RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Взвейтесь, соколы, орлами
27 ноября 2014 г.

Взвейтесь, соколы, орлами

Стихотворение Александра Костенко, посвященное выпускникам Львовского ВВПУ
Создатель «тридцатьчетвёрки»
26 сентября 2018 г.

Создатель «тридцатьчетвёрки»

Подвиг самопожертвования конструктора лучшего танка Второй мировой войны целых полвека находился в забвении
Высоцкий в погонах
26 января 2018 г.

Высоцкий в погонах

Автор книги «Босая душа или Каким я знал Высоцкого» поделился своими воспоминаниям
Скромное обаяние Ирины Купченко
28 февраля 2018 г.

Скромное обаяние Ирины Купченко

К юбилею замечательной актрисы
Христос воскресе!
16 апреля 2017 г.

Христос воскресе!

Юная поэтесса из Кировской области Женечка Дубровина поздравила наших читателей с Великим Праздником
Главная » Читальный зал » Любимову - сотня

Любимову - сотня

30 сентября 2017 года исполнилось 100 лет со дня рождения строптивого ровесника революции

Советская власть дала этому театральному деятелю так щедро, как редко кому из его коллег доставалось.
Любимову - сотня

Юрий Любимов имел собственный театр, с которым объездил полмира. Был народным артистом России, дважды лауреатом Государственной премии. Его награждали орденами: Трудового Красного Знамени, Отечественной войны П степени, «За заслуги перед Отечеством» трёх степеней. 6 раз он получал медали, три из которых были военными. (Участвовал в Советско-финской войне, с 1941 по 1945 был конферансье в ансамбле песни и пляски НКВД). Более полутора десятков раз его признавали лучшим режиссёром у нас в стране и за рубежом. 12 раз он становился лауреатом престижных отечественных и зарубежных профессиональных премий. Как представитель советского и российского искусства Любимов получил более двух десятков иностранных высоких наград. Стал почётным гражданином ряда городов США, Израиля, Польши, Испании, Португалии, Финляндии, Франции, почётным доктором семи всемирно известных университетов. Когда мне кто-то пытается изображать советскую власть как «гонителя и притеснителя талантов и всего прогрессивного», я вкратце всегда излагаю феерическую биографию этого строптивого ровесника революции, которого публицист Юрий Изюмов справедливо назвал «любимцем партии и народа». Так оно и было на самом деле.

 

Может быть, для кого-то я открою тайну, которую нынче не узнать из современных справочников, но Юрий Петрович стал коммунистом при Сталине в 1952 году! В театре Вахтангова ему поэтому и доверяли играть Олега Кошевого. Артист долгие годы слыл неутомимым общественником, активно участвовал в партийной жизни театра. Сыграл там 34 заметные роли и 18 раз снялся в различных фильмах, включая такую выдающуюся культовую ленту, как «Кубанские казаки». Затем в Театре на Таганке неизменно избирался в состав партбюро, участвовал в работе партийных конференций различного уровня. Когда Ельцин запретил деятельность КПСС, Любимов не стал клясть партию и партбилет свой не сжёг, как это сделал экзальтированный Марк Захаров. Наоборот, грустно пошутил: «Какая примитивная режиссура!»

 

И в то же время Юрий Петрович всю жизнь провёл под знаком плохо скрываемой конфронтации с родной ему советской властью, с которой они вместе и на свет появились. Если в «застойные» года он держал кукиш, зачастую и два, в кармане, то когда наступила перестройка и особенно в пост перестроечные времена выступал против этой власти люто. В нём никогда не наблюдалось ни капельки сострадания к уже агонизирующей общественной системе, так заботливо, почти по-матерински его взлелеявшей. Он методично выжимал и выжал из неё всё, что мог, а потом сладострастно, до самой смерти, плясал на её обглоданных костях. Точно так же поступал и с людьми: «выпивал всю кровь» и бросал их на произвол судьбы, искренне полагая, что это ему позволительно. Подобных примеров несть числа. Да, практически, весь многолетний состав Театра на Таганке был, в конечном итоге, оболган и предан его многолетним художественным руководителем. Очень точно об этом сказал коренник-таганковец Николай Губенко: «Любимов породил Театр на Таганке. Он же его и убил». На этом я ещё подробно остановлюсь. Пока же приведу пример, более, чем красноречиво характеризующий моего героя, как талантливого, яркого, но и чрезвычайно сложного, остро-противоречивого человека.

 

Более 15 лет Юрий Петрович прожил с выдающейся советской актрисой театра и кино Людмилой Целиковской. Сейчас о таких говорят: светская львица. А в те послевоенные, романтические годы неотразимая красавица Людмила Васильевна просто была любимицей всего советского народа. Её шикарная квартира в Москве представляла собой некий богемный салон. У актрисы гостили Б. Пастернак, Г. Бакланов, Б. Можаев, Ф. Абрамов, Б.Васильев, П. Капица и ещё много, много других известных писателей, учёных, военных, артистов. Сам Любимов поэтому всегда с придыханием называл свою гражданскую жену не иначе, как «Циолковская» или «Генерал». И было за что. Великолепно образованная (отец Василий Васильевич – заслуженный деятель искусств, мать Екатерина Лукинична – оперная певица) Людмила Васильевна являлась для своего мужа-режиссёра и музой, и соавтором всех его театральных начинаний, и автором многих его инсценировок. Целиковская очень дружила с Воловиковой, одно время возглавлявшей Дом актёра имени А.А.Яблочкиной. А Марья Вениаминовна в свою очередь была моей закадычной подругой. Рассказывала: «Знаменитый пушкинский спектакль «Товарищ, верь!» Люся написал на своей даче, между делами, практически на моих глазах. На премьере «Деревянных коней» Фёдор Абрамов сказал, и я сама слышала: «Этого спектакля не было бы, если бы на отдыхе в Прибалтике Людмила Васильевна не прочла мою книгу». Ещё фееричнее история со спектаклем «А зори здесь тихие». Люся, прочитав в журнале «Юность» повесть Бориса Васильева, за одну ночь написала великолепную инсценировку. Все свои наработки для Таганки она шутливо называла «болванками». Так что твой хвалёный Любимов кругом в болванках Целиковской запакованный. А уж про художественный совет при театре вообще молчу. Там состояли одни Люсины приятели и знакомцы: академик Георгий Флёров, писатели Александр Твардовский, Андрей Вознесенский, Евгений Евтушенко, доктор философских наук, автор трёхтомной биографии Ленина Владлен Логинов. Да никто из них знать Юру не знали, если бы не Люся».

 

В 1975 году Целиковская и Любимом тихо и мирно разводятся. Причина разрыва – частые измены супруга. И, тем не менее, актриса итожит их многотрудную совместную жизнь словами, в которых воздаётся должное супругу: «Я его не осуждаю. Но мне с гением жить трудно». В середине лета 1992 года Целиковская умирает. А в 2009 году актрисе исполнялось 90 лет. Автору сих строк рассказывал Николай Дупак, бывший многолетним директором Театра на Таганке: «Звонят мне телевизионщики: «Нам известно, что вы с супругой Раисой Михайловной дружили семьями с Целиковской и Любимовым. Дайте интервью о Людмиле Васильевне». Да, отвечаю, мы долго дружили домами, но вам лучше обратиться к Юрию Петровичу. Всё же они вместе прожили добрых полтора десятка лет. «А он отказался. Говорит: мне нечего вам сообщить». Ко всему написанному добавлю: Любимов бросил жену, у которой на руках остался больной полиомиелитом сын…

 

Дупак – мой земляк, старший товарищ, с которым я поддерживаю очень добрые и многолетние отношения. Могу поэтому задавать ему самые неудобные вопросы. Уверен: поймёт, не обидится. И потом, кто же лучше может знать моего героя, как не человек, проработавший с ним бок о бок почти два десятка лет.

 

- Николай Лукьянович, почему долгие годы, если не десятилетия, в том числе и с вашего молчаливого согласия, считалось, что создание Театра на Таганке – как бы исключительная заслуга Любимова?

 

- Он действительно много говорил и писал о том, что лично сам создал Таганку. А я и в самом деле помалкивал. Видишь ли, я очень ценил его как творческую личность, как генератора театральных идей и постановок. Юрий Петрович умел, как редко кто, работать много и самозабвенно. Получив свободу для творчества, он практически жил в театре. Домой уходил далеко за полночь, чтобы поспать и поменять сорочку. Ну и я тоже никогда баклуши не бил. Так что не случайно в те достославные времена мы буквально на поток поставили выпуски ярких, запоминающихся премьер. В нашем театре ставились Шекспир, Мольер, Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Чернышевский, Достоевский, Островский, Горький, Маяковский, Есенин, Дин Рид, Брехт. Из наших современников - Вознесенский, Евтушенко, Быков, Васильев, Трифонов, Бакланов. И вот это было для меня главное. А «ячество» любимовское, как и его, часто непредсказуемые, а то и алогичные поступки, я воспринимал всего лишь, как «причуды гения». Не амбициозный, уступчивый человек, я, честное слово, не видел необходимости в «перетягивании каната» на тему, кто в театре главнее - худрук или директор. Ну, нравится тебе быть командиром, так и будь им. Другой вопрос, что он часто так «закручивал» в коллективе гайки, что мне, как тому политработнику за командиром-самодуром, приходилось их изо всех сил ослаблять. Не всегда, кстати, получалось. Только видит Бог, я старался не то, чтобы угождать Любимову, но всячески поддерживал его творческое горение. Таких творцов всё же мало, согласись.

 

- И всё-таки как на самом деле создавался Театр на Таганке?

 

- Изначально существовал столичный театр «Таганка». С 1945 года его главным режиссёром был Александр Плотников. Меня туда пригласили в начале осени 1963 года директором и актёром для того, чтобы вытянуть коллектив из глубокой творческой депрессии. Когда я стал налаживать театральное хозяйство, позвонил мне друг Юрий Зодиев директор Театра киноактёра: «Давай сходим на дипломный спектакль студентов «Щуки» «Добрый человек из Сезуана». Говорят, забойная вещь. Пошли. Мне понравилось. Зодиев пригласил после спектакля Любимова и Целиковскую к себе домой. Вот там я и предложил Юрию Петровичу перейти со всеми выпускниками, игравшими в «Добром человеке…» в наш театр. Заметь: курсом-то руководила блестящий педагог Анна Орочко, а вовсе не Любимов, как о том все и везде пишут. Скажу тебе даже больше: Любимов сначала категорически от моего предложения отказался. И его понять было не трудно. Кто тогда знал о «Таганке»? А ему вроде как сулили целый Дворец культуры в Дубне. Но что-то там с учёными у него не срослось. К тому же на «Доброго человека…» начались нападки. Не лучшим образом развивались события и в нашем театре. Молодёжь хотела видеть худруком Петра Фоменко, а кто постарше - были за Плотникова. К чести Александра Константиновича, он сам решил устраниться от борьбы. Партийное руководство навязывало нам Евгения Суркова – теоретика театра, имевшего большие связи в верхах. Тогда я решительно заявил начальнику управления культуры Мосгорисполкома Борису Родионову: «Если вы утвердите Суркова, я вернусь рядовым артистом в театр Станиславского». Родионов опешил и спросил: «А кого вы видите в должности худрука?» - «Любимова»,- ответил я, хотя его согласия ещё не имел. Шёл на большой риск. Но почему-то испытывал уверенность, что Юрий Петрович меня поймёт. Так оно и случилось. Тогда же я придумал и эмблему театра - красный квадратик с черными словами по периметру: «Московский театр драмы и комедии на Таганке». До этого нас все путали с другими театрами или драмы, или комедии. Несколько лет чиновники игнорировали новое название в официальных документах и вычеркивали «на Таганке», но потом привыкли. Всё, что я тебе рассказываю элементарно ведь можно проверить и доказать. Живы, слава Богу, Юра Зодиев и бывший секретарь райкома партии Владислав Карижский, с которыми мы вместе боролись и за театр, и за «Доброго человека…», и за того же Любимова. Так что я, пожалуй, с тобой соглашусь: большая несправедливость считать Любимова единственным создателем театра. Да, он талантлив, дерзок и своеобразен. И таким оставался до самой своей смерти. Этого у него не отнять. Однако справедливо ведь и то, что «Павших и живых», «Антимиры» он ставил с Петром Фоменко, «Преступление и наказание» - с Юрием Погребничко, «Пугачева» - с Иосифом Раевским. Да практически и все остальные спектакли создавались при участии и других режиссёров, и наших ведущих актёров. Даже самая забойная таганковская вещь, имею в виду «Мастера и Маргариту», сделана при решающем участии Александра Вилькина. Увы, но теперь их имена вычеркнуты. Нет их портретов в театре. Как и моего тоже…

 

- Зачитаю вам воспоминания Любимова о Высоцком: «Его привели друзья его или дамы и, видимо, сказали, что шеф любит, когда поют. Сначала он прочитал мне Маяковского. Как обычно читают, ничего особенного. Потом я показываю на гитару, которая стоит в углу: "Это вам коллеги сказали, что шеф гитару любит?" "Да, - говорит, - сказали". - "Ну, раз принесли, сыграйте". Когда он стал петь, я его слушал сорок пять минут, несмотря на дела. И сказал: "Приходите, будем работать". Потом стал наводить справки. Мне говорят: "Знаете, лучше не брать. Он пьющий человек". Ну, подумаешь, говорю, еще один в России пьющий, тоже невидаль». Опять же, Николай Лукьянович, а как было с Высоцким на самом деле?

 

- За Володю несколько раз меня просила наша замечательная актриса Таисия Додина – они однокашники по школе-студии МХАТа. И я пошёл ей навстречу: пригласил Высоцкого на прослушивание. Он показа отрывок из горьковского рассказа «Челкаш». А Любимову уже кто-то нашептал, что кандидат не в ладах с «зелёным змием», и он говорит: «Зачем нам ещё один пьяница». Но мне Высоцкий приглянулся скромным поведением и великолепным чувством ритма. Я его и оставил на трёхмесячный испытательный срок. Тогда ещё я решал, кого брать в театр, кого увольнять. Со временем такое право у меня отнял Юрий Петрович, чему я, грешен, тоже не сильно сопротивлялся. Как оказалось зря: некоторые очень хорошие артисты, как те же Сергей Эйбоженко, Александр Калягин стали уходить. Любимов их элементарно выживал. С Сашей он поступил вообще отвратительно. Калягин играл Галилея в очередь с Высоцким. Просит однажды у меня шесть пропусков для друзей из киногруппы. За 20 минут до спектакля ко мне влетает Любимов: «Ставьте Высоцкого, я ему позвонил, он уже подъезжает» - «Но сегодня играет Калягин» - «А я сказал Высоцкий!» - «Тогда мы можем потерять Калягина – он пригласил нескольких друзей» - «Мне плевать!» Спустя полчаса Александр Александрович положил мне на стол заявление об уходе.

 

Страницы:   1 2 3  »

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
14 июля
вторник
2020

В этот день:

Морской бой у острова Фидонит

14 июля 1788 года во время русско-турецкой войны 1787–1791 годов произошел бой русской эскадры из 36 кораблей под командованием контр-адмирала М. И. Войновича у оострова Фидонит (Змеиный) с турецкой армадой из 49 судов. Турки пытались прорваться к осажденной русскими крепости Очаков. Наша эскадра перекрыла им путь.

Морской бой у острова Фидонит

14 июля 1788 года во время русско-турецкой войны 1787–1791 годов произошел бой русской эскадры из 36 кораблей под командованием контр-адмирала М. И. Войновича у оострова Фидонит (Змеиный) с турецкой армадой из 49 судов. Турки пытались прорваться к осажденной русскими крепости Очаков. Наша эскадра перекрыла им путь.

Командовавший авангардом русских кораблей Ф. Ф. Ушаков применил новый тактический прием — сосредоточенный удар артиллерии по флагманскому кораблю неприятеля. После трехчасового боя турки, несмотря на значительный перевес сил, вынуждены были ретироваться. Турецкая эскадра не смогла оказать помощь гарнизону осажденной крепости Очаков.

Первые залпы «Катюш»

14 июля 1941 года прогремели первые залпы по врагу легендарных "Катюш" - бесствольных систем полевой реактивной артиллерии БМ-13.

Первые залпы «Катюш»

14 июля 1941 года прогремели первые залпы по врагу легендарных "Катюш" - бесствольных систем полевой реактивной артиллерии БМ-13.

14 июля 1941 года семь советских установок залпового огня БМ-13-16 (боевых машин с 16 ракетными снарядами 132 мм на каждой), смонтированные на автомобильном шасси ЗИЛ-6, одновременно ударили по железнодорожной станции города Орша, забитой немецкими составами с тяжелой военной техникой, боеприпасами и горючим. Эффект одновременного (7-8 сек.) удара 112 ракет калибра 132 мм был потрясающим в прямом и переносном смысле - сначала содрогнулась земля и загрохотало, а потом все запылало. Так в Великую Отечественную войну вступила первая отдельная экспериментальная батарея реактивной артиллерии под командованием капитана Ивана Андреевича Флерова.

 

День физкультурника в блокадном Ленинграде

14 июля 1942 года в блокадном Ленинграде в честь Всесоюзного Дня физкультурника проведен вечер показательных выступлений во фронтовом Доме Красной армии. Сообщение об этом по радио и в газетах подняло дух и у ленинградцев, и в войсках, защищающих город на Неве.

Знак «За службу в разведке»

14 июля 1990 года в СССР был учрежден нагрудный знак «За службу в разведке», ставший высшей ведомственной наградой в органах Службы внешней разведки (СВР).

Знак «За службу в разведке»

14 июля 1990 года в СССР был учрежден нагрудный знак «За службу в разведке», ставший высшей ведомственной наградой в органах Службы внешней разведки (СВР).

С 1990 года эту награду получили более 500 сотрудников внешней разведки. Знак № 1 был вручен pазведчику Джорджу Блейку. Имена всех награжденных внесены на Доску славы кабинета истории СВР РФ.

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение