RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Из личного архива К. Е. Ворошилова
4 февраля 2016 г.

Из личного архива К. Е. Ворошилова

4 февраля 2016 года - 135 лет со дня рождения "красного маршала-кавалериста"
Скромное обаяние Ирины Купченко
28 февраля 2018 г.

Скромное обаяние Ирины Купченко

К юбилею замечательной актрисы
Памятник врагу России
22 августа 2015 г.

Памятник врагу России

В Зеленоградске Калининградской области открыли монумент польскому националисту Адаму Мицкевичу
Русский орел не ловит мух!
7 августа 2014 г.

Русский орел не ловит мух!

300 лет назад 7 августа 1714 года произошло великое Гангутское морское сражение
Последний рубеж
17 января 2014 г.

Последний рубеж

Памяти фронтового разведчика, военного писателя Героя Советского Союза Владимира Карпова
Главная » Читальный зал » Встреча с Константином Симоновым

Встреча с Константином Симоновым

К 100-летию выдающегося писателя военный журналист Виктор Андрусов прислал в РГК свои воспоминания

Они основаны на магнитофонной записи общения Константина Михайловича со слушателями Военно-политической академии имени Ленина в 1978 году.
Встреча с Константином Симоновым

Во время моей учёбы на редакторском отделении военно-политической академии (1977 – 1980 годы) был создан и регулярно действовал пресс-клуб «Военный журналист». У нас в гостях побывали Б. Полевой, Д. Ортенберг, Т .Тэсс, А. Аграновский, Т. Гайдар, Н. Денисов, другие известные писатели и публицисты. Встреча с Константином Михайловичем Симоновым запомнилась особо. Состоялась она 24 ноября 1978 года в самом просторном лекционном зале педагогического факультета, вместившем более 300 человек. Пришли на встречу с Симоновым не только преподаватели и слушатели академии, но и журналисты многих военных газет и журналов, издающихся в Москве.
Так случились, что лишь мне одному из присутствующих в зале удалось сделать магнитофонную запись этого уникального заседания пресс-клуба, разумеется, с разрешения Константина Михайловича Симонова. Я не оговорился, именно заседания, поскольку пресс-клуб и был так задуман, что в нём проводились профессиональные дискуссии по совершенно конкретным темам. Константину Михайловичу мы заранее сообщили, что разговор у нас пойдёт на тему «Журналист на фронте», передали ему также ряд вопросов, интересующих офицеров-слушателей редакторского отделения ВПА. На этих вопросах в основном Симонов и построил своё полуторачасовое выступление, которое с полным основанием можно назвать творческим завещанием, напутствием нам, рядовым пера.
Встреча с писателем проводилась по программе таким образом, что сначала выступили кандидат исторических наук полковник Т. И. Ужегов - старший преподаватель кафедры военной журналистики редакторского отделения академии, генерал-майор в отставке И. Я. Фомиченко - редактор газеты "Красная звезда" в годы войны, слушатели редакторского отделения капитан С. Левицкий, старший лейтенант М. Захарчук, капитан А. Якубовский. Потом под дружные аплодисменты присутствующих к микрофону подошёл Константин Михайлович.
Мне, сидящему в самом первом ряду, хоть и сосредоточенному на внимании к вращающимся катушкам своего включенного магнитофона «Маяк-202», однако было комфортно наблюдать за жестами и эмоциями оратора. Говорил он не спеша, тихим, уравновешенным голосом. Мы буквально поглощали каждое слово корифея фронтовой журналистики. Иногда, правда, Симонов словно взрывался, начинал сверкать глазами, размахивать руками, например, когда стал рассуждать о своем стихотворении «Убей его» - о лютой ненависти к фашистам. В его речи наряду с очень серьёзными мыслями нашлось место и забавным воспоминаниям, а то и шуткам, от которых люди от души смеялись. Так, например, размышляя о терминологии и образности выражений, Симонов привёл меткие слова артиллериста: «Какое наше орудие? Известно: ствол длинный – жизнь короткая». Зал, естественно, разразился хохотом.
В ходе выступления Симонов в какой-то момент пристально посмотрел на меня. Этот взгляд словно током пронзил всё моё тело. Откровенно говоря, я сначала оторопел, потом успокоился - Константин Михайлович заговорил о преимуществах тех, кто пользуется магнитофонами и диктофонами. Вот, в частности, что он сказал: «Я знаю эту технику и за серьёзное её использование. Она упрощает работу. Можно за несколько минут, как бы ты не устал, скажем, перед сном продиктовать, так сказать, две – три страницы самого необходимого. Это потребует меньше времени и усилий, чем писать пёрышком».
Имея авторские права на сделанные в пресс-клубе магнитофонные записи, откровенно сказать, я никогда и ни от кого их не утаивал. Так, дубликаты многих звукозаписей наших встреч со знаменитыми людьми я оставил в учебных целях на кафедре журналистики академии. В том числе и магнитофонную ленту в 500 метров с записью встречи с К. М. Симоновым. А когда он умер в 1979 году, отнёс копию звукозаписи и её расшифровку в комиссию по увековечению памяти о писателе. В то же время произвёл перезапись выступления К. Симонова в редакции литературных передач Центрального радио. К моей радости оно прозвучало по «Маяку» в 1980 году. А вскоре – и по радиостанции «Волга» (располагалась в Группе Советских войск в Германии, где я служил в то время) в специальном выпуске, подготовленном мной к 65-летию со дня рождения писателя. Собирался опубликовать расшифровку звукозаписи и в центральной прессе, однако меня странным образом опередили. Более того…
В одном из номеров газеты «Известия» появилась статья генерал-лейтенанта Ф. С. Степанова «Константин Симонов: война была огромная, всенародная», в которой цитировалось почти полное то самое выступление писателя в академии. Однако, когда я сопоставил публикацию с оригиналом, с расшифровкой звукозаписи речи Симонова, меня охватил ужас: столько обнаружилось искажений, неточностей…
Вскоре ко мне пришло письмо из Москвы от подполковника Михаила Захарчука, корреспондента ТАСС. В нём он, как и я, кипел от возмущения: «…Мне хочется как следует «угреть» генерала Степанова». А далее просил меня, чтобы я прислал ему полностью звукозапись речи Симонова, чтобы, так сказать, иметь убедительные доказательства. Просьбу Михаила я выполнил незамедлительно. В результате, разлетевшись по редакциям лентами ТАСС, в печати появилась тогда разоблачительная статья М. Захарчука. Кстати, он недавно снова напомнил о данном инциденте в очерке «Всем смертям назло». Цитирую: «Генерал Степанов, пусть и не до конца внятным путём, пусть и частично обнародовал выступление Симонова в центральной печати. Уж славой мы как-нибудь с ним бы сочлись. Куда хуже, что Степанов со своим соавтором инкогнито допустили много натяжек, отсебятины и просто выдумок».
Поистине, нет пощады и срока давности вины всякого рода врунам и проходимцам от печатного слова.
В контексте этих размышлений о журналистской точности хочется сослаться на сказанное самим Константином Симоновым: «Уж если взялся за изучение прошлого, так восстанови картину с такой точностью, чтобы комар носа не подточил, чтобы тебя не могли упрекнуть в том, что ты же там сам не был, подмёток не топтал. Да, не топтал, а написал так, что те, кто был на войне, скажут: всё правильно. Это очень дорого. Я очень ценю это в наших молодых писателях и журналистах».
Буквально всё выступление К. М. Симонова, имеющееся у меня на 26 страницах бумаги формата А-4, здесь я помещать не буду. Сделаю его отдельным документом в компьютере. Сегодня же напечатаю только наиболее интересные и полезные особенно для журналистов выдержки. Вот они:
«Я не очень много встречаюсь с писателями, не занимаюсь литературными делами в той мере, в какой это иногда нужно. Больше всего встреч за прошедшие десятилетия у меня было с людьми, которые прошли войну. И думаю, что войну сейчас я знаю лучше, чем в тот день, когда она закончилась. Может у меня где-то исчезла острота памяти, но ей помогают прошлые, собственные записи».

* * * * * * *
«Никогда не прячу, между прочим, магнитофона. Считаю безнравственным записывать без разрешения. Вопрос мастерства журналиста, во-первых, в том, чтобы и он, и ты забыли о том, что вот эта машинка стоит где-то сбоку»

* * * * * * *
«Конечно, стремление на войне взять материал из первых рук – стремление закономерное, честное и необходимое, но это не всегда возможно… Тот, кто читал мои дневники, убедился, что отнюдь не всегда я брал материалы из первых рук. Не удавалось иногда. Бой прошёл, а о нём надо рассказать. Кто его для тебя будет второй раз разыгрывать?.. Значит, расспросить надо. Но не делай вид, пожалуйста, что ты сам видел это своими глазами. Уж как ты расспросил человека, значит, так и расскажи с его слов… Это очень деликатный вопрос. Вопрос о чести журналиста».

* * * * * * *

«Ведение дневников или записей… Я сторонник этого. Если мне кажется и сегодня, что я с чем-то столкнулся очень существенным, хотя не имеющим, казалось бы, отношения к тому, чем я сейчас занимаюсь как литератор, я через силу, но записываю именно в этот же день или в крайнем случае на следующий…».

 

* * * * * *

 

«Насчёт терминологии… Мне кажется, терминология должна быть близка к той, которая существовала в описываемом тобой времени. Если она непонятна, нужно объяснить, так сказать, с другой исторической вышки».

* * * * * *
«Теперь о знании корреспондентом военного дела. Я не замечал никогда, чтобы это мешало кому-то (смех в зале – В. Андр.). Но не могу так же сказать, что самым хорошим военным корреспондентом был наиболее военно-образованный. Не всегда это совпадало. Тут, видимо, нужно пересечение того и другого…».

* * * * * * *
«Вот есть такой вопрос: считаете ли Вы журналистику самостоятельной наукой? Наукой? Нет я, я. . . Я как-то теряюсь даже (смех в зале – В. Андр.). Не знаю, как уж ответить. Скажем, история журналистики. Наверное, это отрасль науки, как и история литературы. А считаю ли я журналистику наукой – всё равно, что спросить: считаю ли я литературу наукой? Но литература – это не наука. Это, в, общем-то, искусство, но в котором образование очень полезно! (Снова смех в зале – В. Андр.) Вот с этой точки зрения я, как журналист, за науку».

 

* * * * * * *

 

«Иногда, с какой-то работой (выполнением задания – В. Андр.) нельзя задерживаться. Помни, думай о людях. Не только о собственных планах, но и о людях».

 

* * * * * * *
"Думаю ли я написать о современной армии? Как журналист, вполне возможно. Всё зависит, так сказать, от обстоятельств. Если будет необходимость, желание, чтобы именно я написал о чём-то существенном, посчитаю это для себя за честь. А писать романы, скажем, о современной армии - не могу. Нужно тогда «влезть в армейскую шкуру», пожить в армии, так сказать, изучить то, что нужно изучать не один день и не один месяц. А мне надо ещё успеть управиться с неоконченными планами, связанными с Великой Отечественной войной».

Когда Константин Михайлович закончил свою впечатляющую речь, зал разразился громом аплодисментов, который, наверное, был слышен в посольстве Турции, расположенном на противоположной стороне Садового кольца. Когда ему всё-таки удалось утихомирить овации, он поблагодарил за приглашение в пресс-клуб «Военный журналист», за возможность выступить и услышать мнение о своём творчестве от слушателей и преподавателей редакторского отделения. Обещал встретиться с нами ещё раз. С его лица не успела ещё сойти искрящаяся улыбка, как к нему подошёл начальник кафедры журналистики и вручил в подарок цветы и огромный портрет его самого - Симонова, нарисованный старшим лейтенантом Анатолием Сидоруком (он известен многим не только как толковый журналист, но и как мастерский художник. Где ты сейчас, Толя ?! Отзовись! Ау!).
После заседания пресс-клуба Симонов не выглядел уставшим. Продолжал весело беседовать с офицерами, раздавать им автографы и фотографироваться с ними. Затем посетил наш музей истории военной печати, посмотрел учебные кабинеты. На кафедре ему устроили ужин, где он выпил рюмку коньяку. На здоровье он не жаловался, держался бодро и молодцевато.
С большими надеждами и творческими замыслами, в хорошем расположении духа Константин Михайлович покинул здание педфака на Садовой-Кудринской. Мы тогда не могли предположить, что жить ему оставалось считанные месяцы. От нас ушёл ТАЛАНТЛИВЕЙШИЙ ПИСАТЕЛЬ, ПОЭТ, ЖУРНАЛИСТ. Когда он умер и где похоронен? В дополнение к автобиографии К. М. Симонова журналист-историк Н. В. Уфаркин написал: "Константин Михайлович Симонов скончался 28 августа 1979 года в городе-герое Москве. Его останки были кремированы и, согласно завещанию, прах был развеян в Белоруссии - на Буйническом поле под городом Могилёвом - на шестом километре дороги из Могилёва в Бобруйск, где в суровые дни 1941 года беспримерную стойкость проявили бойцы 388-го стрелкового полка (172-я стрелковая дивизия, 61-й стрелковый корпус, 13-я армия, Западный фронт) и ополченцы Могилёва, уничтожив только за один день боёв 12 июля 1941 года тридцать девять фашистских танков. 13 июля 1941 года в расположении 388-го стрелкового полка под командованием полковника Кутепова С.Ф. на Буйническом поле оказался военный корреспондент Константин Симонов, который своими глазами увидел, как стояли насмерть советские воины. Это поле и подвиг людей навсегда запечатлелись в памяти писателя.

Там, среди елей и клёнов, лежит валун, на котором знакомое, размашистое факсимиле Константина Симонова. С тыльной стороны камня вмонтирована литая доска с надписью: «Всю жизнь он помнил это поле боя 1941 года и завещал развеять здесь свой прах».


НА СНИМКЕ: посещение Константином Михайловичем Симоновым редакторского отделения Военно-политической академии 24 ноября 1978 года. На переднем плане – преподаватели полковники Т. Ужегов, В. Ковалёв, офицеры-слушатели Б. Анушкевич, А. Голда, А. Кричевцов, С.Турченко, О. Фаличев, П. Гвоздев и другие. *Фото Р. Звягельского.



Виктор Андрусов, подполковник в отставке, военный журналист.
28 ноября 2015 г.

Комментарии:

Виктор Андрусов 29.11.2015 в 01:44 # Ответить
БЛАГОДАРЮ ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА
Признателен Сергею Ивановичу Турченко за публикацию материала без сокращений и сохранение его в первозданном виде, без правки. Верю, что для многих друзей и коллег выдержки из выступления Константина Симонова окажутся весьма полезными. поучительными...

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
22 сентебря
суббота
2018

В этот день:

Аляска — русская земля

22 сентября 1784 года русские первопроходцы основали первое постоянное поселение на Аляске. Это послужило началом образования Русской Америки (совокупность владений Российской империи в Северной Америке, включавшая Аляску, Алеутские острова, Александровский архипелаг и поселения на тихоокеанском побережье современных США (Форт-Росс).

Аляска — русская земля

22 сентября 1784 года русские первопроходцы основали первое постоянное поселение на Аляске. Это послужило началом образования Русской Америки (совокупность владений Российской империи в Северной Америке, включавшая Аляску, Алеутские острова, Александровский архипелаг и поселения на тихоокеанском побережье современных США (Форт-Росс).

Первыми русскими, которые со стороны Сибири открыли Аляску (Америку), были члены экспедиции Семена Дежнева в 1648 году. В 1732 году Михаил Гвоздев на боте «Святой Гавриил» совершил плавание к берегам «Большой земли» (северо-западной Америки), первым из европейцев достиг побережья Аляски в районе мыса Принца Уэльского. Гвоздев определил координаты и нанес на карту около 300 км побережья полуострова Сьюард, описал берега пролива и острова, лежащие в нём. В 1741 году экспедиция Беринга на двух пакетботах «Святой Петр» (Беринг) и «Святой Павел» (Чириков) исследовала Алеутские острова и берега Аляски. В 1784 году на остров Кадьяк (Бухта Трех Святителей) прибыла экспедиция Шелихова в составе трех галиотов («Три святителя», «Св. Симеон» и «Св. Михаил»). «Шелиховцы» основали здесь первое постоянное поселение (Северо-восточная компания), начали усиленно осваивать остров, подчиняя местных эскимосов (конягов), способствуя распространению православия среди туземцев и внедряя ряд сельскохозяйственных культур (картофель, репа).

Параллельно с компанией Шелихова Аляску осваивала конкурирующая с ним компания купца Лебедева-Ласточкина. Снаряженный им галиот «Св. Георгий» (Коновалов) прибыл в 1791 году в залив Кука, а его экипаж основал Николаевский редут. В 1792 году «лебедевцы» основали поселение на берегах озера Илиамна и снарядили экспедицию Василия Иванова к берегам реки Юкон.

С 1808 года столицей русской Америки становится Ново-Архангельск. Фактически управление американскими территориями ведется Российско-американской компанией, главный штаб которой находился в Иркутске, официально Русская Америка включена в состав сначала Сибирского генерал-губернаторства, а после его разделения в 1822 году на Западное и Восточное, в состав Восточно-Сибирского генерал-губернаторства.

11 сентября 1812 года русский купец Иван Кусков основал Форт-Росс (в 80 км к северу от Сан-Франциско в Калифорнии), ставший самым южным форпостом русской колонизации Америки. Формально эта земля принадлежала Испании, однако Кусков купил её у индейцев. Вместе с собой он привел 95 русских и 80 алеутов.

C 9 июля 1799 по 18 октября 1867 года Аляска с прилегающими к ней островами находилась под управлением Русско-американской компании.

Начало Крымской войны (1853—1856) ставило русские колонии в Северной Америке в чрезвычайно трудное положение, поскольку русская Аляска граничила с британской Канадой. Боевые действия на Дальнем Востоке в этот период показали абсолютную незащищённость восточных земель Российской империи и в особенности Аляски. Дабы не потерять даром территорию, которую невозможно было защитить и освоить в обозримом будущем, было принято решение о её продаже. В январе 1841 года Форт-Росс был продан гражданину Мексики Джону Саттеру. А в 1867 году США выкупили Аляску за 7 200 000 долларов.

 

Александр Суворов - «Генерал Вперед»

22 сентября 1789 года осуществелен разгром турецкой армии русско-австрийскими войсками под командованием генерала А. В. Суворова в битве при Рымнике в ходе Русско-турецкой войны 1787—1791 годов.

Александр Суворов - «Генерал Вперед»

22 сентября 1789 года осуществелен разгром турецкой армии русско-австрийскими войсками под командованием генерала А. В. Суворова в битве при Рымнике в ходе Русско-турецкой войны 1787—1791 годов.

 Османская империя планировала в этой войне вернуть себе земли, отошедшие к России в ходе Русско-турецкой войны 1768—1774 годов, в том числе и Крым. Война закончилась победой России и заключением Ясского мира. Битва при Рымнике - одно из главных сражений Русско-турецкой войны 1787—1791 годов.

В состав отряда Суворова входили 9 не полностью укомплектованных батальонов пехоты, 9 эскадронов карабинеров, 2 казачьих полка и тысяча арнаутов (итого около 6,5 тыс. человек). Корпус принца Кобургского включал в себя 10 батальонов пехоты и 30 эскадронов кавалерии (всего около 18 тыс. человек). Таким образом, численность объединённых русско-австрийских войск составляла приблизительно 25 тыс. солдат и офицеров.

В составе объединенных отрядов Юсуф-паши было более 100 тысяч штыков и сабель. Но Суворов, переправившись через Рымну в ночь на 22 сентября, сразу же повел войска в наступление. Турки не ожидали такой отваги и дрогнули. Значительная часть войск рассеялась, преследуемая русскими отрядами. За смелые и решительные наступательные действия против превосходящих сил противника австрийцы прозвали Суворова «Генерал Вперёд».

Потери войска Юсуф-паши только убитыми в день сражения составили не менее 15 тысяч человек. Потери русско-австрийских войск не превышали 500 человек.

Победа при Рымнике стала одной из наиболее блистательных побед Александра Суворова. За победу в ней он был возведён Екатериной II в графское достоинство с названием Рымникский, получил бриллиантовые знаки Андреевского ордена, шпагу, осыпанную бриллиантами с надписью «Победителю визиря», бриллиантовый эполет, драгоценный перстень и Орден Святого Георгия 1-й степени.

 

Форсирование Днепра

22 сентября 1943 года на рассвете войска Центрального и Воронежского фронта начали переправу и захват плацдармов на правом берегу Днепра. К этому моменту Советские войска заняли противоположный от немецких войск берег практически на протяжении 300 километров.

Форсирование Днепра

22 сентября 1943 года на рассвете войска Центрального и Воронежского фронта начали переправу и захват плацдармов на правом берегу Днепра. К этому моменту Советские войска заняли противоположный от немецких войск берег практически на протяжении 300 километров.

Все немногие штатные плавсредства были использованы войсками, но их катастрофически не хватало. Поэтому основные силы форсировали Днепр на подручных средствах: рыбацких лодках, импровизированных плотах из бревен, бочек, стволов деревьев и досок.

Большой проблемой была переправа тяжёлой техники: на многих плацдармах войска не смогли быстро переправлять её в достаточном количестве на плацдармы, что вело к затяжным боям по их обороне и расширению и увеличивало потери советских войск.

Первый плацдарм на правом берегу Днепра был завоёван 22 сентября 1943 в районе слияния Днепра и реки Припяти, в северной части фронта. Почти одновременно 3-я гвардейская танковая армия и 40-я армия Воронежского фронта добились такого же успеха южнее Киева. 24 сентября ещё одна позиция на западном берегу была отвоевана недалеко от Днепродзержинска, 28 сентября — ещё одна рядом с Кременчугом. К концу месяца было создано 23 плацдарма на противоположном берегу Днепра, некоторые из них — 10 километров в ширину и 1-2 километра в глубину. Всего Днепр к 30 сентября форсировали 12 советских армий. Так же было организовано множество ложных плацдармов цель которых была имитация массовой переправы и рассредоточение огневой мощи немецкой артиллерии.

После этого советские войска практически создали новый укрепрайон на завоеванных плацдармах, фактически закопавшись в землю от огня противника, и прикрывая своим огнем подход новых сил.

Значительную помощь советским войскам в ходе форсирования Днепра оказали партизаны: в общей сложности, в Битве за Днепр приняли участие 17 332 украинских советских партизан, которые совершали нападения на подразделения немецких войск, вели разведку, служили проводниками для переправившихся подразделений советских войск.

За форсирование Днепра 2438 воинам было присвоено звание Героя Советского Союза, что больше, чем суммарное количество награждённых за всю предыдущую историю награды. Такое массовое награждение за одну операцию было единственным за всю историю войны. Беспрецедентное количество награждённых также отчасти объясняется директивой Ставки ВГК от 9 сентября 1943, гласившей: "В ходе боевых операций войскам Красной Армии приходится и придётся преодолевать много водных преград. Быстрое и решительное форсирование рек, особенно крупных, подобных реке Десна и реке Днепр, будет иметь большое значение для дальнейших успехов наших войск. За форсирование такой реки, как река Десна в районе Богданове (Смоленской области) и ниже, и равных Десне рек по трудности форсирования представлять к наградам:

1. Командующих армиями — к ордену Суворова 1-й степени.

2. Командиров корпусов, дивизий, бригад — к ордену Суворова 2-й степени.

3. Командиров полков, командиров инженерных, сапёрных и понтонных батальонов — к ордену Суворова 3-й степени.

За форсирование такой реки, как река Днепр в районе Смоленск и ниже, и равных Днепру рек по трудности форсирования названных выше командиров соединений и частей представлять к присвоению звания Героя Советского Союза".

 

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение