RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Новогодние рифмы-2020
9 января 2020 г.

Новогодние рифмы-2020

Наш постоянный автор и друг уральский поэт Александр Михайлович Костенко прислал свое первое в этом году стихотворение
Далёкое и близкое
28 февраля 2019 г.

Далёкое и близкое

Постоянный автор и друг РГК уральский поэт Александр Михайлович Костенко прислал своё новое произведение
Скромное обаяние Ирины Купченко
28 февраля 2018 г.

Скромное обаяние Ирины Купченко

К юбилею замечательной актрисы
Рождественские поздравления
7 января 2015 г.

Рождественские поздравления

Президент РФ Владимир Путин и Патриарх Кирилл пожелали нам жить с Богом
Через миллениум - 8
22 мая 2014 г.

Через миллениум - 8

«Брэд сив кэблс» бывшего министра обороны Украины
Главная » Читальный зал » Домовой Пушкиногорья

Домовой Пушкиногорья

14 февраля - день рождения Семена Степановича Гейченко, писателя-пушкиниста, музейного работника, Героя Социалистического Труда

Он жизнь свою музею посвятил...
Домовой Пушкиногорья

К 80-летию Семёна Гейченко я, в то время работник «Красной звезды», написал небольшой юбилейный материал. Читавший загонные (свёрстанные впрок) полосы генерал, заместитель главного редактора вызвал меня и говорит: «Посмотрел я, что ты здесь понаписывал. Создаётся такое впечатление, что вы с Гейченко друзья - не разлей вода. А между тем он - хранитель одного из самых больших в стране и в мире музеев, Герой Социалистического Труда, писатель, заслуженный работник культуры РСФСР, лауреат Государственной премии. Ну не может такой человек быть запанибрата с майором, пусть даже и корреспондентом «Красной звезды». В бане, видишь ли, они парились! Неужели не понимаешь: скромнее надо быть, скромнее!».

Ну как было возражать генералу против самого тезиса о скромности? Досада во мне зашкаливала. Кроме всего прочего и потому, что Гейченко-то я уже сообщил о предстоящей публикации. И вдруг осенила спасительная мысль. На следующий день я припёр огромный портфель со своей перепиской с хранителем Пушкиногорья. У генерала глаза на лоб полезли. К тому времени у меня, говоря архивным языком, набралось около двухсот единиц хранения: письма Гейченко, всевозможные буклеты, которые он ежегодно издавал в огромных количествах, книги, журналы, открытки, эстампы, подаренные мне директором музея. А в довершение - два дореволюционных колокольчика с упряжной дуги - тоже презенты Гейченко. (До сих пор храню это добро). Окончательно добили генерала письма Семёна Степановича в мой адрес, почти все написанные шкодливо и стёбно. Он почесал затылок и милостиво обронил: «Ну, ладно, опубликуем. Только про баню, уж будь так любезен, выбрось!»

Всё это я рассказал потом Гейченко. «Эх, зря ты мне раньше не позвонил,- упрекнул прикольный старик.- Я бы сообщил твоему генералу, что мы не только друзья, но и дальние родственники по отцовских линиях! И про баню бы прочитал ему стих твоего двойного тёзки: «Наши Мани, наши Вани/ Не обходятся без бани./ Производство Мань и Вань/ Не обходится без бань». (Автор - известный советский поэт Михаил Дудин, который и познакомил меня с хранителем Пушкиногорья – М.З.).

Нет, конечно, друзьями мы с Гейченко быть не могли, как говорится, по определению. Возраст и расстояния такие вещи, которые мало способствуют даже мужской дружбе. Во многом, поэтому я не процитирую здесь ни одного из нескольких десятков писем Семёна Степановича в собственный адрес. Эмоциональный, увлекающийся человек, он никогда не жалел для меня ни хвалы, ни сердечных эпитетов. Тем более что общались мы, в основном, эпистолярно – виделись всего-то четыре раза. Но если бы судьбе угодно было свести нас с Гейченко на каком-нибудь общем деле, - не сомневаюсь, мы действительно стали бы друзьями не разлей вода. Мало таких значимых людей встречал я на жизненном пути...

Многое знал я об этом человеке, прозванном среди благодарных ценителей творчества Пушкина музееведом-«домовым». Ведь Гейченко десятилетиями выступал по радио и телевидению, публиковал свои статьи, участвовал во всех пушкинских конференциях, собеседованиях, сессиях, симпозиумах. Знавал я и то, что прибыл в Пушкиногорье Семён Степанович на попутном грузовике по военному бездорожью в апреле 1945 года. Едва оклемавшись от фронтовых ран, без левой руки задумал он восстановить облик Михайловского, а затем и всего Пушкинского Святогорья, искорёженного фашистами, вернуть сюда дух самого Пушкина.


Задача - под силу если не гиганту, то человеку очень крепкому духом и телом. А Семен Степанович ведь был худющий, почти тщедушный. Особенно в бане, наблюдая его, я думал: в чём только душа теплится. Но сила его оказалась не в теле: в уме и воле. И ещё в особой, почти религиозной самопожертвованности. Всё что имел он – отдавал музею. Никакой иной жизни кроме жизни для музея Гейченко не понимал и не признавал. Понятия материальных благ, если они не соотносились с благами для музея, для него тоже не существовало. Скажем, ему и в голову не приходило купить для себя дачу, автомобиль, холодильник, телевизор, ковры, мебель. Между тем все это для музея он пробивал как заправский хозяйственник: ловчил, ублажал, подхалимничал, если требовала обстановка – ругался, на чём свет стоит с советскими бюрократами.


Есть такое, трудно для меня постижимое понятие: выходец из народа. Скорее всего, оно подразумевает, что такой-то имярек жил, жил в народе, а потом вышел из него, как из дома, закрыл за собой дверь и уже никогда больше назад не возвращался. Возможны, конечно, варианты, но в основном, так оно, по-моему, и происходит.

Семён Степанович никогда из народа не выходил, являясь не просто его частичкой - сутью. Был очень самокритичным. Я бы даже сказал уничижительно и иронично самокритичным. Все титулы и звания, которые заслужил и носил по праву, с виду никак ему не соответствовали, были для него как бы лишними. Говорил, что он - интеллигент в первом поколении не добравший образования как следует и потому теперь, на старости лет, вынужден восполнять пробелы молодости. И это после 80 книг и брошюр, после тысяч статей, лекций, сценариев, лично им написанных.


- Я же родился в беднейшей семье сверхсрочного солдата. Нас было у отца с матерью восемь детей. Причём всем в доме заправляла одна матушка: отец пропадал на проклятой службе. С трудом величайшим мне одному удалось получить кое-какое образование. Остальные братья и сестры так и умерли неграмотными. Музейным работником я стал в двадцатых годах совершенно случайно, чего греха таить, - из-за приличного пайка, который тогда выдавали этой категории госслужащих. Работал подсобником в Эрмитаже, в Русском музее, в других музеях Ленинграда. Пятнадцать лет отдал Петергофу. Перед самой войной загремел в тюрьму на 10 лет за «кухонные» разговоры о нашей жизни. Но чудом был освобождён и ушёл на Волховский фронт. Воевал рядовым минометного расчета. В боях под Новгородом чуть было не утонул в Волхове, но опять же чудом спасся. Был дважды ранен, руку мне во фронтовом госпитале оттяпали. До сих пор хожу с пулей в левой ноге. И надо же было так распорядиться судьбе, чтобы она именно мне вручила святое дело возрождения Пушкиногорья.

В сорок пятом меня, демобилизованного, разыскал бывший тогда президентом Академии наук Сергей Иванович Вавилов. Мы хорошо знали друг друга. Я часто выполнял некоторые его задания. Он и предложил: возьмитесь за Михайловское. Такое большое дело, как восстановление заповедника, литературоведу или историку не под силу. А вы, хваткий музейный работник, должны понять, что и как делать. Я вам верю.

Я ехал и в общих чертах понимал, что следовало предпринять в первую очередь: расчисть, разгрести осквернённую фашистами святую для русских людей землю. Однако то, что здесь увидел, повергло меня, человека, в принципе, жизнерадостного в полнейшее уныние. Под знаменитым дубом в Тригорском, о котором гений написал «У лукоморья дуб зеленый...», эти гады вырыли глубокий блиндаж. Само Михайловское они превратили в узел обороны, весь парк перерыли ходами сообщения глубиной в полтора человеческого роста. В доме Пушкина устроили огневую позицию для артиллеристов. Колокольню святого монастыря взорвали, под могилу Пушкина прорыли 20-метровый туннель и заложили туда 10 авиабомб по 120 килограммов каждая. Им показалось этого мало, так добавили ещё пять специальных мощных мин. Вообще на территории заповедника было построено 207 блиндажей, 18 рядов окопов, опоясанных почти сотней километров колючей проволоки. И эта оборонительная линия гитлеровцев носила звериное наименование «Пантера». Для её возведения было уничтожено свыше 50 тысяч мемориальных деревьев, многие из которых росли еще при Пушкине. Уже не говорю о том, что все музейные ценности - картины, мебель, книги - немцы увезли в свой фатерланд.

Вот я же не первому тебе это рассказываю. И всякий раз душа моя содрогается. Нелюди - одно слово. После них наши ребята-сапёры ещё пять лет «освобождали» освобожденную землю от фашистской нечисти. Только в Святогорском монастыре солдаты и офицеры извлекли около пяти тысяч мин. Некоторые из бойцов погибали, выполняя свою святую миссию. На могиле у ворот, ведущих к захоронению Пушкина, посмотри мемориальную плиту. Под ней покоятся командиры взводов Владимир Кононов, Сергей Покидов, старшина роты Михаил Казаков, командиры отделений Иван Колебаров, Николай Акулов, рядовые Егор Козлов, Иван Травин, Виктор Трепов. Царствие им небесное, дорогим нашим витязям.

Ну, так вот, посмотрел я тогда на мертвую пустыню вокруг себя землю и подумал: «Куда ты, Семён, суешься со свиным рылом в калашный ряд. Тут здоровому мужику погибель уготована, а ты же калека. Зачем грех на душу брать, людей обнадеживать, если сделать всё равно ничего нельзя». Тем более, что некоторые доброжелатели в кавычках ещё зудили над моими ушами: «Ты посмотри на стариков и старух, которые поселились в землянках михайловских рощ (деревни вокруг все были разрушены!), послушай, как они кашляют, посмотри, как умирают от голода и болезней. Кому здесь нужен твой музей?»

И от этих ли речей поганых, от собственных ли тягостных сомнений, от общей безысходности что ли, я даже сказать тебе не могу почему, но вдруг меня такое зло взяло, аж кровь в висках застучала. Да что же, думаю, не мужик я, чтобы слюни распускать! Про тех двух лягушек вспомнил, что в молоке барахтались. Одна, помнишь, от отчаяния сразу утонула, другая лапками работала, покуда кусок масла не образовался. Так и я начал одной «лапкой» своей загребать. Другой-то нету...

Поначалу мы зарывали траншеи, расчищали завалы в парке, на одной хромой лошадке завозили пригодный для строительства материал, выхаживали поврежденные деревья, сажали новые. И знаешь, что самым радостным фактором для меня тогда было? Народ пришёл к нам на помощь. Даже если бы я в те времена специально задался целью учитывать всех добровольцев, то это вряд ли бы у меня получилось. Веришь, сотни, тысячи людей по зову своей души вносили свой посильный вклад в восстановление заповедника. Многие приезжали из других областей, из других республик Советского Союза. Но были среди них и особые энтузиасты.

Взять хотя бы Николая Шенделя. В сорок патом после тяжелого ранения в голову (потерял глаз) приехал он к нам. Здесь работала уборщицей его матушка Акулина Григорьевна. Это Коля придумал ставить латки из коры спиленных, погибших деревьев на израненные знаменитые липы на аллее Керн. Другой энтузиаст - Михаил Степанов, столяр-краснодеревщик экстра-класса. С топором в руках и стамеской он восстанавливал многочисленные деревянные строения, обставляя их, как и положено, «мебелями». Ни в Михайловском, ни в Тригорском нет ни одного шкафа, комода, дивана, который бы не прошел через золотые руки Михаила.

Жизнь свою на музей положили ветеран двух войн Тимофей Жариков, Галина Семакова, Михаил Васильев, Василий Шпинёв. А Володя Бозырев, мой первый заместитель, вообще уникальный человек. Скажу тебе по секрету: львиную долю всей работы по заповеднику выполняет он. Я-то уже больше почетным директором числюсь. Силенок не хватает. Век-то лишь на три года старше меня. Я Бозыреву даже предлагал: бери всё в свои руки, командуй, рули. Нет, отвечает, вы для коллектива, да и вообще для всего народа, как символ. Ну что-то вроде легитимного правителя. Я аж прослезился. Нет, согласись, приятно осознавать, что жизнь прожита не напрасно, что дело своё есть в чьи руки передать. Да, конечно, после моей смерти только Бозырев здесь будет все дела вершить. Я даже завещание такое напишу.

...Вот положа свою одну руку на сердце, могу сказать тебе, что на сию минуту, когда мы с тобой разговариваем, в урочищах Михайловском, Тригорском, Петровском и в Святогорском монастыре восстановлено всё. Буквально всё. То есть именно такой была окружающая Пушкина природа, в таком материальном и вещевом мире он обитал. Другими словами, нам удалось восстановить сам дух Пушкиногорья. Говорю это с такой уверенностью потому, что и я, и все мои помощники, смею надеяться, поняли хотя бы то, какое место в жизни Пушкина тут, в Михайловском, занимала природа. Так вот мы заставили природу заговорить, сделав её едва ли не самым главным «экспонатом» музея.

Птичий хор здесь уникальный. Скворец, зорянка, дрозд, горихвостка - запевалы этого хора. За ними начинают заливаться зяблики, славки, синицы, мухоловки, пеночки-теньковки. К восходу солнца весь птичий хор в сборе. Особенно умилительна пеночка. Она обычно поет, неустанно порхая и прыгая с сука на сук, с дерева на дерево. Она первая прилетает сюда с юга, первая пробуждает дремлющий лес. Она мастер тонкой трели и очень высоких нот. А есть птичка, которая выпевает свои громкие переливчатые трели в Михайловском и зимой, когда сидит в снегу, почти зарываясь в нем, или на заснеженной ветви ели. Это птичка-малютка, у нее хвостик, как вымпел, всегда поднят к небу. Эта чудо-птичка - крапивник. Есть птицы, которые поют в Михайловском и по ночам. Кроме соловья, это камышовка, козодой, сова. Живя в Михайловском анахоретом, Пушкин не мог не видеть и не слышать того, что видим и слышим мы, обретающиеся здесь сегодня. А мы видим и слышим, как живут, поют, наблюдают за нами горлица, дрозд, скворец, зорянка, ласточка, славка. «В гармонии соперник мой/ Был шум лесов, иль вихорь буйный,/ Иль иволги напев живой»- писал Пушкин под впечатлением о пребывании в своей родной вотчине.

А вот ещё, как он пишет: «Люби сей сад с обрушенным забором...». И я ломаю голову: а что вызвало, что понудило гения употребить именно это слово – «обрушенный», а не, предположим, ветхий или гнилой, сваленный? Почему он именно так написал? Или я тебе показывал кресло поэта в его кабинете. Я месяц думал, куда его поставить, где оно могло стоять при жизни Пушкина, человека очень маленького роста, кстати. У тебя какой рост? 183 сантиметра. А у него было 5 вершков с хвостиком. Это, примерно, 160, ну, 161 сантиметр.

Всю жизнь, работая здесь, я пытаюсь понять предназначение каждой вещи в жизни Пушкина, влияние природы на его творчество и мировоззрение. Я постоянно задаюсь вопросами: как он смотрел, голову поворачивал, держал перо, ногами болтал, как с людьми разговаривал.

В жизни этого гения всё было настолько неожиданно, непривычно для нашего слабого разумения, что, как говорится, ни в сказке сказать, ни пером описать. Когда он приехал в этот дом, к слову, построенный еще Ганнибалом, то застал его в плачевном состоянии. И поначалу называл его не иначе, как «моя ветхая лачужка, моя изба». Но спустя какое-то время уже говорит: «мой дом, мой замок». Он здесь никогда не надевал фрака, цилиндра. Ходил в мужицких портках, в льняной рубахе. Здесь было начало нового Пушкина, народного поэта.

...Некоторое время назад у нас страшный ураган пронесся. За 20 минут свалил около 10 тысяч деревьев. Я думал не переживу этого катаклизма, а потом пришла мысль: нет худа без добра, природа начнет трудиться с удвоенной энергией, и Пушкиногорье, как и всё в природе, обновится. И еще не одно поколение людей приобщится к святости здешних мест.

А есть другая проблема. В пушкинском доме, ты сам видел, всего шесть комнат. Домик няни - это вообще избушка на курьих ножках. Но через неё (равно как и через дом Пушкина) в год проходит 600-700 тысяч человек. В юбилейные годы – до миллиона! Но в этих помещениях нет ведь ни раздевалки, ни камеры хранения. А люди идут и в снег, и в дождь, и во всякую иную погоду. А ведь в комнатах - уникальные предметы мебели, картины, книги. Износ их катастрофический! Два раза в год мы вынуждены поэтому объявлять санитарные месяцы, чтобы дать вещам отдохнуть, снять с них сырость, озонировать помещение. Хорошее дело. Так нам «пошли навстречу». Чиновники от культуры говорят мне: давайте вообще ограничим посещаемость домиков.

Страницы:   1 2  »

Комментарии:

Татьяна П. 15.02.2017 в 08:48 # Ответить
Погружаешься в атмосферу восхищения, тепла и света этим замечательным человеком.
Раскрываются всё новые и неповторимые особенности личности, достойные удивления и снова восхищения.
Да и сам автор не может этого скрыть. Он под влиянием его сильной необыкновенной натуры.
На таких людях держались наши памятные, дорогие сердцу места.
Никогда не была там. Но потянулась всей душой.
И что интересно. В простом народе живёт это бережное отношение к нашим святыням.
В восьмидесятые годы с детьми сельской школы с Урала ехали мы из Ясной Поляны в сторону Москвы.
У нас не было экскурсовода. Дорогу комментировал шофёр автобуса.
Я не видела его лица, но слышала голос:
- Вон там, церковь, где, говорят, венчался Александр Сергеевич Пушкин.
Все очерки Михаила Александровича о людях, с которыми он соприкасался и писал о них, вобрали в себя частицу энергии этих людей.
Всегда мне хотелось узнать о них больше, вернуться к ним.
АндрейПолучил истинное наслождение от чтения 15.02.2017 в 14:33 # Ответить
Получил истинное наслаждение от очерка. Спасибо автору!
Александр Костенко 15.02.2017 в 15:19 # Ответить
...После такого очерка и мне захотелось Александра Сергеича всего перечитать!

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
17 января
воскресенье
2021

В этот день:

Отец аэродинамики

17 января 1847 года родился Николай Егорович Жуковский, русский учёный, создатель аэродинамики (ум. 1921).

Отец аэродинамики

17 января 1847 года родился Николай Егорович Жуковский, русский учёный, создатель аэродинамики (ум. 1921).

 При его активном участии был создан Центральный аэрогидродинамический институт (ЦАГИ), на базе которого в 1920 году был сформирован Институт инженеров Красного воздушного флота, с мая 1922 года ставший Военно-воздушной инженерной академией им. Жуковского.

Николай Жуковский родился в деревне Орехово под Владимиром (ныне Собинский район Владимирской области) в семье инженера. В феврале 1858 года поступил в 4-ю Московскую гимназию. В 1864 году, окончив гимназию с серебряной медалью, Николай Жуковский без экзаменов был зачислен на физико-математический факультет Московского университета.

14 сентября 1874 г. Жуковский утверждён доцентом кафедры аналитической механики училища; 4 ноября 1876 г. состоялась публичная защита его магистерской диссертации, а 30 апреля 1882 г. Жуковский защитил диссертацию на степень доктора прикладной математики, представив работу «О прочности движения». С 1886 г. Н. Е. Жуковский — экстраординарный профессор Московского университета по кафедре прикладной механики. С 1893 г. — действительный статский советник. В 1894 г. Жуковский был избран членом-корреспондентом Академии наук. В 1905 г. избран президентом Московского математического общества.

Работы Жуковского в области аэродинамики явились источником основных идей, на которых строится авиационная наука. Он всесторонне исследовал динамику полёта птиц, 3 ноября 1891 года сделал доклад «О парении птиц». В 1892 году сделал доклад «По поводу летательного снаряда Чернушенко»; составив основные уравнения динамики для центра тяжести планирующего тела (то есть, при постоянном угле атаки), Жуковский нашёл траектории при различных условиях движения воздуха, в том числе теоретически предсказал возможность мёртвой петли.

Осенью 1898 года на Х съезде русских естествоиспытателей и врачей Жуковский прочитал обзорный доклад «О воздухоплавании».

В 1904 г. Жуковский открыл закон, определяющий подъёмную силу крыла самолёта; определил основные профили крыльев и лопастей винта самолёта; разработал вихревую теорию воздушного винта.

15 ноября 1905 года Жуковским был прочитан доклад «О присоединенных вихрях», заложивший теоретическую основу развития методов определения подъемной силы крыла аэроплана; в 1906 г. он опубликован в виде отдельной научной работы.

В техническом училище в 1908 г. он создал Воздухоплавательный кружок, из которого впоследствии вышли многие известные деятели авиации и техники: А. А. Архангельский, В. П. Ветчинкин, Г. М. Мусинянц, Г. Х. Сабинин, Б. С. Стечкин, А. Н. Туполев, Б. Н. Юрьев; в 1909 году Жуковский возглавил создание аэродинамической лаборатории в Московском высшем техническом училище. При его активном участии был создан Центральный аэрогидродинамический институт (ЦАГИ), на базе которого в 1920 году был сформирован Институт инженеров Красного воздушного флота, с мая 1922 года ставший Военно-воздушной инженерной академией им. Жуковского.

Воздушный истребитель танков

17 января 1916 года родился Виктор Максимович ГОЛУБЕВ, дважды Герой Советского Союза

Воздушный истребитель танков

17 января 1916 года родился Виктор Максимович ГОЛУБЕВ, дважды Герой Советского Союза

Виктор Голубев родился в Петрограде в семье рабочего. Детство и юность прошли в Угличе, закончил среднюю школу. Работал на заводе в Ленинграде.В рядах Красной Армии с 1936 года. В 1939 году окончил Харьковское пограничное училище НКВД.

В Великую Отечественную войну, с первых её дней, — в штурмовой авиации. Воевал в составе 285-го штурмового авиаполка 228-й штурмовой авиационной дивизии 16-й воздушной армии. Командуя звеном штурмовиков «Ил-2», участвовал в боях под Смоленском, Ростовом-на-Дону. В период Сталинградской битвы (с 17 июля 1942 года по 2 февраля 1943 года) лётчики-штурмовики его звена, а затем и эскадрильи проявили образцы героизма и мастерства, уничтожая технику и живую силу гитлеровцев, рвущихся к Волге.

12 августа 1942 года за мужество и отвагу, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 693).

8 февраля 1943 года «за проявленную отвагу в боях с немецко-фашистскими захватчиками, за стойкость, мужество, дисциплину и организованность, за героизм личного состава в разгроме фашистских войск под Сталинградом» 285-й штурмовой авиаполк был преобразован в 58-й гвардейский штурмовой авиационный полк.

В ходе Курской битвы (с 5 июля по 23 августа 1943 года) по всему фронту гремела слава о мастерских ударах по хвалёным немецким «Тиграм», «Пантерам» и «Фердинандам» лётчика-штурмовика Героя Советского Союза штурмана 58-го гвардейского авиаполка гвардии майора В. М. Голубева. В ожесточённых боях на «курском выступе» он многократно водил в бой шестёрку штурмовиков «Ил-2», которой нередко удавалось за один вылет уничтожать десятки танков врага.

24 августа 1943 года за мужество и отвагу, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками гвардии майор Голубев В. М. был удостоен второй медали «Золотая Звезда». Он стал первым дважды Героем 16-й воздушной армии. К этому времени на его боевом счету насчитывалось 257 боевых вылетов, в ходе которых им уничтожено и повреждено 69 танков, 875 автомашин, 10 цистерн с горючим, много другой боевой техники, а также выведена из строя не одна сотня вражеских солдат и офицеров.

С 1943 года гвардии майор Голубев — слушатель Военно-воздушной академии имени Н. Е. Жуковского. 17 мая 1945 года его жизнь оборвалась при выполнении учебно-тренировочного полёта. Похоронен в Москве, на Новодевичьем кладбище.

 

Фронтовой бомбардировщик Су-24

17 января 1970 года впервые поднялся в воздух Су-24

Фронтовой бомбардировщик Су-24

17 января 1970 года впервые поднялся в воздух Су-24

Он предназначен для нанесения ракетно-бомбовых ударов в простых и сложных метеоусловиях, днем и ночью, в том числе на малых высотах с прицельным поражением наземных и надводных целей.

Су-24 принят на вооружение 4 февраля 1975 года. Выпускался на Новосибирском авиазаводе и КнААПО. Серийное производство всех модификаций прекращено в 1993 году. Всего было выпущено около 1200 этих машин. Модернизированный Су-24М2 совершил первый полёт в 2001 году. Этот самолет стоит на вооружении не только России, но и Белоруссии, Украины, Узбекистана, Алжира, Анголы, Сирии, Казахстана и др.
Максимальная взлётная масса машины — 39,7 т, максимальная скорость полёта на высоте составляет 1700 км/ч, потолок — 11 500 м.

Вооружение. Стрелково-пушечное: 1 х шестиствольная 23-мм пушка ГШ-6-23 с 500 сн.

Управляемые ракеты: «воздух-воздух»: 2 × Р-60 (АА-8), «воздух-земля»:. 4 × Х-25МЛ/МР или Х-23. Неуправляемые ракеты: 192 (6 × 32) × 57 мм С-5 в блоках УБ-32. Бомбы: свободнопадающие и корректируемые различного назначения, бомбовые кассеты 3 × 1500 кг (ФАБ-1500, КАБ-1500Л/ТК и т. д.)

Су-24 применялись в Афганской войне (1979—1989). Самолёты, доставшиеся Азербайджану, ограниченно применялись в ходе Карабахской войны. Узбекские Су-24 участвовали в гражданской войне в Таджикистане, одна машина была сбита. Наиболее интенсивное боевое применение было у российских самолётов в ходе обеих Чеченских войн. Всего на Северном Кавказе было по разным причинам потеряно три машины. Также российские Су-24 применялись во время войны в Южной Осетии в 2008 году.

Последний бой генерала Малофеева

17 января 2000 года геройски погиб Михаил Юрьевич Малофеев — начальник отдела боевой подготовки 58-й армии

Последний бой генерала Малофеева

17 января 2000 года геройски погиб Михаил Юрьевич Малофеев — начальник отдела боевой подготовки 58-й армии

Михаил Малофеев родился 25 мая 1956 года в городе Ломоносов Ленинградской области (ныне в составе города Санкт-Петербург). По национальности — русский. В 1973 году, по окончании средней школы, поступил и в 1977 году окончил Ленинградское высшее общевойсковое командное училище имени С. М. Кирова. Служил командиром взвода, роты, начальником штаба батальона. Проходил службу в Группе советских войск в Германии, после чего был переведён в Закавказский военный округ, а через два с половиной года вместе с полком на два года убыл в Туркестанский военный округ.

В 1989 году Малофеев окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе и был назначен на должность командира батальона в Заполярье; последовательно занимая в дальнейшем должности заместителя командира полка, начальника штаба, командира полка и заместителя командира дивизии. В 1995 году — Командир 134 МСП (в/ч 67616) 45МСД. С 1995 по 1996 годы принимал участие в восстановлении конституционного порядка в Чеченской республике. С декабря 1997 года полковник Малофеев служил на должности командира 138-й отдельной гвардейской Краснознамённой Ленинградско-Красносельской мотострелковой бригады Ленинградского военного округа (посёлок Каменка Ленинградской области), и в последующем стал заместителем начальника управления боевой подготовки Ленинградского военного округа.

С 1999 года генерал-майор Малофеев участвовал в антитеррористической операции на Северном Кавказе, занимая пост начальника отдела боевой подготовки 58-й армии Северо-Кавказского военного округа — заместителя командующего группировкой федеральных войск «Север» в Чеченской Республике.

14 января 2000 года генерал-майору Малофееву М. Ю. были поручены разработка и проведение специальной операции по овладению силами батальона Внутренних войск МВД РФ зданиями Грозненского консервного завода. Операция имела стратегическое значение для дальнейшего продвижения федеральных сил к центру столицы Чечни. Для реализации этого замысла утром 17 января 2000 года две штурмовые группы выдвинулись к западной окраине завода. Понимая складывающуюся обстановку, боевики отчаянно оборонялись, открыв плотный огонь из стрелкового оружия. Попав под шквальный огонь, штурмовые группы залегли и стойко отражали атаки боевиков. При этом трое военнослужащих были ранены и один погиб. Нависла угроза уничтожения штурмующих групп и срыва боевой задачи федеральной группировки. В это время на северо-западную окраину Грозного прибыл генерал-майор Малофеев с оперативной группой, состоявшей из начальника артиллерии 276-го мотострелкового полка, двух связистов и капитана-стажёра из Общевойсковой академии. Посчитав, что после проведенной мощнейшей огневой подготовки, в ближайшем к боевикам здании в живых никого не осталось, генерал занял его. Но отсидевшиеся в подвалах боевики, как только утих огонь, вышли наружу и столкнулись с группой генерала Малофеева. Генерал вступил в бой и отстреливался, прикрывая отход подчинённых, несмотря на полученное ранение головы. Боевики открыли огонь из гранатомётов и миномётов, и генерал Малофеев со своей группой погиб под обломками стены. В течение полутора суток федеральные войска никак не могли подойти к месту гибели генерала, но, когда зданием удалось, наконец, овладеть, — при разборе завалов вместе с генерал-майором Малофеевым было обнаружено тело сержанта Шараборина — радиста, сопровождавшего своего командира в его последнем бою.

28 января 2000 года генерал-майор Малофеев был похоронен с воинскими почестями на Никольском кладбище Александро-Невской лавры Санкт-Петербурга. Указом Президента РФ от 9 февраля 2000 года № 329 за мужество и героизм, проявленные при ликвидации незаконных вооруженных формирований в Северо-Кавказском регионе, генерал-майору Малофееву Михаилу Юрьевичу посмертно присвоено звание Героя Российской Федерации.

23 февраля 2000 года в Большом Кремлёвской дворце в Москве «Золотая Звезда» Героя России была передана вдове Героя — Светлане Малофеевой.

Сарыкамышская операция

17 января 1915 года завершилась Сарыкамышская операция

Сарыкамышская операция

17 января 1915 года завершилась Сарыкамышская операция

Это операция  русской Кавказской армии (генерал И. И. Воронцов-Дашков) против 3-й турецкой армии (командующий — военный министр Энвер-паша).

В результате упорных боев турки потерпели поражение, что упрочило положение Кавказского фронта и облегчило действия английских войск в Ираке и при обороне Суэца.

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение