RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Родной говор русской Кубани
26 ноября 2018 г.

Родной говор русской Кубани

В Краснодарском издательстве «Традиция» вышла новая книга Петра Ткаченко «Пословица не сломится» (Кубанские пословицы и поговорки)
Памяти русского поэта Юрия Кузнецова
17 ноября 2018 г.

Памяти русского поэта Юрия Кузнецова

17 ноября 2003 года ушел из этой жизни Юрий Поликарпович Кузнецов
Вручены дипломы РГК
16 декабря 2013 г.

Вручены дипломы РГК

В Центральном Доме кино состоялся творческий вечер, посвященный победителям конкурса «День патриотической поэзии — 2013», проведенного «Российским героическим календарем»
Жизнь в диалогах о любви
14 февраля 2016 г.

Жизнь в диалогах о любви

Психолог Ирина Рахимова о том, как возрождаются семьи
День патриотической поэзии: Игорь Гревцев
9 июля 2013 г.

День патриотической поэзии: Игорь Гревцев

РГК объявил поэтический конкурс. Публикуем первую подборку стихотворений
Главная » Читальный зал » Домовой Пушкиногорья

Домовой Пушкиногорья

14 февраля - день рождения Семена Степановича Гейченко, писателя-пушкиниста, музейного работника, Героя Социалистического Труда

Он жизнь свою музею посвятил...
Домовой Пушкиногорья

К 80-летию Семёна Гейченко я, в то время работник «Красной звезды», написал небольшой юбилейный материал. Читавший загонные (свёрстанные впрок) полосы генерал, заместитель главного редактора вызвал меня и говорит: «Посмотрел я, что ты здесь понаписывал. Создаётся такое впечатление, что вы с Гейченко друзья - не разлей вода. А между тем он - хранитель одного из самых больших в стране и в мире музеев, Герой Социалистического Труда, писатель, заслуженный работник культуры РСФСР, лауреат Государственной премии. Ну не может такой человек быть запанибрата с майором, пусть даже и корреспондентом «Красной звезды». В бане, видишь ли, они парились! Неужели не понимаешь: скромнее надо быть, скромнее!».

Ну как было возражать генералу против самого тезиса о скромности? Досада во мне зашкаливала. Кроме всего прочего и потому, что Гейченко-то я уже сообщил о предстоящей публикации. И вдруг осенила спасительная мысль. На следующий день я припёр огромный портфель со своей перепиской с хранителем Пушкиногорья. У генерала глаза на лоб полезли. К тому времени у меня, говоря архивным языком, набралось около двухсот единиц хранения: письма Гейченко, всевозможные буклеты, которые он ежегодно издавал в огромных количествах, книги, журналы, открытки, эстампы, подаренные мне директором музея. А в довершение - два дореволюционных колокольчика с упряжной дуги - тоже презенты Гейченко. (До сих пор храню это добро). Окончательно добили генерала письма Семёна Степановича в мой адрес, почти все написанные шкодливо и стёбно. Он почесал затылок и милостиво обронил: «Ну, ладно, опубликуем. Только про баню, уж будь так любезен, выбрось!»

Всё это я рассказал потом Гейченко. «Эх, зря ты мне раньше не позвонил,- упрекнул прикольный старик.- Я бы сообщил твоему генералу, что мы не только друзья, но и дальние родственники по отцовских линиях! И про баню бы прочитал ему стих твоего двойного тёзки: «Наши Мани, наши Вани/ Не обходятся без бани./ Производство Мань и Вань/ Не обходится без бань». (Автор - известный советский поэт Михаил Дудин, который и познакомил меня с хранителем Пушкиногорья – М.З.).

Нет, конечно, друзьями мы с Гейченко быть не могли, как говорится, по определению. Возраст и расстояния такие вещи, которые мало способствуют даже мужской дружбе. Во многом, поэтому я не процитирую здесь ни одного из нескольких десятков писем Семёна Степановича в собственный адрес. Эмоциональный, увлекающийся человек, он никогда не жалел для меня ни хвалы, ни сердечных эпитетов. Тем более что общались мы, в основном, эпистолярно – виделись всего-то четыре раза. Но если бы судьбе угодно было свести нас с Гейченко на каком-нибудь общем деле, - не сомневаюсь, мы действительно стали бы друзьями не разлей вода. Мало таких значимых людей встречал я на жизненном пути...

Многое знал я об этом человеке, прозванном среди благодарных ценителей творчества Пушкина музееведом-«домовым». Ведь Гейченко десятилетиями выступал по радио и телевидению, публиковал свои статьи, участвовал во всех пушкинских конференциях, собеседованиях, сессиях, симпозиумах. Знавал я и то, что прибыл в Пушкиногорье Семён Степанович на попутном грузовике по военному бездорожью в апреле 1945 года. Едва оклемавшись от фронтовых ран, без левой руки задумал он восстановить облик Михайловского, а затем и всего Пушкинского Святогорья, искорёженного фашистами, вернуть сюда дух самого Пушкина.


Задача - под силу если не гиганту, то человеку очень крепкому духом и телом. А Семен Степанович ведь был худющий, почти тщедушный. Особенно в бане, наблюдая его, я думал: в чём только душа теплится. Но сила его оказалась не в теле: в уме и воле. И ещё в особой, почти религиозной самопожертвованности. Всё что имел он – отдавал музею. Никакой иной жизни кроме жизни для музея Гейченко не понимал и не признавал. Понятия материальных благ, если они не соотносились с благами для музея, для него тоже не существовало. Скажем, ему и в голову не приходило купить для себя дачу, автомобиль, холодильник, телевизор, ковры, мебель. Между тем все это для музея он пробивал как заправский хозяйственник: ловчил, ублажал, подхалимничал, если требовала обстановка – ругался, на чём свет стоит с советскими бюрократами.


Есть такое, трудно для меня постижимое понятие: выходец из народа. Скорее всего, оно подразумевает, что такой-то имярек жил, жил в народе, а потом вышел из него, как из дома, закрыл за собой дверь и уже никогда больше назад не возвращался. Возможны, конечно, варианты, но в основном, так оно, по-моему, и происходит.

Семён Степанович никогда из народа не выходил, являясь не просто его частичкой - сутью. Был очень самокритичным. Я бы даже сказал уничижительно и иронично самокритичным. Все титулы и звания, которые заслужил и носил по праву, с виду никак ему не соответствовали, были для него как бы лишними. Говорил, что он - интеллигент в первом поколении не добравший образования как следует и потому теперь, на старости лет, вынужден восполнять пробелы молодости. И это после 80 книг и брошюр, после тысяч статей, лекций, сценариев, лично им написанных.


- Я же родился в беднейшей семье сверхсрочного солдата. Нас было у отца с матерью восемь детей. Причём всем в доме заправляла одна матушка: отец пропадал на проклятой службе. С трудом величайшим мне одному удалось получить кое-какое образование. Остальные братья и сестры так и умерли неграмотными. Музейным работником я стал в двадцатых годах совершенно случайно, чего греха таить, - из-за приличного пайка, который тогда выдавали этой категории госслужащих. Работал подсобником в Эрмитаже, в Русском музее, в других музеях Ленинграда. Пятнадцать лет отдал Петергофу. Перед самой войной загремел в тюрьму на 10 лет за «кухонные» разговоры о нашей жизни. Но чудом был освобождён и ушёл на Волховский фронт. Воевал рядовым минометного расчета. В боях под Новгородом чуть было не утонул в Волхове, но опять же чудом спасся. Был дважды ранен, руку мне во фронтовом госпитале оттяпали. До сих пор хожу с пулей в левой ноге. И надо же было так распорядиться судьбе, чтобы она именно мне вручила святое дело возрождения Пушкиногорья.

В сорок пятом меня, демобилизованного, разыскал бывший тогда президентом Академии наук Сергей Иванович Вавилов. Мы хорошо знали друг друга. Я часто выполнял некоторые его задания. Он и предложил: возьмитесь за Михайловское. Такое большое дело, как восстановление заповедника, литературоведу или историку не под силу. А вы, хваткий музейный работник, должны понять, что и как делать. Я вам верю.

Я ехал и в общих чертах понимал, что следовало предпринять в первую очередь: расчисть, разгрести осквернённую фашистами святую для русских людей землю. Однако то, что здесь увидел, повергло меня, человека, в принципе, жизнерадостного в полнейшее уныние. Под знаменитым дубом в Тригорском, о котором гений написал «У лукоморья дуб зеленый...», эти гады вырыли глубокий блиндаж. Само Михайловское они превратили в узел обороны, весь парк перерыли ходами сообщения глубиной в полтора человеческого роста. В доме Пушкина устроили огневую позицию для артиллеристов. Колокольню святого монастыря взорвали, под могилу Пушкина прорыли 20-метровый туннель и заложили туда 10 авиабомб по 120 килограммов каждая. Им показалось этого мало, так добавили ещё пять специальных мощных мин. Вообще на территории заповедника было построено 207 блиндажей, 18 рядов окопов, опоясанных почти сотней километров колючей проволоки. И эта оборонительная линия гитлеровцев носила звериное наименование «Пантера». Для её возведения было уничтожено свыше 50 тысяч мемориальных деревьев, многие из которых росли еще при Пушкине. Уже не говорю о том, что все музейные ценности - картины, мебель, книги - немцы увезли в свой фатерланд.

Вот я же не первому тебе это рассказываю. И всякий раз душа моя содрогается. Нелюди - одно слово. После них наши ребята-сапёры ещё пять лет «освобождали» освобожденную землю от фашистской нечисти. Только в Святогорском монастыре солдаты и офицеры извлекли около пяти тысяч мин. Некоторые из бойцов погибали, выполняя свою святую миссию. На могиле у ворот, ведущих к захоронению Пушкина, посмотри мемориальную плиту. Под ней покоятся командиры взводов Владимир Кононов, Сергей Покидов, старшина роты Михаил Казаков, командиры отделений Иван Колебаров, Николай Акулов, рядовые Егор Козлов, Иван Травин, Виктор Трепов. Царствие им небесное, дорогим нашим витязям.

Ну, так вот, посмотрел я тогда на мертвую пустыню вокруг себя землю и подумал: «Куда ты, Семён, суешься со свиным рылом в калашный ряд. Тут здоровому мужику погибель уготована, а ты же калека. Зачем грех на душу брать, людей обнадеживать, если сделать всё равно ничего нельзя». Тем более, что некоторые доброжелатели в кавычках ещё зудили над моими ушами: «Ты посмотри на стариков и старух, которые поселились в землянках михайловских рощ (деревни вокруг все были разрушены!), послушай, как они кашляют, посмотри, как умирают от голода и болезней. Кому здесь нужен твой музей?»

И от этих ли речей поганых, от собственных ли тягостных сомнений, от общей безысходности что ли, я даже сказать тебе не могу почему, но вдруг меня такое зло взяло, аж кровь в висках застучала. Да что же, думаю, не мужик я, чтобы слюни распускать! Про тех двух лягушек вспомнил, что в молоке барахтались. Одна, помнишь, от отчаяния сразу утонула, другая лапками работала, покуда кусок масла не образовался. Так и я начал одной «лапкой» своей загребать. Другой-то нету...

Страницы:   1 2 3  »

Комментарии:

Татьяна П. 15.02.2017 в 08:48 # Ответить
Погружаешься в атмосферу восхищения, тепла и света этим замечательным человеком.
Раскрываются всё новые и неповторимые особенности личности, достойные удивления и снова восхищения.
Да и сам автор не может этого скрыть. Он под влиянием его сильной необыкновенной натуры.
На таких людях держались наши памятные, дорогие сердцу места.
Никогда не была там. Но потянулась всей душой.
И что интересно. В простом народе живёт это бережное отношение к нашим святыням.
В восьмидесятые годы с детьми сельской школы с Урала ехали мы из Ясной Поляны в сторону Москвы.
У нас не было экскурсовода. Дорогу комментировал шофёр автобуса.
Я не видела его лица, но слышала голос:
- Вон там, церковь, где, говорят, венчался Александр Сергеевич Пушкин.
Все очерки Михаила Александровича о людях, с которыми он соприкасался и писал о них, вобрали в себя частицу энергии этих людей.
Всегда мне хотелось узнать о них больше, вернуться к ним.
АндрейПолучил истинное наслождение от чтения 15.02.2017 в 14:33 # Ответить
Получил истинное наслаждение от очерка. Спасибо автору!
Александр Костенко 15.02.2017 в 15:19 # Ответить
...После такого очерка и мне захотелось Александра Сергеича всего перечитать!

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
18 октября
пятница
2019

В этот день:

Крепость Кронштадт

18 октября 1723 года на острове Котлин Петром I заложена крепость Кронштадт, главная база Балтийского флота, «… которая заключала бы в себя весь город и все портовые сооружения, и служила бы делу обороны со всех сторон».

Крепость Кронштадт

18 октября 1723 года на острове Котлин Петром I заложена крепость Кронштадт, главная база Балтийского флота, «… которая заключала бы в себя весь город и все портовые сооружения, и служила бы делу обороны со всех сторон».

Тогда же и город на острове Котлин был назван Кронштадтом, что означает «Город—крепость» или «Укреплённый город».

В 1723—1747 годах построена центральная крепость, окружающая Кронштадт с моря и суши. В январе 1733 года при морском госпитале открылась госпитальная лекарская школа — первое военно-морское медицинское учебное заведение страны.

После катастрофического пожара 23 июля 1764 года Кронштадт восстанавливался по генеральному плану, составленному архитектором С. И. Чевакинским. В 1783 году Екатерина II хотела перевести адмиралтейство из Санкт-Петербурга в Кронштадт; комплекс зданий Кронштадтского адмиралтейства был построен в 1780—1790-х годах по проектам архитекторов М. Н. Ветошникова, В. И. Баженова и Ч. Камерона. Павел I отменил этот проект. В 1786 году открылось Морское офицерское собрание, ставшее центром культурной жизни Кронштадта.

Тарутинский бой

18 октября 1812 года в районе села Тарутино Калужской области произошло сражение между русскими войсками под командованием фельдмаршала Кутузова и французскими войсками.

Тарутинский бой

18 октября 1812 года в районе села Тарутино Калужской области произошло сражение между русскими войсками под командованием фельдмаршала Кутузова и французскими войсками.

 Победа при Тарутине была первой победой русских войск в Отечественной войне 1812 года после Бородинского сражения. Успех укрепил дух русской армии, перешедшей в контрнаступление.
Цель Тарутинского боя не была достигнута полностью, но её результат оказался успешным, и ещё большее значение имел успех для подъёма духа русских войск. Прежде в ходе войны ни в одном сражении у любой из сторон (даже при Бородино) не было такого количества захваченных пушек, как в этом — 36 или 38 орудий. В письме царю Александру I Кутузов сообщает о 2 500 убитых французах, 1 000 пленных, и ещё 500 пленных на следующий день взяли казаки при преследовании. Свои потери Кутузов оценил в 300 убитых и раненых.

 

 


Первый лайнер Аэрофлота

18 октября 1929 года состоялся первый полёт пассажирского самолёта «К-5» конструктора К. А. Калинина. «К-5» стал первым российским пассажирским самолётом, который строился большой серией.

Первый лайнер Аэрофлота

18 октября 1929 года состоялся первый полёт пассажирского самолёта «К-5» конструктора К. А. Калинина. «К-5» стал первым российским пассажирским самолётом, который строился большой серией.

 Основной самолёт Аэрофлота до 1940 года. Всего было построено 258 самолётов этого типа.

К разработке «К-5» Калинин приступил в 1926 г., прототип был построен в 1929 г. Машину подняли в воздух пилот М.А. Снегирёв и бортмеханик П.Н. Власов. В качестве третьего члена экипажа полетел сам Калинин. Случилось это на харьковском аэродроме "Сокольники". Самолёт оказался лёгок в управлении, хорошо слушался руля. 30 мая 1930 К-5 перелетел в Москву, где выдержал экзамен перед государственной комиссией. Госкомиссия установила, что самолёт вполне отвечает предъявленным требованиям. Дальность до 1000 км, скорость до 200 км в час.

 

Арест Рихарда Зорге

18 октября 1941 года в Токио в результате предательства был арестован советский разведчик Рихард Зорге.

Арест Рихарда Зорге

18 октября 1941 года в Токио в результате предательства был арестован советский разведчик Рихард Зорге.

Японские радиопеленгаторы регулярно засекали выходившую в эфир радиостанцию группы Зорге. Засечь точно работающий передатчик, или даже приблизиться к нему достаточно близко, японцам так и не удалось. Мнение о провале группы как следствие успешно работавших пеленгаторов — это не более чем художественный вымысел. Первая радиограмма была перехвачена в 1937 году. С тех пор донесения перехватывались регулярно. Однако, расшифровать ни одну из перехваченных радиограмм японцы так и не смогли.

И только после того, как на первом же допросе радист Макс Клаузен выдал всё, что он знал о кодах шифрования, японцы смогли расшифровать и прочитать всю подборку перехваченных донесений за несколько лет. Эти донесения фигурировали в материалах следствия, и по ним обвиняемые давали свои пояснения.

Всего по делу группы Зорге было арестовано 35 человек, привлечено к суду 17. Дознание длилось до мая 1942 года. 16 мая 1942 года официальные обвинения были предъявлены первым 7 обвиняемым: Зорге, Одзаки, Максу Клаузену, Вукеличу, Мияги, Сайондзи и Инукаи. Остальным обвинения были предъявлены позднее. Приговоры основным обвиняемым были вынесены 29 сентября 1943 года. Зорге и Одзаки были приговорены к смертной казни через повешение, Вукелич и Клаузен — к пожизненному тюремному заключению, Мияги умер в тюрьме ещё до вынесения приговора. Подробно: http://rosgeroika.ru/podvigi-v-nasledstvo/2013/september/povesit-na-royalnoj-strune?searched=%D1%80%D0%B8%D1%85%D0%B0%D1%80%D0%B4+%D0%B7%D0%BE%D1%80%D0%B3%D0%B5&advsearch=allwords&highlight=ajaxSearch_highlight+ajaxSearch_highlight1+ajaxSearch_highlight2

 

«Интервью» у Венеры

18 октября 1967 года межпланетная станция «Венера-4», запущенная 12 июня 1967 года, достигла цели.

«Интервью» у Венеры

18 октября 1967 года межпланетная станция «Венера-4», запущенная 12 июня 1967 года, достигла цели.

Спускаемый аппарат с набором научной аппаратуры благополучно отделился и впервые в истории космонавтики провел прямые измерения состава атмосферы Венеры при спуске в ней на парашюте.    Спускаемый аппарат мог работать при температуре вплоть до +425°C и при давлении до 10 атмосфер, причем для увеличения шансов на успех он десантировался на ночную сторону планеты. Перед стартом он был подвергнут стерилизации с целью предотвращения переноса на Венеру земных микроорганизмов.

Сигнал прекратился внезапно через 95 минут после начала спуска, на 25-26 км ниже начальной точки, когда за бортом было +280°C и 15 атмосфер. Сначала всем казалось, что это и был момент посадки и что «Венере-4» удалось дойти до поверхности в рабочем состоянии. И лишь через несколько недель стало ясно, что в действительности на высоте около 28 км аппрарат был раздавлен атмосферным давлением, оказавшимся намного больше предусмотренного при конструировании станции.

Лишь «Венера-7», запущенная 17 августа 1970 года, благополучно достигла поверхности планеты. Она разрабатывалась и строилась с учетом опыта полетов предыдущих АМС. Спускаемый аппарат был сконструирован заново, и он должен был работать не менее 30 минут на поверхности при температуре до +540°С и давлении до 150 атмосфер. Теоретические значения, полученные для поверхности планеты были такими: 500°С и 100 атмосфер, так что спускаемый аппарат был построен с запасом. На всякий пожарный случай.

Спустя 120 суток после старта, 15 декабря 1970 года, станция «Венера-7» достигла планеты.

15 декабря в 8 часов 34 минут 10 секунд спускаемый аппарат впервые в мире совершил мягкую посадку на поверхность Венеры. В общей сложности он передавал на Землю информацию в течение 53 минут, в том числе около 20 минут непосредственно с поверхности Венеры. Измеренная температура у поверхности Венеры составила 475°±20°С; она соответствовала давлению 90±15 атмосфер.

В 1975 году спускаемый модуль зонда "Венера-9" передал первые черно-белые фотографии поверхности планеты. И, наконец, первые цветные изображения были получены в 1982 году "Венерой-13".

Американцы далеко отстали от СССР в исследовании Венеры. Лишь в 1967 году через день после посадки советской "Венеры-4" мимо планеты на расстоянии 4000 км пролетел американский "Маринер-5". На околовенерианскую орбиту впервые США вышли с помощью аппарата «Пионер-Венера-1», запущенного 20 мая 1978 года, который проработал до августа 1992 года и осуществлял, в частности, радиолокационное картографирование планеты.

Американская пресса вынуждена была констатировать: "Русские побили США в борьбе за очень большое количество первых мест в освоении космоса: первые спутники, запуск первых животных и первого человека, первый выход в открытый космос, первая посадка зонда на Марсе, первый зонд к Венере, первая орбитальная станция, первый полет вокруг Луны».

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение