RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

История будущего и предвидение прошлого
25 января 2020 г.

История будущего и предвидение прошлого

То, что не могут учёные, похоже, способны делать талантливые поэты.
Русское единство
3 ноября 2019 г.

Русское единство

Очередная подборка стихотворений русского поэта Игоря Дмитриевича Гревцева из книги «Дорога на Русь»
Как создаются стихи
6 октября 2019 г.

Как создаются стихи

Известный московский поэт, большой друг и постоянный автор «Российского героического календаря» Игорь Дмитриевич ГРЕВЦЕВ рассказывает о мистике Поэзии
Лекарство от страха
12 октября 2019 г.

Лекарство от страха

Почему с таким упорством Америка и Европа перекраивают историю Второй Мировой войны?
Убивают русскую песню
21 октября 2019 г.

Убивают русскую песню

А значит - убивают душу нашего народа
Главная » Литературная гостиная поэта Игоря Гревцева » Смерть Поэта

Смерть Поэта

19 января 1971 ушел из жизни великий русский стихотворец Николай Михайлович Рубцов. Об обстоятельствах его гибели до сих пор не утихают споры...

Публикуем полемические заметки на эту печальную тему нашего постоянного автора и друга, литературного критика Петра Ивановича Ткаченко.
Смерть Поэта

С запозданием увидел на сайте «Звезда полей» (Николай Михайлович Рубцов и народное творчество) возражение на мою статью «Я умру в крещенские морозы…» Ю. Кириенко-Малюгина – «Невероятное от П. Ткаченко о гибели Николая Рубцова». (http://rubcow.ru/index.php/796-neveroyatnoe-ot-p-tkachenko-o-gibeli-rubtsova). Автор книги «Тайна гибели Николая Рубцова», упрекал меня в том, что я делаю «попытку обосновать гибель (убийство) Николая Рубцова «некими потусторонними силами». Можно было бы оставить без комментария возражение автора, давно «разгадавшего» тайну гибели Николая Рубцова, если бы не обстоятельства, касающиеся не только точности воспроизведения фактов биографии и судьбы Николая Рубцова, но понимания поэзии вообще, и духовной природы человека в особенности. Да, именно так, это ведь давняя особенность нашей читающей публики, о которой писал ещё М. Лермонтов в предисловии к «Герою нашего времени»: «Не понимает басни, если в конце её не находит нравоучения… Самая волшебная из волшебных сказок у нас едва ли избегает упрёка в покушении на оскорбление личности!». Великий поэт называл это «нелепостью» и объяснял «простодушием». Ю. Кириенко-Малюгин, упрекающий меня в том, что я «дезориентирую читателей», пишет: «В журнале «Дон», №1-3, 2019 литератор Пётр Ткаченко опубликовал статью «Я умру в крещенские морозы…», в которой сделана попытка обосновать гибель (убийство) Николая Рубцова некими потусторонними силами». Добавлю, что об этом он мог прочитать и в «Новой газете Кубани» (№28, январь 2019), и в московском альманахе «У Никитских ворот» (№1, 2019), и в воронежском журнале «Подъём»). Это совершенно необходимо отметить, так как за ним открывается то, как автор, «разгадавший» тайну гибели Н. Рубцова, работает, действительно ли ищет истину или же отстаивает свои позитивистские представления, за которыми трудно различить заинтересованность поэзией Николая Рубцова и его судьбой. Итак, я утверждал и утверждаю, что мы не имеем права гибель Николая Рубцова представлять только в бытовых, правовых и криминальных понятиях, что эта трагедия имеет, прежде всего, духовно-мировоззренческое измерение. И уж коль убийца Николая Рубцова Л. Дербина-Грановская, по её собственному признанию, являлась «ведьмой» - «Взовьюсь я ведьмой из трубы», с чем согласен и наш исследователь, видя в ней «безбожницу» и «ведьму», я и предпринял попытку обнажить природу этого сатанизма. Вот причина написания статьи «Я умру в крещенские морозы…», которая для исследователя осталась «неясной». Не вместо юридической оценки преступления, которое является криминальным, а наряду с правовой оценкой – духовно-мировоззренческая, так как через неё только и можно понять причину преступления. Ну кому не понятно, что всякое преступление должно быть рассмотрено с точки зрения юридической. Но только правовой подход не вскрывает причины преступления. После «Преступления и наказания» Ф.М. Достоевского в русской литературе об этом как-то неудобно напоминать. Это вовсе не является попыткой «переложить мотивы убийства Николая Рубцова с конкретных личностей на мистические обстоятельства». Не является потому, что только криминальная оценка преступления, как раз игнорирует эти самые «мотивы убийства», то есть, его истинные причины. Ю. Кириенко-Малюгин же признаёт за преступлением только и исключительно криминальный характер: «Убийство Рубцова является криминальным фактом, а не мифическим». То есть, перед нами – то позитивистское материалистическое воззрение, игнорирующее духовную природу человека, для которого всё, что нельзя потрогать руками и попробовать на зуб – это «мифические» факты, «некие потусторонние силы», «мистические обстоятельства». В смысле – несуществующие. …Поэтому автор с такой лёгкостью и оспаривает истинных литераторов – В. Кожинова, В. Коротаева… Вот и весь исследовательский «метод» Ю. Кириенко-Малюгина – позитивистский и исключительно материалистический, «знающий» все тайны души человеческой. А потому и такой самонадеянный. Полагая, что я не знаю его книги «Тайна гибели Николая Рубцова», автор советует, что «прежде чем писать такую статью» надо было «набрать в Яндексе «поиск» или пойти в Государственную библиотеку» и там найти «ответы»… Между тем, более десяти (!) лет назад о его «методе» исследования я писал в литературно-критической повести «Сей образ прекрасного мира…». Отрадно, что находятся простые увлечённые люди, вовсе не филологи, вроде бы, влюблённые в поэзию Николая Рубцова, пропагандирующие его творчество, к каковым относится и наш автор, но умиляться этим нет никаких оснований. Автор полагает, «что, так называемые дилетанты, умеют проделать такую работу, которую не хотят, не могут или не способны выполнить образованные филологи» (Юрий Кириенко-Малюгин, «Российский писатель», № 22, 2005). Нет оснований умиляться этим потому, что свою пропагандистскую, популяризаторскую деятельность они принимают и выдают за постижение творчества Николая Рубцова. Как правило, это люди, больше занятые собой, чем творчеством Рубцова, которое является в их деятельности лишь поводом. А возможным это стало потому, что филологами действительно с наследием поэта не проделана работа, которая ими должна быть проделана. Серьёзный исследователь просто обязан отслеживать всё, что выходит по интересующей его проблеме, ибо – незнание не аргумент. Дилетанту же это вовсе не обязательно, так как у него уже есть «ответы». Поэтому Ю. Кириенко-Малюгин и отсылает меня к своей книге, полагая, что я её не знаю. Но более чем десятилетний срок достаточный для того, чтобы ознакомиться с литературно-критической повестью «Сей образ прекрасного мира…», которая была опубликована в моём авторском альманахе «Солёная Подкова» (выпуск третий, М., «ООСТ», 2007), в журнале «Дальний Восток», (№ 1, 2008), в журнале «Подъём» (№1, 2010), в журнале «Аргамак. Татарстан», («№2, 2011), в книге литературно-критических повестей «До разгрома и после него» (М. «У Никитских ворот», 2016)… У самодеятельного исследователя, у «дилетанта» всё ясно и просто. Так, судьбу Николая Рубцова он всецело объясняет его лучевой болезнью, упрекает в том, что игнорируется его «информация о лучевой болезни матроса Н. Рубцова», что явилось «причиной системного потребления вина (от радиации)». И о чём он якобы не мог сказать, так как давал подписку о неразглашении тайны. А отсюда, якобы понятна вся его неустроенность… Вот и всё объяснение трагической судьбы Николая Рубцова. Мне же такое упрощённое объяснение представляется наивным и недопустимым, так как перекрывает пути постижения истинного облика поэта и его мира. Писательница Мария Корякина, наблюдавшая последние дни жизни Николая Рубцова, наиболее точно определила его состояние: ему было тяжело нести свой дар… Это состояние присуще, пожалуй, каждому большому поэту. «Жизни тяготеньем» назвал его М. Лермонтов. У других поэтов это «недуг бытия». Но сводить всё к «системному потреблению вина», видя в нём причину, а не следствие, во всяком случае, опрометчиво. Я как раз о том, что у нас преобладает такое «литературоведение», когда гениальность или талантливость поэта объясняется какими-то бытовыми обстоятельствами. Когда исследователь, не в состоянии подняться на духовную, бытийную высоту поэта, он снизвергает его в быт, подстраивает под себя… Как это делает, к примеру, В. Захаров. Без всяких на то оснований «объясняет» М. Лермонтова «незаконнорожденностью» и – болезнью «рахитом» в детстве… На подобные литературоведческие «исследования» остаётся только взмолиться: Господи, пошли им такой же «рахит» и такое же «облучение» как у поэтов… Для вразумления, разумеется. Дай Бог побольше в нашем обществе таких «больных». А почему такие исследователи всё сводят к этому, понятно. Они ведь на короткой ноге с гениями, а то и выше их…

После всего написанного о Николае Рубцове я не собирался писать о нём, если бы не обнаружил странное обстоятельство с его наследием. Оказывается, никакая текстологическая работа не проводилась и не проводится. Обнаружил это я тогда, когда нашёл в Москве, в частных собраниях, две рукописи его книги «Звезда полей», не вошедших в научный обиход. Называю эти рукописи по именам их владельцев, друзей поэта – Н.Н. Шантаренкова и А.И. Чечётина. С одним он вместе учился в техникуме, кстати, посвящал ему стихи, с другим – в Литературном институте им. М. Горького. А стихи поэта продолжают публиковаться в том виде, в каком они вошли в первые четыре его прижизненные книги. В то время как разночтения в текстах стихотворений, давно ставших шедеврами русской лирики, очень даже существенные. К примеру, стихотворение «Памяти Анциферова» продолжает публиковаться со строчки «На что ему отдых такой…», без первой строфы, без которой непонятно, о каком «отдыхе» и о какой «обители» идёт речь:

Его проглотила земля,

Как смертного, грустно и просто.

Свела его, отдых суля,

В немую обитель погоста.

Причём, Н. Рубцов очень точен в характеристике поэта и друга: именно «проглотила земля», а не «поглотила», как вроде бы должно быть. Он помнил, что Анциферов был шахтёром. Или – шедевр лирики, стихотворение «С моста идёт дорога в гору…» публикуется в изуродованном виде, под названием «По вечерам». К стихотворению добавлена последняя строфа, с ним никак не связанная, из которой и взято название стихотворения:

Всё так же весело и властно

Здесь парни ладят стремена,

По вечерам тепло и ясно,

Как в те былые времена…

Конечно, помянутые «стремена» не имеют никакого отношения к изображаемому храму, символизирующему саму Русь. Так поэт спасал это стихотворение, о чём свидетельствует его письмо в Северо-Западное книжное издательство, умоляя оставить его в книжке. Но и уступки, внесённая правка не помогла. Стихотворение не вошло в книгу, как и не вошло в «Звезду полей», так и оставшись неопубликованным при его жизни. Но теперь продолжает публиковаться с этой «тактической» правкой в книгах поэта… К тому же, его название для человека литературного ассоциируется совсем с другими состояниями души: «По вечерам над ресторанами/ Горячий воздух дик и глух…» (А. Блок, «Незнакомка»). Не могу удержаться, чтобы не привести это чудное стихотворение в том виде, в каком оно сохранилось в рукописях поэта и в каком должно публиковаться:

х х х

С моста идёт дорога в гору.

А на горе – какая грусть! –

Страницы:   1 2 3 4 5 6 7  »

Комментарии:

Ира 22.01.2020 в 22:55 # Ответить
Спасибо

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
18 февраля
вторник
2020

В этот день:

Авиаконструктор Марат Тищенко

18 февраля 1931 года родился Марат Тищенко, Герой Социалистического Труда. Он участвовал в разработке, наземных и летных исследованиях, внедрении в серийное производство и обеспечении эксплуатации практически всех отечественных вертолетов марки Ми и их модификаций.

Авиаконструктор Марат Тищенко

18 февраля 1931 года родился Марат Тищенко, Герой Социалистического Труда. Он участвовал в разработке, наземных и летных исследованиях, внедрении в серийное производство и обеспечении эксплуатации практически всех отечественных вертолетов марки Ми и их модификаций.

За время, когда Марат Николаевич руководил предприятием, были созданы и внедрены в серийное производство и эксплуатацию: модификации вертолета Ми-24 (Д, В, Р, К, ВП, ДУ), являющегося в настоящее время основным боевым вертолетом Российской армии; основной вариант и модификации вертолета-амфибии Ми-14; тяжелый транспортный вертолет Ми-26, являющийся самым грузоподъемным серийным вертолетом в мире; боевой вертолет Ми-28; средний транспортно-десантный вертолет Ми-38 и другие.

Дублер Гагарина - Нелюбов

18 февраля 1966 года погиб летчик-истребитель Григорий Нелюбов, дублер Гагарина. Парню катастрофически не везло: при отборе кандидатуры первого космонавта, Хрущеву не понравилась фамилия, в другой раз - выпил с ребятами пива, и нарвался на патруль...

Дублер Гагарина - Нелюбов

18 февраля 1966 года погиб летчик-истребитель Григорий Нелюбов, дублер Гагарина. Парню катастрофически не везло: при отборе кандидатуры первого космонавта, Хрущеву не понравилась фамилия, в другой раз - выпил с ребятами пива, и нарвался на патруль...

 

В истории космонавтики есть немало случаев, когда кандидаты на космический полёт проходили полную подготовку, получали самые высокие оценки на государственных испытаниях, но в космос по разным причинам так и не поднимались. Это относится к членам первого отряда космонавтов Ивану Аникееву и Валентину Филатьеву, Ирине Прониной, дублировавшей Светлану Савицкую, Екатерине Ивановой, Елене Доброквашиной, военным журналистам из газеты «Красная звезда» Александру Андрюшкову и Валерию Бабердину и другим. Многие из них, не получив путевку в космос, восприняли это как глубочайшую душевную травму и вскоре умерли – кто от сердечного приступа, кто от онкологии. Но, пожалуй, самой драматической оказалась судьба Григория Нелюбова, который считался космонавтом № 3 и был дублёром Юрия Гагарина. Он погиб на земле 18 февраля 1966 года при обстоятельствах, которые до сих пор до конца не прояснены. Имя Нелюбова было на десятилетия вычеркнуто из истории. Лишь недавно документалисты Роскосмоса создали фильм «Он мог быть первым. Драма космонавта Нелюбова». В преамбуле к нему сказано: "Он был вторым дублером Юрия Гагарина, но в космос не полетел. Он был целеустремленным, честолюбивым, волевым, сильным человеком. Григорием Нелюбовым восхищались академики Келдыш и Раушенбах, называли своим другом Юрий Гагарин и Павел Попович. Космонавта высоко ценил Сергей Павлович Королев. Летчика морской авиации капитана Григория Нелюбова должен был узнать весь мир. Однако с 1963 года кадры, запечатлевшие космонавта, исчезли из кинохроники и документальных фильмов. Его изображение ретушировалось на фотоснимках, а имя Нелюбова было вычеркнуто из списка отряда космонавтов. Почему это произошло?" Формирование отряда советских космонавтов относится к 1959-1960 годам. Специальная комиссия из трёх с половиной тысяч кандидатов-летчиков отобрала для собеседования 350 абсолютно здоровых, опытных, дисциплинированных военных пилотов. На медицинское обследование отправили 200 из них, в отряд зачислили всего двадцать человек. А к первому полету готовили только шестерых космонавтов. Но из-за спешки (на пятки, как говорится, наступали американцы) пришлось сосредоточить все усилия на тренировке троих – Юрия Гагарина, Германа Титова, Григория Нелюбова. Полковник Анатолий Утыльев, который в 60-х годах прошлого столетия был комсомольским работником в Звездном городке, рассказывал мне, что Нелюбов был едва ли не всеобщим любимцем в Центре подготовки космонавтов. Все знали и его красавицу-жену Зину, которая работала техническим секретарем в отряде. Это была великолепная пара. Они семьями дружили с Гагариными и Поповичами. Видимого соперничества между космонавтами первой тройки не было. Но, конечно, каждый хотел быть первым. И все трое были практически на одинаково высоком уровне подготовлены к полету. Нелюбов поначалу даже несколько выделялся. Рассказывают, когда главе государства Никите Хрущеву представили кандидатуры, тот сказал: "Нелюбов не может быть первым космонавтом. Вот если бы он был Любовым..." Возможно, таким образом, окончательный выбор пал на Юрия Гагарина, а Титов и Нелюбов стали его дублерами. Причем Титов - первым, а Нелюбов - вторым, видимо, сыграло свою роль замечание Хрущёва. В начале апреля 1961 года, за девять дней до исторического старта, все трое записали в Доме радио обращение к соотечественникам. Но в эфир, естественно, пошло только гагаринское. После полета Гагарина 5 мая 1961 года космонавта запустили и американцы: Алан Шепард совершил суборбитальный полёт по параболической траектории продолжительностью меньше минуты. СССР ответил рекордом: первый дублер Гагарина - Герман Титов провел на орбите 25 часов 11 минут и совершил свыше 17 оборотов вокруг Земли. - В ноябре 1961 года, - рассказывал мне полковник Утыльев, - должен был лететь Нелюбов - на многосуточное пребывание в космосе. Но кто-то вышел на Хрущева с инициативой другого рекорда: совершить групповой полёт, причем, послать в космос интернациональный экипаж. Таким образом, Нелюбова обошли чуваш Андриан Николаев и украинец Павел Попович, которые в полетном списке значились под четвертым и пятым номерами. А потом появились разведданные (которые впоследствии не подтвердились) о том, что американцы собираются нас переплюнуть, послав в космос женщину. Срочно стали готовить Валентину Терешкову. Нелюбов опять был отодвинут. Нервное напряжение сказалось на медицинских показаниях. Отклонения - незначительные, но в 1963 году медики настояли на отправке Нелюбова в отпуск. И это привело к неожиданной жизненной катастрофе. - В отпуске Григорий не находил себе места, - вспоминала впоследствии жена космонавта Зинаида Ивановна. - Однажды к нему зашли стажеры Отряда космонавтов лётчики Иван Аникеев и Валентин Филатьев, с которыми он раньше служил. В Звездном никакого спиртного не продавалось, и ребята пошли на станцию Чкаловская в буфет - выпить по паре кружек пива. Там к ним "прицепился" комендантский патруль. И пошло-поехало... Как потом выяснилось, начальник патруля оказался непробиваемым служакой. Когда Нелюбов показал ему удостоверение космонавта СССР, у офицера комендатуры с особой силой взыграло уставное рвение. На следующий день на стол начальника Центра подготовки космонавтов Каманина лег рапорт о "нарушении дисциплины" Нелюбовым, Аникеевым и Филатьевым. Павел Попович, будучи секретарем парторганизации отряда космонавтов, тут же созвал партсобрание и дал «принципиальную партийную оценку поведению Нелюбова». И хотя за Григория вступились Гагарин, Титов и некоторые другие космонавты, генерал Каманин, вероятно, не мог проигнорировать позицию партийного руководства отряда. Нелюбов, Аникеев и Филатьев были отчислены из Центра подготовки космонавтов и отправлены в отдаленные гарнизоны. Роль Поповича, который считался другом Нелюбова, в данном случае мне не очень ясна. Сошлюсь лишь на цитату из Википедии (справочник Интернета): "По некоторым данным, Нелюбов был отчислен из отряда космонавтов несправедливо — по настоянию секретаря парторганизации отряда космонавтов Павла Поповича". Мне известно и то, что космонавты и их партийные лидеры не были святошами и ханжами. Например, космический "долгожитель" Леонид Попов мне рассказывал, как им на орбитальную станцию во время многомесячного полета тайно передали на грузовом корабле пару стограммовых бутылочек коньяку. Когда станция зашла на "теневую" сторону Земли, они с Валерием Рюминым выпили. В невесомости это не так просто. И алкоголь действует по-особому. В общем, у одного из космонавтов подскочило давление. В ЦУПе забеспокоились, собирались даже прекратить полет. Пришлось "нарушителям дисциплины" во всем признаться. И никакого партсобрания, никаких отчислений из отряда. Сам Каманин в своем дневнике рассказал случай, когда Юрий Гагарин в состоянии легкого подпития прыгнул с третьего этажа и сильно повредил бровь. Было это накануне партсъезда, где космонавт должен был выступать. Но в таком виде на людях показаться было нельзя. И выступление срочно перепоручили Титову. Опять же никаких партийных вмешательств не последовало. Так что Нелюбов в списке "нарушителей" оказался избранным. Какая-то есть тут странность. Столько вложить в подготовку космонавта, сделать его суперпрофессионалом в этом деле - и изгнать из-за эпизода, который в принципе выеденного яйца не стоит? Непонятно. Несостоявшегося космонавта отправили не куда-нибудь, а в Приморский край, в самую глушь (и это тоже свидетельствует о чьем-то неравнодушном отношении к Нелюбову). - Военный городок - несколько деревянных домов - стоял в первозданной тайге, - вспоминала Зинаида Ивановна. - До ближайшего райцентра - 50 километров. Но Григорий не пал духом. Он принялся за службу с небывалым рвением. - Летал он, конечно, лучше всех нас, - вспоминает сослуживец Нелюбова подполковник Владимир Упыр. - Когда Григорий поднимался в небо, все сбегались смотреть. Он первым освоил новейшую машину МиГ-21. Участвовал в конкурсе по набору летчиков-испытателей в подмосковном Жуковском. Показал блестящие способности. Ему сказали: ты принят, готовься к переезду. Это окрылило Нелюбова. Каманин при отчислении обещал взять назад при хорошей службе. А Жуковский - это уже рядом со Звездным. Но опять кто-то перешел дорогу. Неожиданно Нелюбов получил извещение о том, что в подразделение летчиков-испытателей он не может быть принят по причинам не профессионального характера. Тогда Нелюбов поехал в Москву, рассказал всё Каманину, Гагарину. Те обещали помочь. В конце концов, договорились о том, что в феврале 1966 года организуют встречу Нелюбова с Сергеем Павловичем Королевым, который в своё время очень ценил Григория и мог в один миг решить судьбу космонавта. Но в январе 1966 года Королёв скоропостижно скончался во время срочной операции. Для Нелюбова это был двойной удар: вместе с Королёвым умерла последняя надежда на восстановление в Отряде космонавтов. Окончательно добило Нелюбова, видимо, то, что в те дни в газетах были опубликованы снимки, где Королёв был сфотографирован вместе с первой космической троицей. Только Нелюбова на фотографии уже не было. Григорий понял: он окончательно вычеркнут из истории. Через несколько дней труп Нелюбова нашли на обочине железной дороги. В книге «Космонавт № 1» Ярослав Голованов приводит выписку из рапорта о причинах смерти Григория Нелюбова: «В пьяном состоянии был убит проходящим поездом на железнодорожном мосту станции Ипполитовка Дальневосточной железной дороги». Родные Григория прибыли на похороны в поселок Кремово, где в местном Доме офицеров был выставлен гроб. По словам брата космонавта Владимира Нелюбова, тело погибшего до пояса укрывал красный ковер. Голова и руки были забинтованы, лица не было видно совсем. - Нам объяснили, что он погиб под колесами поезда, - вспоминает Владимир. - Но, думаю, это было не так. Мать, обезумев от горя, стала срывать с рук Григория бинты. А под ними - страшные ожоги. Разве появились бы такие ожоги, если бы он попал под поезд? Во время похорон летчики неоднократно мне говорили: «Ты можешь гордиться братом. Своей смертью он многим из нас спас жизнь». Пуговицы с мундира, частички останков и землю с могилы Гриши его жена Зина привезла в Запорожье и захоронила на Капустяном кладбище. Так появилась у Григория вторая могила - на родине. Как бы там ни было, но по сути блестящего офицера и отлично подготовленного космонавта погубили военные чинуши и ханжи с погонами. На запорожской могиле Нелюбова установлен гранитный памятник. На нем выбита надпись: «Летчик-космонавт СССР № 3, дублер Юрия Гагарина, капитан Григорий Григорьевич Нелюбов».

Реактивный ранец Андреева

18 февраля 1921 года зарегистрирована заявка изобретателя Александра Федоровича Андреева на портативный индивидуальный летательный аппарат.

Реактивный ранец Андреева

18 февраля 1921 года зарегистрирована заявка изобретателя Александра Федоровича Андреева на портативный индивидуальный летательный аппарат.

С.В. Голотюк, расследовавший судьбу этого величайшего для той поры изобретения, писал: «Изобретатель направил проект в Совнарком скорее в попытке получить материалы для осуществления своего замысла, чем в надежде его запатентовать. Заманчивые перспективы военного применения аппарата (в разделе "Назначение" Андреев писал: "На позиции с помощью аппарата можно делать воздушную разведку с большей безопасностью чем на аэроплане...целые воинские части будучи снабжены этими аппаратами (стоимость которых при фабричном производстве будет в несколько раз дороже винтовки) при наступлениях вообще и осаде крепостей минуя все земные препятствия могут перелететь совершенно свободно в тыл неприятеля" /12; л.11-12; пунктуация документа/), казалось бы, позволяли надеяться на благосклонное отношение правительства к изобретению.

Однако в Совнаркоме проект, как можно предположить исходя из небольшой разницы между указанными датами его регистрации, не рассматривался, а был сразу же перенаправлен по более подходящему адресу - в Научно-технический отдел Высшего Совета Народного Хозяйства, а то и прямо в КДИ.

Хроника дальнейших событий вкратце такова. На основании разгромного отзыва Е.Н.Смирнова, одного из двух экспертов, к которым обратился КДИ (второй отзыв - весьма сдержанный, хотя в целом положительный, дал Н.А.Рынин), заявка была отклонена. В июле 1925 г. изобретатель подал в КДИ новый, серьезно переработанный вариант заявки. Правда, как отмечено выше, переработка коснулась в основном изложения материала и не внесла в проект принципиально новых подробностей. После положительного отзыва эксперта Н. Г. Баратова и дальнейшей переделки текста 31 марта 1928 г. была подписана "Патентная грамота к патенту на изобретение" /12, л. 114/.

О результатах стремления Андреева осуществить свой проект на практике (о чем изобретатель упоминал уже в тексте, побывавшем в 1921 г. в Совнаркоме, и в заявлении от 18 февраля 1921 г.) толком ничего не известно. "

Маршал Тимошенко

18 февраля 1895 года родился дважды Герой Советского Союза Семен Константинович Тимошенко

Маршал Тимошенко

18 февраля 1895 года родился дважды Герой Советского Союза Семен Константинович Тимошенко

Родом он из села Фурманка Аккерманского уезда Бессарабской губернии (ныне Одесской области Украины), крестьянского происхождения.
В декабре 1914 призван в армию. Участвовал в Первой мировой войне, был пулемётчиком в составе 4-й кавалерийской дивизии на Юго-Западном и Западном фронтах. Награждён за храбрость Георгиевскими крестами трёх степеней.

С 1918 года в РККА. Командовал взводом, эскадроном, кавбригадой, кавдивизией. С августа 1933 г. — заместитель командующего войсками Белорусского, с сентября 1935 г. Киевского военных округов. С июня 1937 — командующий войсками Северо-Кавказского, с сентября 1937 — Харьковского военных округов. 8 февраля 1938 назначен командующим войсками Киевского военного округа с присвоением воинского звания командарм 1-го ранга. Во время Польского похода 1939 года командовал Украинским фронтом. В советско-финской войне 1939—1940 годов с 7 января 1940 г. командовал Северо-Западным фронтом, войска которого осуществили прорыв «линии Маннергейма».

Звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» командарму 1-го ранга С. К. Тимошенко присвоено 21 марта 1940 года за «образцовое выполнение заданий командования и проявленные при этом отвагу и геройство». 7 мая 1940 года назначен на должность Народного комиссара обороны СССР с присвоением высшего воинского звания —- Маршал Советского Союза.

На посту наркома обороны провел большую работу по совершенствованию боевой подготовки войск, их реорганизации, техническому переоснащению, подготовки новых кадров (потребовавшихся вследствие значительного увеличения численного состава армии), которая не была полностью завершена в связи с началом Великой Отечественной войны.
Во время Великой Отечественной войны командовал фронтами, был представителем Ставки Верховного командования.

После войны командовал войсками Белорусского военного округа.

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии