RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Великий пророк России
19 октября 2019 г.

Великий пророк России

19 октября 2019 года исполнилось 190 лет со дня рождения Святого праведного Иоанна Кронштадского
Падение Украины-6
30 ноября 2014 г.

Падение Украины-6

Был бы украинский язык даже не «могучим и правдивым», как русский, а просто нормальным славянским языком, так и не стал бы столь припадочно комплексовать перед русским. Лишь украинцы носятся со своею «мовой», как дурень с писаной торбой.
Визг из зоопарка: Обама против Путина
16 сентября 2016 г.

Визг из зоопарка: Обама против Путина

Президент США во время выступления в Филадельфии сравнил русского лидера с иракским: «Посмотрите, его (Владимира Путина) поддержка 92%. У Саддама Хусейна была поддержка 90%».
Гильотина для поэта
15 февраля 2016 г.

Гильотина для поэта

110 лет назад 15 февраля 1906 года родился автор легендарной «Моабитской тетради» Герой Советского Союза Муса Джалиль
Быть русским
1 сентября 2016 г.

Быть русским

Не бесспорные размышления о нашем патриотизме и особенностях национального характера
Главная » Читальный зал » Личный архив вождя

Личный архив вождя

21 декабря 1879 года официальная дата рождения Иосифа Виссарионовича Сталина (хотя на самом деле он родился на год раньше)

Редактор РГК ознакомился в Российском государственном архиве социально-политической истории со сталинским фондом, который рассекречен и полностью подготовлен для экспонирования.
Личный архив вождя

Это документы, переписка, фотографии из его личного архива, которым после смерти вождя мало кто интересовался. Передо мной ещё до рассекречивания архива с ним, по эксклюзивному разрешению Ельцина, поработал военный историк генерал-полковник Дмитрий Волкогонов, который написал на этом материале книгу «Триумф и трагедия». Но далеко не все документы попали в поле его зрения. Здесь представлены еще не опубликованные материалы из личного фонда И.В. Сталина, , а также некоторые документы из Центрального архива ФСБ и комментарии охранников Сталина.

Компромат из «красной картотеки»

Одной из нераскрытых тайн XX века является исчезновение после октября 1917 года документальных материалов, представляющих собой компромат, накопленный царскими спецслужбами в отношении вождей революции. В 20-30-е годы многие бывшие царские контрразведчики и сыщики, а также архивные работники и цензоры почтамтов, занимавшиеся перлюстрацией корреспонденции, в том числе и большевистской, поплатились жизнью за причастность к этим тайнам. Особенно энергично ЧК-ОГПУ-НКВД искали документы, хранившиеся в специальном архиве контрразведывательного отделения штаба Петроградского военного округа (КРО ПВО), собранном в годы первой мировой войны с помощью царской охранки. Он насчитывал около 500 дел с алой полосой на титулах, за что и получил название "красная картотека".
Впервые на след "красной картотеки" напал Генрих Ягода. В 1925 году в Ленинграде был арестован Михаил Лебедев - бывший полковник царской армии, один из руководителей КРО ПВО. Он рассказал, что картотека вождей большевизма содержала информацию не только о партийной работе, но и о "щекотливых" нюансах личной жизни руководящих работников РСДРП, сведения о круге их знакомых, привычках и пристрастиях (в первую очередь дурных). Особенно "пухлыми" были дела на Ленина, Сталина, Свердлова, Молотова, Бухарина, Ворошилова, Каменева, Зиновьева и других лидеров партии. Перехваченные КРО шифрованные телеграммы большевистских финансовых эмиссаров свидетельствовали о возросшей активности руководящего ядра партии осенью 1917 года. Контрразведчики пытались выяснить источники мощной финансовой подпитки большевистского центра в Петрограде, но начавшаяся революция не позволила им докопаться до этой тайны.

На допросах Лебедев подробно изложил многие нюансы деятельности КРО. По инструкции, "красная картотека" в чрезвычайных обстоятельствах подлежала консервации в одном из тайников. Лебедев не знал, кому из сотрудников КРО поручил исполнить эту миссию последний начальник контрразведки Петроградского военного округа полковник Николай Дмитриев.
Ягода пытался разыскать Дмитриева, но его следы затерялись еще в 1917 году. Тогда "железный Генрих" доложил о "красной картотеке" Сталину и предложил арестовать двух обнаруженных в Ленинграде бывших сотрудников КРО ПВО и 17 бывших офицеров контрразведки Временного правительства. Сталин согласился. Однако их допросы в 1925 году ничего нового к информации Лебедева не добавили. Вскоре арестованных пришлось освободить за отсутствием состава преступления: апогей огульных обвинений и массовых репрессий еще не наступил.
"Красная картотека" вновь напомнила о себе в конце 1927 года, когда обострился конфликт между Сталиным и Троцким. В зарубежной печати и даже в отдельных российских изданиях, где ощущалось влияние Троцкого, появились публикации о Сталине и его подручных с разоблачительными подробностями их революционной деятельности и личной жизни до 1917 года. Анализ опубликованного показывал, что у Троцкого есть доступ к какому-то источнику опасной для Сталина информации. Если бы эту информацию поставить на службу вождю, он мог бы с выгодой использовать ее в борьбе с идейными противниками. И Сталин начал поиск картотеки.
К марту 1928 года органами ОГПУ Ленинграда по указанию из Москвы были арестованы практически все сотрудники КРО ПВО, работавшие там в период с февраля по октябрь 1917 года. В октябре следственное дело по их обвинению было направлено в Особое совещание при коллегии ОГПУ. Многих подследственных приговорили к расстрелу. Хотя следствие вели опытные московские и ленинградские сотрудники ОГПУ, а Ягода лично наблюдал за ходом расследования, выйти на "красную картотеку" так и не удалось. И тогда было решено тщательно проверить архивы и хранилища Ленинграда, основательно "прощупать" их сотрудников и специалистов взаимодействующих организаций. Выяснилось, что в архивах хранится много неучтенной и не известной властям информации, связанной с деятельностью различных ведомств и учреждений прошлых правительств.
Начиная с ноября 1928 года из ленинградских архивов энергично изымались и без права копирования отправлялись в Центр все сведения, касающиеся большевистской элиты. Но и повальная чистка архивных хранилищ не дала результата. "Красная картотека" как в воду канула.
С помощью ученых-историков и архивных работников мы попытались раскрыть эту тайну ХХ века. В Центральном архиве ФСБ, в личном архиве Сталина, в Российском государственном архиве социально-политической истории не удалось найти материалы, которые бы дополнили уже известные сведения о "красной картотеке". Зато в личном фонде Сталина мне посчастливилось обнаружить первое упоминание в материалах царской охранки об Иосифе Джугашвили и два документа, свидетельствующих о том, что "красную картотеку" использовали как минимум два раза: в годы первой мировой войны и в период политической схватки между Сталиным и Троцким.
Впервые фамилия Иосифа Джугашвили в материалах царской охранки упоминается в докладе начальника Тифлисcкого губернского жандармского управления от 12 июля 1902 года № 3499: «По показаниям группы свидетелей, подозреваются в создании тайного кружка Российской социал-демократической рабочей партии в г. Тифлис Георгий Чхеидзе, Иосиф Джугашвили, Анна Краснова, Алексей Закамолкин, Воцлав Кулавский... В отношении перечисленных лиц принята мера пресечения - содержание под стражей».
Похоже, впервые такая черта характера Джугашвили, как деспотизм, подмечена царской охранкой в 1903 году. Вот документ, упоминающий об этом:
«Совершенно секретно

Господину директору департамента полиции, 1903 года, января 29 дня, г. Тифлис

Имею честь доложить Вашему Превосходительству, что... в Батуми во главе революционной организации находится состоящий под особым надзором полиции Иосиф Джугашвили... Деспотизм Джугашвили многих наконец возмутил, и в организации произошел раскол, ввиду чего в текущем месяце в город Батуми ездил состоящий под особым надзором Джигладзе. Ему удалось примирить враждовавших и уладить все недоразумения.
Начальник Тифлисского розыскного агентства
Ротмистр Лавров».
А вот впервые дается описание внешности будущего вождя:
«Ведомость № 1841
О лицах, подлежащих розыску
1904 года, марта, 15 дня.
...Из крестьян села Диди-Лило Тифлисского уезда и губернии Иосиф Джугашвили, 24 лет, православный. Приметы: роста 2 аршина 6 вершков, лицо рябоватое, глаза карие, волосы на голове и бороде черные. Особая примета: движение левой руки ограничено вследствие устарелого вывиха.
Телосложение посредственное, производит впечатление обыкновенного человека. Лоб прямой, невысокий, нос прямой, длинный, лицо длинное... На правой стороне нижней челюсти отсутствует передний коренной зуб, подбородок острый, голос тихий, на левом ухе родинка.
Начальник Иркутского жандармского управления полковник Левицкий».
Другой уникальный документ из архива царской охранки - "Альбом лиц, зарегистрированных общей, сыскной полицией по подозрению в шпионаже". В нем - фотографии и компрометирующие данные на 85 арестованных в 1916 году персон, среди которых немало членов РСДРП. Там нет сведений о лидерах партии, которые в то время находились за границей, но содержание "Альбома" косвенно свидетельствует о существовании некоего банка информации военно-политического и частного характера в отношении партверхушки и ее приближенных.
Третий документ - запись пересказа Зиновьевым содержания одного из номеров немецкой газеты "Форвертс" за 1927 год. Речь идет об анонимной статье, в которой приводятся сведения об экспроприаторской деятельности большевиков (в том числе по прямому указанию Ленина) до 1917 года. Сообщается и об интимной связи Сталина во время ссылки в Туруханский край с местной женщиной, о появлении ребенка. Кстати, значительно позже, уже после смерти "вождя" эту информацию подтвердил в своих воспоминаниях старый большевик И.Д. Перфильев. Есть достоверные сведения, что в годы Великой Отечественной войны Сталин посылал в Сибирь денежные переводы, хотя никогда и нигде не свидетельствовал о незаконнорожденном сыне.
Упомянул я об этом вовсе не с целью выдать "жареный факт", а лишь для указания на то, что Троцкий скорее всего имел доступ к материалам "красной картотеки" и даже пытался воспользоваться этими материалами в своих целях.
Известный историк Виктор Михайлович Гиленсен так прокомментировал полученную мной информацию о "красной картотеке":
- Безусловно, такая картотека существовала. Но полагаю, что когда некоторые современные историки ссылаются на нее, чтобы обвинить большевиков в шпионаже в пользу Германии, эти попытки имеют чисто пропагандистские цели. Во всяком случае другими источниками такая информация не подтверждается. Я изучал немецкие архивы, в том числе и архив начальника германской разведки и контрразведки в годы Первой мировой войны Вальтера Николае, но ни одного документа в пользу версии о шпионской деятельности большевиков не обнаружил.
Что касается следов картотеки, то она могла быть увезена Троцким за границу, когда Сталин выслал его из России. Ведь не зря "вождь" сожалел о том, что Троцкому позволили вывезти множество документов, даже не проверив их. Находясь в эмиграции, кое-какой компромат Троцкий постепенно выдавал в прессу. Возможно, полностью опубликовать картотеку он попросту не успел - НКВД дотянул-таки до него свои руки, лишив жизни.

Нельзя исключить и того, что Сталин все же нашел картотеку и уничтожил ее, использовав лишь часть материала в борьбе со своими оппонентами - не зря, видимо, многие из них так безропотно подписывались под "расстрельными" показаниями.
А может, картотека до сих пор хранится в одном из дореволюционных тайников КРО ПВО? Тогда найти ее предстоит разве что какому-нибудь удачливому исследователю в будущем.

Неудавшееся покушение

В сталинском архиве я обнаружил дело военного трибунала Южных и Донецких железных дорог "О задержке экстренного поезда товарища Сталина И.В.". Как можно предполагать, речь идет о самом первом покушении на будущего генсека в 1920 году.
В реввоенсовет Южного фронта поступила правительственная телеграмма.

"Харьков, 19 августа 1920 года. Из Белгорода N 1587-99-18-2-10. Реввоенсовет Южфронта Берзину.

В 20.30 18 августа после отхода моего поезда на Москву из Харькова нас остановил семафор. Я установил: семафор не был открыт. Спустя пять минут после инцидента с семафором мой поезд был пущен не на тот путь, а на товарный парк. Крушение было избегнуто благодаря искусству машиниста. Сообщая Вам об этом, прошу привлечь к ответственности виновных. О принятых мерах сообщите...
Член реввоенсовета республики Сталин".
Почему-то реввоенсовет фронта не проявил рвения в расследовании инцидента. Только через 12 дней состоялось заседание коллегии реввоентрибунала Юждонжелдора, которое постановило: ведение дела поручить следователю Козлову.
Этот следователь провел дознание, судя по всему, не особенно вникая в некоторые "темные" моменты. Он ограничился сбором письменных показаний должностных лиц и сделал свое заключение. Дознание длилось два с половиной месяца - со 2 сентября по 18 ноября 1920 года. Следственные материалы содержат интересные бытовые детали того времени.

"Показания дежурного приемного поста ст. Харьков-Сортировочная Станислава Нестеровича Ляховича, крестьянина, 43 лет, римско-католического вероисповедания.
18.08 в 21 час 45 минут в ожидании экстренного поезда N 1122... я лично осмотрел стрелки в присутствии милиционеров Ребрикова и Медведева и заявил стрелочникам Носову и Оберемку: как будет проходить экстренный поезд на Северный пост, открыть семафор и держать стрелку включенной. Когда я впоследствии прибыл на пост для встречи поезда тов. Сталина, проверить положение стрелки не мог ввиду отсутствия фонарей освещения. Увидел, что поезд пошел по пути на товарную станцию, когда было уже поздно что-либо предпринимать, кроме остановки состава".
"Показания стрелочника станции Харьков-Сортировочная Ильи Николаевича Носова, крестьянина Орловской губернии, 22 лет, православного вероисповедания.

...Приблизительно в 21 час 45 минут Ляхович заявил мне, что пройдет из Харькова экстренный поезд. Я распорядился стрелочнику Оберемку открыть семафор... Перевод стрелки я лично проконтролировал. Но перед самым проходом экстренного поезда ввиду расстройства у меня желудка я со стрелки отлучился, но опять же повторил Оберемку, что стрелка должна стоять на главном пути до прохода экстренного поезда.

Когда я возвращался из будки, то увидел, что поезд идет в сторону Сортировочной. Я крикнул Оберемку, чтобы он подал поезду флажком остановку. Почему Оберемок переделал стрелку на Сортировочную, мне неизвестно..."
"Показания стрелочника станции Харьков-Сортировочная Ивана Ивановича Оберемка, крестьянина Харьковской губернии, 22 лет, православного вероисповедания.
...Минут за десять до прибытия экстренного поезда кто-то по телефону мне приказал перевести стрелку на Сортировочную станцию. Только когда поезд вошел на стрелку, я заметил по его виду, что это экстренный, и стал давать сигнал остановки".

Приведенные показания легли в основу заключения следователя Козлова, которое выглядит так: "На основании телеграммы Сталина И.В. от 19 августа с.г. и наложенной на ней резолюции предвоентрибунара тов. Куни я произвел следующее расследование.

Вечером 18 августа с.г. поступило... телеграфное сообщение о проследовании экстренного поезда N 1122. В 21 час 50 минут путь был получен, но указанный поезд отправился только в 23 часа того же числа. Задержка объясняется следующим.
Дежурный ДСП товарного поста тов. Черкасов, несмотря на то, что было получено требование на беспрепятственный пропуск экстренного поезда, продолжал производить маневры. Поезд N 1122 был остановлен у семафора и простоял от 10 до 15 минут. Затем поезд проследовал к южному посту, где произошел второй факт несанкционированной остановки экстренного поезда. После чего в 23 часа 22 минуты поезд был направлен по неправильному пути. ДСП этого поста товарищ Ляхович, получив уведомление о следовании экстренного поезда, дал личное распоряжение стрелочникам Носову и Оберемку об открытии стрелки на главный путь, ведущий на северный пост. Носов стрелку приготовил сам и приказал Оберемку держать ее таким образом до прихода экстренного поезда. Сам же отлучился для естественных надобностей. Стрелочник Оберемок почему-то перед самым проходом поезда (сам он ссылается на какие-то никем не подтвержденные телефонные распоряжения) перевел стрелку на Сортировочную, куда и прошел экстренный поезд. Ошибка была быстро замечена машинистом Кондратьевым. Поезд был остановлен, пройдя по неправильному пути саженей 25.
В действиях виновных злого умысла не усматриваю".

18 ноября 1920 года состоялось еще одно заседание реввоентрибунала Юждонжелдора. Вот выписка из протокола N 908: "Слушали: дело по обвинению ДСП товарного поста ЮЖД Ляховича, стрелочников Оберемок и Носова в халатном отношении к своим служебным обязанностям и непринятии мер к безостановочному следованию экстренного поезда тов. Сталина. Постановили: на основании амнистии ВЦИК к 3 годовщине Октябрьской революции дело прекратить".

Читая это постановление, невольно сопоставляешь его с затяжкой следствия до амнистии. Неужели "железные" дяди из ревтрибунала пожалели элементарных разгильдяев с харьковской станции, спасая их таким образом от расстрела, который по законам гражданской войны в данном случае вполне можно было схлопотать? А может, прекращением дела по амнистии они прикрывали чьи-то серьезные, но не сбывшиеся замыслы?..
Вполне вероятно, случившееся 18 августа 1920 года было следствием обыкновенного разгильдяйства. Но странный звонок стрелочнику Оберемку вкупе с еще более странным отношением к этому факту следователя Козлова (который даже не задался вопросом: кто звонил и с какой целью) дают повод и для предположения о возможности заговора. Тем более что в деле имеется еще один документ, на который следователь вообще не обратил внимания. Вот он.
"Рапорт от механика разъезда Михаила Гладилина тов. члену реввоенсовета Южфронта Берзину
...18 августа в 23 часа 50 минут по отправлении экстренного поезда тов. Сталина... на спуске, когда осложнено торможение, на пути оказались тележки, груженные каким-то хламом. Машинист об этом предупрежден не был. Но благодаря его быстрой реакции состав немедленно сбавил скорость и врезался в тележки, сбросив их с пути без катастрофических последствий... Если бы не реакция машиниста, дело приняло бы очень серьезный поворот. Неизвестно, откуда взялись эти тележки.

Прошу товарища Берзина дать этому рапорту должный ход и привлечь виновных к ответственности".

Этот инцидент (кстати, третий по счету за какие-то два-три часа продвижения поезда в районе Харьковского узла) вообще не расследовался ни Берзиным, ни Козловым. Случайное совпадение плюс не характерная для реввоенсовета и ревтрибунала беззубость? Может быть. Но в свете приведенных фактов вполне, думается, возможно и допущение о спланированной акции. Ведь уже тогда были весьма напряженными взаимоотношения Сталина и Троцкого, и последний вполне мог желать экстренному поезду N 1122 недоброго пути. Тем более что именно в эти дни между "вождями" произошла очередная серьезная стычка.

2 августа 1920 года политбюро ЦК РКП(б) приняло решение передать с Южного на Западный фронт 12-ю, 14-ю армии и 1-ю Конную армию Буденного. 13 августа Сталин телеграфировал главкому Вооруженных сил С.Каменеву о невозможности выполнить эту задачу (он был в то время членом реввоенсовета Южфронта и явно не собирался ни с кем делиться войсками.) Когда же под напором Троцкого из Москвы пришла директива, обязывающая немедленно передать три армии на польское направление, Сталин ее не подписал, а срочно выехал в столицу.
Председатель реввоенсовета республики Троцкий, конечно, понимал: Сталин отправился в Москву апеллировать к Ленину, что было для Льва Давидовича явно нежелательно. В столице как раз начиналась разборка по поводу военной катастрофы на польском направлении, к которой и Сталин, и Троцкий имели причастность и были готовы свалить друг на друга вину. Если учесть, что все реввоенсоветы и ревтрибуналы Южного фронта (равно как и Западного) были тогда вполне троцкистскими, легко объяснить и вялое следствие, и затягивание его до ожидавшейся амнистии.

Разоблачительский зуд

В личном архиве Сталина я обнаружил докладную записку тогдашнего руководителя госбезопасности Г. Ягоды "О кампании по самокритике в ленинградской прессе в 1929 году по агентурным материалам ОГПУ", а также досье на наиболее известных в то время ленинградских журналистов. Публикуя отрывки из этих документов, которые достаточно выразительно характеризуют политическую атмосферу и нравы той поры, обращаем внимание на красноречивые фамилии подписантов.
По указанию политбюро ЦК ВКП(б) и по инициативе газеты "Правда" с 1 октября 1929 года в ленинградских газетах началась "кампания по самокритике". По замыслу ее организаторов советские руководители и рядовые работники, используя, как говаривали тогда, трибуну печати, должны были всенародно вскрывать как свои, так и чужие недостатки. "Праздник самокритики" сразу же вылился в вакханалию "грязезакидательства". Причем несознательные труженики пера и партийной нивы не только плескали помоями друг в дружку, но, что самое ужасное, по мнению Г. Ягоды, норовили запустить подвернувшимся под руку "гнилым помидором злопыхательства" в вышестоящую партийную инстанцию. Недремлющее око ОГПУ моментально засекло это безобразие и в записке под грифом "Сов. секретно. Срочно" проинформировало Кремль: "Руководители редакций распустили вожжи самокритики, что привело к появлению в печати демагогических статей типа "Проветрить коридоры Смольного" или "Председатель обл. КК - в связи с помещицей!"
Далее в докладной записке сообщалось о том, что некоторые руководители и партактивисты, "спасая, по их собственному выражению, свою шкуру во всей этой кутерьме", буквально науськивали репортеров на отдельных ответработников. Например, один из руководителей "Красной газеты" Лев Славентатор потребовал от сотрудника ж.д. отдела найти во что бы то ни стало компрометирующий материал на нач. Ленинградской ж.д. Аверина, а другого понуждал обязательно раздобыть материал о зажиме самокритики и правом уклоне в завкоме и парткомитете Пролетарского завода, несмотря на уверение сотрудника, обслуживающего завод, что там в этом отношении все обстоит благополучно. Приблизительно то же самое проделывал секретарь "Ленинградской правды" Сарфель, требуя от сотрудника газеты Аристова, чтобы тот подкопался под директора конфетной фабрики им. Самойловой, или настаивал на опорочении в газете ни в чем не повинного директора текстильной фабрики им. Дзержинского Стодолинова...
"Волна самокритики, - сообщил далее Ягода, - активировала рваческие тенденции у сотрудников редакции. Например, сотрудница "Ленинградской правды" Бескина, член ВКП(б), придя на днях из отпуска, заявила в редакции во всеуслышание: "Я поистратилась во время отдыха. Сейчас самокритика. Дайте мне подзаработать".

Странными кажутся сегодня материалы так называемых досье на журналистов. Вот лишь несколько выдержек.
"Славинский Николай Александрович, сотрудник "Красной вечерней газеты". Вместе с работником "Кр. газеты" Мишлэ (Лещинский) посещают бар и устраивают веселые вечеринки на дому. В последней кампании по самокритике выявил себя как типичный желтый журналист, гоняясь за сенсациями".
"Кантарович Евгений Тимофеевич, беспартийный. Происходит из буржуазной семьи. Рвач, зарабатывает в месяц 400 с лишним рублей".

"Левитин Михаил Ананьевич, канд. в чл. ВКП(б). Работает в газ. "Смена". Тесно связан с эстрадниками, которым пишет за плату по договоренности эстрадный материал".

"Гордон Исаак Исаакович, член ВКП (б). Бывш. краснофлотец. На открытом партийном собрании требовал помещения компрометирующего материла на тов. С.М. Кирова за вытаптывание крестьянских полей во время охоты. За непомещение этого материала обозвал работников редакции примиренцами".
"Ефимов-Фридберг Дмитрий Наумович, беспартийный. Из евреев-перекрещенцев. По агентурным данным, крестным отцом его был известный черносотенец Шульгин. В "Ленингр. правде" неоднократно был замечен в неблаговидных махинациях с гонорарами. В свое время печатал заметки только тех сотрудников, которые с ним делились ..."

"Набатов Наум Львович, член ВКП(б). Исключительный рвач. Он зарабатывает до 500 руб. в месяц. Набатов искусственно повышает себе гонорар тем, что материал дает не в одной статье, а разбивает на мелкие статейки, Не скрывает, что смотрит на самокритику как на легкий способ подкормиться".
Сталин дал указание прекратить балаган. До поры возня затихла. Но... неудивительно, что вот такие пауки в банке в 1937 году забрасывали органы «разоблачительными» письмами друг на друга, за что многие и поплатились.

Покровитель талантов


В фонде хранится небольшая папка с перепиской между известным уже в то время советским писателем-фельетонистом Михаилом Кольцовым и ЦК ВКП(б). В 1929 году Кольцова назначили главным редактором сатирического журнала «Чудак». Через несколько месяцев, в начале осени того же года, партия повела «решительное наступление» на троцкистов, «засевших в Ленинградской организации ВКП(б)». Михаил Кольцов эти аппаратные игры принял, вероятно, за чистую монету и со всей страстью начинающего главного редактора бросился бичевать имеющиеся недостатки в городе на Неве.
20 сентября 1929 года ЦК ВКП(б) принял постановление, в котором подверг резкой критике деятельность ряда редакторов, в первую очередь Михаила Кольцова. Ему был объявлен выговор со строгим предупреждением. А на следующий день его сняли с должности.

Кольцов написал покаянное заявление в руководящий орган партии: «По моей вине журналом «Чудак» допущена грубая политическая ошибка, вполне правильно оцененная постановлением ЦК от 20 сентября. Я целиком соглашаюсь с тем, что и расположение, и смысл материала, помещенного в № 36 журнала, действительно были чужды духу партийно-советской печати и действительно могли дать пищу для обобщений враждебным нам элементам. Причиной утери мной чувства меры в отражении ленинградских непорядков был введший меня в заблуждение исключительно резкий тон в те дни партийного отдела «Правды» и неистовая, «бешеная» кампания ленинградской прессы. А также сведения о том, что инструктор АППО ЦК приехал в Ленинград специально для того, чтобы еще «подогреть» и без того горячее наступление местной печати. Под гипнозом этой общей горячки я и допустил появление злосчастной странички в «Чудаке».
ЦК ВКП(б) не стал заниматься «исповедью» Кольцова. Заведующий отделом писем и заявлений переадресовал послание Климу Ворошилову, который, хотя и был наркомом обороны, среди партверхушки слыл докой в разборе всяческих дрязг в среде творческой интеллигенции.
Ворошилов наложил на покаянное заявление такую резолюцию: «Следовало бы вернуть в «Чудак». Поговорить с т. Кагановичем». Сам же нарком и переговорил с Лазарем Моисеевичем - и Кольцова восстановили в должности главного редактора «Чудака». Однако его злоключения на ниве редакторства не кончились. Вскоре редакция конкурирующего на сатирической ниве журнала «Крокодил» добилась решения ЦК ВКП(б) о слиянии двух сатирических журналов, что, по сути дела, означало поглощение «Крокодилом» «Чудака» (вместе с Кольцовым). При этом талантливый сатирик опять был лишен полюбившейся ему должности. За справедливостью он, теперь уже минуя ЦК, обратился прямо к Ворошилову:

«Дорогой Климентий Ефремович!

Страницы:   1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11  »

Комментарии:

Алексадр sn 26.06.2016 в 12:06 # Ответить
ПРОСТОЙ СЕКРЕТ
Пойми один момент. Завоевать женщину несложно. Это не такая уж большая проблема. Большинство на это способны. Почти каждый мужчина хоть раз в своей жизни завоевывал хотя бы одну женщину. Отношения начинаются с влюбленности: с осознания того, что другой человек занимает и будоражит твои мысли, с тяги к нему, с первых свиданий, робких поцелуев и трогательных признаний, с волны страсти, которая накрывает обоих. Потом они развиваются. Скука и монотонность повседневности постепенно выжигают страсть. Все исчезает. Вместо чувств появляется пустота, которая вскоре заполняется безразличием. Отношения либо прекращаются, либо становятся ненастоящими. Статичными. Мужчина и женщина начинают искать то, чего им теперь не хватает, в стороне друг от друга. Сохранить отношения и удержать женщину – вот, что сложно. За это всегда отвечает мужчина. Отношения спасает то же, что их и создает. Не секс и подарки. Дарить цветы и подарки по праздникам – не сюрприз и не показатель внимания. Это несложно. Чтобы сохранить отношения, мужчина должен уметь радовать без причин. Для чувств не нужны поводы. Женщины любят сюрпризы, подарки и цветы, так как это проявление к ним внимания. Они понимают, что о них думают и их ценят. Постоянное проявление внимания в нужной степени к женщине – вот на чем держатся отношения. Процесс этот обоюдный, но начинать его должен мужчина. Чтобы получать, нужно уметь отдавать. В женщинах мужчины часто не видят главного. Они видят их красивыми и сексуальными. Притягательными и опасными. Все это так, но если они посмотрят глубже, то увидят маленьких девочек. Внешняя красота – это напускное. Внутри мягкое и нежное. Там ребенок. С годами они не меняются внутри. В течение жизни в поведении становятся жестче, но все это только защита. Поняв это, ты поймешь, как сделать ее своей. Надо завоевать ее, как ребенка. Секрет прост. Внимание и забота о ней. Постоянное внимание. Мелочи. Такие, как - пожелать доброго утра, узнать, как она себя чувствует, кушала или голодна, оделась ли теплее в холодную погоду, выслушать и просто обнять. Умение решать ее проблемы. Стать тем, за кем она захочет спрятаться. Дать ощущение заботы и надежности. Такие мелочи в отношениях решают все. Из них возникает доверие. Женщины ценят это всегда. Вот весь секрет, он прост. ПРОСТОЙ СЕКРЕТ

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
5 июня
пятница
2020

В этот день:

Автор музыки имперского Гимна России

5 июня 1798 года родился Алексей Фёдорович ЛЬВОВ (ум. 1870), генерал, композитор, автор Гимна Российской Империи «Боже, царя храни!»

Автор музыки имперского Гимна России

5 июня 1798 года родился Алексей Фёдорович ЛЬВОВ (ум. 1870), генерал, композитор, автор Гимна Российской Империи «Боже, царя храни!»

С детства музицировал. В 1818 году окончил институт путей сообщения, служил в аракчеевских военных поселениях инженером, не оставляя занятий музыкой. В 1833 году получил известность как автор музыки нового русского национального Гимна, который написал, участвуя в конкурсе, объявленном  Николаем I.

Гимн был написан в соавторстве с знаменитым русским поэтом Василием Андреевичем ЖУКОВСКИМ.
История создания Гимна проста.
В 1833 году по указанию императора Николая I состоялся своего рода закрытый конкурс на новый гимн России. Из поэтов в нем участвовали Нестор Кукольник, Василий Жуковский и некоторые другие, из композиторов — Михаил Глинка, Алексей Львов и пр. В итоге царю понравилась работа Львова и Жуковского: во-первых, звучит как молитва, гимн так и назывался поначалу — «Молитва русского народа»; во-вторых, мелодия простая, легко запоминающаяся.

Напомним текст этого произведения.

Боже, Царя храни
Музыка — Алексея Львова, текст — Василия Жуковского.

Боже, Царя храни

Сильный, державный,

Царствуй на славу нам,

Царствуй на страх врагам,

Царь православный.

Боже, Царя храни!

Боже, Царя храни!

Славному долги дни

Дай на земли!

Гордых смирителю:

Слабых хранителю,

Всех утешителю -

Всё ниспошли!

Перводержавную

Русь Православную

Боже, храни!

Царство ей стройное,

В силе спокойное, -

Все ж недостойное,

Прочь отжени!

О, провидение,

Благословение

Нам ниспошли!

К благу стремление,

В счастье смирение,

В скорби терпение

Дай на земли!

 

Тысячелетие христианства на Руси

5 июня 1988 года Русская православная церковь начала отмечать тысячелетие христианства на Руси.

Тысячелетие христианства на Руси

5 июня 1988 года Русская православная церковь начала отмечать тысячелетие христианства на Руси.

Торжества начались в Москве 5 июня богослужением в Богоявленском соборе Свято-Данилова монастыря и продолжались до 12 июня — дня памяти всех русских святых. Всю неделю в московских храмах шли торжественные богослужения, а 11 июня состоялось всеобщее  всенощное бдение. Затем торжества прошли в Киеве, Ленинграде и Владимире, а после 18 июня — в епархиях.

Первый полет русского самолета

5 июня 1910 года в Киеве совершен первый в России полёт на самолёте отечественной конструкции.

Первый полет русского самолета

5 июня 1910 года в Киеве совершен первый в России полёт на самолёте отечественной конструкции.

 

Его создатель профессор политехнического института князь А. С. Кудашев. Через 11 дней там же поднял в воздух свой самолёт студент И. И. Сикорский, а 19 июня в Гатчине на самолёте конструкции инженера Я. М. Гаккеля взлетел В. Ф. Булгаков.

 

Госпиталь имени Н. Н. Бурденко

5 июня 1706 года в Москве открыт первый военный госпиталь. Ныне это Главный военный клинический госпиталь имени Н. Н. Бурденко.

Госпиталь имени Н. Н. Бурденко

5 июня 1706 года в Москве открыт первый военный госпиталь. Ныне это Главный военный клинический госпиталь имени Н. Н. Бурденко.

 

 

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение