RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Маршал журналистской артиллерии
19 ноября 2015 г.

Маршал журналистской артиллерии

19 ноября у постоянного автора «Российского героического календаря» Михаила Захарчука день рождения.
Тайны Нюрнберга
20 ноября 2017 г.

Тайны Нюрнберга

20 ноября 1945 года начался судебный процесс над главными фашистскими преступниками, материалы которого до сих пор полностью не опубликованы
Священнику нужна помощь!
18 марта 2016 г.

Священнику нужна помощь!

У 41–летнего протоиерея Иоанна Николаевича Филипова наследственная болезнь – поликистоз обеих почек.
Капитализм себя, слава Богу, съест
10 июня 2015 г.

Капитализм себя, слава Богу, съест

Те, у кого нет денег, могут радоваться: скоро их не будет ни у кого!
Ритуальный поджог?
5 февраля 2015 г.

Ритуальный поджог?

Катастрофический пожар в здании Института научной информации по общественным наукам (ИНИОН) наводит на серьезные подозрения
Главная » Читальный зал » Иван Козловский: простой и непостижимый

Иван Козловский: простой и непостижимый

24 марта 2015 года – 115 лет со дня рождения великого тенора Ивана Семеновича Козловского

Кроме певческого таланта, он обладал особой духовной силой: всю жизнь глубоко верил в Бога и веру эту не предал, несмотря на жесткое, а порой и жестокое понуждение к тому со стороны партгосверхушки!
Иван Козловский: простой и непостижимый

С выдающимся солистом Большого театра Иваном Семеновичем Козловским я познакомился в середине семидесятых годов прошлого века на гастролях Киевского театра имени И. Франко в столице. Главный режиссер театра Сергей Владимирович Данченко со своей труппой привез тогда одиннадцать спектаклей, среди которых была и совершенно забойная вещь Ивана Котляревского «Энеида», где роль автора бесподобно исполнял мой давнишний и хороший приятель Бодюл Ступка.

После «Энеиды» Сергей Владимирович представил меня легендарному тенору Большого. Вот, дескать, наш земляк-газетчик, написать про ваше творчество желает. За давностью лет уже не помню, о чем мы говорили в ту первую встречу, но совершенно точно могу утверждать, что отнесся ко мне Козловский более чем прохладно. И я в огромном волнении на следующий день переступал порог его квартиры по улице Неждановой. Однако здесь меня встретил уже веселый, приветливый, юморной старик, совершенно не похожий на вчерашнего театрального льва-бонвивана, который почти агрессивно верховодил среди своих земляков-артистов. Забегая наперед, скажу, что с тех пор между нами установились очень добрые отношения, и на правах земляка я часто бывал на двухэтажной квартире Козловского.

…Ивану Семеновичу, безусловно, повезло и в творчестве, и в быту, и в окружении, и в редком долголетии. Благодаря фантастическому стечению этих и еще многих других обстоятельств, он был признан с редким единодушием в нашей стране и за рубежом выдающимся, почти гениальным вокалистом и оперным исполнителем. Между тем в ряду таких певцов как Л. Собинов, Н. Обухова, В. Петров, С. Лемешев (уже не говорю о Ф. Шаляпине) Козловский всего лишь - равный среди равных. Но поди ж ты, жил Иван Семенович так долго и безупречно, что сумел стать эталоном, как тот метр, что лежит в питерском музее. Вроде бы и не лучше, не хуже других метров, но образцом для измерения является.

Хотя справедливости ради надо сказать: природа весьма щедро одарила этого везунца из украинского села Марьяновки, что на Киевщине. Дала ему неповторимый, почти что гипнотический голос: прозрачный, серебристый, ровный с красивым нежным тембром свободного верхнего регистра. Даже если читателю ничего не говорят сии характеристики, то все равно он вряд ли станет спорить на тему того, что пел Иван Семенович действительно здорово. Не зря же Шаляпин, услышав его голос, заметил: «Красиво поет, сволочь!». И Козловский этим отзывом гордился! Сверх всего певец обладал сочной гаммой других артистических качеств, которые в совокупности всегда отличают большого творца от ремесленника, пусть и очень хорошего. А то, что Козловский был творцом крупным, сомнению не подлежит.

Пройдя длинный и тернистый творческий путь, в продолжении которого семь десятков лет советской власти оказались лишь затянувшимся эпизодом, он умудрился не омрачить свое творчество ни так распространенным в то время восторженным раболепием перед власть предержащими, ни сделками с собственной совестью, ни суетными, мелочными поступками, за которые было бы стыдно перед собой и потомками. Более того, всю жизнь он глубоко верил в Бога и веру эту не предал, несмотря на жесткое, а порой и жестокое понуждение к тому со стороны партгосверхушки!

Это обстоятельство достойно нашего внимания еще и потому, что Кафка ведь был совершенно прав, когда утверждал: истинный путь человека идет по канату, который натянут не высоко, а над самой землей. Он (канат) предназначен больше для того, чтобы о него спотыкаться, чем для того, чтобы идти по нему. Козловский сумел (или исхитрился?) не спотыкаться о канат своей судьбы; передвигался по нему, достаточно высоко закрепленному над бренной землей. И не с цирковой виртуозностью двигался, а уверенно, с достоинством настоящего таланта, который, как, в итоге, выяснилось, и творил лучше и видел дальше многих. И, может, потому сподобился у Бога таким веком.

Ничто человеческое при этом Козловскому было не чуждо. Он не являлся белой вороной среди себе подобных. Почти виртуозно владел искусством приспособляемости к той, почившей, "тоталитарной" системе. Иначе просто бы не выжил. В период активной деятельности слыл весьма оборотистым мужиком: не все члены политбюро имели такое шикарное жилище как у него.

С другой стороны, даже вынужденная адаптация Козловского к существующему строю не носила характера потребительской агрессивности. То есть, всегда работая локтями, он никогда не отталкивал других. Наоборот, немало поспешествовал, например, тому, чтобы его соперник тоже «божественный тенор» Сергей Лемешев смог трудиться в Большом театре. Посредственности такой поступок не под силу. Словом, умел он по жизни во всем отделять зерна от плевел и потому первых накопил несравненно больше, нежели вторых. И память по себе сохранил добрую.

При этом общаться с ним было непросто. Мог запросто разорвать уже подготовленный материал, по пустяку обидеться мог. Колкостями, едкостями и насмешками обильно сдабривал всякую беседу. Озорничать любил даже в сильно преклонном возрасте. Однажды сообщил мне, что служил на Украине в стрелковой части вместе с Антоном Макаренко, тем самым, известным педагогом, автором «Педагогической поэмы». Я возрадовался: на такую сенсацию набрел! А помощница Козловского СЛЕЗИНА, о которой речь еще впереди, услышав это, возмущенно заметила:

- Иван Семенович, побойтесь Бога! Да между расположением ваших частей лапоть по карте можно было положить, сами же говорили!

- От глупая женщина! Нет, чтобы промолчать. Пусть бы Михаил написал, а потом бы все с ног сбивались, устанавливая истину...

А то вообще однажды прикололся так, что случай этот давно уже превратился в анекдот. Рядом с его дачей сосед поставил оригинальный забор и самое главное – очень причудливо выкованные ворота. Козловскому они так понравились, что сам подошел к рабочим и предложил: «Поставьте мне точно такие же и, поверьте, я вас не обижу». Ну, те, разумеется, расстарались. И вот, когда работа по установке чудо-ворот уже приближалась к финишу, Иван Семенович метнулся в свой дом и вышел оттуда в украинской вышитой рубахе. Встал на краю веранды и запел своим «божественным лирическим тенором». Обалделые мужики слушали его, раскрыв рты и только постепенно до их сознания доходило, что это и есть плата за работу. Когда певец закончил арию (уже не помню какую), работники дружно плюнули и гордо удалились, не довершив своего дела. Иван Семенович, как ни в чем не бывало, пошел в дом, чтобы переодеться в дачное лохмотье.

...В очередной приезд в столицу киевских франковцев, а случился он как раз в канун Рождества, Козловский принес своему любимцу Бодюлу Ступке, игравшему тогда главную роль в «Записках сумасшедшего», пару бутылок вина «Кодряны» и горсть пшеницы.

- Давай, Малый (так любовно называл артиста), будем поздравлять зрителей с Новым годом.

И вот они пошли вдвоем по рядам:

- Сею-сею, посеваю, с Новым годом поздравляю!

А в первом ряду сидела знакомая Козловского в сильно декольтированном платье. Иван Семенович прямо в промежность пышных грудей дамы засыпал горсть пшеницы. Та смутилась:

- Ну что вы, Иван Семенович, право же, неудобно...

- Молчи, кацапка!

Зал дрогнул смехом. (Иван Семенович был мало-мало националистом). ... В другой раз ни с того ни с сего вспомнил: «Меня как певца весь мир признал. Кроме матери. Как же она, бедная, мечтала, чтобы я стал священником! Меня даже отдали в церковную школу. Оттуда было рукой подать до архиерейского сана. И жили мы при Михайловском монастыре. Там и кормились. Пели с братом в Софийском соборе. Регентом нашего хора был Я. Калишевский. Брат тоже имел неплохой голос. Так вот я сейчас думаю: а может мать-то была права?»

После революции Федор Козловский уехал вместе с церковным хором за границу, где и умер в конце 70-х. Никогда больше братья друг с другом не встречались. Почему произошло именно так, Иван Семенович наотрез отказывался комментировать даже тогда, когда уже задули "свежие ветры перемен". Эту болячку и тайну Козловский так и унес с собой в могилу, ни с кем и никогда ее не обсуждал, что для некоторых его недругов было весомым поводом для осуждения. Как и у каждого таланта, у Козловского завистников и недругов хватало с лихвой. И если справедливо высказывание Вересаева о том, что биография каждого известного человека должна быть окутана дымкой слухов, то Козловскому временами приходилось преодолевать дымовые завесы.

Полагаю, что именно память о времени, проведенном в Михайловском монастыре, подвигнула Ивана Семеновича на хлопоты по созданию знаменитого хора мальчиков под управлением А.В. Свешникова. Случилось это в тяжелые годы войны, и не будь у дирижера поддержки в лице Козловского, он бы ни за что не организовал такой коллектив, что, к чести своей, никогда не отрицал.

До последних дней своей жизни певец трогательно опекал своих юных преемников. Но как ни странно, даже это благородное сподвижничество злыми языками истолковывалось, как пагубное увлечение певца. Якобы его всегда мучило противоестественное половое влечение к мальчикам, но он свой грех умело прятал от глаз людских.

Со Свешниковым Козловский уж точно познакомился и подружился в Полтаве, где пять лет проходил армейскую службу. Об этом достаточно продолжительном (почти четыре года), но весьма мало освещенном периоде своей биографии Иван Семенович тоже часто вспоминал в моем присутствии. (У него я ни разу не был в партикуляре, только в форме). Как-то даже признался:

- А ведь благодаря армии, я и стал оперным исполнителем. Служить мне выпало в 22-й стрелковой бригаде инженерных войск. Командовал ею бывший царский полковник Чернышов. Он понимал толк в музыке и убедил своего комиссара Найденова: боец Козловский - уникальное достояние республики, ему надо петь в опере. Не сильно образованный Найденов взялся за дело с пролетарской ответственностью и достаточно жестко заставлял это «достояние» служить в Полтавском музыкально-драматическом театре. А что вы хотите! Перекормленного монастырской строгостью, меня в то время гораздо больше занимала прекрасная половина Полтавы и то, какого коня мне дадут, чтобы проехать на нем через весь город так, чтобы девки млели и падали штабелями.

Страницы:   1 2  »

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
23 октября
пятница
2020

В этот день:

Генерал армии Дмитрий Павлов

23 октября 1897 года родился Дмитрий Григорьевич Павлов (расстрелян 1941), советский военачальник, генерал армии (22 февраля 1941), Герой Советского Союза (21 июня 1937).

Генерал армии Дмитрий Павлов

23 октября 1897 года родился Дмитрий Григорьевич Павлов (расстрелян 1941), советский военачальник, генерал армии (22 февраля 1941), Герой Советского Союза (21 июня 1937).

Родился в семье крестьянина. В Первую мировую войну добровольцем ушёл на фронт, дослужился до старшего унтер-офицера. Был ранен в 1916 году и взят в немецкий плен. Освобождён после окончания войны. С 1919 года в Красной армии, в Гражданскую войну с 1918 по 1920 год был командиром взвода, эскадрона, помощником командира полка. Вступил в ВКП (б) в 1919 году. Окончил 24-ю Омскую пехотную школу имени Коминтерна (1922), Военную академию им. М. В. Фрунзе (октябрь 1925 по июнь 1928) и академические курсы при Военно-технической академии (1931).

С 21 июня 1941 года — командующий войсками Западного фронта. После разгрома значительной части войск фронта в Белостокско-Минском «котле» 30 июня 1941 года отстранён от командования и 4 июля арестован. 22 июля 1941 года, решением военного трибунала "за трусость, самовольное оставление стратегических пунктов без разрешения высшего командования, развал управления войсками, бездействие власти", был приговорён к высшей мере наказания и расстрелян. Похоронен на подмосковном полигоне НКВД. В 1957 году посмертно реабилитирован и восстановлен в звании.

Маршал авиации Владимир Судец

23 октября 1904 года родился Владимир Александрович Судец (ум. 1981), маршал авиации, командующий Дальней авиацией (1955—1962), главнокомандующий войсками ПВО (1962—1966), Герой Советского Союза, Народный герой Югославии, Герой МНР.

Арктическая Одиссея «Георгия Седова»

23 октября 1937 года начался 812-дневный арктический рейд советского ледокола «Георгий Седов».

Арктическая Одиссея «Георгия Седова»

23 октября 1937 года начался 812-дневный арктический рейд советского ледокола «Георгий Седов».

В 1937 году научная экспедиция на «Георгии Седове» занималась исследовательскими работами в Карском море и в море Лаптевых в районе Ново-Сибирских островов. Программа исследований была почти закончена, когда «Георгий Седов» послали на помощь судам каравана, застрявшим в тяжёлых льдах юго-западной части моря Лаптевых.

Здесь собралось несколько ледокольных пароходов, но их усилия были тщетны: наступала ранняя зима, и пробитые ледоколами каналы быстро затягивались молодым льдом.

«Георгий Седов», «Садко» и «Малыгин» не смогли выйти изо льдов. 30 октября пришёл приказ начальника Главсевморпути о переходе на зимовочное положение. Опыта зимовки ни у кого из 217 человек не было.

10 ноября была выведена из эксплуатации машина, погасили топки, перешли на отопление с помощью камельков (буржуйка), освещение — керосинка (летучая мышь) и свечи. 3 апреля 1938 года из Тикси вылетели самолёты звена Героя Советского Союза Алексеева — «Н-170», «Н-171», «Н-172» (летчики Г. К. Орлов, П. Г. Головин). Не пробыв и двух часов после посадки на льдах, отправились обратно (эвакуировав 22 человека). От Тикси их отделяло 1100 км. Для второго рейса была создана промежуточная база (замёрзшая лагуна острова Котельного). 18 апреля «Н-170» и «Н-172» Алексеев и Головин вывезли 83 пассажира. 26 апреля в последний свой рейс — 79 человек. После этого на кораблях осталось по 11 человек. (33 во всём караване).

24 июня после осмотра водолазом Николаевым руля «Георгия Седова» было установлено, что тот повреждён одним из сжатий: судно потеряло возможность самостоятельно управляться. 28 августа 1938 года к каравану подошёл ледокол «Ермак» (капитан М. Я. Сорокин). После нескольких неудачных попыток буксировать «Георгия Седова», он отправился в ледовою разведку, но вскоре потерял один из винтов (лопнул вал и вместе с движителем ушёл на дно). Руководством было принято решение «Ермаку» возвращаться вместе с «Садко» и «Малыгиным», оставив «Георгия Седова» на вторую зимовку. 30 августа корабли ушли.

13 сентября в Главсевморпути приняли решение послать к «Седову» новый ледокол «Иосиф Сталин», а 17 сентября — и «Литке». Подойдя 23 сентября к «Седову» на 60 миль из-за тяжёлой ледовой обстановки (крупнобитый лёд 7 баллов, туман) ледоколы остановись. 24 сентября их отозвали обратно.

С 26 на 27 сентября в результате подвижек льда «Седову получил крен 18° на правый борт, под водой оказалось сливное отверстие холодильника. Забортная вода стала поступать внутрь судна. Несмотря на принятые меры, поступление воды прекратить не удалось и к полночи крен достиг 30°. В таком состоянии ледокол продолжал дрейф. Только в январе 1940 года уже в Гренландсом море (Северо-Западнее Шпицбергена) к дрейфующему пароходу

подошёл ледокол «Иосиф Сталин» и вывел его на чистую воду.

Дрейф продолжался 812 дней. Пройденный путь 3307 миль. 21 января суда добрались до Баренцбурга на Шпицбергене.

3 февраля 1940 года ледокол «Георгий Седов» награждён орденом Ленина. В тот же день был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР: "1. За проведение героического дрейфа, выполнение обширной программы научных исследований в труднейших условиях Арктики и проявленные при этом мужество и настойчивость присвоить звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»:

1. Бадигину Константину Сергеевичу — капитану ледокольного парохода «Георгий Седов».

2. Трофимову Дмитрию Григорьевичу — помполиту ледокольного парохода «Георгий Седов».

3. Ефремову Андрею Георгиевичу — старшему помощнику капитана.

4. Буйницкому Виктору Харлампиевичу — гидрографу.

5. Токареву Сергею Дмитриевичу — второму механику.

6. Алферову Всеволоду Степановичу — третьему механику.

7. Полянскому Александру Александровичу — радисту.

8. Бекасову Николаю Михайловичу — радисту.

9. Буторину Дмитрию Прокопьевичу — боцману.

10. Недзвецкому Иосифу Марковичу — машинисту.

11. Шарыпову Николаю Сергеевичу — машинисту.

12. Соболевскому Александру Петровичу — врачу.

13. Гаманкову Ефрему Ивановичу — матросу.

14. Гетману Ивану Ивановичу — кочегару.

15. Мегеру Павлу Власовичу — повару.

2. Выдать единовременную денежную награду Бадигину К. С., Трофимову Д. Г., Ефремову А. Г., Буйницкому В. Х., Токареву С. Д., Алферову В. С., Полянскому А. А., Бекасову Н. М., Буторину Д. П., Недзвецкому И. М., Шарыпову Н. С., Соболевскому А. П., Гаманкову Е. И., Гетману И. И. и Мегеру П. В. по 25.000 рублей каждому".

 

Кровавый «Норд-Ост»

23 октября 2002 года почти в самом центре Москвы вооруженные до зубов чеченские террористы захватили Театральный центр на Дубровке. В этот момент там шел мюзикл «Норд-Ост». В здании находилось более 900 человек, среди которых 100 детей. Во время штурма погибли более 130 заложников.

Кровавый «Норд-Ост»

23 октября 2002 года почти в самом центре Москвы вооруженные до зубов чеченские террористы захватили Театральный центр на Дубровке. В этот момент там шел мюзикл «Норд-Ост». В здании находилось более 900 человек, среди которых 100 детей. Во время штурма погибли более 130 заложников.

Подробно:

http://rosgeroika.ru/geroi-nashego-vremeni/2013/october/podlost-i-geroizm-na-dubrovke

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение