RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Сестрам милосердия
27 апреля 2014 г.

Сестрам милосердия

Памятная надгробная плита с таким названием будет открыта 6 мая 2014 года на территории Московского военного Братского кладбища Героев Первой мировой войны
Памятник Маршалу Рокоссовскому
7 мая 2015 г.

Памятник Маршалу Рокоссовскому

В преддверии 70-й годовщины Великой Победы в Москве наконец-то открыли памятник Герою Советского Союза Маршалу Советского Союза Константину Константиновичу Рокоссовскому.
Ночная атака на Прасныш
27 февраля 2015 г.

Ночная атака на Прасныш

100 лет назад 27 февраля 1915 года русские войска в ходе Первой мировой войны разгромили армейскую группу генерала Гальвица, отбросив немцев в Восточную Пруссию
Король космоса
14 января 2016 г.

Король космоса

50 лет назад 14 января 1966 года в 59 лет от роду ушел из этой жизни Сергей Павлович КОРОЛЁВ, гениальный конструктор, создатель первых в мире космических ракет и ракетного щита советской державы, дважды Герой Социалистического Труда.
Отец радиолокации Павел Ощепков
11 июля 2014 г.

Отец радиолокации Павел Ощепков

80 лет назад 11 июля 1934 года СССР впервые в мире испытал аппаратуру радиообнаружения самолетов
Главная » Подвиги в наследство » «Красная звезда» и её штыки

«Красная звезда» и её штыки

Главной военной газете страны - 90 лет

В советские времена это была великая газета. Таких изданий в стране, как пальцев на руке, насчитывалось пять: «Правда», «Известия», «Комсомольская правда», «Труд» и «Красная звезда».
«Красная звезда» и её штыки

В народе ласково – «Звёздочка». Знаю, о чем пишу. Щедрая судьба даровала мне дюжину лет службы в штате главной военной газеты СССР. Она и стала моим главным жизненным университетом. А ещё обучаясь в академии настоящей, я познакомился с Давидом Иосифовичем Ортенбергом, возглавлявшим «Красную звезду» с первых дней Великой Отечественной войны. Даже многие годы находясь не у дел, он производил впечатление демонического человека – не зря же получил прозвище Давид Кровавый. Рассказывал: «Я на даче узнал о начале войны. Сразу же поехал к Мехлису и сказал ему: «Всех известных писателей надо собрать у нас, в «Красной звезде». В других изданиях они растворятся, а у нас будут как ударный кулак. И потом я писателей знаю: народ они разболтанный, а я их сразу в чувство приведу, не беспокойтесь». И привел. Всех в военную форму одел. Кроме Алексея Толстого, конечно. Но и тот с почтением всегда обращался: «Давид Иосифович, что прикажете?» А так и Эренбург у меня в гимнастерке ходил, и Шолохов, и Сурков, и Павленко. Да все. Форма, она очень человека дисциплинирует. Конечно, пример всем показывал Симонов. И по дисциплине, и по оперативности в работе. Равных ему в «Красной звезде», пожалуй, не было. Ну, мы с ним ещё с Халхин-Гола друг друга знали. Хотя я ему спуску тоже не давал. Это он уже потом, без меня стал в «Красной звезде» кум королю и сват министру. Отдельная стенографистка на него работала, дверь к главному редактору ногой открывал. А при мне субординацию чувствовал и не нарушал. Он и до сих пор со мной вежлив и почтителен».

Об этом мало кто знает, но генерал-газетчик, находясь на пенсии, объездил все места Советского Союза, где проходила его «славная боевая молодость». О всех своих «великих подчиненных» он написал несколько книг, практически уже в перестроечные времена, и я не скажу, что портреты известных писателей-краснозвёздовцев Алексея Толстого, Ильи Эренбурга, Михаила Шолохова, Петра Павленко, Константина Симонова, Алексея Суркова, Бориса Галина, Николая Тихонова, Всеволода Вишневского, Петра Трояновского, Николая Денисова такие уж кондовые и бледные выходили из-под его пера. Письмом Ортенберг, безусловно, владел, память у него была потрясающая, а как газетный организатор по советским военным временам - он вообще не имел себе равных. Иной вопрос, какой ценой генерал достигал своих целей. Он же хвастался перед коллегами числом смертей своих подчиненных и по этому критерию определял эффективность работы печатного издания! Я полагал, что это легенда, но Ортенберг подтвердил - так оно и было: «Тогда тоже газеты соперничали между собой. И если какой-то редактор вылезал не по чину, я его на место ставил всегда. А как же! Мы были воюющей газетой и обязаны были во всем держать лидерство, даже в человеческих смертях, как это вам ни покажется вздорным. Потому что вы все нас судите по сегодняшним своим меркам и представлениям. А ещё Ленин учил, что всякий политический деятель должен оцениваться по конкретно-историческим временам».

Другим великим краснозвёздовцем, с которым меня свела судьба, был Константин Симонов – выдающийся советский писатель и такой же общественный деятель. Как человек, писавший минувшую самую страшную в истории цивилизации войну, он вообще не имеет себе ровни в нашей стране, а, пожалуй, что и в целом мире. И по количеству, и по качеству, и по разнообразию написанного. Можно смело говорить и о другой оценке этого писателя. Капитализм за полтысячи лет существования выпестовал своего лучшего военного соловья Редьярда Киплинга. Социализм за семьдесят пять лет сделал то же самое, явив нам Симонова. Который куда более глубже, всестороннее Киплинга изучил, описал войну, как высшее и трагическое испытание человека. Просто потому, что она ему досталась не в пример страшнее и масштабнее, нежели британцу. И не одна. Константин Михайлович участвовал в боях на Халхин-Голе. Великую Отечественную прошёл от звонка до звонка, побывав на всех её фронтах. Буквально. С нашими солдатами протопал по землям Румынии, Болгарии, Югославии, Польши и Германии. Был свидетелем последних боёв за Берлин. В послевоенные годы он побывал в воюющих Китае, Корее, Вьетнаме. В мире нет журналиста, писателя, который мог бы похвастаться хотя бы половиной увиденного на войне и описанного Симоновым.

На мой вопрос, что для него «Красная звезда» ответил: «Главная газета в жизни. Я со многими изданиями сотрудничал в войну и после неё. Некоторые и сам редактировал. Но это всё равно, что бывать в различных странах мира. А родина у тебя одна. Вот и «Красная звезда» была и остаётся моей родиной. Правда, не всегда она была ко мне ласковой и благосклонной (при начальнике ГлавПУра Епишеве Симонова запрещено было упоминать в военных изданиях – М.З.). Но в том не газета – время виновато. А «Красная звезда» неподсудна».

Сколько людей могли бы присоединиться к этому признанию своего легендарного коллеги по военной газетной ниве? Сотни, тысячи, десятки тысяч? Увы, точной цифры уже никто не установит. Но по самым скромным подсчётам три дивизии краснозвёздовцев за 90 лет наберётся. Расскажу лишь о некоторых из них, с кем довелось в своё время служить плечом к плечу.

Генерал-лейтенант Николай Иванович Макеев. Три десятилетия возглавлял «Красную звезду». Был великим редактором и мудрейшим руководителем. Более таких я в своей жизни не встречал. Из четырёх государственных наград три коллектив редакции получил при Макееве. Он меня брал в штат.

Генерал-майор Андрей Иванович Бескоровайный в мою бытность возглавляя издательство и типографию. Как и Макеев, Бескоровайный - участник Великой Отечественной войны. Награждён двумя медалями «За отвагу» и тремя орденами Красной звезды. Автор трёх книг. Накануне юбилея звоню: «Андрей Иванович, на торжества в Центральный театр Российской Армии пойдёте?» - «Да посмотрю по самочувствию». Ну что ж, понять генерала можно. Девяносто шестой год идёт человеку. Старейший полиграфист страны, что даже Президент Путин отметил в юбилейном поздравлении. Два бывших заместителя Бескоровайного – полковники в отставке Арнольд Казьмин и Игорь Мазурик – мои закадычные друзья. Первый, уволившись, основал «Российскую философскую газету», выпустил несколько глубоко философских трудов. И… вдвоём с женой Тамарой пишут замечательные песни. А Мазурик Игорёша до сих пор трудится в издательстве главной военной газеты.

Пошёл на пятый десяток своей службы в «Красной звезде» и Виталий Иванович Мороз – мой первый редактор по отделу вузов. Вдобавок – земляк-виннитчанин. И ведь не просто человек протирает в редакции штаны, уповая на пенсионный возраст. Редактирует еженедельную «толстушку» в 24 полосы и пишет историю газеты! Его перу принадлежит и книга о другом нашем земляке – полковнике Владимире Михайловиче Житаренко. С курсантской скамьи ещё во Львовском политучилище Володя заботливо опекал меня в военной журналистике. Поэтому я по праву называл его учителем. Житаренко погиб 1 января 1995 года в 6 километрах к северо-востоку от Грозного. Пуля попала в левую сторону лица, прошла в грудную клетку, перебив жизненно важную артерию. Спецкор упал в нескольких метрах от БМД, экипаж которой в новогоднюю ночь находился на боевой позиции. Лучший поэт «Красной звезды» Юрий Беличенко написал: «На последнем своем привале,/ Поднимая стакан вина,/ Он сказал: «Позвоните Вале! -/ В Новый год дозвонюсь едва ли./ Людям праздник, а нам - война...»/ И друзей поздравил заочно,/ С кем делили и хлеб и бой/ В бесконечных «горячих точках»,/ В душной гари пороховой./ Мы по улицам побродили./ Не дрожала его рука./ Позвонить-то мы позвонили,/ Но что толку с того звонка?!/ Как заране узнаешь, братья,/ что назавтра придет беда,/ Что каким-то рукопожатьем/ Мы прощаемся навсегда./ Что уже не подставишь спину/ Подхватить его, унести.../ Валя, Валечка, Валентина!/ Если можешь - ты нас прости.../ Честь и мужество не уходят,/ Хоть и тяжко - а их неси./ Ведь такими, как был Володя,/ Всё и держится на Руси./ И всегда в поминальных списках/ Не пропащей ещё страны/ Есть военные журналисты,/ Не вернувшиеся с войны».

Жена Володи Валя и его сын Олег - навсегда родственные мне души. Как поддерживаю я многолетние отношения со вдовой полковника Михаила Фёдоровича Реброва – Людмилой Васильевной и их дочерью Ольгой. Автор доброй полусотни книг, Михаил Фёдорович относился ко мне по-отцовски, как и другой полковник Алексей Николаевич Кулаков. А Ребров редактировал отдел науки, техники и космонавтики. Между прочим, только в «Красной звезде» существовал такой отдел. Даже «Правда» его не имела. Вместе с журналистом из «Комсомольской правды» Ярославом Головановым, Ребров прошёл полный курс подготовки к космическим полётам. И полетел бы к звёздам - в нём души не чаял Сергей Павлович Королёв. Но умер Главный конструктор и на журналистах-космонавтах поставили крест. Впрочем, многие годы спустя в «Красной звезде» вновь появились кандидаты в космонавты – Александр Андрюшков и Валерий Бабердин.

Капитан 1 ранга в отставке Николай Черкашин нынче - лучший в стране писатель-маринист, на счету которого несколько десятков книг. Валентин Пикуль как-то сказал: «Из писателей-маринистов я выделил бы Николая Черкашина. Он трудяга, и дай Бог ему здоровья. Так и надо бороздить историю, в ней ещё немало интересных полных драматизма загадочных страниц. А он извлекает темы совершенно неизвестные. Молодец! Дело даже не в том, как он пишет, хотя пишет он нормально. Маринистика должна быть познавательна». При мне Коля работал в военно-морском отделе. Отличался потрясающей нестандартностью мышления. До сих пор помню его материал о пяти московских кольцах: Садовом, железнодорожном, шоссейном, подземном и… ипподроме. В другой раз он разыскал на Казанском вокзале чистильщика сапог Героя Советского Союза и написал о нём дивный очерк. Однако верхом журналистского поиска Черкашин была смена его профессии. Через министра обороны Николай пробил себе должность замполита подводной лодки и провёл с экипажем полгода в Средиземном море на боевом дежурстве. После чего написал сразу три книги.

Тут следует заметить: редкий уважающий себя краснозвёздовец не написал книгу – другую. Перечислять таких – никакого места не хватит. Поэтому упомяну лишь тех военных журналистов, которые завоевали себе устойчивое писательское имя. Среди самых талантливых, безусловно, - Владимир Возовиков с его бесподобными романами «Поле Куликово» и «Эхо Непрядвы». Далее в моей личной табели о рангах уже упоминавшийся поэт Юрий Беличенко, прозаик и кинодраматург Александр Беляев, лауреат Государственной премии Аркадий Пинчук, Станислав Грибанов, Александр Сгибнев, Алексей Хорев, Николай Стасенко, Валерий Суходольский, Михаил Кореневский, Николай Прокофьев, Фёдор Халтурин, Александр Ткачёв, Юрий Теплов, Роман Звягельский, Виталий Безродный.

Впрочем, я не прав. Не для всех краснозвёздовцев прожитая жизнь измеряется книгами. «Меня иногда спрашивают: почему я не напишу воспоминания о годах руководства «Красной звездой»? Честно говоря, единственный смысл таких воспоминаний – сказать доброе слово о людях, которые были в ту сложную пору рядом со мной. Но они и так знают, как я им благодарен, как люблю и ценю. Что касается самой истории главредакторства, у неё нет самого главного - хэппи-энда. Это были годы безнадежной борьбы за спасение бренда «Красной звезды», сохранение лучших творческих сил и общественно-политической значимости газеты. Из трех задач решена лишь одна – бренд спасли: «Красная звезда» по названию осталось «Красной звездой». А толку? Ведь творческий коллектив к середине 90-х стал крошиться на глазах. Лучшие журналисты приходили со смущенными лицами и говорили, что одного позвали в такое-то издание на тысячу долларов, другого - на полторы и т.д. Что я мог возражать им при нашей-то нищете? Мои воспоминания, будь они написаны правдиво (а иначе - зачем?), состояли бы на 50% из описаний финансовых и организационно-правовых проблем, на 40% - из подробностей придворных интриг и лишь на 10% из дел, связанных собственно с газетой, с журналистским творчеством. Кому такое сегодня надо?

В астрономии, говорят, звезды красного цвета – это те, которые убегают, удаляются от нашей галактики. Я не хочу писать о том, как убегала и продолжает убегать от нас та славная, любимая армией и народом «Красная звезда», которая многие десятилетия была в ряду самых первых газет страны и по тиражам, и по влиянию. Это было бы слишком грустное повествование, без позитивного урока и опыта».

Что полагаю нужным добавить к этим пронзительным словам друга с курсантской скамьи капитана 1 ранга запаса Владимира Леонидовича Чупахина. У каждого из нас, наверное, есть (или должен быть) ангел-хранитель, представляющий некие Высшие Силы. Им по логике вещей просто некуда деваться из нашего бытия. Но встречаются и люди, которых Провидение опекает с особой тщательностью. Вот Володя Чупахин – один из таких любимцев Фортуны. Без малого полвека назад он стал единственным среди нас курсантом факультета журналистики Львовского Высшего военно-политического училища, ни дня не послужив срочной службы. И он бы никогда не поступил, не вмешайся в его судьбу сразу два Маршала Советского Союза: Семён Будённый и Андрей Гречко. Мы, парни от сохи и станка, отнеслись к этой заоблачной протекции, мало сказать подозрительно. Но уже летом 1971 года я написал в «Красной звезде»: «Он понятия не имел о строевой подготовке, тогда как для нас это был пройденный этап. Он никогда раньше не стрелял из автомата, не стоял на посту. Но старания этому парню было не занимать. И в первом семестре второго курса комсомолец Володя Чупахин стал отличником. У него - большое будущее».

…Когда наступили «лихие 90-е», желающих возглавить «Красную звезду» оказалось несколько десятков человек, включая и автора сих строк. Однако Судьба своим перстом указала именно на Чупахина, единственного среди нас не желавшего садиться в редакторское кресло. И я уверен, что выбор тот оказался не случайным. Ибо, в конце концов, в жизни вообще ничего случайным не бывает…

Страницы:   1 2  »

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
29 мая
понедельник
2017

В этот день:

День военного автомобилиста

29 мая 1910 года в Петербурге была сформирована первая учебная авторота - центр подготовки военных водителей и автотехников, которая положила начало системе автотехнического обеспечения российской армии. В 2000 году в честь этого события приказом министра обороны РФ был учрежден День военного автомобилиста.

Из «штопора» - вышел!

29 мая 1891 года родился Константин Константинович АРЦЕУЛОВ (умер 18.03.1980), один из первых пилотов России. Впервые выполнил фигуру высшего пилотажа «штопор».

Из «штопора» - вышел!

29 мая 1891 года родился Константин Константинович АРЦЕУЛОВ (умер 18.03.1980), один из первых пилотов России. Впервые выполнил фигуру высшего пилотажа «штопор».

В дальнейшем эта фигура высшего пилотажа была включена в курс обучения лётчиков-истребителей, что расширило маневренные возможности самолёта в бою и уменьшило число жертв в авиации.

До первой мировой войны учился в Морском кадетском корпусе (1906—1908), затем работал на авиационном заводе С. Щетинина в Петербурге, одновременно занимался в лётной школе. На планёрах собственной конструкции поднимался в воздух. В 1911 году получил диплом пилота-авиатора. В 1912 году — инструктор в Севастопольском аэроклубе.

Участник 1-й мировой войны, служил в 18-м корпусном авиационном отряде, совершил около 200 разведывательных полётов. С 1916 года лётчик 8-го истребительного авиационного отряда, успешно провёл 18 воздушных боёв. Осенью 1916 года Арцеулов впервые в истории русской авиации намеренно ввёл самолёт в штопор и вывел его из этого состояния. В дальнейшем эта фигура высшего пилотажа была включена в курс обучения лётчиков-истребителей, что расширило маневренные возможности самолёта в бою и уменьшило число жертв в авиации.

Конструктор и испытатель вертолетов Алексей Черемухин

29 мая 1895 года родился Алексей Михайлович ЧЕРЁМУХИН (умер 19.08.1958), конструктор и испытатель первых советских вертолетов.

Конструктор и испытатель вертолетов Алексей Черемухин

29 мая 1895 года родился Алексей Михайлович ЧЕРЁМУХИН (умер 19.08.1958), конструктор и испытатель первых советских вертолетов.

Когда началась Первая мировая война, Алексей Черёмухин поступил вольноопределяющимся в 13-й авиационный отряд в действующей армии. В июне 1915 года был направлен в школу авиации Императорского Московского общества воздухоплавания, по окончании которой был направлен на юго-западный фронт в 4-й Сибирский корпусной авиационный отряд. Всего до конца войны им было выполнено 140 боевых вылетов, связанных с разведкой, корректировкой огня и истребительным прикрытием.

После Октябрьской революции участвовал в организации Центрального аэрогидродинамического института и в проектировании двухмоторного триплана КОМТА (1922—1923) и пассажирского самолета АК-1 (1922—1924). В 1927 году ему было поручено руководство работами ЦАГИ по винтовым аппаратам (геликоптерам и автожирам): он стал руководителем «геликоптерной группы». Результатом работы этой группы стал аппарат ЦАГИ-1ЭА, совершивший свой первый полёт в сентябре 1930 года. А. М. Черёмухин не только проектировал и строил первый советский геликоптёр, но и испытывал его; 14 августа 1932 года А. М. Черёмухин установил на нём мировой рекорд высоты полёта — 605 м.

Министр путей

29 мая 1993 года умер Иван Владимирович КОВАЛЁВ, нарком (1944—46) и министр путей сообщения СССР (1946—48), генерал-лейтенант. С июля 1941 и до конца войны он руководил Управлением военных сообщений Красной Армии.

Министр путей

29 мая 1993 года умер Иван Владимирович КОВАЛЁВ, нарком (1944—46) и министр путей сообщения СССР (1946—48), генерал-лейтенант. С июля 1941 и до конца войны он руководил Управлением военных сообщений Красной Армии.

Благодаря ему в начале войны были сохранены железнодорожные войска, а в ее конце не совершен необдуманный переход на западноевропейскую колею.

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии