзундская операция 1915 года

21 августа 1915 года победой русского Балтийского флота завершилась Моонзундская операция Первой мировой войны.

Моонзундская операция 1915 года

21 августа 1915 года победой русского Балтийского флота завершилась Моонзундская операция Первой мировой войны.

Предыстория такова. 8 августа 1915 года немецкий флот, состоящий из 7 линкоров, 6 крейсеров, 24 эсминцев и 14 тральщиков попытались прорваться в Рижский залив через Ирбенский пролив. Немцам противостояли морские силы Рижского залива под командованием контр-адмирала Бахирева: эскадренный броненосец «Слава», канонерские лодки «Грозящий», «Храбрый», «Сивуч», минный заградитель «Амур», 16 эсминцев и дивизион подводных лодок. В 4 часа утра немецкие тральщики начали траление минных банок. Их заметили русские самолёты, вскоре к месту сражения подошли канонерские лодки «Грозящий» и «Храбрый» и эсминцы, которые открыли огонь по тральщикам. В 10 часов 30 минут броненосец «Слава» прибыл к месту боя и вступил в артиллерийскую дуэль с двумя немецкими линейными кораблями — «Эльзас» и «Брауншвейг». Потеряв два тральщика T-52 и T-58 на минах, немцы отказались от попытки прорыва. 10-15 августа минный заградитель «Амур» поставил дополнительное минное поле в Ирбенском проливе. 16 августа немецкие адмиралы повторили попытку прорваться через Ирбенский пролив. В течение дня немцам удалось протралить Ирбенский пролив, хотя они потеряли тральщик T-46.

В ночь на 17 августа германские эсминцы «V-99» и «V-100» проникли в Рижский залив. В бою с русским эсминцем «Новик» V-99 был повреждён, а затем подорвался на минах и был затоплен экипажем. 19 августа подорвался на минах и затонул немецкий эсминец «S-31», а британская подлодка E-1 торпедировала немецкий линейный крейсер «Мольтке». 21 августа германский флот был вынужден покинуть Рижский залив, не выполнив своей задачи.

 

Суворовцы и нахимовцы

21 августа 1943 года в СССР было принято Постановление СНК и ЦК РКП(б) № 901 об образовании суворовских и нахимовских военных училищ.

Суворовцы и нахимовцы

21 августа 1943 года в СССР было принято Постановление СНК и ЦК РКП(б) № 901 об образовании суворовских и нахимовских военных училищ.

Им предусматривалось «для устройства, обучения и воспитания детей воинов Красной Армии, партизан Отечественной войны, а также детей советских и партийных работников, рабочих и колхозников, погибших от рук немецких оккупантов, организовать… девять военных училищ, типа старых кадетских корпусов, по 500 человек в каждом, всего 4500 человек со сроком обучения 7 лет, с закрытым пансионом для воспитанников…». предусматривалось «для устройства, обучения и воспитания детей воинов Красной Армии, партизан Отечественной войны, а также детей советских и партийных работников, рабочих и колхозников, погибших от рук немецких оккупантов, организовать… девять военных училищ, типа старых кадетских корпусов, по 500 человек в каждом, всего 4500 человек со сроком обучения 7 лет, с закрытым пансионом для воспитанников…».

Первая космическая ракета Р-7

21 августа 1957 года ракета Р-7 полностью выполнила намеченный план полёта и чуть позже в советских газетах появилось сообщение ТАСС об успешном испытании в СССР сверхдальней многоступенчатой ракеты.

Первая космическая ракета Р-7

21 августа 1957 года ракета Р-7 полностью выполнила намеченный план полёта и чуть позже в советских газетах появилось сообщение ТАСС об успешном испытании в СССР сверхдальней многоступенчатой ракеты.

4 октября и 3 ноября этого же года в Советском Союзе при помощи ракеты-носителя Спутник, выполненной на базе Р-7, были запущены первые искусственные спутники Земли. На базе Р-7 создано целое семейство ракет-носителей среднего класса, внёсших большой вклад в освоение космоса — на ракетах-носителях семейства Р-7 были запущены в космос многие ИСЗ, начиная с самых первых, и все советские и российские космонавты, начиная с первого космонавта Земли Ю. А. Гагарина.

Оборона Шипки

21 августа (н. ст.) 1877 года началась героическая оборона Шипкинского перевала русско-болгарскими войсками.

Оборона Шипки

21 августа (н. ст.) 1877 года началась героическая оборона Шипкинского перевала русско-болгарскими войсками.

Это – одно из наиболее значимых событий русско-турецкой войны 1877-1878 гг. 27 июня 1877 года русская армия формировала Дунай и начала освободительный поход на Балканах. Часть русских войск оседлала Шипкинский перевал – стратегическая точка, один из немногих перевалов через Балканский хребет и ключевой путь сообщения между северной и южной Болгарией. Турки бросили огромные силы на штурм наших укреплений. Их атаки отражала армия из русских солдат и болгарских ополченцев под командованием генералов Радецкого и Столетова. Первый штурм случился 21 августа – 28-тысячная турецкая армия Сулеймана-паши подошла к перевалу, на котором на тот момент находились всего 6 тысяч русских и болгарских солдат. В течение 6 дней боев русская армия потеряла 3500 человек, но позиций не сдала. Потери турок были более чем в два раза больше. Бои за Шипку продолжались 5 месяцев: с августа по декабрь 1877 года многочисленная турецкая армия осуществляла тщетные попытки прорваться через Шипкинский перевал. 26 декабря русские войска подошли к деревне Шейново и окружили 31-тысячную армию Вессель-паши, которая 28 декабря сдалась. Радецкий впоследствии написал: «Шипка — это запертые двери. В августе они выдержали тяжёлый удар, которым Сулейман-паша хотел их пробить… А в течение следующих четырёх месяцев Шипка приковала к себе 40-тысячную турецкую армию, отвлекая её от других пунктов театра военных действий, чем облегчила успехи наших двух других фронтов. Наконец, та же самая Шипка подготовила капитуляцию ещё одной неприятельской армии, а через её открытые двери прошла часть нашей армии в её победоносном шествии к Константинополю».

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии