RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Это не просто кремлевская потасовка
24 августа 2015 г.

Это не просто кремлевская потасовка

По мнению ряда аналитиков, именно сейчас в российских властных структурах начинается «последняя битва за Святую Русь»
Праздник труда в стране безработных
1 мая 2018 г.

Праздник труда в стране безработных

Первомай в современной России, к сожалению, потерял свою изначальную суть
Реквием по резиденту с супругой
5 ноября 2013 г.

Реквием по резиденту с супругой

В День военного разведчика публикуем документальную повесть о чете советских агентов-нелегалов, работавших в Европе
Легендарная Атлантида ЛВВПУ
18 ноября 2014 г.

Легендарная Атлантида ЛВВПУ

19 ноября 2014 года - 75 лет единственному в мире военному училищу, которое в советские годы готовило во Львове журналистов и культпросветработников для армии и флота
Письмо Гитлера Муссолини
21 июня 2016 г.

Письмо Гитлера Муссолини

21 июня 1941 года фашистский фюрер Европы отправил послание своему итальянскому подельнику, которое полностью развенчивает тиражируемый на Западе миф о том, что Великую Отечественную войну спровоцировало руководство СССР
Главная » Читальный зал » «Дело» Руста: загадки остаются...

«Дело» Руста: загадки остаются...

30 лет назад на Красной площади приземлился немецкий легкомоторный самолёт

Это послужило поводом для «демократической чистки» в Советских Вооруженных силах.
«Дело» Руста: загадки остаются...

13 мая 1987 года восемнадцатилетний немецкий пилот-любитель Матиас Руст вылетел из аэропорта города Ютерзен на «Сессне-172», арендованной в местном аэроклубе. Самолёт был модифицирован: вместо второго ряда сидений установлены дополнительные топливные баки. Дальнейший маршрут пилота: Шетландские острова, на следующий день - Фарерские острова. 15 мая Руст совершил перелёт в Исландию, где посетил Хёвди - место встречи Рейгана и Горбачева в октябре 1986 года. Это момент существенный, и мы ещё к нему вернёмся. Спустя годы Матиас напишет: «Я почувствовал, что вошёл в контакт с духом этого места. Меня заполнили эмоции и разочарование от провала саммита, от того, что я не смог здесь оказаться прошлой осенью. Это мотивировало меня продолжить своё дело». И он продолжил.

22 мая Руст вылетел в Норвегию, 25 мая - в Финляндия. Утром 28 мая он заправил «Сессну», проверил погоду и подал диспетчерской службе заявку на полёт в Стокгольм. Выйдя из зоны управления аэропорта, Матиас выключил связь, резко сменил курс и эшелон своего полёта. Вдоль береговой линии Балтийского моря добрался до воздушной трассы, соединяющей Хельсинки и Москву. Около 14 часов Руст перешёл свой Рубикон, исчезнув с экранов радиолокационных станций. Диспетчеры запустили поисково-спасательную операцию. В 40 км от берега Финского залива спасатели обнаружили масляное пятно и решили: самолёт потерпел крушение. А он между тем на предельно малой высоте под оживлённой воздушной трассой пересёк советскую границу возле города Кохтла-Ярве. И взял курс на Москву. (Позже ему предъявят счёт за ложную спасательную тревогу на сумму более ста тысяч долларов).

Дежурные радиотехнические подразделения ПВО обнаружили его в 14.10. Три зенитных ракетных дивизиона привели в боевую готовность. Наблюдали «цель 8255», но команды на уничтожение не получали. В воздух поднимались дежурные звенья МиГ-21, МиГ-23 с трёх аэродромов. В районе города Гдов «спортивный самолёт типа Як-12 белого цвета с тёмной полосой вдоль фюзеляжа» лётчики обнаружили визуально. Сделав несколько пролётов над ним и не получив чёткой команды по воздействию, они вернулись на базу. Впоследствии маршал Д. Т. Язов утверждал, что войска ПВО вели «Сессну» до Москвы, но не пресекали полёт, потому что после инцидента с южно-корейским лайнером получили распоряжение гражданские самолеты не сбивать.

Когда военные, наконец, поняли, что наблюдают нарушителя, он уже входил в зону Московского округа ПВО. Доложили на Центральный командный пункт ПВО. Оперативный дежурный ЦКП генерал-майор С. И. Мельников и исполняющий обязанности начальника Главного штаба ПВО генерал-лейтенант Е. Л. Тимохин понадеялись, что в Московском округе с ним разберутся сами и, не имея характеристик нарушителя, не стали докладывать Главнокомандующему ПВО маршалу А. И. Колдунову. Который,- в этом не может быть никаких сомнений и к чему мы тоже ещё вернёмся,- конечно же, приказал бы цель сбить. Но на КП Московского округа не придали значения «простому нарушителю режима полётов».

Руст, между тем, в 18.30 подлетел к Москве. Легко нашёл Красную площадь. Сделав несколько кругов, засёк цикл работы светофора на Большом Москворецком мосту. Снизившись над улицей Большая Ордынка, едва не задевая крыши автомобилей, Матиас сел на мост и накатом доехал до Собора Василия Блаженного. Затем вылез, уставший, из самолёта и стал раздавать автографы. Примерно через час его арестовали. И началась вселенская, истерическая, доселе никем в Советском Союзе, да и в мире невиданная разоблачительная вакханалия. Ничего подобного, чтобы так злобно и надрывно костерили вооружённого защитника, нельзя было припомнить и за все годы советской власти. Так что же это за исчадие ада прилетело к нам из Германии?

Тут мне обязательно следует остановиться на личном моменте, связанном с этим исторически-одиозным событием. Дело в том, что сразу после окончания Львовского политучилища меня зачислили корреспондентом газеты «На страже» Бакинского округа ПВО. Пять лет, работая в отделе авиации, я в меру природой отпущенных способностей, освещал нелёгкую службу воинов ПВО. Летал на всех типах самолётов, регулярно бывал на полигонных стрельбах, многажды заступал с боевыми расчётами на охрану южных рубежей страны. Во всех одиннадцати авиационных полках округа меня всяк знал. Потом была учёба в академии, работа в «Красной звезде», в ТАСС. А под занавес офицерской службы меня назначили главным редактором журнала «Вестник противовоздушной обороны». То есть, читателю должно быть понятно, почему приземление Руста на Красной площади я поначалу воспринял почти как личное оскорбление. Но и это ещё не всё. В конце восьмидесятых кандидат исторических наук Николай Комаров - заведующий Военно-политической редакцией ТАСС, где я к тому времени работал специальным корреспондентом,- задумал написать большую (800 страниц!) книгу «Войска ПВО страны». Сам в прошлом пэвэошник, он уговорил в соавторы доктора исторических наук, профессора Евгения Климчука, а меня третьим присоединил уже как своего подчинённого. И вот моя «делянка» в итоге оказалась самой сложной для «пахоты» - современное состояние Войск ПВО. Это я сразу понял, как только мы подготовили рукопись и сделали на неё заявку в Воениздат. Главный наш рецензент - начальник главного штаба войск ПВО генерал-полковник И.М.Мальцев по исторической части книги, написанной двумя учёными, сделал буквально косметическую правку. Зато мой раздел на 12 страницах мелким, убористым почерком разнёс в пух и прах. К тому времени мы находились с Игорем Михайловичем в великолепных отношениях. Когда он баллотировался в народные депутаты РФ, я был его доверенным лицом, и мы добились цели. Он же, в конце концов, сыграл решающую роль в моём назначении на должность главного редактора журнала «Вестник ПВО». Так и сказал главкому И.М.Третьяку: «Мне нужен на журнале человек, который бы восстанавливал престиж войск, а специалистов ему в помощь я легко подберу». Понятно поэтому, почему к рассуждениям военачальника я не просто прислушался – положил их в основу своего раздела книги. В самом общем виде они выглядели примерно так.

Печальная наша реальность, увы, свидетельствует о том, что в ближайшее столетие миром будет править сила. А потому мы должны всячески развивать ратное сознание своих соотечественников. Огромные, могучие, прекрасно вооруженные государства погибали лишь потому, что утрачивали это самое ратное сознание. В это сегодня не все могут поверить, но мы стоим на самом краю такой пропасти, из которой ледяным дыханием веет хаос. Верх в стране берут белобилетники, люди, не нюхавшие солдатских портянок: Горбачёв, Ельцин, Гайдар, Чубайс, etc. Они изо дня в день наносят страшные удары по боеспособности вооруженных сил страны, по ратному сознанию советского народа. Ни дня не послужившие в армии, они не знают и знать не могут её на клеточном, молекулярном уровне. Армия даже мешает им в меркантильных, как им кажется, далеко идущих, но, по сути, очень куцых планах.

Тот же случай с Рустом их испугал, как страшит суеверного человека привидение. Они завизжали как поросята, страшно им, видите ли, стало. Меж тем дебильная оценка Войск ПВО, пущенная в верхах, аукнулась в низах общественного сознания, и создался миф, фантом, даже отдаленно не соответствующий реальному состоянию дел. Специалисты наши и зарубежные прекрасно знают: да, случай досадный, курьезный, но он не стоит и сотой доли шума, им вызванного. Ибо, как здоровому человеку невозможно повторить похождений лунатика, так невозможны впредь маршруты, наподобие рустовских. Хотя шкодливые молодые люди, жаждущие геростратовой славы, нарушали и, вполне возможно, будут ещё нарушать границу. Исключить это невозможно даже теоретически. Так называемая неприкосновенность советских границ - сухопутных и воздушных - самый дорогостоящий, после ядерного щита, блеф советской власти. Всегда через нашу границу ходили нарушители и летали самолёты. Разве что до Красной площади не дотягивали. Исключить в принципе подобные нарушения невозможно даже теоретически, а главное, нет в том такой уж необходимости. Решая буквально поставленную задачу, нам пришлось бы расположить по громадному периметру своих кордонов (60 тысяч километров!) все летательные средства, включая даже макеты, по которым обучались досаафовцы. Но и тогда Север страны остался бы оголенным…

Второй раз Игорь Михайлович читал мою главку книги про Войска ПВО уже с плохо скрываемым удовольствием. Лишь под конец заметил: «Знаешь, чего тебе тут не хватает? Беседы с Главным маршалом авиации Колдуновым» - «Да я пробовал – бесполезно. Обиженный и униженный генсеком Горбачёвым, он и с нашим братом, газетчиком, не хочет общаться» - «Ничего, я замолвлю за тебя словечко».

На следующий день позвонил многолетний помощник бывшего главкома Тихон Иванович (к сожалению, я запамятовал его фамилию) и сообщил, что маршал ждёт меня с заранее подготовленными вопросами. Почти сутки я колдовал над ними. Расчёт мой состоял в том, что если Колдунов даже фрагментарно, даже односложно ответит на каждый, то полнота картины в итоге всё равно получится. Кстати, один из полусотни вопросов звучал так: «Если бы вам всё-таки доложили о том, что неопознанная цель подлетает к столице, вы бы отдали команду сбить её?»
Александр Иванович, видимо, для себя уже всё решил, потому что даже не уточнил, где я намереваюсь опубликовать интервью с ним. Внимательно прочитав все вопросы, поинтересовался, каким временем располагает. Неограниченным – ответил я. «Ну что ж, - сказал, - когда я с ними управлюсь – дам вам знать. А вот эти материалы можете взять себе на память». И вручил мне фронтовую листовку победного 1945 года, ему посвященную и четыре личных фронтовых фотографии. (До сих пор их храню). Когда уже расставались, заметил, словно подтверждая какие-то собственные размышления: «Конечно бы, я отдал приказ сбить цель. Разве могло быть иначе?»
Спустя пару месяцев Колдунова не стало. То была настоящая трагедия великого лётчика и не менее великого военачальника, безо всяких кавычек. Он скончался, не дожив и до семидесяти, хотя обладал отменным здоровьем. Не пережил позора и предательства со стороны генсека-главнокомандующего. То, чего не добились прославленные асы люфтваффе, легко сделал Горбачёв: стрельнул маршала влет. Потому что на самом деле вред, причиненный Рустом Войскам ПВО, был сравним с укусом слона комаром. Впоследствии я писал об этом неоднократно и в своём журнале, и во многих других изданиях. Но книга о Войсках ПВО так в свет и не вышла. В решающей степени из-за моего раздела, где были жёстко расставлены всё точки над «i» в отношении нашумевшего полёта Руста. Однако в Воениздате уже находились люди, работавшие не на укрепление Вооружённых Сил страны, а над их разрушением.

Зато спустя несколько лет уже после знаменитого ГКЧП появилась книга В. Легостаева «Как Горбачёв прорвался во власть». Валерий Михайлович был членом ЦК КПСС, первым помощником Е.К.Лигачёва. В его работе подробно раскрывается операция по большой чистке в армии под кодовым названием «Руст». В здании на Старой площади Легостаев сидел в кабинете по соседству с небезызвестным «прорабом перестройки» А.Н.Яковлевым: «Обстоятельства появления Руста в Москве были и до сих пор остаются загадочными. К примеру, уже тогда стало известно, что при подлете юного провокатора к столице на командный пункт Московского округа ПВО поступило указание о внеплановом отключении АСУ РЛС для проведения профилактических работ. Что, разумеется, снизило качество обрабатываемой службами ПВО оперативной информации. Как свидетельствовали поступавшие в те дни и недели в ЦК документы, таких подозрительных «мелочей» по маршруту неуловимой «Цессны-172» набиралось больше чем достаточно для серьезных размышлений и выводов. Постоянно подзуживаемый своим ближайшим окружением, в котором Яковлев уже играл важную роль, Горбачев искал повод для расправы над оппозиционным, как он полагал, руководством Вооруженных Сил СССР. Его-то и доставил ему в урочный час на хвосте своего спортивного самолетика Матиас Руст. В результате, как заявил на заседании Политбюро сам Горбачев, были отданы под суд 150 генералов и офицеров СА. По данным американских спецов, внимательно следивших за ситуацией, «под Руста» было смещено не только руководство Войск ПВО во главе с маршалом авиации Колдуновым, но и министр обороны маршал Соколов со всеми своими заместителями, начальник Генерального штаба и два его первых заместителя, главнокомандующий и начальник штаба ОВС Варшавского Договора, все командующие группами войск (в Германии, Польше, Чехословакии и Венгрии), все командующие флотами и все командующие округами. В ряде округов командующие заменялись неоднократно. Волна горбачевской чистки достигла, по меньшей мере, уровня командования дивизиями, а, возможно, пошла и еще ниже.
Особое внимание обращалось на устранение наиболее квалифицированных и независимых военачальников. Типичный пример - легендарный маршал авиации Александр Иванович Колдунов - дважды Герой Советского Союза; в Отечественную войну командир эскадрильи; с 1970 г. командующий ПВО Московского округа, а с 1978 г. главнокомандующий ПВО страны. В результате проведенной операции руководство Советской Армии было фактически обезглавлено. Как-то пополудни в первых числах июня в моем кабинете, по обычаю неожиданно, возник Яковлев. К тому времени он уже успел стать членом Политбюро, близким генсеку. Широкое, грубо прочерченное лицо А.Н. светилось торжествующей улыбкой. Он пребывал в откровенно приподнятом, почти праздничном расположении духа. Прямо с порога, победно выставив перед собой ладони, выпалил: «Во! Все руки в крови! По локти!» Из последовавших затем возбужденных пояснений выяснилось, что мой гость возвращается с очередного заседания Политбюро, на котором проводились кадровые разборки в связи с делом Руста, Было принято решение о смещении со своих постов ряда высших советских военачальников. Итоги этого заседания и привели Яковлева в столь восторженное победоносное состояние. Его руки были «в крови» поверженных супостатов».

Мне остаётся лишь добавить, что автор этих записок погиб за рубежом при невыясненных обстоятельствах.

А подытоживая подлинные итоги вселенского публичного спектакля под названием «Дело Руста», замечу, что если бы «нахальный аэрокурёнок» не появился, как чёрт из табакерки самостоятельно, то окружение Горбачёва в лице тех же яковлевых, шеварднадзе, бакатитных и прочих «гробовщиков социализма» обязательно бы его придумали. Им нужен был «железный повод», чтобы разгромить самых последовательных защитников того социализма. Не зря же Горбачёв с удовлетворением сказал своему ближайшему помощнику Черняеву: «Теперь умолкнут кликуши насчет того, что военные в оппозиции к Горбачёву, что они вот-вот его скинут, что он на них все время только и оглядывается».

Мнения других свидетелей.
«Нет никаких сомнений в том, что полёт Руста был тщательно спланированной провокацией западных спецслужб. И что самое важное - проведена она с согласия и с ведома отдельных лиц из тогдашнего руководства Советского Союза». Генерал армии, главком ВВС РФ П.Дейнекин.
«Это была блестящая операция, разработанная западными спецслужбами. Спустя 20 лет становится очевидным, что спецслужбы, и это ни для кого уже не является секретом, смогли привлечь к осуществлению грандиозного проекта лиц из ближайшего окружения Михаила Горбачева, причём со стопроцентной точностью просчитали реакцию Генерального секретаря ЦК КПСС. А цель была одна - обезглавить Вооружённые силы СССР, значительно ослабить позиции Советского Союза на международной арене». И.Морозов, бывший полковник КГБ СССР.
«На мой взгляд, это была хорошо продуманная акция спецслужб». Генерал-полковник авиации Н.Москвителев.
«Акция была вовсе не безобидной, а спланированной, чтобы опорочить нашу армию. Был снят главком Александр Иванович Колдунов - удивительный человек, дважды Герой Советского Союза. Кроме того, у нас командарма сняли - его судьбы я не знаю и даже имени уже не помню. В ПВО тогда очень много народа «помели», а оперативного дежурного даже засудили. Убрали отличного министра обороны Сергея Леонидовича Соколова и поставили вместо него Дмитрия Язова». Генерал-полковник, командующий зенитно-ракетными войсками ПВО СССР Р.Акчурин.

В 2003 году газета «Красная звезда» писала, что Сергей Мельников, дежурный генерал на центральном пункте ПВО 28 мая 1987 года, ссылался на бывшего председателя КГБ Владимира Крючкова, который якобы признался, что готовил эту операцию по указанию Горбачёва. В 2011 году признание генерала ПВО Сергея Мельникова об участии Крючкова в разработке плана пролета Руста было показано в авторской телепрограмме Андрея Караулова «Момент истины».
Хорошо «оттянулись» на теме Руста некоторые певцы, поэты и другие деятели культуры. Больше всех отличился Евг. Евтушенко: «Нахальный аэрокурёнок чуть Кремль не сшиб - всё оттого, что был прошляплен он спросонок коалами из ПВО.» Пели о нём несколько групп. И даже тов. Градский отметился: «И вписался Руст искусно в ложе площади прокрустово. Да что нам Русты и „прокрусты“ и прохвосты всех мастей!»

Самого «пособника Горбачёва» после возвращения в Германию лишили лицензии пилота. Проходя затем альтернативную службу в больнице, он ударил ножом медсестру за отказ пойти с ним на свидание. Был приговорён к 4 годам лишения свободы, но освобождён спустя 15 месяцев. Торговал обувью. В 1994 году Руст снова побывал в России. 3 недели пытался встретиться с Горбачёвым. Безуспешно. Полагаю, что зря. Бывшему генсеку стоило бы возблагодарить своего благодетеля. Долгое время Руст жил на Тринидаде. Обратился в индуизм и женился на индийской девушке, дочери богатого торговца. Вернулся с женой в Германию и в 2001 году Руст предстал перед судом по обвинению в краже свитера из универмага. Зарабатывал на жизнь игрой в покер, преподаванием йоги. К 25-летию своего полёта написал мемуары, которые заканчиваются словами: «Сейчас я смотрю на произошедшее совершенно по-другому. Я точно не стал бы повторять это и назвал бы свои тогдашние планы нереализуемыми. Это был безответственный поступок».

Но главный перестройщик так не полагает. Ибо свои-то планы он реализовал полностью.

 

Полковник в отставке Михаил Захарчук.
27 мая 2017 г.

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
26 сентебря
среда
2018

В этот день:

Взлет и падение воздушной академии

26 сентября 1920 года Реввоенсовет Республики издал приказ № 1946, в котором постановил реорганизовать Московский авиатехникум в Институт инженеров Красного Воздушного Флота имени Н. Е. Жуковского.

Взлет и падение воздушной академии

Взлет и падение воздушной академии 26 сентября 1920 года Реввоенсовет Республики издал приказ № 1946, в котором постановил реорганизовать Московский авиатехникум в Институт инженеров Красного Воздушного Флота имени Н. Е. Жуковского.

Положение об институте было утверждено Реввоенсоветом 23 ноября 1920 года. 9 сентября 1922 года был издан приказ Реввоенсовета о введении нового штата института с присвоением ему наименования Академия Воздушного Флота имени Н. Е. Жуковского. С небольшими изменениями названия академия осуществляла подготовку и переподготовку командиров и инженеров для Военно-воздушных сил Вооружённых Сил СССР и Российской Федерации до августа 2011 года, когда по ней прокатился каток сердюковских реформ. Все российские и советские лётчики-космонавты — выпускники этого вуза, которого теперь нет.
В первые годы существования в академии было два факультета: инженерный и службы Воздушного Флота (командный). В 30-е годы в дополнение к двум существовавшим факультетам прибавились ещё четыре: авиационного вооружения (1934), оперативный (1935; проработал 2 года и вновь открылся в 1939 году), заочного обучения (1937), штурманский (1938). Её выпускники командовали авиачастями и соединениями, руководили инженерно-авиационной службой, возглавляли конструкторские бюро, авиазаводы, научно-исследовательские учреждения.

В 1998 году при очередной реорганизации военного образования академия была переименована в Военный авиационный технический университет (ВАТУ). В 2008 году путем слияния ВАТУ и Военно-воздушной академии имени Ю. А. Гагарина было образовано федеральное государственное военное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Военно-воздушная академия имени профессора Н. Е. Жуковского и Ю. А. Гагарина». Петровский дворец, в течение 75 лет бывший главным корпусом, сердцем и одним из символов академии, был передан в ведение мэрии Москвы, а то, что осталось от академии, изгнали в Монино. Московские власти решили превратить альма-матер космонавтов и летчиков в элитную гостиницу для толстосумов. В 2009 году набор слушателей не осуществлялся. В 2011 году академия перебазирована в Воронеж. При этом более 50 процентов профессорско-преподавательского состава было разогнано. Что тут скажешь? Об армию, которая не способна защитить свой народ, любой толстозадый урод может вытереть ноги.

Смерть «отца» танка Т-34

26 сентября 1940 года скончался Михаил Ильич КОШКИН, выдающийся советский конструктор бронетанковой техники, создатель лучшего танка Второй мировой войны — легендарной «тридцатьчетвёрки».

Смерть «отца» танка Т-34

Смерть «отца» танка Т-34 26 сентября 1940 года скончался Михаил Ильич КОШКИН, выдающийся советский конструктор бронетанковой техники, создатель лучшего танка Второй мировой войны — легендарной «тридцатьчетвёрки».

Умер, застудив легкие во время испытания Т-34.

Сегодня, наверное, многие знают, что конструктором лучшего танка XX века T-34 был советский инженер Михаил Ильич Кошкин. Создать такую машину — уже великий подвиг. Но Кошкин совершил еще и подвиг самопожертвования при внедрении этого танка в производство, о чем мало кто знает.

Михаи́л Ильи́ч Ко́шкин родился 3 декабря 1898 года в селе Брынчаги Угличского уезда Ярославской губернии (ныне Переславский район Ярославской области). Семья жила бедно, отец вынужден был заниматься отхожими промыслами. В 1905 году, работая на лесозаготовках, он надорвался и умер, оставив жену, вынужденную пойти батрачить, и троих малолетних детей. Михаил окончил церковно-приходскую школу. С 1909 по 1917 год работал на кондитерской фабрике в Москве.

С февраля 1917 года служил в армии рядовым. Весной в составе 58-го пехотного полка был отправлен на Западный фронт, в августе получил ранение. Лечился в Москве, в конце 1917 года был демобилизован. 15 апреля 1918 года поступил добровольцем в сформированный в Москве железнодорожный отряд Красной Армии. Участвовал в боях под Царицыном. В 1919 году переведён в Петроград в 3-й железнодорожный батальон, который участвовал в освобождении от английских интервентов Архангельска. По дороге на Польский фронт Михаил заболел тифом и был снят с эшелона. После выздоровления направлен в 3-ю железнодорожную бригаду, участвовал в боях против Врангеля на Южном фронте.

После окончания Гражданской войны с 1921 по 1924 год Кошкин учился в Коммунистическом университете имени Я. М. Свердлова. После его окончания получил назначение в Вятку, где с 1924 по 1925 год работал заведующим кондитерской фабрики, с 1925 по 1926 год — заведующим агитационно-пропагандистского отдела райкома ВКП(б), с 1926 по 1928 год — заведующим губсовпартшколой, в 1928 году — заместителем заведующего, с июля 1928 по август 1929 года — заведующий агитационно-пропагандистского отдела губкома ВКП(б).

В 1929 году по личному распоряжению С. М. Кирова как инициативный работник, в числе «парттысячников», зачислен в Ленинградский политехнический институт (кафедра «Автомобили и тракторы»). Производственную практику проходил на Горьковском автозаводе, а преддипломную — в опытно-конструкторском отделе одного из Ленинградских заводов.

После окончания вуза 2,5 года трудился в танковом КБ Ленинградского завода им. С. М. Кирова. С должности рядового конструктора быстро дошёл до заместителя начальника КБ. За участие в создании среднего танка с противоснарядным бронированием Т-46-5 (Т-111) получил орден Красной Звезды. Участвовал также в создании танка Т-29.

С декабря 1936 года Кошкин возглавляет Конструкторское бюро Танкового отдела «Т2», завода № 183, Харьковского паровозостроительного завода (ХПЗ). В это время в КБ сложилась критическая кадровая ситуация: предыдущий начальник КБ А. О. Фирсов арестован «за вредительство», конструкторов допрашивают, КБ разделено на два направления: с лета 1937 года одна часть сотрудников занимается опытно-конструкторскими работами (14 тем), другая обеспечивает текущее серийное производство.

Первый проект, созданный под руководством Кошкина, танк БТ-9, был отклонён осенью 1937 года по причине грубых конструктивных ошибок и несоответствия требованиям задания. 13 октября 1937 года Автобронетанковое управление РККА (АБТУ) выдало заводу № 183 (ХПЗ) тактико-технические требования на новый танк под индексом БТ-20.

По причине слабости КБ завода № 183, на предприятии для работ по новому танку было создано отдельное конструкторское бюро, независимое от КБ Кошкина. В состав КБ вошёл ряд инженеров КБ завода № 183 (в том числе А. А. Морозов), а также около сорока выпускников Военной академии механизации и моторизации (ВАММ). Руководство КБ было поручено адъюнкту ВАММ Адольфу Дику. Разработка идёт в сложных условиях: на заводе продолжаются аресты.

Кошкин в этом хаосе продолжает развивать своё направление — чертежи, над которыми работает костяк фирсовского конструкторского бюро (КБ-24), должны лечь в основу будущего танка.

Конструкторским бюро под руководством А. Дика был разработан технический проект танка БТ-20, но с опозданием на полтора месяца. Данная задержка повлекла за собой анонимный донос на руководителя КБ, в результате которого Дик был арестован, обвинён в срыве правительственного задания и осуждён на 20 лет лагерей. Вклад А. Дика, недолго занимавшегося в КБ вопросами подвижности танка, в создание будущего танка Т-34 заключался в важной для ходовой части идее установки на борт ещё одного опорного катка и наклонного расположения пружин подвески.

После ареста Дика конструкторское бюро было реорганизовано, его руководителем стал Кошкин. В марте 1938 года проект танка был утверждён. Однако к этому моменту у военного руководства страны возникли сомнения в правильности выбранного типа движителя для танка. 28 апреля 1938 года Кошкин в Москве на совещании Народного Комиссариата обороны (НКО) добивается разрешения изготовить и испытать два новых танка — колёсно-гусеничный (как и предполагалось изначальным заданием) и чисто гусеничный. В середине — конце лета 1939 года в Харькове новые образцы танков прошли испытание. Комиссия заключила, что «по прочности и надёжности опытные танки А-20 и А-32 выше всех выпускаемых ранее… выполнены хорошо и пригодны для эксплуатации в войсках», однако отдать предпочтение одному из них она не смогла. Большую тактическую подвижность в условиях пересечённой местности во время боёв Советско-финской войны 1939—1940 годов показал гусеничный танк А-32. В короткие сроки была проведена его доработка: утолщёна до 45 мм броня и установлена 76-миллиметровая пушка и другое — так появился Т-34.

Два опытных Т-34 были изготовлены и переданы на войсковые испытания 10 февраля 1940 года, подтвердившие их высокие технические и боевые качества. В начале марта 1940 года Кошкин отправляется с ними из Харькова в Москву «своим ходом». В условиях начавшейся весенней распутицы, при сильной изношенности танков предшествующими пробеговыми испытаниями (около 3000 км), начавшийся пробег несколько раз был на грани провала. 17 марта 1940 года на Ивановской площади Кремля танки были продемонстрированы представителям правительства. Испытания в Подмосковье и на Карельском перешейке завершились успешно. Т-34 был рекомендован для немедленной постановки на производство.

Кошкин дорого заплатил за этот демонстрационный успех — простуда и переутомление привели к заболеванию пневмонией, но Михаил Ильич продолжал активно руководить доработкой танка, пока не произошло обострение заболевания и не пришлось удалить одно лёгкое. Конструктор скончался 26 сентября 1940 года в санатории «Занки» под Харьковом, где проходил реабилитационный курс лечения. Похоронен в Харькове на городском кладбище, которое в 1941 году уничтожено лётчиками люфтваффе целенаправленной бомбардировкой с целью ликвидации могилы конструктора (Гитлер объявил Кошкина своим личным врагом уже после его смерти).

День милиции, которой нет

26 сентября 1962 года Указом Президиума Верховного Совета СССР был установлен День советской милиции, который отмечался ежегодно 10 ноября в связи с тем, что в этот день в 1917 году было принято постановление НКВД РСФСР о создании рабочей милиции.

День милиции, которой нет

26 сентября 1962 года Указом Президиума Верховного Совета СССР был установлен День советской милиции, который отмечался ежегодно 10 ноября в связи с тем, что в этот день в 1917 году было принято постановление НКВД РСФСР о создании рабочей милиции.

В 1991 году вместе с распадом страны Советов День советской милиции исчез. Ему на смену пришел День российской милиции, который праздновался вплоть до 2011 года. С 1 марта же 2011 года в силу вступил закон «О полиции» и само название праздника «День милиции» стало неуместным. Днем полиции праздник постыдились, видимо, назвать. В соответствии с Указом Президента РФ от 13 октября 2011 года № 1348 День милиции официально назван Днем сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации. И установлено его празднование также 10 ноября.

Предотвративший ядерную войну

26 сентября 1983 года подполковник Станислав Евграфович Петров предотвратил потенциальную ядерную войну

Предотвративший ядерную войну

Предотвративший ядерную войну 26 сентября 1983 года подполковник Станислав Евграфович Петров предотвратил потенциальную ядерную войну

В ночь на 26 сентября 1983 года подполковник Станислав Петров был оперативным дежурным командного пункта, откуда осуществлялось управление дежурными средствами Ракетных войск стратегического назначения. Вдруг компьютер сообщил о запуске ракет с американской базы. Проанализировав обстановку («запуски» были произведены лишь из одной точки и состояли всего из трех МБР, что совершенно недостаточно для первого удара), подполковник Петров понял, что это ложное срабатывание системы. И не стал действовать по инструкции, что привело бы к неминуемой ядерной войне.

Последующее расследование установило, что причиной послужила засветка датчиков спутника солнечным светом, отражённым от высотных облаков. Позднее в космическую систему были внесены изменения, позволяющие исключить такие ситуации.

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение