RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Поклон Великой русской деревне
24 июля 2019 г.

Поклон Великой русской деревне

Недавно РГК опубликовал пронзительную статью о Русской Деревне нашего постоянного автора и друга талантливейшего российского поэта Игоря Дмитриевича Гревцева
Поэтическая полемика
9 декабря 2018 г.

Поэтическая полемика

Ответ на публикацию Д. Быкова «Памяти Блока» («Новая газета Кубани», № 44, 2018)
ТАРАПУНЬКА и ШТЕПСЕЛЬ
30 ноября 2016 г.

ТАРАПУНЬКА и ШТЕПСЕЛЬ

1 декабря 2016 года 30 лет как не стало Тарапуньки – Юрия Трофимовича Тимошенко
Уроки вокала Татьяны Фильчаковой
30 октября 2020 г.

Уроки вокала Татьяны Фильчаковой

Актриса «Новой оперы» Татьяна Фильчакова приглашает в онлайн-студию любителей песни
«Дип Пёрпл» премьера Медведева
25 мая 2015 г.

«Дип Пёрпл» премьера Медведева

Известный актёр, режиссёр, сценарист Николай Губенко: "У нас царит идеология капитуляции перед всем американским"
Главная » Читальный зал » День Победы в Севастополе

День Победы в Севастополе

Как у каждого фронтовика было свое личное восприятие войны, так по-своему каждый из ныне живущих переживает Праздник Победы

Публикуем заметки об этом нашего постоянного автора, писательницы из Севастополя Татьяны Шороховой.
День Победы в Севастополе

БУКЕТ НА ВОЛНЕ. Белая колонна памятника Затопленным кораблям своим отражением рябила в воде у подножия собственного основания. Словно опрокинутая вниз рассеянным светом уходящего дня, она струилась к берегу по прибрежной, всегда подвижной, морской глади, казалась собранной воедино из округлых кусочков влажного мрамора – такая своеобразная нерукотворная мозаика на воде.
Было около четырёх, когда рядом с колонной коснулся воды букет полевых ромашек и мерно закачался на волне.
К этому букету, к этому его соединению с водой Большой Севастопольской бухты я шла много лет. Объяснять, почему так долго, не имеет смысла – нередко мы забываем и никогда не возвращаемся даже к драгоценнейшему для нас, что ушло, утекло в прошлое. А здесь и забвения-то не было. Просто постепенно отстранилась, отошла на дальний план, затушевалась одна из наших семейных историй. Да и что тут удивительного, когда речь идёт о человеке, которого я никогда не видела, о котором только слышала? Хотя, помню, в детстве не раз сжималось сердце, и наворачивались слёзы от жалости к нему – Тимоше, как называла своего брата мама. Брата, с которым они были погодки, и все рассказы мамы о брате Тимофее окрашивались особым теплом её сердца.
В пору моего раннего детства большинство новых для меня слов я впервые услышала от мамы, Матрёны Николаевны, умевшей немногословно, с живым чувством рассказывать о жизни, наших родственниках, событиях... Было среди слов и название южного города из иного мира, не имеющего ничего общего с Харьковщиной, где прошли мои дошкольные годы. Севастополь – знала я чуть ли не с пелёнок – это место, где был изранен дядя Тимоша, почему он и прожил недолго после войны, не дождавшись нас, своих племянниц и племянников, рождённых в послевоенное время.
С годами острота восприятия маминых рассказов о его трагичной судьбе притупилась настолько, что и, купаясь, когда выпадала такая возможность, в ласковых, но и тяжёлых от соли, волнах севастопольских бухт, я не вспоминала о роковом для нашей семьи взрыве в этих многострадальных водах. Как-то это сосуществовало отдельно, не пересекаясь: радость купания, счастье жить, мирное небо и… война, кровь, смерть.
Более десяти лет я проводила экскурсии по местам Второй Героической обороны Севастополя. Можно сказать, почти ежедневно «воевала» рядом с теми, о чьих подвигах рассказывала, вкладывая в это дело душу. Иногда работала и с ветеранами, и всё же… Не мне довелось пережить Великую Отечественную, не моим ровесникам. Выпала она другому поколению.
…И теперь не могу объяснить, почему именно в этот день 9 мая 2012 года настигло меня внезапное чувство родства с Севастополем, его бухтами, водами, берегами... Настигло в Алупке, в радостном приподнятом настроении празднования Дня Победы, после панихиды о вождях и воинах в храме Архистратига Михаила, которую отслужил его настоятель отец Валерий Бояринцев. Это чувство охватило всю мою душу, побудило к действию – немедленно ехать в Севастополь, – хотя солнце уже заметно перевалило за середину дня.
В течение нескольких минут, как бы сами собой, стали оживать, – да-да, оживать! – в памяти мамины рассказы. Их образы обретали словесную плоть, волновали. Без напряжения, одно за другим выходили на свет кодовые слова повествований – «тральщик», «сигнальщик», «мина»… И тихий мамин голос: «В живых остался он один…»
Я засобиралась ехать в город-герой, не медля ни минуты. «Да куда же ты поедешь? Парад давно закончился!» – прошмыгнула в голове гаденькая мыслишка, словно желая лишить меня чего-то важного, что я уже предчувствовала, но ещё не могла до конца осознать (наверное, подобные мысли и мужчин приковывают к диванам во времена современных нам испытаний). Отмахнувшись от неё, взяла у батюшки благословение и спустилась к алупкинской автостанции.
Мне повезло. Я сразу села на подкативший автобус, ехавший по маршруту Мисхор-Севастополь (на трассу, к питомнику, где обычно садятся на проходящие из Ялта в Севастополь автобусы, выбираться не пришлось). И вот уже устремилась туда, куда сердце моё, наполненное нахлынувшими воспоминаниями, летело в своём неожиданном, мощном порыве.
…Помню фотографию круглолицего матроса в форме и с надписью на белой бескозырке «Черноморский флот». Эта чёрно-белая фотография, увеличенная с маленькой фотки в 60-х годах каким-то захожим фотографом-кустарём, висела в доме мамы, где бы ей ни приходилось жить – в Люботине ли под Харьковом, в Сарабузе ли под Симферополем, в Тосно ли под Ленинградом-Петербургом. В детстве я подолгу смотрела на дядю Тимофея и всегда удивлялась, как они похожи – он и моя мама, брат и сестра.
«Когда Тимоша пришёл с войны, я надела его бескозырку и бегала в ней целый день то за водой на криницу, то в огород, то к соседям... И так мне было радостно, что братик живым вернулся, не калекой, так на вид мне тогда показалось. Да только жить ему оставалось совсем немного», – вспоминался мамин вздох сквозь утихомиренную послевоенными годами скорбь.
Букет… Я знала точно, что обязательно найду в Севастополе цветы и отдам их той воде, из которой в 1944-м сердобольные люди выловили восемнадцатилетнего матроса Белова Тимофея Николаевича, чудом оказавшегося на плаву с лёгкими, полными осколков. Сколько нашей Беловской кровушки вылилось тогда в Чёрное море у берегов Севастополя, Бог весть…
«Все погибли, когда катер-тральщик подорвался на мине, – рассказывала мама. – Он сразу ко дну пошёл. А Тимоша живой остался, потому что на сигнальном мостике стоял, его да-ле-ко взрывной волной отбросило.
Как от немца Севастополь освободили, он и попал туда служить сигнальщиком. А воевать Тимоша добровольцем пошёл сразу после Курской битвы, когда выбрался по немецким тылам из-под Харькова, где мы жили в оккупации. Совсем юным был, но в армию братика взяли. Его тогда и обучили на сигнальщика. Направили служить в Севастополь на тральщик – надо было очищать бухты от неразорвавшихся бомб, снарядов, мин».
Через три года, в 1947-м, Тимофей Белов умрёт в госпитале под Харьковом. В нашем семейном альбоме хранится фотография: госпитальный двор, залитый солнцем; санитарочки вокруг гроба; рядом с ними ещё один мамин брат дядя Данюша, тоже израненный, но проживший после войны долгую и честную жизнь. А в гробу… Мне всегда казалось, что это хоронят подростка.
У входа на Приморский бульвар среди прогуливающихся людей и звуков военных маршей стояла улыбающаяся женщина с корзиной ромашек. Букеты выглядели белопенными хлопьями прибоя с жёлтыми проблесками солнечных лучей в них. Слегка пасмурный день подчёркивал незатейливую нарядность цветов.
Да, именно такой букет мне и нужен был сейчас – простой и светлый, как русская душа в своих лучших проявлениях. Многое было в этом букете: и незаметная на первый взгляд стойкость, и неброская скромность настоящего героизма, и ясный образ Родины с её хлебным русским полем и полем брани, которые так естественно соединились в этот день в нерасторжимое единство на каменистой, овеянной легендарными подвигами, севастопольской земле, на его воде.
С букетом ромашек я медленно пошла в сторону моря, пересекая Приморский бульвар. Спешить уже было незачем. В памяти снова всплывали подробности маминых воспоминаний: «В тот день, когда Тимоша умирал в госпитале, он писал на своём паспорте (нам потом отдали документы): «Жаль уходить из жизни в 21 год. Прощайте…». А буквы становились всё крупнее и крупнее и сползали наискосок вниз…
А Дарийка, соседская девушка, очень полюбила Тимошу, когда он с войны вернулся. Но брат знал, что скоро умрёт, и не мог жениться, даже встречаться с нею не мог. Вот и Дарийка жить не стала…»
Мама! Зачем всё это снова пришло ко мне сейчас и через десятилетия душу ранит, застряло комом в горле?!.
Я долго держала ромашки у груди, старалась согреть стебли, словно хотела передать им тепло своего сердца. Сколько же всё-таки оно знает такого, чего никогда не вместить рассудку!
И вот тёплый земной букет полетел к прохладной воде – тяжёлой от крови и боли, сокрытых в недрах её бесконечной памяти. Связанные в пучок цветы ритмично заколыхались на волне почти в такт с моим сердцем – я специально приложила пальцы к шее и нащупала пульс. Долго стояла у воды с новым неизвестным чувством обретения кровного родства и с этой серо-зелёной, неторопливой сегодня, водой, и с этими бело-жёлтыми берегами, так колоритно перекликнувшимися с букетом ромашек, и с праздничным городом, освобождение которого стало предтечей Великой Победы, – сияющим Севастополем в своей вознесённой над зеленью белизне, который – в тот миг ещё не ведала! – через полгода станет моим родным домом.
Пора было уходить. Оглянувшись на бухту с высоты бульвара, нашла глазами букет на волне. Вода уже расслабила путы намокшего шпагата, ромашки раздвинулись, образуя плоскую окружность, и букет издали стал походить на белую бескозырку.
С того дня вот уже два года подряд я прихожу на парад Победы в числе первых горожан. После парада спускаюсь к Набережной Корнилова и у памятника Затопленным кораблям бросаю на воду цветы. Но теперь мой букет светло-голубого цвета – из нежных незабудок. Словно кусочек неба на синей волне.

ПЕРЕКРЁСТНАЯ ПАМЯТЬ.До отправления автобуса назад, в Алупку, ещё оставалось время, и я зашла в привокзальный буфет перекусить. Здесь всегда можно взять приготовленную по-домашнему гречневую кашу с овощной нарезкой, когда спешишь и не можешь долго ждать блюд более основательных. Заказала и бокал сухого красного вина. Всё-таки праздник! И в Крыму, в Севастополе – древнем винодельческом крае.
Поискала глазами свободное место и присела к женщине лет сорока пяти. Перед нею тоже стояли тарелка с гречневой кашей и бокал красного вина. Заговорили, обменялись поздравлениями. Брюнетка с гладкой причёской и благообразным лицом предложила тост за праздник Победы. Слово за слово, и вот уже завязалась беседа, сердцевиной которой были Отечество, его героическое прошлое.
Собеседница оказалась москвичкой. Сотрудница одного из столичных министерств, она в Севастополе не первый раз. Её свёкор в 1941-1942 годах защищал Севастополь, уцелел и потом ещё воевал до Победы. После войны он приезжал в город-герой ежегодно. А когда умер, эту традицию продолжают его сын и вот она, невестка. Так с мужем и чередуются: один год в Севастополь приезжает он, другой – она. В этом году привезла документы свёкра для музея 35-й батареи. «Он как раз там и сражался», – пояснила.
Свою семейную историю, связанную с Севастополем, рассказала и я. По народной традиции помянули всех, погибших в Великую Отечественную войну. Помолчали. Было о чём подумать, над чем погоревать: великое Отечество нашей юности распалось, Севастополь оказался вне России – плоть от её плоти, кровь от её крови…
Гречневая каша в привокзальном буфете была вкусной, словно из полевой кухни, а вино – терпким, густым, с розовыми наплывами на тонком стекле, что является признаком подлинности благородного напитка, украсившего наш праздник.
Общение со случайной знакомой в привокзальном буфете было недолгим. Нам предстояло разъезжаться из Севастополя по разным дорогам: ей – в аэропорт, мне – на Южный берег, где я гостила в эти дни. Расставались с добрыми пожеланиями.
Вспоминая сейчас эту встречу, не сомневаюсь, что когда сын и невестка героя войны уже не смогут приезжать в славный город-герой, эту семейную традицию продолжат их дети – коренные москвичи, внуки защитника Севастополя. Особенно теперь, когда и Крым, и Севастополь переживают радость возвращения в родную гавань.

СЧАСТЛИВАЯ ПОПУТЧИЦА. На обратной дороге, в автобусе Севастополь-Мисхор, я оказалась рядом с женщиной лет пятидесяти – пышной, розовощёкой, словоохотливой. Хотя она и говорила на русском языке, акцент выдавал в ней украинку. Голубые глаза лучились неподдельным счастьем, и поначалу было неясно, чему она так радуется – празднику ли, тёплой ли погоде? Но завидев Георгиевскую ленточку на её сумочке, поняла, что Дню Победы радуется она.
Её, что называется, распирали хорошие чувства, и от избытка сердца женщина заговорила со мной откровенно, делясь радостью своей сбывшейся мечты.
«Я много лет мечтала приехать в Севастополь на 9 мая, да всё как-то не получалось, – начала попутчица. – От многих людей про севастопольский парад слышала: то один расскажет из знакомых, то другой... Родилась я в деревне под Ивано-Франковском. Ещё в юности переехала в Днепропетровск, та так тут и живу. Несколько лет, как торгую на точке у хозяина. Он меня не обижает, с пониманием. Когда заболела зимой – на улице же стою! – весной в санаторий разрешил съездить. Вот я счас в Мисхоре и отдыхаю. Оттуда на День Победы в Севастополь наконец-то и выбралась.
Как приехала, сразу зашла в продовольственный магазин. Батон купила, красную икру и сливочное масло. А водочка, думаю, у кого-то обязательно найдётся!
Ох, же ж и парад сегодня был! – не скрывала своего восторга соседка. – Всем парадам парад! Такого на Украине уже давно-о-о нет! Ветераны с семьями, севастопольцы с портретами родных, техника военная… А колонны солдат и моряков шли не только теперешние, но и в форме времён войны. Ехали и полуторки старые с зенитками, и мотоциклы…
А людэй вдоль улицы! А людэй! Просто тьма, яблоку некуда упасть! И все с цветами, все кричат ветеранам «спасибо!». От всего сердца так кричат. Кажется, весь город вышел парад смотреть. Да и приезжих много.
После парада, уже в парке, я к кучке людей прибилась. Оказались севастопольцы со своими гостями с Дальнего Востока. Муж и жена из Владивостока специально так подгадали в гости приехать, чтобы на парад этот посмотреть. И водочка у них с собой была, а у меня как раз и закуска кстати.
На лавочке расположились на бульваре, и так хорошо посидели, просто душа в душу! Расставались как родные. В гости зовут во Владивосток. Я бы с радостью, да житуха сейчас не та. Слишком дорога дорогая. А так бы почему не поехать?
А люди они какие! Какие люди хорошие! Так сердце и поёт, так и радуется! А как мы наспивались! Каких только военных песен не перепели, а уж «Севастополь, Севастополь – гордость русских моряков!» так раз пять спели! До смерти теперь этого праздника не забуду!»
Я вышла в Алупке, сердечно распрощавшись со своей счастливой попутчицей, и долго была под впечатлением её рассказа, её огромной радости. Где-то она теперь, в 2014-м, украинка с широкой русской душой? Что стало с нею, чтущей воинские подвиги и мужество великого славянского народа? Не удивлюсь, если при нашей случайной встрече, если такая выпадет, она покажет мне Георгиевскую ленточку, которую сейчас, видимо, бережно хранит у своего великодушного сердца.
P. S. Мне остаётся добавить, что в описании дня 9 мая 2012 года, проведённого мной в Севастополе и на южнобережной дороге, нет вымысла. Всё действительно так и было. И хочется дополнить сказанное упоминанием о новой встрече в Севастополе.
9 мая 2014-го я стояла на параде Победы рядом с семейной парой из Коми. Более двух часов мы ждали начала торжественного шествия, а, значит, было время спокойно побеседовать о многом, в том числе и о событиях последних месяцев, вернувших Крым домой, в Россию.
Молодые супруги выглядели лет на тридцать-тридцать пять. Признались, что они пришли на Парад Победы впервые в своей жизни. Раньше интереса к таким событиям у них не возникало. В Севастополь приехали сознательно – проверить, так ли всё обстоит, как показывают о городе-Герое по телевизору? В конце парада Победы, видя неподдельное ликование севастопольцев от мала до велика, благодарность ветеранам, слёзы радости, пестрящие повсюду Георгиевские ленточки, младенцев в матросках и камуфляжных костюмчиках, пошитых молодыми мамочками не по указке сверху, а по движению патриотических чувств, слыша вспыхивающее то там, то здесь пение, скандирование, и сами прослезились: «Да, здесь, в Севастополе, всё по-настоящему».

 

Татьяна Шорохова
17 мая 2015 г.

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
1 ноября
воскресенье
2020

В этот день:

Национальный герой Дмитрий Пожарский

1 ноября 1578 года родился Дмитрий Михайлович Пожарский

Национальный герой Дмитрий Пожарский

1 ноября 1578 года родился Дмитрий Михайлович Пожарский

Князь, русский национальный герой, военный и политический деятель, глава Второго народного ополчения, освободившего Москву от польско-литовских оккупантов.

Дмитрий Пожарский является потомком великого князя Владимирского Всеволода Юрьевича, сына Юрия Долгорукого, основателя Москвы. Согласно одной из легенд, центр его небольших владений — село Радогость — было опустошено пожаром, и после восстановления стало прозываться Погаром, откуда и произошло название удела.

В феврале 1609 года Пожарский был назначен воеводой города Зарайск Рязанского уезда.

С июля 1611 года архимандритом Дионисием начали рассылаться грамоты в разные города России, чтобы разбудить ненависть в сердцах граждан к польско-литовским захватчикам, обосновавшимся в Москве. 25 августа 1611 года в Нижнем Новгороде была получена грамота и от патриарха Гермогена, в которой святой старец призывал нижегородцев стоять за святое дело, за православную веру. Земский староста Кузьма Минин призывал каждого нижегородского гражданина отдать часть своего имущества для снаряжения ратников, и народ, представляющий все сословия, горячо откликнулся на его призыв. При выборе военачальника ополчения нижегородцы остановились на кандидатуре князя Д. М. Пожарского и послали к нему делегацию в главе с наместником Вознесенского Печерского монастыря архимандритом Феодосием. В Нижний Новгород Пожарский прибыл 28 октября 1611 года.

Народное ополчение выступило из Нижнего в конце февраля — начале марта 1612 года. По пути в Москву в войско вливались отряды добровольцев. 14 августа 1612 года оно прибыло к стенам Троице-Сергиевого монастыря. 21—24 августа состоялось ожесточённое сражение ополченцев с поляками и войсками литовского гетмана Ходкевича, пришедшего на помощь полякам по приказу польского короля Сигизмунда III. К вечеру 24 августа поляки и войска Ходкевича были наголову разбиты, а сам Ходкевич с остатками своего войска утром 25 августа 1612 года ушёл в Польшу. Но ещё два месяца продолжалась борьба ополченцев с засевшими в Москве поляками. Наконец 22 октября (1 ноября по новому стилю) поляков выгнали из Китай-города, а затем и из Москвы.

После избрания на российский престол Михаила Федоровича Д. М. Пожарский играл ведущую роль при царском дворе как талантливый военачальник и государственный деятель. Несмотря на победу народного ополчения и избрание царя, война в России всё ещё продолжалась. В 1615—1616 гг. Пожарский по указанию царя был направлен во главе большого войска на борьбу с отрядами польского полковника Лисовского, который осадил город Брянск и взял Карачев. В 1617 году царь поручил Пожарскому вести дипломатические переговоры с английским послом Джоном Мериком, назначив Пожарского наместником Коломенским. В этом же году в пределы Московского государства пришёл польский королевич Владислав. Жители Калуги и соседних с ней городов обратились к царю с просьбой прислать им для защиты от поляков именно Д. М. Пожарского. Царь исполнил просьбу калужан и дал наказ Пожарскому 18 октября 1617 года о защите Калуги и окрестных городов всеми доступными мерами. Князь Пожарский наказ царя с честью выполнил.

В 1620 году Пожарский стал Новгородским воеводой и занимал эту должность до 1624 года.

Потом воевал с Польшей, выполнял дипломатические поручения царя.

Дмитрий Пожарский умер 30 апреля 1642 года на 65-м году своей жизни. Его прах покоится в родовой усыпальнице в суздальском Спасо-Евфимиевом монастыре. Долгое время он считался утерянным, но в 1851 году известный русский археолог граф А. С. Уваров в ходе раскопок обнаружил на месте усыпальницы кирпичные склепы и белокаменные гробницы, расположенные в три ряда. В 1885 году над ними был сооружён мраморный мавзолей, построенный на народные средства по проекту А. М. Горностаева. Мавзолей был разобран в годы советской власти в 1933 году. Археологические исследования летом 2008 года показали, что гробница осталась нетронутой. Над местом погребения Д. М. Пожарского в день его рождения 1 ноября 2008 года установлены плита и памятный крест. Давно уже ставится вопрос о канонизации князя Пожарского Русской Православной Церковью.

 

Крейсер «Варяг»

1 ноября 1899 года на воду был спущен крейсер «Варяг», ставший легендой русского флота.

Крейсер «Варяг»

1 ноября 1899 года на воду был спущен крейсер «Варяг», ставший легендой русского флота.

Он строился стремительно быстро. Крейсер был заложен в 1898 году. Через год спущен на воду. В 1900 году корабль был передан в Военно-Морской Флот Российской империи и в 1901 вступил в строй. После вступления в состав флота России «Варяг» базировался в Порт-Артуре.

9 февраля 1904 года японцы блокировали порт Чемульпо, где находился крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Коерец», а также корабли «союзников» России - Англии и Франции. Командир «Варяга» решил прорываться в открытое море. На выходе из Чемульпо произошел героический бой крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец» с японской эскадрой, состоявшей из 14 боевых единиц. Командир крейсера капитан первого ранга Всеволод Федорович РУДНЕВ умело руководил сражением, в результате был потоплен японский миноносец и повреждены два крейсера. Но на нашем корабле начался пожар. 37 человек экипажа погибли, 91 человек был ранен, включая командира корабля. Не допуская и мысли о сдаче врагу, Руднев принял решение взорвать «Кореец» и затопить крейсер (его взрыв мог повредить стоящие на рейде корабли «союзников», которые трусливо наблюдали за ходом боя, не вмешиваясь в него). Раненный в голову и контуженный Руднев последним покинул борт корабля.

Первый грузовой автомобиль

1 ноября 1924 года на московском автомобильном заводе «АМО» (ЗИЛ) был собран первый грузовой автомобиль.

Первый грузовой автомобиль

1 ноября 1924 года на московском автомобильном заводе «АМО» (ЗИЛ) был собран первый грузовой автомобиль.

Это был полуторатонный автомобиль из отечественных материалов АМО-Ф-15. 7 ноября первые десять машин прошли во главе колонны демонстрантов по Красной площади в Москве.

Мать-героиня Анна Алексахина

1 ноября 1944 года жительнице поселка Мамонтовка Московской области Анне Савельевне АЛЕКСАХИНОЙ в Кремле был вручен орден «Мать-героиня» № 1 за воспитание 12 детей.

Мать-героиня Анна Алексахина

1 ноября 1944 года жительнице поселка Мамонтовка Московской области Анне Савельевне АЛЕКСАХИНОЙ в Кремле был вручен орден «Мать-героиня» № 1 за воспитание 12 детей.

Всего в советское время этим орденом была награждена 431 тыс. женщин.

Су-27К освоили авианосец

1 ноября 1989 года летчик-испытатель Виктор ПУГАЧЁВ совершил первую посадку на палубу тяжелого авианесущего крейсера на самолете Су-27К.

Су-27К освоили авианосец

1 ноября 1989 года летчик-испытатель Виктор ПУГАЧЁВ совершил первую посадку на палубу тяжелого авианесущего крейсера на самолете Су-27К.

После завершения испытаний эта машина получила официальное обозначение Су-33, и авиационное производственное объединение в Комсомольске-на-Амуре приступило к её серийному производству.

В этот же день была выполнена первая посадка на ТАКР штурмовика Су-25УТГ, который пилотировали летчики-испытатели Игорь ВОТИНЦЕВ и Александр КРУГОВ. До этого времени в СССР на авианесущих кораблях использовались только самолеты вертикального взлета и посадки Як-38. Су значительно превосходили их по своим летным и боевым возможностям.

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение