RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Спасти жемчужину Солнечногорска
12 ноября 2016 г.

Спасти жемчужину Солнечногорска

Почему руководство военного ведомства не может исправить ошибки предшественников
Фашизм финансировали США
4 января 2020 г.

Фашизм финансировали США

4 января 1932 года состоялась встреча крупнейшего английского банкира М. Нормана с Гитлером, на которой было заключено тайное соглашение о финансировании НСДАП Федеральной резервной системой США и Банком Англии
Святая Пасха. Воскресение Христово
19 апреля 2020 г.

Святая Пасха. Воскресение Христово

19 апреля 2020 года весь православный мир счастливо торжествует — Христос воскрес!
Христос воскресе!
16 апреля 2017 г.

Христос воскресе!

Юная поэтесса из Кировской области Женечка Дубровина поздравила наших читателей с Великим Праздником
Молчание Москвы
30 ноября 2015 г.

Молчание Москвы

Почему о преступлениях Эрдогана Кремль начал говорить только после турецкий атаки на российский Су-24?
Главная » Читальный зал » Гимн мужеству фронтовиков

Гимн мужеству фронтовиков

Интервью с человеком, отстоявшим свою 75-дневную Вахту Памяти в честь Великой Победы

.
Гимн мужеству фронтовиков

Когда мой однокашник – бывший военный журналист, полковник в отставке Михаил Захарчук решил провести в соцсетях эту акцию, я его тут же поддержал. Прежде всего потому, что сам я – внук фронтовика. Для меня День Победы – самый главный, самый славный и самый дорогой праздник, праздник «со слезами на глазах». Не фигурально, а буквально. Поэтому каждый день я стал размещать на своём портале «Наша Московия» публицистические материалы Захарчука о Великой войне и Великой Победе. Таким образом, за 75 дней в канун Победы на портале было размещено более сотни (точнее – 106) достаточно объёмных очерков о Второй мировой – для нас Великой Отечественной войне. Читатели сайта по достоинству оценили работу моего коллеги Захарчука. В соцсетях она также привлекла большое внимание пользователей.

– Михаил, как давно ты занимаешься проблематикой, связанной с Великой Отечественной войной?
– Появился я на свет пару лет спустя после Победы. Так что воспоминания моих земляков о минувшей войне были не просто горячими – обжигающими. Почти все мои школьные учителя, включая отца, воевали. Фронтовиками были и почти все преподаватели Винницкого техникума с замысловатым названием «агролесомелиоративный», куда я поступил после восьмилетки. По большим и малым советским праздникам они, подчиняясь приказу директора Александра Андреевича Нечаюка, фронтового комбата, надевали свои боевые награды. Мне казалось, что в техникумовских аудиториях становилось светлее от блеска боевых орденов и медалей. Библиотекарь Терентьев (имя его и отчество я, к сожалению, забыл), сухонький такой, чуть согбенный старичок, хранивший книги, как Гобсек свое имущество, оказалось, во время войны был представлен к званию Героя Советского Союза за то, что уже раненый зажал во рту оборванный телефонный провод. Потом потерял сознание. Его нашли свои, спустя двое суток после боя. Правда, Героя ему заменили на орден Красного Знамени, потому как связь он все-таки не обеспечил: провод снарядом порвало в другом месте, и его геройство оказалось холостым.
Когда служил срочную, все мои командиры, начиная от старшины Красковского и кончая комдивом Дудиным, были фронтовиками. За исключением командира роты, старшего лейтенанта Артура Татевосевича Арутюняна. Ну, так он и был старше меня всего-то на несколько лет. А его отец был фронтовиком-орденоносцем.
Далее в моей биографии случился факультет журналистики Львовского высшего военно-политического училища. Ричард Олдингтон заметил однажды: «Ничему тому, что важно в жизни знать, научить нельзя. Все, что может учитель, – указать дорожку ученику». Так вот нам, курсантам ЛВВПУ указывали эту самую дорожку в подавляющем большинстве учителя и командиры-фронтовики. Всю войну прошли начальники училища – Липенцев и Новиков, все их четыре заместителя – Непейвода, Журавлев, Корнеев, Пономаренко, все начальники кафедр, все ведущие педагоги: Домодыко, Титаков, Шендрик, Беджанян, Логинов, Литвиненко, Варченко, Кирпич, Светоч, Хрущев, Садовский, Манюков, Шелест, Зименко, Мухачев, Ульянов, Александров, Токарь, Ужегов, Бородюк, Бугаец, Краснокутский, Мосин, Дышев, Антощенко, Янов. Не воевали, но жестокой войной были опалённые Кузнецов, Орлов, Керн, Скотников, Судейкин, Андросова, Борисова, Осмоловский, Цивин. А скольких я ещё запамятовал…
Из училищных времен на всю жизнь мне запомнился коренастый, с седоватой копной густых волос, всегда спокойный и уравновешенный подполковник Иван Иванович Ревков. Герой Советского Союза, почётный житель Севастополя, он не любил распространяться о своих подвигах в Отечественную, даже по принуждению начальников. Но на танковом деле был чуток повёрнутый, в хорошем смысле слова. И мы, шалопаи, этим обычно пользовались. Не зная существа вопроса, интересовались у Ивана Ивановича: а почему это такой тяжелый танк запросто проходит по болоту, в то время как легкий конь в нём тонет? Влюблённый в бронемашины, «очеловечивающий» их Ревков с удовольствием и обстоятельно отвечал. А получалось так, что и нас своей любовью к бронемашинам заряжал. Группы, которыми руководил Герой Советского Союза, всегда сдавали зачёты и экзамены по танковому делу с первого захода. Даже сейчас я сяду за рычаги танка – и руки вспомнят науку Героя Ревкова.
Так что всё, связанное с минувшей войной, засело накрепко не только в моей профессиональной памяти, но и в моей генетике сына фронтовика. И тут любая патетика – в сторону. Потому что, если не мне, то кому же ещё передавать эстафету памяти моим детям, внукам и так далее о великом подвиге и великой доблести их дедов, прадедов.
– Ты не вспомнил ещё о рубрике «Поиск», которую вёл в газете «Красная звезда».
– Да, было такое дело. Мы с полковником Валентином Шалкеевым организовали и многие годы вели эту постоянную рубрику – пожалуй, самое масштабное военно-патриотическое предприятие главного военного органа за всё послевоенное время. В наш отдел информации письма приходили десятками тысяч. Рубрика выходила дважды в неделю.
Приведу типичный пример. Вот письмо. «Кто знал лётчика? Я служу в Группе советских войск в Германии. Всегда с волнением читаю материалы рубрики «Поиск». И это понятно. Мой дед погиб в 1941 году, и до сих пор мы не знаем, где покоится его прах. Недавно во время земляных работ в 10 километрах северо-западнее города Котбуса рабочие немецкого сельскохозяйственного кооператива обнаружили обломки самолета времен Второй мировой войны. В нём сохранились человеческие останки, документы и вещи: два парашюта, полетная карта, три письма. Их автор Кутьев Виктор воевал на 1-м Украинском фронте, в/ч 55690. Одно из его писем адресовано в Калининскую область, г. Ржев, лесозавод, Качашкину Иону Ивановичу. Найдены два погона младшего лейтенанта, знак «Гвардия» и два ордена – Красной Звезды № 258404 и Отечественной войны (степень установить не удалось) № 326293. Со всеми воинскими почестями перезахоронили останки летчиков на южном кладбище города Котбуса. Но на памятнике – только одна фамилия – Кутьев Виктор, а по некоторым предположениям экипаж был в составе двух человек. Причем, возможно, что воздушным стрелком была женщина, так как одна пара сапог очень маленького размера. Наверное, этот экипаж числится в списках без вести пропавших как не вернувшийся из боевого вылета. Большая просьба ко всем, кто знал летчика Кутьева Виктора и его товарища, присылать письма для музея боевой сланы части. Майор А. Качурин».
Дальше мы публиковали 15-20 писем с адресами под рубрикой «Отзовитесь, фронтовые друзья!» И в самом конце выпуска – мои комментарии.
Обильную читательскую почту рубрики «Поиск» – повторюсь: письма приходили мешками! – я обозревал регулярно, печатал свои размышления над весточками фронтовиков, их стихи, которые тоже поступали в редакцию в большом количестве. Когда я ушёл из газеты, рубрика «Поиск», к сожалению, приказала долго жить. И я понимаю почему. Работа с письмами фронтовиков была совершенно рутинной, для кого-то «не творческой». Да и нелёгкой – ведь нам писали люди пожилые, у которых и руки дрожали от возраста, и зрение хромало. Но ещё большую сложность представляло чтение писем, написанных непосредственно в годы войны. Зачастую мне приходилось читать их с лупой, эти побуревшие от времени фронтовые треугольники, где карандаш или чернила уже еле угадывались. Казалось, вот-вот они рассыплются. Но развернешь, отпустишь – бумажки упорно складывались в прежнюю треугольную форму, чем-то отдаленно напоминающую египетские пирамиды. Видно, и впрямь их роднит то, что над теми и другими время не властно. Даже самые простые и бесхитростные, «треугольники» звучат сейчас для нас, как гимн мужеству, патриотизму, благородству и стойкости тех, кому мир обязан своим спасением.
Многие читатели «Красной звезды» со временем стали присылать фронтовые письма конкретно на мое имя. Человек уж так устроен, что ему сподручнее переписываться с кем-то конкретно, а не с условностью – «уважаемая редакция». Со временем их у меня скопилось несколько тысяч. Разумеется, всю фронтовую корреспонденцию я, уходя из редакции, оставил в отделе писем газеты, где вся фронтовая почта по идее должна была храниться вечно, в отличие от простых писем, которые уничтожались через шесть лет. Но бывали здесь исключения. Одно из них – переписка с наследниками фронтового комиссара, полковника Дмитрия Смирнова. Письма комиссара, переданные его родственниками, я до сих пор храню у себя, как драгоценную реликвию.
Впрочем, обо всё этом я рассказывал в заметках, которые каждый день своей Вахты регулярно публиковал на сайте «Наша Московия», в «Российском героическом календаре», на сайте «Ассоциации Просвещённого патриотизма», а Фейсбуке, в «Вконтакте» и в «Одноклассниках».
– А вообще, как тебе пришла в голову такая замечательная идея?
– Случайно, бессонной ночью. Это немножечко отдаёт мистикой, но ты спросил – я отвечаю. Так вот в одну из ночей вдруг подумалось: а хорошо бы 75-летие Победы отметить 75-дневной личной Вахтой Памяти. Когда-то в советские времена трудовые вахты были очень распространённым явлением. Сейчас о них напрочь забыли, как предали тотальному забвению и социалистическое соревнование. Но, как говорится, всякое новое – это хорошо забытое старое. А утром, 25 февраля, я узнал о смерти последнего Маршала Советского Союза Дмитрия Тимофеевича Язова, с которым бок о бок трудился почти семь лет. Вопрос о том, с чего начинать личную творческую акцию, сам собою отпал. Поминальная молитва по этому крупному военачальнику-фронтовику и стала первым материалом 75-дневной Вахты Памяти в честь 75-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. Последними были материалы о победном Параде 1945 года и размышления о самой великой Победе.
– Тематика твоих выступлений весьма разнообразна. И это не прошло мимо внимания читателей. Но я вот заметил некий крен в сторону известных деятелей отечественной культуры – писателей, артистов. С чем это связано?
– Просто, по счастью, со всеми мне повезло встречаться, когда я был членом правления ВТО. Так и познакомился с ними. Зиновий Гердт был сапёром, Михаил Шуйдин – танкистом, Алексей Смирнов – разведчиком и так далее. Другое направление, по которому я двигаюсь – фронтовые подвиги моих героев. У Евгения Весника было три боевых ордена; у Пётра Тодоровского – два ордена, ранение, контузия; у Михаила Шуйдина – один орден, тяжелейшее ранение, инвалидность, был представлен к званию Героя Советского Союза; у Юрия Никулин – один орден, представлен к ордену Славы Ш степени; у Николая Дупака – два ордена, тяжелейшее ранение, инвалидность; у Анатолия Папанова – два ордена, тяжелейшее ранение, инвалидность; у Иннокентия Смоктуновского – орден, две медали «За отвагу», плен, ссылка; у Владимира Этуша – один орден, тяжелейшее ранение, инвалидность; у Зиновия Герда – три ордена, тяжелейшая инвалидность. А вот чтобы известный актёр был кавалером двух орденов Славы – такого припомнить я не могу. У Алексея Смирнова были: медаль «За отвагу» (1943), орден Красной Звезды (1944), медаль «За боевые заслуги» (1944), орден Славы III степени (1944), орден Славы II степени (06.02.1945)! Всего же в продолжение «Вахты» я так или иначе рассказал более чем о полусотне актёров-фронтовиков и участников Великой Отечественной войны. Если быть точным, то мне известно 57 героев-актёров. Третье направление – рассказы о родах и видах Вооружённых сил, воевавших в Отечественную. Скажем, пехота представлена моим отцом – Александром Прокопьевичем, бывшим рядовым пехотинцем. Артиллерия – тестем Кириллом Васильевичем Беляевым, командовавшим ротой 82-мм миномётов. Танковые войска – Героем Совестного Союза Иваном Ивановичем Ревковым, который в училище преподавал мне танковое дело. Ну и далее, в том же ключе.
Что же касается писателей, то это, что называется, статья особая. Владимир Карпов – Герой Советского Союза, фронтовой разведчик, полковник. У меня он больше как разведчик, а не писатель. Иван Стаднюк, полковник, фронтовой газетчик. Но главный свой труд «Войну» он писал при помощи и под руководством правой руки Сталина – Вячеслава Молотова, с которым дружил. Никому из советских писателей так не подфартило, как моему земляку. У Василя Быкова война описана под углом зрения фронтового комбата. А Вячеслав Кондратьев воссоздал войну глазами рядового солдата. Константин Симонов вообще не имеет себе ровни в нашей стране, а, пожалуй, что и во всём мире. И по количеству, и по качеству, и по разнообразию написанного. Высота и пронзительность симоновской лирики – планетарная, почти что звёздно-космическая: «Жди меня, и я вернусь,/ Всем смертям назло./ Кто не ждал меня, тот пусть/ Скажет: – Повезло./ Не понять, не ждавшим им,/ Как среди огня/ Ожиданием своим/ Ты спасла меня./ Как я выжил, будем знать/ Только мы с тобой, –/ Просто ты умела ждать,/ Как никто другой». Даже если бы Симонов не написал ничего более кроме этого стиха – его имя осталось бы в отечественной поэзии навсегда. По счастью, Константин Михайлович одарил нас ещё романами, поэмами, сборниками лирики, публицистикой высочайшего психологического накала. Симонов, далее, гораздо глубже, всестороннее того же Киплинга изучил, описал войну, как высшее и трагическое испытание человека. Просто потому, что она ему досталась не в пример страшнее и масштабнее, нежели британцу. И не одна. Константин Михайлович участвовал еще в боях на Халхин-Голе. Великую Отечественную прошёл от звонка до звонка, побывав на всех её фронтах. Буквально – на всех! С нашими солдатами он протопал по землям Румынии, Болгарии, Югославии, Польши и Германии. Был свидетелем последних боёв за Берлин. Об этом – сборники его очерков «Письма из Чехословакии», «Славянская дружба», «Югославская тетрадь», «От Чёрного до Баренцева моря. Записки военного корреспондента». В послевоенные годы он побывал в воюющих Китае, Корее, Вьетнаме. В мире нет журналиста, писателя, который мог бы похвастаться хотя бы половиной увиденного на войне и описанного Симоновым. Это я к тому, что по зрелому размышлению, нобелевский комитет должен был и Константину Михайловичу присудить свою литературную премию, как это сделал с Киплингом. Не случилось, как читатель понимает, исключительно по идеологическим соображениям. Зато Симонов имел шесть Сталинских и Ленинскую премию. Тоже никем из коллег не побитый рекорд.
Наконец, Владимир Высоцкий. Его военные песни и стихи – явление уникальное, не имеющее аналога в нашей, да и в мировой литературе. Ибо, когда слушаешь и читаешь их, то трудно представить, что всё это создано человеком, не шагавшим трудными фронтовыми дорогами, не встречавшимся ежедневно со смертью, не ходившим в разведку за линию фронта, не горевшем в танке, не высаживавшемся с морским десантом, не хоронившим боевых друзей, более того – ни дня не прослужившим в армии. Между тем в этих песнях и стихах настолько предельно точно переданы мысли и чувства воинов, победивших в самой страшной войне, которую только знало человечество, что кажется – не каждый поэт, испытавший подобное, смог бы рассказать о ней столь убедительно. Но Высоцкий это сделал феноменально – другого слова не подберёшь.
…Что же касается твоего вопроса, то я счёл правильным, чтобы в проекте о моряках написал военный моряк, мой товарищ Сергей Турченко, а для рассказа о штрафных подразделениях привлёк военного юриста, защитившего кандидатскую диссертацию на означенную тему. В остальном… Ещё в годовщину полувекового юбилея нашей праведной Победы я дал себе зарок в том, что Великая Отечественная война и всё, что с ней связано, будет главным и определяющим в моей работе. И тот зарок выполняю. Великая Отечественная война и Великая в ней Победа нашего народа неисчерпаемы!

Беседовал Сергей Муравьёв, редактор портала «Наша Московия».
Источник: http://www.stoletie.ru

 

.
29 мая 2020 г.

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
31 октября
суббота
2020

В этот день:

Сражение под Чашниками

31 октября 1812 года состоялась битва между русскими войсками под командованием Витгенштейна и французскими под командованием маршала Виктора в ходе Отечественной войны.

Сражение под Чашниками

31 октября 1812 года состоялась битва между русскими войсками под командованием Витгенштейна и французскими под командованием маршала Виктора в ходе Отечественной войны.

Это столкновение было неудавшейся попыткой французов восстановить их северный фронт по линии Двины, который был прорван после взятия Полоцка Витгенштейном.

К моменту падения Полоцка командующий IX корпусом Виктор был расквартирован в районе Смоленска и представлял собой резерв армии Наполеона.
По приказу Наполеона, Виктор с 22 тысячами солдат отправился против Витгенштейна с целью восстановить линию Двины. Около Чашников II французский корпус под командой генерала Леграна, отступая от Витгенштейна, встретился с передовой дивизией Виктора. Легран решил остановиться и занял оборонительную позицию. Объединённые силы французов составляли 36 тыс.

Витгенштейн оставил в Полоцке гарнизон в 9 тыс. солдат и направился навстречу Виктору с 30 тыс. солдатами.

Бой под Чашниками вёлся в основном авангардом Витгенштейна под командованием Льва Яшвиля и 2-м корпусом Леграна. Русские атаковали французов. Легран, отступая, занимал промежуточные позиции, но в конце концов был отовсюду вытеснен и присоединился к корпусу Виктора. Витгенштейн, обнаружив главную позицию Виктора, приказал Яшвилю остановиться, и начал бомбардировку французских позиций. Виктор, обескураженный успешными действиями Яшвиля, решил не продолжать сражение и отступил. Русские не преследовали. Потери французов 1200 против 400 убитых русских.

В результате побед под Полоцком и Чашниками Витгенштейн отправил отряд Гарпе для захвата Витебска. 7 ноября после короткой битвы французский гарнизон Витебска сдался.

Падение Витебска нарушало планы Наполеона, который планировал там разместить на зимние квартиры свои измотанные войска. Узнав о поражении под Чашниками Наполеон приказал Виктору снова немедленно атаковать Витгенштейна и отбросить его к Полоцку. Это привело к ещё одному поражению французов под Смолянами 14 ноября 1812 года.

 

Смерть Фрунзе

31 октября 1925 года в Боткинской больнице после операции на желудке скончался Михаил Васильевич Фрунзе (р. 1885), революционер, советский государственный и военный деятель, один из наиболее крупных военачальников Красной армии во время Гражданской войны

Смерть Фрунзе

31 октября 1925 года в Боткинской больнице после операции на желудке скончался Михаил Васильевич Фрунзе (р. 1885), революционер, советский государственный и военный деятель, один из наиболее крупных военачальников Красной армии во время Гражданской войны

Причины его смерти до сих пор имеют самые разные толкования у экспертов и историков. Официально в газетах того времени сообщалось, что Михаил Фрунзе болел язвой желудка. 29 октября 1925 года его оперировал опытнейший хирург В. Н. Розанов. По докладу врачей, операция прошла успешно. Но через 39 часов Фрунзе скончался "при явлениях паралича сердца". Спустя 10 минут после его смерти ночью 31 октября в больницу прибыли И. В. Сталин, А. И. Рыков, А. С. Бубнов, И. С. Уншлихт, А. С. Енукидзе и А. И. Микоян. Была произведена экспертиза тела. Прозектор записал: обнаруженные при вскрытии недоразвития аорты и артерий, а также сохранившаяся зобная железа являются основой для предположения о нестойкости организма по отношению к наркозу и плохой сопротивляемости его по отношению к инфекции. Основной вопрос - почему возникла сердечная недостаточность, приведшая к смерти, - остался без ответа. Недоумение по этому поводу просочилось в прессу. Увидела свет заметка "Товарищ Фрунзе выздоравливает", напечатанная "Рабочей газетой" как раз в день его смерти. На рабочих  собраниях спрашивали: зачем делалась операция; почему Фрунзе согласился на нее, если с язвой можно прожить и так; какова причина смерти; почему опубликована дезинформация в популярной газете? В связи с этим врач Греков, ассистировавший Розанову, дал интервью, помещенное с вариациями в разных изданиях. По его словам, операция была необходимой, так как больной находился под угрозой внезапной смерти; Фрунзе сам попросил оперировать его по возможности скорее; операция относилась к разряду сравнительно легких и была выполнена по всем правилам хирургического искусства, но наркоз протекал тяжело. В конце интервью Греков зачем-то сообщил о том, что к больному после операции никого не допускали, но, когда Фрунзе сообщили, что ему прислал записку Сталин, он попросил записку эту прочесть и радостно улыбнулся. Вот ее текст: "Дружок! Был сегодня в 5 ч. вечера у т. Розанова (я и Микоян). Хотели к тебе зайти,— не пустил, язва. Мы вынуждены были покориться силе. Не скучай, голубчик мой. Привет. Мы еще придем, мы еще придем... Коба". Эта концовка еще более разогрела недоверие к официальной версии. Все пересуды на эту тему собрал писатель Пильняк, который написал позже "Повесть непогашеной луны", где в образе командарма Гаврилова, умершего во время операции, все узнали Фрунзе. Часть тиража "Нового мира", где публиковалась повесть, была конфискована, тем самым как бы подтверждалась версия убийства. Если так боятся, то несомненно, Фрунзе был устранен. Версию убийства еще раз повторил режиссер Евгений Цымбал в своем фильме "Повесть непогашеной луны", в котором создал романтический и мученический образ «настоящего революционера», замахнувшегося на незыблемые догмы.

Но, судя по всему, настоящий Фрунзе был далек от романтизма. С февраля 1919 года он последовательно возглавлял несколько армий, действующих на Восточном фронте против Верховного правителя России адмирала А.В. Колчака. В марте он стал командующим Южной группой этого фронта. Подчиненные ему части настолько увлеклись мародерством и грабежом местного населения, что совершенно разложились, и Фрунзе не раз посылал в Реввоенсовет телеграммы с просьбой прислать ему других солдат. Отчаявшись получить ответ, он стал сам вербовать себе пополнение «натуральным методом»: вывез из Самары эшелоны с хлебом и предложил оставшимся без еды мужикам вступать в Красную армию.

В крестьянском восстании, поднявшемся против Фрунзе в Самарском крае, участвовало более 150 тысяч человек. Восстание было утоплено в крови. Отчеты Фрунзе Реввоенсовету пестрят цифрами расстрелянных под его руководством людей. Например, за первую декаду мая 1919 года им было уничтожено около полутора тысяч крестьян (которых Фрунзе в своем отчете именует «бандитами и кулаками»). В донесении Троцкому Фрунзе пишет: "Тут убито, пока по неполным сведениям, не менее 100 человек. Кроме того, расстреляно свыше 600 главарей и кулаков". В бою — около ста, а потом всех тех, кого сочли ненадежными, просто расстреляли. "Село Усинское, в котором восставшими сначала был истреблен целиком наш отряд 170 человек, сожжено совершенно". Причем, почему это происходит, Фрунзе отлично понимает: "Движение выросло на почве недовольства экономическими тяготами и мероприятиями, а в силу несознательности населения было направлено и использовано должным образом". А с несознательными мы будем поступать вот так — расстреливать потенциальных главарей и сжигать начисто те села, на территории которых произошло убийство красноармейцев. Фрунзе в этом отношении был ничем не лучше Тухачевского, подавлявшего Тамбовское восстание, или Пятакова, Бела Куна и Землячки, которые проводили "красный террор" в Крыму.

В сентябре 1920 года Фрунзе назначили командующим Южным фронтом, действующим против армии генерала П.Н. Врангеля. Он руководил взятием Перекопа и оккупацией Крыма. В ноябре 1920 года Фрунзе обратился к офицерам и солдатам армии генерала Врангеля с обещанием полного прощения в случае, если они останутся в России. После занятия Крыма всем этим военнослужащим было приказано зарегистрироваться (отказ от регистрации карался расстрелом). Затем солдаты и офицеры Белой армии, поверившие Фрунзе, были арестованы и расстреляны прямо по этим регистрационным спискам. Всего во время красного террора в Крыму было расстреляно или утоплено в Черном море 50 - 75 тыс. человек.

Конечно, многие тогда могли и не знать о военных «художествах» Михаила Васильевича. Самые темные стороны своей биографии он тщательно скрывал. Известен его собственноручный комментарий к приказу о награждении Бела Куна и Землячки за зверства в Севастополе. Фрунзе предупреждал, что вручение орденов следует производить тайно, дабы общественность не знала, за что конкретно награждаются эти «герои гражданской войны». Словом, если Фрунзе и помогли уйти в мир иной, то было за что. Ведь паралич сердца у него начался давно и не в физиологическом, а в духовном смысле.

Честно говоря, нередко выглядит так,  что сталинские чистки (когда это относится действительно к вождю, а не является наветом на него) коснулись в первую очередь тех представителей ленинско-троцкистской гвардии, кто с особой жестокостью расправлялся с простыми русскими людьми:                       «репрессированы» Сталиным те же Тухачевский, Пятаков, Бела Кун. Не исключено, что Фрунзе оказался одним из первых в этом списке врагов русского народа, уничтоженных Сталиным. Дело в том, что 1925 год был отмечен целой серией "случайных" катастроф. Вначале — ряд трагических инцидентов с ответственными работниками Закавказья: 19 марта в Москве внезапно умер "от разрыва сердца" председатель Союзного Совета ЗСФСР и один из председателей ЦИК СССР Н. Н. Нариманов. 22 марта в авиационной катастрофе погибли Первый секретарь Заккрайкома РКП(б) А. Ф. Мясников, председатель ЗакЧК С. Г. Могилевский и летевший с ними уполномоченный наркомата почт и телеграфов Г. А. Атарбеков. 27 августа под Нью-Йорком при невыясненных обстоятельствах погибли Э. М. Склянский — бессменный заместитель Троцкого в период гражданской войны, отстраненный от военной деятельности весной 1924 года и назначенный председателем правления треста "Моссукно", и председатель правления акционерного общества "Амторг" И. Я. Хургин. 28 августа на подмосковной станции Парово погиб под поездом давний знакомый Фрунзе член Реввоенсовета 6-й армии во время Перекопской операции, член бюро Иваново-Вознесенского губкома партии, председатель Авиатреста В. Н. Павлов. Примерно в это же время в автоаварии погиб близкий к наркомвоенмору Фрунзе начальник Мосгубмилиции Ф. Я. Цируль. Да и сам Михаил Васильевич в начале сентября выпал на полном ходу из автомобиля, дверца которого почему-то оказалась неисправной, и чудом остался жив. Так что «устранения», судя по всему, уже начались.

Кроме каннибализма, проявленного Фрунзе при подавлении восстания в Самарской области, были и другие причины для его устранения. В английском ежемесячнике "Аэроплан" появилась статья о Фрунзе "Новый русский вождь". "В этом человеке,— говорилось в статье,— объединились все составные элементы русского Наполеона". И это были не просто слова. Фрунзе их подкреплял делом.

Летом 1923 года в гроте недалеко от Кисловодска состоялось законсперированнное совещание партийной верхушки под руководством Зиновьева и Каменева, названного впоследствии «пещерным». На нем присутствовали отдыхающие на Кавказе и приглашенные из ближайших регионов партийные деятели той поры. От Сталина поначалу это скрыли. Хотя обсуждался вопрос именно об ограничении его властных полномочий в связи с тяжелой болезнью Ленина. Ни один из участников этого совещания (кроме Ворошилова, который скорее всего был там глазами и ушами вождя) не умер своей смертью. Фрунзе там присутствовал в качестве военной составляющей «путча».

Другой факт. В 1924 года по инициативе Фрунзе была проведена полная реорганизация Красной армии. Он добился упразднения института политических комиссаров в армии — они были заменены помощниками командиров по политчасти без права вмешиваться в командные решения. В 1925 году Фрунзе произвел ряд перемещений и назначений в командном составе, в результате чего во главе военных округов, корпусов и дивизий оказались военные, подобранные по принципу преданности Троцкому. Бывший секретарь Сталина Б.Г. Бажанов вспоминал: «Я спросил у Мехлиса, что думает Сталин об этих назначениях?» — «Что думает Сталин? — переспросил Мехлис. — Ничего хорошего. Посмотри на список: все эти тухачевские, корки, уборевичи, авксентьевские — какие это коммунисты. Все это хорошо для 18 брюмера, а не для Красной Армии». Спрашивается: какой бы глава государства потерпел такую «лояльность» военного министра? Бажанов (и не только он) считал, что Сталин вынужден был устранить Фрунзе, чтобы на его место назначить своего человека — Ворошилова (Бажанов В.Г. Воспоминания бывшего секретаря Сталина. М., 1990. С. 141). Утверждают, что во время операции была применена как раз та анестезия, которой Фрунзе не мог вынести в следствие особенностей организма. Конечно, эта версия не доказана. Но, на наш взгляд, она достаточно правдоподобна.

Памяти Зельдина

31 октября 2016 года на 102 году жизни скончался Владимир Михайлович Зельдин - артист Центрального академического театра Российской армии (1945—2016). Полный кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством». Народный артист СССР (1975). Лауреат Сталинской премии (1951). Кавалер Международной премии Андрея Первозванного «За Веру и Верность»

Памяти Зельдина

31 октября 2016 года на 102 году жизни скончался Владимир Михайлович Зельдин - артист Центрального академического театра Российской армии (1945—2016). Полный кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством». Народный артист СССР (1975). Лауреат Сталинской премии (1951). Кавалер Международной премии Андрея Первозванного «За Веру и Верность»

 

. Получая её, Зельдин сказал:
- Я принадлежу к поколению, которое прошло дорогами Великой Отечечственной войны. И победило сильнейшего противника. За свою жизнь я повидал много событий, пережил много испытаний, выпавших на долю моей любимой Родины— России. Они всегда преодолевались нашим народом, благодаря патриотизму, самоотверженной любви к Отечеству. Сегодня - тоже нелегкая полоса в жизни России. Дух мужества и стойкости, который олицетворяют Андрей Первозванный и премия его имени «За Веру и Верность», хочется верить, помогут и нынешним поколениям россиян справиться с трудностями и победить.

 

 

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение