RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Освобождение Подмосковья
22 января 2020 г.

Освобождение Подмосковья

22 января 1942 года фашистские оккупанты были выбиты из пределов Московской области
Подвиг Сталинграда
23 августа 2017 г.

Подвиг Сталинграда

23 августа 1942 года фашисты вышли к Волге, 600 немецких самолетов ринулись на массированную бомбежку кварталов, началась героическая оборона города имени вождя советского народа
Зоя Космодемьянская — символ самоотверженности и героизма
13 сентября 2019 г.

Зоя Космодемьянская — символ самоотверженности и героизма

13 сентября 1923 года родилась девочка, которая в годы войны показала всему миру силу духа русского человека
Молодежь не сдается!
30 сентября 2013 г.

Молодежь не сдается!

30 сентября 1942 года в оккупированном фашистами Краснодоне была создана подпольная комсомольская организация «Молодая гвардия»
Йордан Пехливанов: судьба офицера
23 февраля 2016 г.

Йордан Пехливанов: судьба офицера

Выпускник Императорской Николаевской военной академии, полковник Русской армии, военный специалист РККА Йордан Георгиевич Пехливанов – один из тех людей, благодаря которым в истории России состоялся праздник, известный сегодня как День защитника Отечества
Главная » Подвиги в наследство » Оболганный поручик

Оболганный поручик

200-летие Михаила Юрьевича Лермонтова: остановим распространение клеветы!

Память о великом русском поэте нуждается в нашей защите.
Оболганный поручик

В адрес РГК поступило такое письмо: «Уважаемые товарищи! Опубликуйте, пожалуйста, материал, написанный в защиту нашего коллеги по службе в Русской армии поручика М.Ю.Лермонтова. Не все, видимо, знают, что на протяжении десятилетий на нём и его родственнике капитане А.А.Столыпине висят позорные пятна дезертиров. Все подробности - в публикации. Большая просьба (кто сможет): выберите время, прочитайте без пристрастия и предвзятости. Меня интересует каждое мнение: насколько доказательна публикация, чего в ней недостает и что лишнее, любые ошибки, замечания, предложения. Буду благодарен за самую драконовскую критику. Тешу себя надеждой собрать достаточно откликов, с которыми можно будет обращаться к властным структурам, способным каким-то образом «реабилитировать» офицеров хотя бы в год 200-ления поэта. Буду особо благодарен всем, кто сможет на своих блогах поместить публикацию или ее отрывки.Заранее всех благодарю.С уважением, Николай КАЛМЫКОВ, полковник в отставке».

 

В 1947 году в Пятигорске вышел сборник «М.Ю.Лермонтов. Временник Государственного музея «Домик Лермонтова». (Вып.1)», в котором, в числе других, была опубликована статья М. Ф. Николевой «Дата приезда Лермонтова в Пятигорск в 1841 г. (13 мая)». Короткая, в две страницы статья, посвященная вроде бы рядовому событию - уточнению одной из дат в биографии поэта – явилась своего рода приговором, обвиняющим поручика Лермонтова в совершении им самого постыдного для офицера деяния - в уклонении от обязанностей военной службы. Проще говоря, - в дезертирстве. И пусть читателя не шокирует это слово, применительно к биографии великого поэта. Пишущий эти строки, здесь отнюдь не первооткрыватель. «Открытие» было сделано без малого 70 лет назад публикацией Николевой, точнее, датой, на которую она «вышла» в своем исследовании. Нет-нет, терминов типа «дезертир», «дезертирство» публикация не содержит, - что вы, как можно?! – да только суть это нисколько не меняет. Новая дата в контексте конкретного события офицерской службы Лермонтова никаких иных выводов, кроме как совершенного им дезертирства, не предполагает.

Но поясним, о каком именно событии идет речь. Боюсь разочаровать читателя, но никакие сенсационные разоблачения его не ждут, разговор пойдет всего-навсего об истории, известной едва ли ни каждому со школьной поры. Истории, имеющей точную дату своего начала (10 мая 1841 года) и спорный, обличающий конец .

10 мая в Ставрополь, где располагался штаб войск на Кавказской линии и в Черномории, из отпуска возвратились поручик Тенгинского пехотного полка М.Ю.Лермонтов и его двоюродный дядя капитан Нижегородского драгунского полка А.А.Столыпин (Монго). Дальнейший их маршрут лежал в направлении дагестанского населенного пункта Темир-Хан-Шура (ныне город Буйнакск). С этим адресом была вручена подорожная Лермонтову. Факт получения подорожной Столыпиным документально не зафиксирован, возможно, он получил ее еще при убытии в отпуск.

И еще одно надо иметь в виду: несмотря на официальную запись в документе, более точный пункт назначения был другим – аул Чиркей. Дело в том, что к 10 мая боевых полков в Темир-Хан-Шуре уже не осталось. В составе войск Дагестанского экспедиционного отряда они продвигались на северо-запад как раз в направлении аула Чиркей и его горных окрестностей, превращенных Шамилем в хорошо укрепленный район. В это же время с севера-запада навстречу двигался другой экспедиционный отряд – Чеченский. Отрядам предстояло соединиться и общими силами разгромить формирования Шамиля. Где-то на этих путях Лермонтову и Столыпину надлежало догнать какой-то из отрядов и по воле командования принять участие в боевых действиях.

Позже, для лучшего понимания ситуация, нам придется возвратиться к этой части истории с некоторыми дополнительными подробностями, здесь же приведем лишь один значимый момент. Уже к вечеру дня приезда, не отдохнув после долгой дороги, офицеры направились вдогонку за отрядами. Дальнейшее, повторюсь, известно каждому со школьных лет: учебники и учителя нас убедили в том, что вместо прибытия в район боевых действий, Лермонтов и Монго самовольно изменили маршрут и менее чем через трое суток, в первую половину дня 13 мая, оказались среди праздношатающейся публики курортного Пятигорска.

Ровно об этом и свидетельствует публикация М. Н. Николевой.

Но если все это было так и подобный проступок не есть дезертирство, то что тогда?

Специально для тех, кто вдруг надумает лично разобраться в этой истории, надо иметь в виду: не так-то тут все просто. «Обвинительный» вердикт Николевой давно стал библиографической редкостью и, несмотря на то, что на него ссылаются сотни публикаций, само содержание статьи нигде не приводится, словно оно является государственной тайной особой важности. Разыскать же в библиотеках сборник практически невозможно, по крайней мере, мне, несмотря на многочисленные попытки, это не удалось. Лишь благодаря счастливой идее обратиться с просьбой к руководству Пятигорского Государственного музея «Домик Лермонтова» и отзывчивости его сотрудников, повезло стать обладателем ксерокопии этого реликта. Именно по причине затруднительного доступа к статьи позволю себе обнародовать ее полный текст.

«Днем приезда Лермонтова в Пятигорск в 1841 г. до сих пор, на основании указания Мартьянова, считалось 23 мая («Истор. Вестн.», 1892 г., 2 кн. стр. 433).

В письме Карамзиной от 10 мая 1841 г. Лермонтов писал: «Я только что приехал в Ставрополь… и отправлюсь в тот же день в экспедицию с Столыпиным-Монго». В конце письма: «Итак, я уезжаю вечером…» (Собр. Соч. Лермонтова, изд. Асаdemia, т. V, стр. 565).

Подорожная Лермонтову для проезда в Темир-Хан-Шуру выдана в Ставрополе за № 709 от 10 мая («Литературное наследство», изд. 1941 г., стр.77).

Возникает недоумение – где же был Лермонтов две недели до приезда в Пятигорск?

За время между выездом Лермонтова из Ставрополя и приездом в Пятигорск известен один факт, но без указания даты, это встреча Лермонтова и Столыпина с ремонтером одного из Кавказских полков – Магденко на почтовой станции в крепости Георгиевской.

Магденко вспоминает об этой встрече: «Солнце уже закатилось, когда я приехал в город или вернее, только в крепость Георгиевскую. Смотритель сказал мне, что ночью ехать дальше не совсем безопасно. Я решил остаться ночевать… Я только что принялся пить чай, как в комнату вошли Лермонтов и Столыпин. Они поздоровались со мной, как со старым знакомым, и приняли приглашение выпить чаю. Вошедший смотритель на приказание Лермонтова запрягать лошадей, отвечал предостережением в опасности ночного пути. Лермонтов ответил, что он старый кавказец, бывал в экспедициях и его не запугаешь. Решение продолжать путь не изменилось и от смотрительского рассказа, что позавчера в семи верстах от крепости зарезан был черкесами проезжий унтер-офицер. Я, с своей стороны, тоже стал уговаривать лучше подождать завтрашнего дня…, чем рисковать жизнью в борьбе с ночными разбойниками. К тому же разразился страшный дождь, и он-то, кажется, сильнее доводов наших подействовал на Лермонтова, который решился-таки заночевать».

В 1946 г. научный сотрудник Государственного музея «Домик Лермонтова», С.И. Недумов, нашел в Ставрополе в Краевом Государственном архиве дело под названием: «Ведомость о происшествиях за первую половину мая 1841 года» (дело № 2317-а, фонд № 79). В этом деле, на странице 111 имеется «Рапорт Георгиевской градской полиции на имя Начальника Кавказской области от 14 мая 1841 г. № 358» следующего содержания: «С 10-го под 11-е число сего мая месяца в 12 часов ночи за Подкумком саженях в десяти неизвестные люди три человека, как полагать можно горские хищники или бежавшие из бабуковского аула казаки из татар, напав на ночевавших отставного унтер-офицера Боброва и казенных крестьян Воронежской губернии, Богучарского уезда Дениса и Федора Васильченковых, первого убили, а последних изранили кинжалами. О происшествии этом вашему превосходительству Георгиевская градская полиция имеет честь донести и доложить, что следствие по этому случаю производится по военному ведомству, а израненные отправлены в госпиталь на излечение».

Этот документ указывает, что случай убийства унтер-офицера, о котором говорил смотритель Лермонтову, относя его «к позавчера», произошел ночью 10-го мая. Следовательно, Лермонтов был на станции Георгиевск и встречался с Магденко 12-го мая, а в Пятигорск приехал 13-го мая, т.к. между Георгиевском и Пятигорском по тогдашней почтовой езде был один перегон. Таким образом, днем приезда М.Ю.Лермонтова в Пятигорск в 1941 г. следует считать 13 мая».

Вердикт автора публикации, как видим, предельно категоричен и не допускает даже намека на возможность каких-то иных толкований и выводов. Между тем для подобной категоричности даже при желании трудно усмотреть хотя бы один не опровергаемый аргумент.

Обратимся для начала к полицейскому рапорту. Нельзя не заметить, что в нем отсутствует очень важная деталь – допустимые временные рамки трагического происшествия, без чего все дальнейшие рассуждения теряют смысл. «С 10-го под 11-е число … в 12 часов ночи» - это в данном случае не аргумент, а что-то вроде гадания на монете - «орел или решка». Николева, ссылаясь на рапорт, считала, что случай убийства произошел ночью 10-мая и отнесла его «к позавчера». И была права, но не более, чем на 50 процентов. Возражая против этого довода и основываясь на том же документе, ничто не мешает и нам с не меньшей долей вероятности отнести случай, скажем, к пяти минутам первого часа ночи 11 мая. И будем тоже на 50 процентов правы в утверждении, что происшествие произошло вовсе не «позавчера», а «вчера». Ну, и чья версия ближе к истине? Задача, полагаю, оказалась бы не под силу даже мудрейшему царю Соломону. Впрочем, к своей версии мы сможем добавить еще и дополнительный бонус, предоставив пару попутных моментов.

Первый - «смотрительский» рассказ о «позавчерашнем» убийстве унтер-офицера. Приводится он с целью убедить проезжих офицеров в небезопасности ночных поездок и склонить их на ночлег. Но почему-то при этом не используется еще один достаточно веский «козырь» в лице пострадавших крестьян. Разве не логично было бы смотрителю усилить свою аргументацию и упомянуть о них? Но он почему-то не говорит ни слова, словно о крестьянах ничего не знает. Что, согласимся, довольно странно. Но, может, действительно ничего не знал? Разве не мог произойти в этой же местности несколько позже еще один подобный случай? И тоже с унтер-офицером, но не с Бобровым, а другим? И без крестьян? Но если подобное предположить, то нужно согласиться с очевидным выводом: история, изложенная в полицейском рапорте, не имеет никакого отношения к тому, о чем идет речь в воспоминаниях Магденко. И тогда придется делать еще одно допущение: встреча ремонтера с Лермонтовым и Столыпиным в Георгиевске произошла не 12 мая, а несколько дней спустя. Кстати, именно так считал писатель XIX века Петр Кузьмич Мартьянов, обосновавший вероятную дату приезда Лермонтова и Столыпина в Пятигорск – 23 мая. Обосновал, скажем прямо, без серьезных документальных подтверждений, однако 55 лет эта дата ни у кого, за редким исключением, не вызывала сомнения и служила источником ссылок сотен публикаций. Среди тех, кто, не сомневаясь, использовал ее в своем творчестве до определенного времени, был и крупнейший советский лермонтовед В.А.Мануйлов, к авторитету которого нам придется ниже обратиться...

Второй аргумент не столь очевидный, но тем не менее… Полицейский рапорт обнаружил сотрудник Пятигорского музея С.И. Недумов – автор известной книги «Лермонтовский Пятигорск». Возникает вопрос: почему, заимев в руках документ, претендующий на определенную сенсацию, он его не публикует, а отдает Николевой? Чем объяснить этот щедрый жест? Знаком особого уважения к коллеге? Или его что-то настораживало в находке? А может, - предположим и это – он посчитал документ не имеющим к Лермонтову никакого отношения? И ведь подобное предположение не лишено оснований. Ибо, чтобы связать его с поэтом, надо быть только женщиной. Женщиной, не знающей сомнений и колебаний, и в дополнение стопроцентно обладать не поддающейся разумному объяснению женской логикой. Только такая женщина, зная, что из Ставрополя Лермонтов, как и Столыпин, выехал в район военных действий, способна искренне удивиться и с наивной непосредственностью задать вопрос: «Возникает недоумение – где же был Лермонтов две недели до приезда в Пятигорск?» Допустить, что офицер догонял экспедиционный отряд, чтобы принять участие в боевых действиях, по этой логике получается что-то из области фантастики, а вот представить его самовольно нарушившим предписание и оказавшимся среди праздно фланирующей публики, это и есть сама реальность.

Сомнительная статья - не единственный документ, на который десятилетия ссылаются авторы публикаций о жизни поэта. И даже не первый. Первым всегда ссылаются на дореволюционный журнал «Русская старина». Названа она и в монументальной книге В.А.Захарова «Летопись жизни и творчества М.Ю.Лермонтова», вышедшей в 2003 году в серии «Страницы российской истории», членом редколлегии которой значится и сам В.А.Захаров. Монументальная не по важности собранных документов, большинство из них неоднократно издавались другими авторами и в прошлом, и в позапрошлом веке, а по объему: фолиант насчитывает более 700 страниц. На этих страничных раздольях чему только не нашлось места. И ставшему для Захарова традиционным срамословию советских лермонтоведов. И менторским назиданиям в адрес безвременно ушедшего поэта и журналиста, члена Союза писателей России, сотрудника газеты «Красная звезда» полковника Юрия Николаевича Беличенко - за «многостраничные рассуждения» в книге «Лета Лермонтова», «которые никакого отношения к науке не имеют» (и, заметим, ни сном ни духом на это никогда и не претендовали). И трогательному рассказу о встрече во времена оно с упомянутым выше В.А.Мануйловым, который одарил будущего светоча науки книгой с собственноручной надписью: «Владимиру Александровичу Захарову с добрыми пожеланиями и дружбой. 24 января 1984. Комарово». Ну, как тут не похвалиться этим выдающимся событием перед читателями «Летописи…», а заодно не представить знаменитого лермонтоведа как «моего старшего друга и учителя»? Ведь все сошлось почти как у Пушкина: «Старик Мануйлов нас заметил…»

На странице 553 фолианта Захарова число 13 мая 1841-го подается, естественно, как дата приезда Лермонтова со Столыпиным и Магденко в Пятигорск». Ссылки две: одна – на Николеву, другая – на «Русскую старину» с подробными «координатами»: 1870, т. 24, кн. 3, 525-530.

Отправимся по этому «адресу». И с первых шагов столкнемся с «открытьями чудными»: том 24 за 1870 год оказывается разыскать невозможно, даже если привлечь Интерпол в полном составе. По той причине, что его не существует в природе. Этот том был издан 9 лет спустя - в 1879 году. Именно в нем на стр. 525-530 помещена статья «полтавского и екатеринославского помещика Петра Ивановича Магденки» - того самого, о встречах которого с Лермонтовым и Столыпиным рассказывается в публикации М.Ф.Николевой.

Страницы:   1 2  »

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
31 мая
воскресенье
2020

В этот день:

Маршал авиации Федор Фалалеев

31 мая 1899 года родился Федор Яковлевич ФАЛАЛЕЕВ (умер 12.08.1955), маршал авиации.

Маршал авиации Федор Фалалеев

31 мая 1899 года родился Федор Яковлевич ФАЛАЛЕЕВ (умер 12.08.1955), маршал авиации.

Выходец из многодетной крестьянской семьи, он в 19 лет поступил на службу в Красную Армию. Сначала был артиллеристом, закончил курсы красных командиров и попросился в авиацию.

Направлен на учёбу в Первую военную школу лётчиков имени Мясникова, после окончания которой сразу продолжил обучение на оперативном факультете Военно-воздушной академии РККА им. проф. Жуковского, которую окончил в 1934 году. С января 1935 года — командир и военком 4-й дальнеразведывательной авиационной эскадрильи, с августа 1936 года — командир 116-й смешанной авиационной бригады. В августе 1939 года назначен заместителем командующего по ВВС 3-й армии и одновременно — Витебской армейской группы, на этих постах принимал участие в Польском походе РККА в сентябре 1939 года на территории Западной Белоруссии.

С началом Великой Отечественной войны был назначен командующим ВВС 6-й армии на Юго-Западном фронте. С 1942 года стал командующим ВВС Юго-Западного фронта. Затем был назначен начальником штаба — заместителем командующего Военно-Воздушных сил РККА. За время войны перенес два тяжелейших инфаркта. Умер в 56 лет.

 

Разведчик Анатолий Яцков

31 мая 1913 года родился Анатолий Антонович ЯЦКОВ (умер 26.03.1993), сотрудник советской внешней разведки, полковник, Герой России (1996, посмертно).

Разведчик Анатолий Яцков

31 мая 1913 года родился Анатолий Антонович ЯЦКОВ (умер 26.03.1993), сотрудник советской внешней разведки, полковник, Герой России (1996, посмертно).

Работал в нью-йоркской резидентуре, добывая секретную информацию по созданию атомного оружия. Есть его вклад в то, что советская разведка получила ключевые расчеты, схемы и чертежи по Манхэттенскому проекту. Это значительно ускорило работы советских ученых и инженеров по созданию атомного щита Родины.

 

Первый русский танк

31 мая 1915 года было проведено испытание первого в мире танка «Вездеход», построенного на Русско-Балтийском заводе в Риге.

Первый русский танк

31 мая 1915 года было проведено испытание первого в мире танка «Вездеход», построенного на Русско-Балтийском заводе в Риге.

 В конструкции машины были предусмотрены все элементы современного танка ( в зародыше, конечно): гусеничный движитель, броневой корпус и вооружение, расположенное во вращающейся башне.

Танк развивал скорость до 25 верст в час по довольно глубокому песку. Конструктором танка был 23-летний Александр Александрович ПОРОХОВЩИКОВ, мастер Русско-Балтийского машиностроительного завода в Риге.
От дальнейших работ по «Вездеходу» военное ведомство решило отказаться из-за дороговизны проекта ( было истрачено 18090 рублей). Оно обязало Пороховщикова вернуть в казну деньги, выделенные на постройку машины, а сам «Вездеход» отправить на склад.

В сентябре 1916 года в печати появились сообщения о применении англичанами нового оружия — «сухопутного флота» (танки). В Генеральном штабе заволновались. Вспомнили и Пороховщикова (о нем напомнила газета «Новое время», опубликовав 29 сентября1916 года статью «Сухопутный флот — русское изобретение», которая перед широкой общественностью вскрыла неприглядную роль главного военно-технического управления в задержке русских работ по созданию нового оружия). 19 января 1917 года конструктор представил в ГВТУ проект и модель «Вездехода № 2», более усовершенствованного. Но довести танк до производства помешала революция.

 

От самолетов до саней

31 мая 1946 года в Новосибирске образовано самолётостроительное Опытно-конструкторское бюро (ОКБ-153), впоследствии получившее имя Антонова Олега Константиновича , который до 1984 года был его бессменным Генеральным конструктором.

От самолетов до саней

31 мая 1946 года в Новосибирске образовано самолётостроительное Опытно-конструкторское бюро (ОКБ-153), впоследствии получившее имя Антонова Олега Константиновича , который до 1984 года был его бессменным Генеральным конструктором.

Сначала ОКБ занялось созданием сельскохозяйственного самолёта Ан-2, первый полёт которого состоялся 31 августа 1947 года. Летом 1952 года ОКБ переехало в Киев и получило задание по созданию военно-транспортного самолёта с двумя турбовинтовыми двигателями. В результате был сконструирован самолёт Ан-8, который впервые взлетел 11 февраля 1956 года. К разработке самолётов Ан-10 и Ан-12 ОКБ приступило в 1955 году. 7 марта 1957 года совершил первый полёт пассажирский Ан-10, а 16 декабря того же года на Иркутском авиационном заводе выполнил первый полёт транспортный Ан-12. В 1956 году по заданию Правительства СССР коллектив ОКБ-153 приступил к созданию самолёта Ан-14. Первый полёт на Ан-14 был выполнен 14 марта 1958 года. В период 1957—1959 годов создан пассажирский самолёт Ан-24, впервые взлетевший 20 октября 1959 года. В конце 1960 года ОКБ приступило к разработке самолёта Ан-22 «Антей» — первого в мире широкофюзеляжного самолёта. А потом были многоцелевой самолёт Ан-28, Ан-72, тяжелый дальний транспортный самолёт Ан-124 «Руслан».,

4 апреля 1984 года умер Олег Константинович Антонов. 15 мая Генеральным конструктором назначен Петр Васильевич Балабуев, а 19 ноября предприятию присвоено имя О. К. Антонова.

В 1984 году предприятие приступило к созданию универсального сверхтяжелого транспортного самолёта Ан-225 «Мрия». 21 декабря 1988 года он совершил первый полёт. В мае 1989 года выполнены полёты с «Бураном» на Байконуре, а в июне самолёт с «Бураном» принял участие в авиационном салоне в Ле Бурже. В настоящее время Ан-225 выполняет коммерческие перевозки в составе «Авиалиний Антонова». Последняя более или менее крупная работа ОКБ - региональный пассажирский самолёт Ан-148, который впервые поднялся в небо 17 декабря 2004 года. Сегодня АНТК «Антонов» в результате великих рыночных реформ разрабатывает большей частью наземный транспорт: троллейбус «Киевский», низкопольный трамвай ЛТ-10А, велорамы и, совсем уж высший пилотаж, - сани для бобслея!

Первый советский авиатаран

31 мая 1938 года советский летчик Антон Губенко над Китаем совершил первый в истории советской авиации таран.

Первый советский авиатаран

31 мая 1938 года советский летчик Антон Губенко над Китаем совершил первый в истории советской авиации таран.

31 мая 1938 года старший лейтенант Губенко вылетел на И-16 в составе группы на перехват японских самолётов из 18 бомбардировщиков и 36 истребителей, приближающихся к городу Ханькоу. На подступах к городу завязался воздушный бой. В конце боя, когда Губенко уже израсходовал все боеприпасы, он заметил отставший истребитель A5M2 и решил привести его на свой аэродром. Подойдя к противнику вплотную, он знаками предложил ему садиться. Японец попытался оторваться переворотом через левое крыло. Губенко догнал его и повторил своё требование. Видимо японец догадался, что у советского лётчика нет патронов, и спокойно повернул в свою сторону. Тогда Губенко решил сбить его таранным ударом. Он подошёл к самолёту противника вплотную и винтом ударил снизу по элерону левого крыла. A5M2 потерял управление и упал на землю, что вскоре было подтверждено китайским командованием. Губенко благополучно приземлился на своём аэродроме. За этот бой он был награждён Золотым Орденом Китайской республики.

Антон Алексеевич Губенко родился 12 февраля 1908 года в селе Чичерино Екатеринославской губернии (ныне Волновахский район, Донецкая область, Новороссия) в крестьянской семье.

В Красной Армии с мая 1927 года. После окончания 1-й Качинской военной авиационной школы лётчиков имени А. Ф. Мясникова служил в истребительной авиации. С 13 марта 1938 года проходил службу в Китае в составе Нанчанской истребительной группы под командованием подполковника А. С. Благовещенского, где воевал до августа 1938 года. В семи воздушных боях сбил семь японских самолётов.
Звание Героя Советского Союза с вручением второго ордена Ленина Антону Алексеевичу Губенко присвоено 22 февраля 1939 года.

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии