RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Сжечь оккупанта!
17 ноября 2017 г.

Сжечь оккупанта!

17 ноября 1941 года был подписан приказ Ставки № 0428, который считается одним из самых жестоких за время Великой Отечественной войны.
Волшебный край
25 сентября 2019 г.

Волшебный край

Наш друг и постоянный автор, известный уральский поэт Александр Михайлович Костенко побывал в Крыму
Памяти Александра Горелова
17 октября 2016 г.

Памяти Александра Горелова

17 октября 2016 года состоится прощание с отошедшим 14 октября ко Господу выдающимся ученым и поэтом, доктором филологических наук, членом-корреспондентом Международной Славянской академии, членом Союза писателей России.
Книга о Лановом
1 февраля 2019 г.

Книга о Лановом

В издательстве ЭКСМО постоянный автор и друг РГК Михаил Захарчук выпустил книгу «Василий Лановой» с подзаголовком «Самый обворожительный офицер».
1 января 1970 г.

Поэзия

Главная » Читальный зал » Его оружие - саксофон

Его оружие - саксофон

11 января 2010 года ушёл из жизни русский джазмен Георгий Гаранян

Тому, кто любит музыку и хотя бы мало-мальски интересуется джазом, вряд ли нужно представлять этого человека
Его оружие - саксофон

 

Для остальных напомню: Георгий Арамович был композитором, автором музыки к десяткам кинофильмов и телевизионных передач. Народный артист России, кавалер орденов «За заслуги перед Отечеством 1У степени», Почёта, Петра Великого, лауреат Государственной премии РФ. Музыкальную карьеру начинал в оркестрах Юрия Саульского и Олега Лундстрема. Семь лет играл в Концертном эстрадном оркестре Вадима Людвиковского. Гаранян исполнял партию саксофона в фильмах «Бриллиантовая рука», «Мы из джаза», «Осенний блюз», в мультфильме «Ну, погоди!» и других. Вёл передачи «Джаз-клуб Георгия Гараняна» на Маяке, Радио России - Культура и «Джем-5» на канале «Культура». В 1972 - 1979 годах был дирижёром Государственного симфонического оркестра кинематографии СССР. Гаранян стал лауреатом множества международных джазовых фестивалей - в Праге, Бомбее, Гаване, Варшаве, Финляндии, Израиле. Он - единственный джазовый музыкант, имевший абонемент - 3 концерта в год - в Большом зале Московской консерватории. За запись компакт-диска с американской группой «Орегон», где он выступил в качестве дирижера, номинировался на высшую музыкальную премию мира Грэмми. Кроме того, Гаранян написал музыку к нескольким театральным спектаклям («Мона» - Театр Армена Джигарханяна), десяткам фильмов, среди которых такие известные кинокартины, как «Покровские ворота», «Вечерний лабиринт», «Рецепт её молодости», «Волшебный фонарь», «Руанская дева по прозвищу Пышка», «Осенний блюз». В 90-е годы создал «Московский биг-бенд». Был главным дирижёром московского цирка на Цветном бульваре. С 1998 года возглавлял Краснодарский муниципальный биг-бэнд, с 2003 по 2006 годы - Государственный камерный оркестр джазовой музыки имени О. Л. Лундстрема, затем возродил ансамбль «Мелодия» и создал на его основе Биг-бэнд Георгия Гараняна. Автор учебников «Аранжировка для инструментальных и вокально-инструментальных ансамблей», «Основы эстрадной и джазовой аранжировки».


Но самая главная, можно даже сказать, величайшая заслуга Гараняна перед отечественной эстрадной музыкой заключается в том, что он почти десять лет руководил ансамблем фирмы «Мелодия». Визитной карточкой коллектива была музыка популярных советских композиторов в джазовой обработке. Первая же пластинка продалась тиражом 4 миллиона экземпляров – фантастический по тем временам рекорд! За годы работы под управлением Гараняна ансамбль «Мелодия» записал 16 сольных пластинок-гигантов и 9 пластинок-мини-альбомов. И вы не назовёте советского эстрадного певца тех времён, который бы хоть однажды не спел с оркестром, под управлением Георгия Арамовича. За несколько недель до юбилея Гараняна из жизни ушла Ксения Маринина – бессменный режиссёр и художественный руководитель знаменитой «Кинопанорамы». Ксения Борисовна с Гарнаняном дружила многие годы. Её называли «мамой кино на телевидении». А она однажды сказал: «В таком случае Жора Гаранян – «отец музыки в кино на телевидении».

А ещё Гаранян являлся президентом Независимого джазового фонда и выполнял с десяток других обязанностей в музыкальном мире. Как говорится, от редкого музыкального хомута убирал шею. Однако для меня он, прежде всего, был и навеки останется блестящим саксофонистом – первым в стране исполнителем на этом уникальном инструменте, удостоенным звания народного артиста России. Когда мы познакомились у моего друга выдающегося аукциониста страны Аресна Лобанова, Георгий сразу предложил: давай на «ты». Этот с виду вроде бы пустяк сразу высветил для меня самую суть цельной натуры Гараняна: все свои душевные силы и творческие помыслы он отдавал исключительно музыке. А суетным мелочам жизни - внимание уделял лишь по мере их поступления. Общаясь с людьми, Георгий никогда не держал в уме каких-то привходящих моментов: глупой «политэсной мишуры», корысти, выгоды. Он поразительно умел довольствоваться малым, никогда не «грузил» друзей и знакомых своими проблемами и заботами, зато всегда им приходил на помощь. Долгое время Гаранян жил у Арсена. Бывало, затеем застолье, так Жора на кухню допускал лишь кулинарную мастерицу приму оперетты Лилю Амарфий. Остальных желающих помочь деликатно предупреждал: «Всё равно вы же лучше меня не сделаете. Так что лучше отдохните».

Мир музыки, вообще искусства, не щедр на душевную близость и полное взаимопонимание между людьми. Существует даже устойчивое мнение о том, что настоящий творец – обязательно неуживчив, «углист», капризен и неблагодарен. Чаще всего, к сожалению, оно так и бывает. Но вот Гаранян, как уже говорилось, пересекался практически со всеми известными деятелями музыкальной советской и российской культуры, а я не помню случая, чтобы кто-то отозвался о нём недоброжелательно, пожаловался на него, упрекнул в чём-то. Лобанов его называл не иначе, как «безнадёжным интеллигентом». За время нашего многолетнего знакомства, я написал о Гараняне дай Бог с десяток материалов. Хотя мог бы наваять их сотню. В различных изданиях он был нарасхват. Но скольких же трудов всякий раз мне стоило уговорить его на интервью. «Да надоело, Мишаня, языком молоть!» - обычная его отговорка. Теперь вот радуюсь за свою настойчивость…

- Георгий, если называть вещи своими именами, а иначе называть их смысла нет, то, мне сдаётся, принадлежишь ты к не многочисленной категории людей - работоголиков. В незабвенные застойные годы о таких ещё говорили: «Им солнца не надо, им партия светит. Им хлеба не надо - работы давай». Но ежели серьёзно ответь: никогда у тебя не появляется желания бросить все к чертовой матери и уединиться на каком-нибудь хуторке, подальше от всех прелестей современной нашей не заладившейся жизни, этого нескончаемого беспредела в политике, экономике, культуре?
- Да нет, подобные мысли меня не посещают. Всё же я - человек урбанистический и вряд ли такой уж трудоголик, каким ты меня не представляешь. Хотя если имеешь в виду собственно музыку, то мне она действительно никогда в тягость не бывает, могу ею заниматься хоть двадцать четыре часта в сутки. Что же касается света партии - тут извини: более аполитичного человека, чем я, наверное, трудно сыскать. Никогда я не был общественником, активистом. При этом к тем и другим относился вполне лояльно и с пониманием. В те же застойные времена, чтобы выжить, людям приходилось и хитрить, и ловчить, и выставлять напоказ так называемую верность партийным идеалам. И вряд ли стоит их за это порицать. Меня, слава Богу, участь «приспособленца» миновала, но не потому, что я был такой уж сильной, «стержневой» личностью. Просто музыка спасала от всех жизненных потрясений и перипетий.
- Чего же в этой музыке достиг композитор и исполнитель Георгий Гаранян? Чем он, образно говоря, может похвастаться перед миром.
- Тоже скажешь: похвастаться. В житейском плане, даже если и щадить мужское самолюбие, выгляжу я вовсе не впечатляюще. В том смысле, что обеспеченным, не говоря уже богатым человеком, так и не стал, хотя возможности к тому имел и не малые. Но меня в жизни, как и в музыке, как-то не очень манили конечные цели. Движением к ним больше наслаждался. Поэтому сегодня в стране много музыкантов, моих сотоварищей, которые сделали куда больше моего, но при моей помощи. Правда, и я все эти годы не сидел, сложа руки.
- Вот это самое «не сидел» надо как-то развернуть. И ещё. Поневоле думаю сейчас о том, что деятельность практически каждого творческого коллектива, где тебе приходилось работать,- это же вечные склоки, подсиживания, «стучания», флирты, перерастающие в крупные скандалы. Ну, откровенно, разве не так?
- Согласен. Случались и на моем пути разные рифы и ещё многие другие невзгоды. Только всё это, ей-богу, сейчас мне видится таким мизерным, не значительным, даже пустячным, не стоящим того, чтобы его ворошить-мусолить. Наверное, сейчас очень прописные вещи начну говорить, но если ты увлечён настоящим делом, то ради него идешь на многие жертвы, переступаешь через собственные недостатки и просчёты других, не даёшь себе естественных и где-то даже нужных послаблений. В этом всём - твоё счастье, но и крест твой. Такова, брат, диалектика.
- Если бросить ретроспективный взгляд на пройденные тобой годы и версты, то работа в каком коллективе вспоминается чаще и теплее всего?
- Конечно же, работа на фирме «Мелодия» в одноименном ансамбле. Это был такой, как мы его промеж себя называли «негритянский коллектив», созданный директором граммофонной студии Борисом Владимирским. Мы выполняли там всю «чёрную», неблагодарную, вовсе неприбыльную работу: музыку и писали, и аранжировали, и исполняли. Причем, очень прилично и квалифицированно это делали. Расковано, творчески работали. К нам валом валили артисты, желающие классно, качественно записать свои вещи. Были среди них Кобзон, Пугачева, Гурченко, Высоцкий, Миронов… Даже при всё желании не смогу всех перечислить. В это кому-то трудно будет поверить, но за одну смену мы способны были записать музыку к целому кинофильму, на что иным исполнителям нескольких месяцев не хватало. И поскольку мы слыли не только работоспособными, но и безотказными, то на нас грузили почти все ленты «Мосфильма» и «Ленфильма» - самых мощных киностудий СССР. Случалось так, что я поеду на «Мелодию», а домой возвращаюсь через неделю-полторы. Но, не смотря на перегруженность работой, я в те же годы умудрился ещё записать такие известные пластинки, как «Танго Оскара Строка», «Знакомые мелодии», «Бременские музыканты». Вообще, за восемь лет мы записали 16 долгоиграющих альбомов, не говоря о мелких пластинках, числом, наверное, за полусотню. Что же касается аккомпанементов к песням, честное слово, никто теперь уже не возьмётся их сосчитать. Тогда же, примерно, я с громадным удовольствием работал с режиссером Евгением Гинсбургом – великолепным профессионалом. Мы ставили прекрасные «Бенефисы» Ларисы Голубкиной, Татьяны Дорониной, Людмилы Гурченко, других. А уже оставшееся свободное время я отдавал своему любимому джазу. Интерпретировал, по-своему трактовал классику, за что, случалось, получал изрядных пинков от всевозможных музыкальных «доброжелателей».
- К «пинкам», как и к «доброжелателям» мы ещё вернемся. Сейчас я бы хотел обратиться, если так можно выразиться, к истокам композитора и исполнителя Гараняна. Полагаю, что читателям небезынтересно будет узнать, как же так получилось, что выпускник сугубо технического столичного станкостроительного института стал музыкантом. Да ещё - саксофонистом, да ещё в начале пятидесятых, когда за одни симпатии к джазу людей исключали из комсомола, гнали с работы, учебы?
- Музыкантом я стал совершенно случайно. Мама, Вера Петровна Корчина, стирала бельё учительнице музыки, я его всегда относил, и в благодарность за это добрая женщина научила меня сносно стучать по клавишам фортепиано. Естественно, в институтской самодеятельности я взялся играть на рояле и неожиданно для себя преуспел в этом занятии. Совершенно при этом не владея нотной грамотой! А однажды завклубом попросил отнести в ремонт саксофон. Для меня то была диковинка. Дома после починки я его испробовал и как-то сразу полюбил необычный инструмент, его звук, даже внешний дизайн. Попробовал подобрать знакомую мелодию и неожиданно у меня получилось довольно сносное звучание. А прав ты в том, что саксофон в ту пору казался советским людям если и не исчадьем ада, то воплощением всего зловредного и тлетворного влияния Запада - точно. Да что там говорить, если мой отец, Арам Георгиевич, выгонял меня из дома за увлечение «паскудным» музыкальным инструментом. (Он бежал из своего родного города Урфы в Турции в апреле 1915-го. Его родителей убили. Он чудом добрался до России и осел здесь. Когда пришла пора учить меня писать-читать и говорить по-армянски, он ушёл на фронты Великой Отечественной. Так я и остался в этом вопросе необразованным. Двух слов на армянском не свяжу). Отец, инженер по трелевке леса, мечтал, чтобы и я пошёл по его стопам. Но какая там трелёвка! Я дул в саксофон. Даже, осмелившись, стал играть на танцевальных вечерах. Конечно, играл плохо, если не примитивно, однако, претензий ни у кого не возникало.
- А на дворе какой год стоял?
- 1953-й. Что ты: смерть Сталина, дикие гонения на всё непривычное, необычное в музыке, литературе, в других культурных сферах, в идеологии. Поэтому таких чудаков-саксофонистов, как я, во всем Союзе тогда можно было сосчитать по пальцам. И тут мне нужно сделать очень важное признание. Так вот, если бы не встреча с Юрием Саульским, я бы, скорее всего, дальше любительских упражнений на саксофоне не пошёл. А он меня пригласил в свой оркестр при ЦДРИ - поверил в чудаковатого полуармянина. Правда, попал я в коллектив только со второй попытки, поскольку, повторяю, совершенно не владел нотной грамотой. Однако, выучил её потом за пару месяцев, так велико было желание играть в приличном коллективе. Саульский обращался со мной очень круто, если не безжалостно: часами заставлял играть упражнения для губ, тянуть длинные ноты, особенно в верхнем регистре. И что ты думаешь, эта сладкая каторга приносила плоды. На Фестивале молодежи и студентов в 1957 году наш оркестр при ЦДРИ многие отметили. Тогда же я получил приглашение в знаменитый оркестр Лундстрема.
- Как раз в этом месте самое время процитировать несколько выдержек из специально мною припасённого и, как представляется, весьма оригинального документа, датированного июлем 1957 года: «В бюро ЦК КПСС по РСФСР. 9 июля т. г. во Всероссийском гастрольно-концертном объединении (ВГКО) состоялся просмотр вновь организованного эстрадного оркестра под управлением О. Лундстрема. Просмотр джаза показал полную неприемлемость многих номеров ввиду их низкопробного содержания и вульгарной манеры исполнения. Хотя эти номера изъяты из репертуара, и оркестр стремится к «облагороженности» звучания, но общий дух и характер джаза все же остаются неприемлемыми для советских людей. Зато присутствующие на просмотре «специфические» зрители демонстративно аплодировали, кричали «браво» и бросали реплики, вроде «утопить надо тех, кто запретит такой прекрасный джаз». Отдел науки, школ и культуры ЦК КПСС по РСФСР считает, что создание джаза О.Лундстрема является серьезным провалом в работе обоих министерств культуры, свидетельствующим о продолжающейся политике идеологических уступок влияниям буржуазного искусства, как это имело место недавно в области литературы (роман Дудинцева «Не хлебом единым»), кино (фильм «Тугой узел»), театр (пьеса «Был ли Иван Иванович?»), живописи (декадентская выставка молодых художников)».
Прошу прощения за длинное цитирование, хотя я привёл, в самом деле, лишь частично партийный документ.
- Мне представляется, что эта цитата к месту ещё и в том плане, что демонстрирует, в каких условиях нам приходилось работать, что-то творить. Тогда действительно так было: чем лучше люди о себе заявляли в музыке, литературе, вообще в искусстве, тем хуже к ним относились. Партгосверхушка словно бы специально дубасила тех, кто высовывался, чтобы знали свое место все сверчки. И мне доставалось как в джазе Лундстрема, так и потом в джазе Вадима Людвиковского. (Его самого небезызвестный председатель Гостелерадио Лапин всё-таки уволил и оркестр разогнал). А чего стоит такой факт: в 1976 году меня принимали в Союз композиторов, и вместо трех обычных инстанций я прошел их целый десяток. Когда был представлен на звание заслуженного артиста, «в инстанциях» долго и упорно делали вид, будто откровенно не понимают, зачем инженеру-станкостроителю артистическое звание. Но я, откровенно говоря, не большой любитель жаловаться на прошлое, тем более выставлять себя так уж сильно гонимым, расчесывая нанесенные мне системой пусть и сильные царапины до размеров фронтовых ран.
- Из-за своей врождённой скромности, что ли?
- Да нет, конечно. Видишь ли, я считаю, как это ни странно прозвучит, но сейчас тот же джаз, к примеру, находится едва ли не в худшем состоянии, нежели при «проклятом застое». Наступило жестокое время коммерциализации музыки, и без поддержки влиятельных, умных меценатов джаз будет обречен на жалкое существование. Что бы там ни говорили, но его преданными поклонниками всё же остаются, в основном, представители интеллигенции. А их мало, так же, как и любителей классической музыки. То и другое требует ведь работы интеллекта, души. И потом, если раньше всё давила партийно-политическая цензура, то теперь диктат массового вкуса, что для честного творца одинаково вредно.
- Тут есть момент спорный. Твоё же творчество лишний раз доказывает, что интересное людям искусство всегда пробьет себе дорогу. Но я сейчас хочу сказать о другом: неужели, в самом деле, такая удручающая картина на отечественном музыкальном небосклоне? Ведь только за последнее время состоялось фестивальное действо в честь выдающегося музыканта, дирижера и аранжировщика майора Глена Миллера. Проводились достаточно известные мероприятия с участием оркестра Лундстрема, посвященные утесовскому юбилею. Твой коллега Козлов («А Козёл на саксе…») регулярно выступает у нас и за рубежом. Сам ты даешь отличные концерты по всей стране, во многих зарубежных странах. То есть, я хочу сказать, что музыкальная жизнь не совсем-то захирела.
- В такой большой стране, как наша, это и невозможно. Но моя озабоченность несколько иного характера и плана. Да, фестивали, конкурсы - это хорошо, просто здорово. Только, понимаешь, самой музыке как явлению сейчас трудно. Представь себе, нынче (2003 год – М.З) в моем биг-бэнде музыканты получают чуть больше трех тысяч, что даже к тремстам рублям «застоя» не приравняешь. А ведь мой ансамбль считается едва ли не самым благополучным. Другим гораздо хуже. Во многом, поэтому в серьезной музыке сейчас мало идей, нет здоровой, честной конкуренции, какое-то безвременье наступило.
- Хочется верить, что все сказанное к Георгию Гараняну относится лишь отчасти, что ты, если и не преуспевающий композитор, то уж во всяком случае, не бедствующий, как минимум.
- Конечно, мне на судьбу грех жаловаться. У меня своя студия, я уже давно как бы маленький музыкальный бизнесмен. Могу тратить свои гонорары на классную аппаратуру для студии. А чтобы мои коллеги могли лучше существовать в музыке, не без моего участия создан Независимый джазовый фонд, в котором меня избрали президентом. Не всё пока у нас идёт, как хотелось бы, но руки мы не опускаем. Я вообще оптимист по натуре. Вот гляжу на многих людей своего возраста, и как-то не по себе становится. Чёрт вас возьми, думаю! Да вы все дедушки! А я себя не представляю дедушкой!
- Несколько слов о твоей семье, которую справедливо полагаешь своим крепким тылом и, слава Богу, что не обольщаешься на сей счёт.
- Да, ты прав. С Нелли Закировой (она корреспондент НТВ) меня познакомил, как ты догадываешься, наш с тобой замечательный приятель Арсюша Лобанов, которого я полагаю самым лучшим аукционистом страны. Дочь Нелли, Вероника, ещё обучаясь на факультете журналистики, работала редактором на «Фабрике звезд». Способная девочка. Могу ещё добавить, что она, русская по национальности, взяла мою фамилию и в графе «национальность» написала «армянка». Кроме приёмной, у меня ещё две дочери: старшая Наталья - психолог, Карина живет в США - она компьютерный дизайнер. Наши отношения с Нелли довольно быстро перетекли в брак. Возможно, и потому, что я ей сразу сказал: продуктов, вещей и всего остального у тебя будет сколько угодно, а на регулярные цветы не рассчитывай - я не по этой части.
- Долгое время ты работал в цирке на Цветном бульваре. Знаю, что покойный Юрий Никулин души в тебе не чаял. А как ваши отношения с его сыном Максимом, который сейчас отцовские бразды правления держит в своих руках?
- У меня со старшим и младшим Никулиными всегда были замечательные отношения. Правда, в цирке я уже не работаю, но все равно с Максом поддерживаем связи. Вообще цирковая семья мне всегда нравилась. Работа там - душевная услада.
- А то вдруг появились слухи, что Гаранян уехал жить и работать в Соединенные Штаты.
- Что поделаешь, миром продолжают править слухи. Я просто часто бываю в США на гастролях. Жизнь там неплохая, во многих отношениях гораздо лучше нашей, но она не для меня, несмотря даже на то, что дочь моя прекрасно там адаптировалась. А я себя без России даже не представляю. Так что продолжаю работать в своей стране и менять её ни на какую другую не собираюсь. Ни при каких условиях.

…Умер Георгий Гаранян 11 января 2010 года в краснодарской краевой больнице от сердечного приступа. Как ни банально это звучит – сгорел на работе. Ведь поехал в Краснодар для совместных выступлений с композитором Мишелем Леграном и своим биг-бэндом. Похоронили мы его на Ваганьковском кладбище. Почему-то мне вспомнилось, как о нём говорил Юрий Никулин: «Жора Гаранян – настоящий русский мужик». Аккурат в день похорон позвонил мой земляк из Ямполя Винницкой области. Они с Жорой случайно общались часа два у меня в доме ещё в прошлом веке. «Знаешь,- сказал,- в моей жизни никогда не случалось такого известного и такого простого человека, как Георгий Арамович».
«Дедушкой» Жора, как и обещал, так и не стал. Вообще к жизни он относил с юмором. Однажды заметил: «При моих связях, элементарно будет позвонить в Небесную канцелярию и узнать, сколько мне ещё отпущено в этом лучшем из лучших миров. Но, честно признаться, как-то страшновато…».
Ушёл поэтому на пике своей славы.

 

Михаил Захарчук
11 января 2017 г.

Комментарии:

Ирина 11.01.2017 в 13:23 # Ответить
Судьба играет человеком, а человек играет на трубе..... Светлая память Георгию Гараняну!
Николай Асташкин 11.01.2017 в 13:36 # Ответить
Читал материал, а в памяти всплывали годы юности, пластинки, которые покупал в магазине и слушал песни тех лет. И на каждой пластинке - фамилия Г. Гараняна, руководителя ансамбля "Мелодия". Георгий Гаранян - это, несомненно, легенда, "звезда", как сказали бы сегодня. Спасибо автору за хороший очерк, и за память об этом удивительном человеке.
Сергей Чуев 11.01.2017 в 20:30 # Ответить
В ранней юности с советской эстрадой знакомился по пластинкам фирмы "Мелодия". Небольшие временные промежутки между песнями на них были заполнены музыкальными пьесами. Негромкое звучание саксофона как-то успокаивало, настраивало на лирику. Это были интермедии Гараняна.
Михаилу Захарчуку спасибо за память о Музыканте.
В.Леонидов 12.01.2017 в 19:24 # Ответить
Когда-то доводилось бывать на концертах с участием Гараняна. Блестящий музыкант, виртуозный саксофонист!
Александр Злаин 15.01.2017 в 12:48 # Ответить
Редко в последнее время приходится слышать и читать о композиторах вообще,а о саксофонистах в особенности.Спроси первого встречного,кого может назвать,в лучшем случае услышишь в ответ фамилию Бутмана.И не более того.Захарчук в свойственной ему доверительной манере напомнил о Гараняне.Спасибо автору очерка

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
6 декабря
пятница
2019

В этот день:

Воцарение императрицы Елизаветы Петровны

6 декабря 1741 года произошел государственный переворот в России, в результате которого императрицей стала Елизавета Петровна.

Воцарение императрицы Елизаветы Петровны

6 декабря 1741 года произошел государственный переворот в России, в результате которого императрицей стала Елизавета Петровна.

Она была младшей дочерью Петра I и Екатерины I, рождённой за два года до их вступления в брак. По завещанию Екатерины I Елизавета получила права на престол после Петра II. Но после его кончины в январе 1730 года про завещание Екатерины «забыли»: вместо Елизаветы престол был отдан её двоюродной сестре Анне Иоанновне.

А после её смерти — младенцу Ивану VI (сын племянницы Анны Иоановны — Анны Леопольдовны) при регентстве Бирона. Через две недели в результате переворота Бирона арестовали и регентшей стала Анна Леопольдовна (фактически объявила себя правительницей). Все это породило большое недовольство у части элиты, на которую оперлась Елизавета в ходе переворота 6 декабря 1741 года.

32-летняя цесаревна, проявив недюжинную отвагу, отправилась в Преображенские казармы и прошла в гренадерскую роту.

— Вы знаете, кто я? — спросила она солдат. — Хотите следовать за мною?

— Как не знать тебя, матушка цесаревна? Да в огонь и в воду за тобою пойдём, желанная, — хором ответили солдаты.

Цесаревна взяла крест, стала на колени и воскликнула:

— Клянусь этим крестом умереть за вас! Клянётесь ли вы служить мне также, как служили моему отцу?

— Клянёмся, клянёмся! — ответили солдаты хором…(Так описано в романе Н. Э. Гейнце «Романовы. Елизавета Петровна»).

Не встретив сопротивления, с помощью 308 верных гвардейцев она провозгласила себя новой императрицей, распорядившись заточить в крепость малолетнего Ивана VI и арестовать всю Брауншвейгскую фамилию (родственников Анны Иоанновны, в том числе регентшу Ивана VI — Анну Леопольдовну) и её приверженцев. Фавориты прежней императрицы Миних, Левенвольде и Остерман были приговорены к смертной казни, заменённой ссылкой в Сибирь — дабы показать Европе терпимость новой самодержицы.

Елизавета Петровна в свое царствование продолжила дела отца.

 

Печальная судьба Инженерной академии

6 декабря 1819 года Александром I в Санкт-Петербурге основано Главное инженерное училище, готовившее инженеров для русской армии.

Печальная судьба Инженерной академии

6 декабря 1819 года Александром I в Санкт-Петербурге основано Главное инженерное училище, готовившее инженеров для русской армии.

 Впоследствии было преобразовано в Николаевскую инженерную академию.

В 1925 году в результате объединения с Артиллерийской академией в Ленинграде создана Военно-техническая академия, в которой существовал инженерный факультет. В марте 1932 года он был переведен в Москву, где на базе высшего инженерно-строительного училища была создана Военно-инженерная академия, которой в 1935 году было присвоено имя В. В. Куйбышева. С 1998 года в соответствии с постановлением правительства Российской Федерации Военно-инженерная академия имени В. В. Куйбышева (г. Москва) преобразована в Военно-инженерный университет с тремя филиалами: Санкт-Петербургским, Нижегородским и Тюменским. В 2004 году Военно-инженерный университет опять преобразован в Военно-инженерную академию (г. Москва), но уже без упоминания имени В. В. Куйбышева.

1 августа 2006 года академия присоединена к Общевойсковой академии Вооруженных Сил Российской Федерации (с 2009 года — Военный учебно-научный центр Сухопутных войск), те есть фактически расформирована, поскольку теперь, как структурное подразделение, не имеет боевого знамени и наград. Здание в центре Москвы у бывшей академии отобрали опричники Сердюкова, и оно в 2006 году передано в ведение Минэкономразвития (не в этом ли заключаются главные мотивы проведенного «реформирова

Нарком ВМФ Николай Кузнецов

6 декабря 1974 года скончался Николай Герасимович Кузнецов (р. 1904)

Нарком ВМФ Николай Кузнецов

6 декабря 1974 года скончался Николай Герасимович Кузнецов (р. 1904)

Герой Советского Союза (1945), адмирал флота Советского Союза, в 1939—1946 и 1951—1955 возглавлял советский ВМФ (как народный комиссар Военно-морского флота (1939—1946), Военно-морской министр (1951—1953) и главнокомандующий ВМФ).

Первый ракетный завод

6 декабря 1862 года Императором АЛЕКСАНДРОМ II утвержден проект создания ракетного завода в Николаеве.

Первый ракетный завод

6 декабря 1862 года Императором АЛЕКСАНДРОМ II утвержден проект создания ракетного завода в Николаеве.

Проект был представлен ученым-артиллеристом Константином Ивановичем КОНСТАНТИНОВЫМ. В 1867 году генерал-лейтенант Константинов будет назначен командиром завода и станет лично руководить его строительством, монтажом и наладкой оборудования. Испытания первых выпущенных заводом ракет пройдут в 1871 году вскоре после смерти ученого.

Подвиг сержанта Васильковского

6 декабря 1941 года Вячеслав Васильковский одним из первых в Великой Отечественной войне закрыл своим телом амбразуру

Подвиг сержанта Васильковского

6 декабря 1941 года Вячеслав Васильковский одним из первых в Великой Отечественной войне закрыл своим телом амбразуру

 

Это произошло во время Московской битвы при освобождении деревни Рябинки Конаковского района.
Во время битвы за Москву войска Западного и Калининского фронтов 5-6 декабря 1941 года

начали контрнаступление против остановленного в 27 километрах от столицы противника. Немцы перешли к обороне. Они не успели подготовить сплошную линию обороны, но нашпиговали местность многочисленными опорными пунктами в районе сел и деревень, в основе которых были дзоты — дерево-земляные огневые точки, представляющие особую опасность для наступающей пехоты.
Дзот представлял собой окоп, обложенный толстыми досками, с амбразурой. Он накрывался бревнами в 3-4 наката и засыпался землей, которая трамбовалась и заливалась водой. От такой промерзшей земельной глыбы отскакивали не только пули, но и снаряды малого калибра. Такой опорный пункт, согласно немецкому военному искусству, можно уничтожить только прямым попаданием снаряда большой мощности. Но так считалось лишь до тех пор, пока фашисты не узнали, что такое русский наступательный порыв.
6 декабря 1319 стрелковый полк получил задачу овладеть деревней Рябинки Калиниской области. Здесь пехота неожиданно наткнулась на дзот, который простреливал всё пространство перед деревней. Дело в том, что амбразуры дзотов до боя прикрывались белыми щитами, которые сливались со снегом. Только с выходом наступающих в сектор стрельбы щиты снимались, и свинцовый шквал становился для наших бойцов жестокой неожиданностью.
Нужно было уничтожить дзот во что бы то ни стало. Тогда еще мало кто знал, как это возможно сделать. Сержант Вячеслав Васильковский тоже не знал. Но знал он другое — дзот должен быть уничтожен. Поэтому опытный воин вызвался совершить это. Он сумел близко подползти к огневой точке и метнул гранату. Она ударилась о стенку амбразуры, отскочила и взорвалась, не причинив огневой точке никакого вреда. Стало ясно: немцы делают щель амбразуры настолько узкой, что попасть туда гранатой невозможно. Обойти дзот с тыла тоже не реально, поскольку сзади его прикрывает пехота противника. Выход один: закрыть амбразуру своим телом, а там — будь что будет.

Сослуживцы видели, как Васильковский по-пластунски максимально приблизился к дзоту и прыгун на амбразуру, прижавшись к ней. Пулемет замолчал. Полк яростно ворвался в деревню, уничтожая фашистов.
Тогда никто еще не знал, что это был один из первых случаев самопожертвования при поединке бойца с дзотом. Только в 1943 году о подобном подвиге, совершенном Александром Матросовым, расскажут газеты и будет долго считаться, что первым был именно он. Лишь в наши дни поисковики выяснят: первым — 24 августа 1941 года такой подвиг совершил при обороне Новгорода политрук Александр Панкратов, Васильковский был в первой десятке. А всего его повторят, по последним данным, 435 советских военнослужащих (кстати, у немцев — ни одного, впрочем, как и у американцев).
За этот подвиг Вячеслав Викторович Васильковский приказом командующего Западным фронтом Г.К. Жуковым был награжден орденом Ленина.
Сегодня об этом Герое известно следующее. Родился в Москве. Русский. Член ВКП(б). Закончил исторический факультет Ленинградского государственного университета. Осенью 1939 года был призван в Красную Армию. Принимал участие в советско-финской войне, в качестве пулеметчика кавалерийского полка штурмовал линию Маннергейма. К началу Великой Отечественной войны стал командиром зенитно-пулеметного расчета роты ПВО.
Похоронен в деревне Рябинки, где ему установлен памятник. На историческом факультете ЛГУ Герою установлен бюст.

 

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение