RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Новые угрозы киевской хунты
19 июня 2015 г.

Новые угрозы киевской хунты

Приднестровье — еще одно направление агрессивного безпредела украинских фашистов
Музыкальная алгебра Родиона Щедрина
16 декабря 2017 г.

Музыкальная алгебра Родиона Щедрина

Выдающемуся композитору 16 декабря 2017 года исполнилось 85 лет
ПРО ЛЮДЕЙ И… очень важных «персон»
11 февраля 2016 г.

ПРО ЛЮДЕЙ И… очень важных «персон»

Московские власти продолжают уничтожение городского детского морского Центра имени Петра Великого
Гибель Льва Рохлина: версии и комментарии
3 июля 2013 г.

Гибель Льва Рохлина: версии и комментарии

В ночь со 2 на 3 июля 1998 года был застрелен на своей даче боевой генерал, возглавивший оппозицию Ельцину
США активно готовят переворот в Москве
13 января 2018 г.

США активно готовят переворот в Москве

Есть ли шансы у «всемирного гаранта демократии»?
Главная » Читальный зал » Убийство поручика Лермонтова

Убийство поручика Лермонтова

27 июля 1841 года в Пятигорске в 26-летнем возрасте от руки негодяя погиб великий русский поэт

Сколько ещё поэм, стихотворений и повестей он мог бы написать, проживи столько же, сколько подлец Мартынов, считающийся его убийцей!
Убийство поручика Лермонтова

Более полутора столетий в обществе витают сомнения: а на дуэли ли убили Лермонтова? И даже: Мартынов ли автор рокового выстрела?
Всё дело в том, что расследование было проведено поспешно и, как бы сегодня сказали, с многочисленными процессуальными нарушениями. К тому же слишком многим влиятельным особам Лермонтов был неугоден.

На
следующий день после смерти поэта комендант Пятигорска полковник Ильяшенков назначил следствие. Единственной версией была гибель поручика Лермонтова на дуэли с отставным майором Мартыновым — давним приятелем убитого ещё по юнкерскому училищу. Мартынова заключили в городскую тюрьму, секундантов — корнета Глебова и князя Васильчикова — на гауптвахту, потом под домашний арест.
Следствие установило:13 июля 1841 года на вечере у Верзилиной Лермонтов отпустил очередную остроту в адрес Мартынова. Тот вызвал поэта на дуэль, она состоялась через два дня у подножия горы Машук. Лермонтов стрелять отказался, стоял, подняв пистолет вверх. Мартынов, подойдя к барьеру, выстрелил и убил поэта наповал.

Состоялся военный трибунал: Мартынову дали три месяца тюрьмы (хотя уголовная статья предусматривала наказание вплоть до высшей меры), секундантов вообще освободили.

Александр Владимирович Карпенко, много лет проработавший в уголовном розыске и участвовавший в раскрытии ряда сложных преступлений, в том числе заказных убийств, уже в наше время более десяти лет расследовал обстоятельства гибели Лермонтова. Вот его мнение: «Не надо быть юристом, чтобы обратить внимание на то, как халатно расследовалось дело. Мартынову, Глебову и Васильчикову предоставили «вопросные листы». Письменно же, всё обдумав, они должны были отвечать. Показания, по сути, не перепроверялись... содержались обвиняемые так, что имели возможность обмениваться записками. И обменивались! Вот, например. Глебов пишет в тюрьму Мартынову: «...Прочие ответы твои согласуются с нашими, исключая того, что Васильчиков поехал со мной; ты так и скажи. (...) Надеемся, что ты будешь говорить и писать, что мы тебя всеми средствами уговаривали (помириться. — Авт.). Напиши, что ждал выстрела Лермонтова».
...Отдельная тема — оружие стрелявшихся. Сначала в деле фигурируют пистолеты, изъятые в доме поэта и Столыпина («одноствольные с фестонами с серебряными скобами и с серебряною насечкою, из коих один без шомпола и без серебряной трубочки»). Потом выясняется, что это ошибка, — пистолеты Столыпина. Появляются другие — якобы принадлежавшие Лермонтову пистолеты Кухенрейтера. Они и объявляются оружием дуэли. Но ведь в описи имущества поэта значится лишь «пистолет черкесский с золотою насечкою в чехле азиатском» — и никаких других...
Медицинское освидетельствование тела также проведено поразительно небрежно. «Наставление врачам при судебном осмотре и вскрытии тел» 1829 г. предписывало «определить род повреждения... описать величину, вид, длину и ширину самого повреждения и сличить с орудиями, коими оное причинено...» Не сделано! Мы знаем лишь, что пуля пробила грудь навылет. Согласно современным исследованиям — справа налево, снизу вверх, под углом 60 градусов. Возникает вопрос о позе, в которой погибший мог быть во время дуэли...
Почему тело Лермонтова лежало под проливным дождём ещё более трёх часов? (Кстати, один из слуг уверял, что поэт умер не сразу, везли потом ещё живого.) Участники дуэли объясняли — мы отправились искать врача. Но почему не погрузить тело в дрожки, просто не перекинуть поперёк седла? Почему следствие не уточняло элементарные подробности? Почему то? Почему это? «Почему» нет конца».

Версия А.В. Карпенко: в Пятигорске имелась целая группа влиятельных врагов Лермонтова (во главе с генеральшей Мерлини). Они интриговали, пытались стравить с поэтом других офицеров (например, молодого Лисаневича). В конце концов болезненно самолюбивого, комплексующего Мартынова завести удалось. После вызова тот понял: проигрывает в любом случае. Откажешься от дуэли — станешь посмешищем в глазах общества (трус!). Выйдешь к барьеру — всё равно моральная победа за Лермонтовым: он стрелять не станет, однако раздражённого, суетящегося «Мартышку» при других так припечатает! А.В. Карпенко заключает: "Что произошло потом у подножия Машука, кто и когда туда приехал, ход самой дуэли — всё это мы знаем из путаных показаний людей, заведомо симпатизировавших Мартынову. Но события могли происходить и иначе. Например: Мартынов и Лермонтов просто договорились о встрече. Уже на месте Мартынов (после резкого разговора?) с близкого расстояния выстрелил в сидящего на лошади поэта (потому такой угол проникновения пули в тело). После чего бросился к Глебову: выручай, была дуэль с Лермонтовым без секундантов, я его убил! Придумывается «сценарий» (но спешно, с массой нестыковок). Тогда понятно, почему лежало под дождём три часа тело Лермонтова (пока за ним не приехали). Почему возникла необходимость в появлении пистолетов Кухенрейтера (раз была дуэль — нужны более мощные)".

Воронежский писатель Николай Литвинов, также ранее рботавший в уголовном розыске, в своей книге «М.Ю. Лермонтов. Величие и трагедия» предлагает ещё одну версию: Лермонтова убил даже не друживший с ним Мартынов, а синхронный с его выстрелами выстрел настоящего убийцы из засады в кустах. Заказчиком же мог быть непосредственно сам царский двор, не любивший литератора за его вольнолюбивые стихи. Лермонтова, как известно, отправили воевать на Кавказ, в самую кровавую кашу событий. Но его мистическим образом не брали пули и кинжалы горцев. А годы шли, и тогда проблему решили устранить по принципу Лёлика из «Бриллиантовой руки»: «Неэстетично? Зато дёшево, надёжно и практично»...
«Когда во дворце стало известно о гибели на дуэли русского поэта и офицера, — пишет Литвинов, - Николай встретил известие с удовлетворенностью. По словам П.И. Бартеневой, «Государь по окончании литургии, войдя во внутренние покои кушать чай со своими, громко сказал: „Получено известие, что Лермонтов убит на поединке; собаке — собачья смерть!..“

По сей день, пожалуй, преобладает версия о резком, злом, неуживчивом характере Лермонтова, что и послужило главной причиной его постоянных дуэлей, одна из которых закончилась трагедией. Это аргументированно опровергал великий советский литературовед Ираклий Андронников: «Лермонтов действительно был разным и непохожим — среди беспощадного к нему света и в кругу задушевных друзей, на людях и в одиночестве, в сражении и в петербургской гостиной, в момент поэтического вдохновения и на гусарской пирушке. Это можно сказать про каждого, но у Лермонтова грани характера были очерчены особенно резко, и мало кто возбуждал о себе столько разноречивых толков. Одни воспоминания о нем надобно читать, понимая буквально, другие — угадывая в описаниях, казалось бы объективных, бессильную злобу и стремление дискредитировать если не поэзию, то хотя бы поэта — человека иного образа мыслей и нравственных представлений, разрушавшего общепринятую условность и весь этикет лицемерного великосветского общества и поставившего себе целью говорить одну только беспощадную правду. Такие мемуары приходится читать, угадывая под личиной беспристрастных свидетелей непримиримых врагов.

Н. П. Раевский, офицер, встречавший Лермонтова в кругу пятигорской молодежи летом 1841 года, рассказывал: «Любили мы его все. У многих сложился такой взгляд, что у него был тяжелый, придирчивый характер. Ну, так это неправда; знать только нужно было, с какой стороны подойти... Пошлости, к которой он был необыкновенно чуток, в людях не терпел, но с людьми простыми и искренними и сам был прост и ласков».

«Он был вообще не любим в кругу своих знакомых в гвардии и в петербургских салонах». Это прямо противоположное утверждение принадлежит князю Васильчикову, секунданту на последней — роковой — дуэли с Мартыновым.

«Все плакали, как малые дети», — рассказывал тот же Раевский, вспоминая час, когда тело поэта было доставлено в Пятигорск.

«Вы думаете, все тогда плакали? — с раздражением говорил много лет спустя священник Эрастов, отказавшийся хоронить Лермонтова. — ...Все радовались».

И сколько ни будете читать воспоминаний о Лермонтове, более, чем о поэте, они будут говорить вам об отношении к нему мемуаристов. Кому из них верить, если даже и декабрист Н. И. Лорер оставил недоброжелательную запись о нем?
...Впрочем, есть книги, которые содержат самый достоверный лермонтовский портрет, самую глубокую и самую верную лермонтовскую характеристику. Это — его сочинения, в которых он отразился весь, каким был в действительности и каким хотел быть! Читая лирические стихи и бурные романтические поэмы, трагический «Маскарад» и одну из самых удивительных книг во всей мировой литературе — «Герой нашего времени» мы невольно вспоминаем, что сказал Пушкин о Байроне: «Он исповедался в своих стихах невольно, увлеченный восторгом поэзии». Как всякий настоящий, а тем более великий поэт, Лермонтов исповедался в своей поэзии, и, перелистывая томики его сочинений, мы можем прочесть историю его души и понять его как поэта и человека».

Его старший и верный друг Мария Лопухина писала Лермонтову: «Если вы продолжаете писать, ...ничего не показывайте вашим товарищам, потому что иногда самая невинная вещь причиняет нам гибель. Остерегайтесь сходиться слишком близко с товарищами, сначала хорошо их узнайте. У вас добрый характер, и с вашим любящим сердцем вы тотчас увлечетесь».
Добрый характер, любящее сердце, способность увлекаться — вот каким он был в отношениях с друзьями. Он не изменял им, не забывал их. Лермонтов не умел и не хотел скрывать свои мысли, маскировать чувства. Уроки Марии Лопухиной впрок не пошли. Он оставался доверчивым и неосторожным. И больше, чем открытая злоба врагов, его ранила ядовитая клевета друзей, в которых он ошибался. И чувство одиночества в царстве произвола и мглы, как назвал николаевскую империю А. И. Герцен, было для него неизбежным и сообщало его поэзии характер трагический.

Ираклий Андронников: «Чем старше он становился, тем все чаще соотносил субъективные переживания и ощущения с опытом и судьбой целого поколения, все чаще «объективировал» современную ему жизнь. Мир романтической мечты уступал постепенно изображению реальной действительности. Все чаще в поэзию Лермонтова вторгалась повседневная жизнь и конкретное время — эпоха 30—40-х годов с ее противоречиями: глубокими идейными интересами и мертвящим застоем общественной жизни.
И все, что им создано за тринадцать лет творчества, — это подвиг во имя свободы и родины. И заключается он не только в прославлении бородинской победы, в строках «Люблю отчизну я...» или в стихотворном рассказе «Мцыри», но и в тех сочинениях, где не говорится прямо ни о родине, ни о свободе, но — о судьбе поколения, о назначении поэта, об одиноком узнике, о бессмысленном кровопролитии, об изгнании, о пустоте жизни...
С юных лет светское общество, с которым Лермонтов был связан рождением и воспитанием, олицетворяло в его глазах все лживое, бесчувственное, жестокое, лицемерное. И заглавие трагедии «Маскарад» заключает в себе смысл иронический, ибо у этих людей лицо было маской, а в маскараде, неузнанные, они выступали без масок, в обнажении низменных страстей и пороков. И Лермонтов имел смелость высказать все, что думал о них. В день гибели Пушкина он впервые заявил о себе. И первое, что он сказал им: Свободы, Гения и Славы палачи! Он грозил им народной расправой и указывал на их связь с императорским троном. «Люди лицемерные, слабые никогда не прощают такой смелости», — писал о нем Герцен. И на последних вдохновениях Лермонтова уже лежит печать обреченности. Но неуклонно следовал он по избранному пути. И ненависть к «стране господ», отрицание купленной кровью славы только обостряли его любовь к «печальным деревням» и к «холодному молчанию» русских степей.
...Великая человечность Лермонтова, пластичность его образов, его способность «перевоплощаться» — в Максима Максимыча, в Казбича, в Азамата, в Бэлу, в княжну Мери, в Печорина, соединение простоты и возвышенности, естественности и оригинальности — свойства не только созданий Лермонтова, но и его самого. И через всю жизнь проносим мы в душе образ этого человека — грустного, строгого, нежного, властного, скромного, смелого, благородного, язвительного, мечтательного, насмешливого, застенчивого, наделенного могучими страстями и волей и проницательным беспощадным умом. Поэта гениального и так рано погибшего. Бессмертного и навсегда молодого».

Так от чьих рук погиб Лермонтов? Вопрос, на мой взгляд, сравним с вечным вопросом Человечества: кто распял Христа? В ответах можно найти конкретных людей. Но главное, видимо, в другом: Их убило то худшее, нечеловеческое, что есть в обществе, да и в каждом из нас — эгоизм, тщеславие, жадность, своекорыстие, неверие в чистоту, в любовь к ближнему, в свет...

 

Сергей Турченко
27 июля 2017 г.

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
25 сентебря
вторник
2018

В этот день:

Подвиг генерала Раевского

25 сентября 1771 года родился Николай Николаевич Раевский (ум. 1829), русский генерал, герой Отечественной войны 1812 года. За тридцать лет безупречной службы участвовал во многих крупнейших сражениях эпохи: на Кавказе, в войнах с Турцией, Швецией, Францией, в польской, молдавской, финской кампаниях. Дослужился до генерала от кавалерии.

Подвиг генерала Раевского

25 сентября 1771 года родился Николай Николаевич Раевский (ум. 1829), русский генерал, герой Отечественной войны 1812 года. За тридцать лет безупречной службы участвовал во многих крупнейших сражениях эпохи: на Кавказе, в войнах с Турцией, Швецией, Францией, в польской, молдавской, финской кампаниях. Дослужился до генерала от кавалерии.

Всенародная слава пришла к Раевскому после подвига, совершенного 23 июля 1812 года у деревни Салтановка (11 км вниз по Днепру от Могилёва). Дело было так.

Корпус Раевского в течение десяти часов сражался с пятью дивизиями корпуса Даву. Бой шёл с переменным успехом. В критический момент Раевский лично повёл в атаку Смоленский полк со словами: "Солдаты! Я и мои дети откроем вам путь к славе! Вперед за царя и отечество!" Рядом с Николаем Николаевичем в этот момент шли сыновья: 17-летний Александр и 11-летний Николай. В этом бою Раевский был ранен картечью в грудь, но его самоотверженность вдохновила солдат, которые обратили противника в бегство.

Хрестоматийным стал и бой за батарею Раевского, который считается одним из ключевых эпизодов Бородинского сражения. Генерал дошел до Парижа и принимал участие в битве за столицу Франции.

После войны Раевский жил в Киеве, где был расквартирован вверенный ему 4-й пехотный корпус. Почти ежегодно Раевский с семьёй путешествовал в Крым. Там через сына познакомился и подружился с молодым с А. С. Пушкиным.

Скончался Николай Николаевич Раевский от старых ран 16 (28) сентября 1829 года в селе Болтышка Чигиринского уезда Киевской губернии в возрасте 58 лет.

 

Начало обороны Севастополя

25 сентября 1854 года началась героическая оборона Севастополя в Крымской войне. Вражеские силы планировали завершить штурм города в течение недели, однако обороноспособность русских войск была недооценена.

Начало обороны Севастополя

25 сентября 1854 года началась героическая оборона Севастополя в Крымской войне. Вражеские силы планировали завершить штурм города в течение недели, однако обороноспособность русских войск была недооценена.

Напомним, в июне — июле 1854 года превосходящие силы флота союзников (Англия, Франция, Турция и Сардиния) — 34 линейных корабля и 55 фрегатов (в том числе большинство паровых) блокировали русский флот (14 линейных парусных кораблей, 6 фрегатов и 6 пароходо-фрегатов) в бухте Севастополя. В конце августа 1854 года десантный флот с наземными войсками союзников двинулся к крымским берегам. Численность десантных войск составляла 62 тысячи человек со 134 полевыми и 73 осадными орудиями.

1 сентября 1854 года была произведена высадка десанта возле Евпатории. После высадки войска союзников двинулись в сторону Севастополя.

У входа в Севастопольскую бухту было затоплено несколько старых кораблей, что не дало возможности врагам войти в неё. Экипажи остальных судов российского флота пошли на усиление гарнизона; корабельные орудия установили на берегу.

Оборона Севастополя была поручена адмиралам Павлу Степановичу Нахимову и Владимиру Алексеевичу Корнилову, в распоряжении которых оставалось 18 тысяч человек — преимущественно флотских экипажей. Все фортификационные работы велись под руководством инженер-подполковника Эдуарда Ивановича Тотлебена, ставшего душой обороны. Во время осадных работ союзники несли много потерь от огня гарнизона и от частых вылазок, производившихся с замечательной отвагой.

5 (17) октября последовала первая бомбардировка Севастополя. Общий урон российских войск составил 1250 человек; у союзников выбыло из строя 900—1000 человек. Нашей незаменимой потерей была смерть Владимира Алексеевича Корнилова, смертельно раненного на Малаховом кургане. Общие итоги бомбардировки вселили уверенность в русских, что Севастополь можно отстоять малыми силами. И наоборот, вражеским войскам

от надежды на лёгкое торжество пришлось отказаться.

 

Герои Чернобыля

25 сентября 1986 года за мужество, героизм и самоотверженные действия, проявленные при ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, Президиум Верховного Совета СССР присвоил звание Героя Советского Союза майору внутренней службы Л. П. Телятникову, лейтенантам внутренней службы В. Н. Кибенку (посмертно), В. П. Правику (посмертно).

Герои Чернобыля

25 сентября 1986 года за мужество, героизм и самоотверженные действия, проявленные при ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, Президиум Верховного Совета СССР присвоил звание Героя Советского Союза майору внутренней службы Л. П. Телятникову, лейтенантам внутренней службы В. Н. Кибенку (посмертно), В. П. Правику (посмертно).

Леонид Петрович Телятников родился 25 января 1951 года в посёлке Введенка Мендыгаринского района Кустанайской области (ныне Казахстан). Русский. Член КПСС с 1978 года. В 1983 году был назначен начальником военизированной пожарной части № 2 по охране Чернобыльской АЭС. Л. П. Телятников вместе с другими пожарными (В. Игнатенко, В. Кибенком, В. Правиком и др.) принимал участие в тушении пожара в первые часы после аварии на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года. Во время тушения получил высокую дозу облучения. Умер от рака 2 декабря 2004 года, похоронен на Байковом кладбище в Киеве.

Виктор Николаевич Кибенок родился в семье потомственного пожарного 17 февраля 1963 года в посёлке Ивановка Нижнесерогозского района Херсонской области. Украинец.

Вместе с другими пожарными (В. Игнатенко, В. Правиком, Л. Телятниковым и др.) принимал участие в тушении пожара в первые часы после аварии на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года. Во время тушения получил высокую дозу облучения более 1000 рентген (смертельная доза 400 рентген), был отправлен на лечение в Москву, где и скончался в 6-й клинической больнице 11 мая 1986 года. Похоронен на Митинском кладбище в Москве.

 

Владимир Павлович Правик родился 13 июня 1962 года в Чернобыле в семье служащего. Украинец.

Вместе с другими пожарными (В. Игнатенко, В. Кибенком, Л. Телятниковым и др.) принимал участие в тушении пожара в первые часы после аварии на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года. Во время тушения получил высокую дозу облучения, был отправлен на лечение в Москву, где и скончался в 6-й клинической больнице 11 мая 1986 года. Похоронен на Митинском кладбище в Москве.

Со времен Чернобыльской аварии к государственным наградам были представлены 70 тысяч ликвидаторов. 

Смотрите оригинал материала наhttp://www.1tv.ru/news/social/175367
 

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение