RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Тайна субмарины «Акула»
5 июля 2014 г.

Тайна субмарины «Акула»

Малоизвестные страницы Первой мировой войны: гибель капитана второго ранга Николая Гудима и его экипажа
Годовщина Балтийского флота
18 мая 2015 г.

Годовщина Балтийского флота

18 мая – день рождения Дважды Краснознаменного Балтийского флота
Актёр-разведчик Алексей Смирнов
9 февраля 2018 г.

Актёр-разведчик Алексей Смирнов

28 февраля 1920 года родился широко известный киноактёр Алексей Макарович Смирнов
Парад 7 ноября
7 ноября 2015 г.

Парад 7 ноября

В этот день в 1941 году на Красной площади в Москве произошло событие такого величайшего духовного накала, какого, вероятно, история еще не знала.
Поражение люфтваффе в подмосковном небе
22 июля 2013 г.

Поражение люфтваффе в подмосковном небе

В ночь на 22 июля 1941 года нашей противовоздушной обороной был отбит первый бомбовый авианалет на Москву
Главная » Подвиги в наследство » Цусима: подвиг и подлость

Цусима: подвиг и подлость

27-28 мая 1905 года произошло сражение между Русским и японским флотами, о котором у историков нет до сих пор единого мнения

Очевидно одно: потерпев боевое поражение в результате предательства в тылу, русские моряки продемонстрировали несравненную доблесть и величайшую силу духа.
Цусима: подвиг и подлость

Нет возможности анализировать многочисленные публикации о Цусимском сражении. Их очень много. Остановимся лишь на одном, которое более или менее соответствует взглядам Российского героического календаря.
В 1988 году журнал «Знамя» опубликовал работу инженера из закрытого НИИ В. Чистякова с «ненаучным» заголовком «
ЧЕТВЕРТЬ ЧАСА В КОНЦЕ АДМИРАЛЬСКОЙ КАРЬЕРЫ
». Но, на наш взгляд, она стоит солидных исследований именитых историков. Приведем несколько важных выдержек.

Об экспозиции. Крепость Порт-Артур была отрезана с берега и блокирована с моря. Артурская эскадра, запертая на рейде крепости, уже не представляла собой реальной морской силы и медленно умирала. Исход всей войны теперь целиком зависел от помощи извне.
На Балтике спешно формировалась Вторая Тихоокеанская эскадра. Она, не имея по пути ни одной дружественной базы и ни одной угольной станции, должна была пройти по трем океанам 16 тысяч миль, разомкнуть кольцо блокады, соединиться с остатками Первой эскадры и, составив вместе с ней численно превосходящий противника флот, обеспечить России господство в дальневосточных водах. Без владения морем Россия не могла рассчитывать на успех в борьбе с островной империей.
Решение отправить эскадру было принято и высочайше утверждено 10 августа 1904 года на совещании под председательством царя. Командующим был назначен бывший начальник Главного морского штаба, генерал-адъютант двора и вице-адмирал флота Зиновий Петрович Рожественский.
Первоначально главные силы эскадры насчитывали восемь броненосных судов, разделенных на два отряда, 1-й отряд - четыре новейших эскадренных броненосца: "Князь Суворов" под флагом адмирала Рожественского, гвардейский "Александр III", "Бородино" и "Орел"; могучие двухтрубные красавцы, введенные в строй в течение последнего года, они представляли собой монолитную и вполне современную боевую силу. 2-й броненосный отряд также составили четыре единицы: высокобортный океанский броненосец-крейсер "Ослябя", броненосцы "Сисой Великий", "Наварин" и броненосный крейсер "Адмирал Нахимов".
Увы, в отличие от 1-го отряда 2-й не мог быть назван однородным, тем более современным: "Сисой" и "Наварин" были вооружены устаревшей артиллерией, а "Нахимов" (постройки 1885 года) вообще не годился для линейного боя, и то, что его включили в состав главных сил, было скорее актом чиновного оптимизма, нежели здравого смысла. В довершение всего "Сисой" и "Наварин" были изношены: отправленные с Дальнего Востока в Кронштадт для ремонта, они этого ремонта получить не успели и шли теперь обратно в еще худшем состоянии, чем были до того, как определилась необходимость ремонтировать их. Разнотипность судов 2-го отряда бросалась в глаза даже неискушенному наблюдателю: "Наварин" имел четыре дымовые трубы, "Ослябя" три, "Сисой" две, а "Адмирал Нахимов" – одну.

Главные силы японского Соединенного флота, в бою с которыми должен был решиться спор за владение морем, состояли из 12 боевых кораблей - трех броненосцев типа "Миказа", одного броненосца типа "Фудзи", двух броненосных крейсеров "Касуга" и "Ниссин" и шести броненосных крейсеров типа "Асама".
В отличие от русской эскадры, сформированной "внезапно из судов или только что едва-едва законченных постройкой, или судов устарелых типов", и в которую было "зачислено все, что возможно" ("Красный Архив", 1934 г., № 6), японский линейный флот представлял собой созданную (при значительной поддержке Англии) специально для действий против русского флота и прекрасно подготовленную боевую силу, удовлетворявшую всем требованиям современной морской войны.

Бой. 14 мая 1905 года у северных "ворот" Цусимского прохода противники встретились. В 1 час 49 минут пополудни левая носовая шестидюймовая башня броненосца "Князь Суворов" отдала пристрелочный выстрел, и сражение, получившее впоследствии название Цусимского, началось.
Итоги известны. Эскадра, посланная решить исход войны, перестала существовать. 22 боевых корабля пошли на дно, за неполные сутки было убито, утонуло, сгорело заживо и пропало без вести 5045 русских моряков. Россия, потерпев небывалую в истории своего флота катастрофу, на долгие годы была отброшена в разряд второстепенных морских держав.

Однако выстрел флагманского "Суворова" обозначил не только начало. Открыв решающую фазу боя, он завершил цепь событий: исчерпывающего объяснения некоторым из них не найдено до сих пор...
Из океана в Японское море ведет несколько путей, один из них - по Восточному (Цусимскому) проходу Корейского пролива. Главное достоинство этого прохода в том, что он широк, глубок и сравнительно прост в навигационном отношении. В отличие от остальных вероятных маршрутов внезапное ухудшение видимости (скажем, густой туман) здесь не препятствовало бы, а способствовало успеху прорыва русских судов. Свой главный и единственный шанс на спасение (возможность проскочить незамеченным) Рожественский мог реализовать только в Восточном проходе. С этой точки зрения путь по середине водного пространства между Японией и островами Цусима был выбран правильно...
Около 6 утра Рожественский скомандовал эскадре курс - на середину Восточного прохода...

В 9.50 броненосные силы русской эскадры начали перестроение в боевую линию, то есть в одну кильватерную колонну. Это перестроение, пожалуй, было единственным движением Рожественского, которое не вызвало впоследствии острой критики. Действительно, поскольку русский адмирал не выслал вперед разведку, он мог, по-видимому, лишь догадываться об истинном месте японских главных сил. Ожидая их внезапного появления, он поспешил загодя изготовиться к встрече и заранее перестроил эскадру из походного порядка в боевой.

...Обратимся же к ситуации, которая сложилась у северных "ворот" прохода в 1 час 49 минут пополудни 14 мая. Японцы только что вошли в поворот, носовая шестидюймовка броненосца "Князь Суворов" отдала пристрелочный выстрел. К этому моменту тактическое положение русской эскадры вдруг сделалось исключительно выгодным, так как она выиграла для себя первый залп, получила неподвижную точку пристрелки и возможность бить по противнику всем левым бортом своей линии.
Японский адмирал Того, напротив, оказался в "тесном углу". Связанный выполнением маневра, он подставил себя под русский огонь и вплоть до окончания поворота не мог ответить всеми стволами своей эскадры, то есть он уступил Рожественскому начальное огневое превосходство.
Трудно поверить, но факт: Рожественский, несмотря на все свои так называемые ошибки, незримый тактический поединок выиграл, а Того ту же неявную фазу боя проиграл, притом проиграл ее по всем без исключения пунктам.
... Решительная минута приближалась. Наблюдатели, подняв бинокли, напряженно всматривались в горизонт. Давно уже сходящиеся для смертного боя противники вот-вот должны были прийти на вид друг друга.
...Из "Описания военных действий на море в 37-38 гг. Мэйдзи", изданного японским главным штабом вскоре после войны: "Адмирал Того приказал начать бой и... в 1 час 40 мин. приказал своим главным силам - 1-му и 2-му боевым отрядам-лечь на курс норд-вест 34O".

... В 1 час 45 минут (по меридиану Киото) Того принял решение и скомандовал перемену курса - круто влево, навстречу русским. Он не знал пока, что в его распоряжении нет и половины расчетного времени и менее всего мог предположить, что сам подгоняет свою эскадру в распахнутую дверцу ловушки. В 2 часа 5 минут (тоже по меридиану Киото) балтийская эскадра закончила формирование линии и, грозно развернув башни на левый борт, изготовилась к встрече. "Уступ" Рожественского, не разгаданный противником до последней минуты, сработал точно в соответствии с замыслом. Ловушка, подготовленная русским адмиралом, захлопнулась.
... В 1 час 45 минут пополудни на фалах развернулся сигнал, предписывая эскадре поворот "последовательно" влево на обратный курс. Того знал, что дарит противнику неподвижную точку пристрелки и драгоценные 15 минут. Он знал, что уступает Рожественскому важнейший первый залп. Он знал, наконец, что все орудия левого борта русской линии нащупывают сейчас одну и ту же цель - головного "Миказа" под флагом командующего Соединенным флотом. Выхода, однако, не было. Из всех зол Того выбрал меньшее, хотя само по себе отнюдь не малое. Получалось почти как в сказке: прямо пойдешь - арьергард потеряешь, обратно пойдешь - голову расшибут...
Вот этот-то поворот, необходимую плату за одну лишь возможность спасения, маневр, посредством которого Того буквально уносил ноги, и оценили впоследствии как "блестящий образец" и назвали "маневром Того", по аналогии с "маневром Нельсона". Но слова остаются словами. А обратившись к фактам, видим здесь полную и решительную тактическую победу адмирала Рожественского. Хитрость его удалась, дерзкий замысел воплотился, и Того пришлось лихорадочно выбирать между поражением безусловным и поражением весьма вероятным.

Однако в 1 час 49 минут пополудни битва не кончилась, а только началась выстрелом "Суворова". Результат известен. Сутки спустя Россия потерпела поражение, балтийская эскадра перестала существовать, было убито, утонуло, сгорело заживо и пропало без вести 5045 русских моряков. Вновь, хотя и по другому поводу возникают "почему".

Подлая причина катастрофы.Почему бой, начатый с явным преимуществом русских, обернулся для них катастрофой? Почему начальный тактический выигрыш Рожественского не имел продолжения и не только не привел к победе, но и не позволил эскадре уйти от поражения?
После того, как Рожественский привел эскадру в исключительно выгодную позицию, ведущая роль перешла к артиллеристам. В течение завоеванной адмиралом четверти часа им предстояло закончить пристрелку, перейти к стрельбе на поражение и нанести противнику возможно больший урон. Иначе говоря, реализовать созданное Рожественским тактическое превосходство.
Время 1 час 49 минут пополудни. Цель - неприятельский флагман "Миказа". За первым выстрелом "Суворова" согласно загрохотала вся эскадра. Часы ожидания истекли, наступил бой.

... Попаданий как будто не было. Японские корабли, последовательно проходя точку поворота, оставались как будто невредимыми. По мере их прихода на новый курс ответный огонь усиливался.

Наконец повернул последний в японском строю - крейсер "Ивате". Время, отпущенное Рожественскому для решительного удара, истекло. Ни потопить, ни даже "выбить из строя хоть одного" русским артиллеристам не удалось. Позиционное преимущество окончательно перешло к неприятелю, огонь его креп, попадания учащались, и, хотя до формального окончания боя оставались сутки, участь русской эскадры была уже решена.
Казалось бы, ясно, что в предоставленные им четверть часа русские артиллеристы не смогли добиться главного - попаданий. Приведенные своим адмиралом в редкостно выгодные условия, они - увы! - оказались не на высоте и "провалили" бой.
Об этом впоследствии с горечью писал сам 3.П. Рожественский: "...Я ввел в бой эскадру в строе, при котором все мои броненосцы должны были иметь возможность стрелять в первые моменты по головному японской линии с расстояния прицельной их досягаемости для главных калибров... Очевидно... первый удар нашей эскадры был поставлен в необычайно выгодные условия... Выгода этого расположения нашей эскадры должна была сохраняться от 1 часу 49 минут до 1 часу 59 минут или несколько долее, если скорость японцев на циркуляции была менее 16 узлов. Но, без сомнения, наша неспособность воспользоваться этой выгодой лежит всецело на моей ответственности; я виноват и в дурной стрельбе наших судов и в том, что она не удержалась так, как я им предоставлял возможность держаться".

Так при невольном содействии самого адмирала, не дожившего до вскрытия некоторых поистине ошеломляющих фактов, родился еще один миф, наиболее правдоподобный и долговечный из всех: миф о никудышной боевой подготовке и якобы "дурной" стрельбе русских морских артиллеристов. Но суть была не в этом, а в оснащении артиллерии негодными для боя снарядами...
В 1892 году решением Морского технического комитета (МТК) на вооружение русского флота был принят облегченный артиллерийский снаряд, превосходящий по своим бронебойным свойствам все зарубежные образцы. За счет снижения веса начальная скорость снаряда была увеличена почти на 20 процентов, что позволяло поражать броню на невиданных доселе дистанциях - до 5,5 километра. Конструкция запальной трубки, которой снабжали новый снаряд, отвечала той же цели - улучшить его бронебойное действие. "Нарочито замедленное действие этого взрывателя предусматривалось для того, чтобы снаряд, пройдя первую... преграду, взорвался внутри корабля".
Новому снаряду, казалось, не было равных на всех флотах, и русские моряки всерьез считали, что располагают лучшим в мире оружием.
Никто не подозревал пока, что на первый взгляд прогрессивное (или предательское)  решение МТК было на самом деле роковым и расплата за него наступит тринадцать лет спустя, в северных "воротах" Цусимского прохода. В отличие от русского японский снаряд не обладал повышенной бронебойностью. Прилежно следуя за английскими учителями, японские проектанты сделали ставку на фугасное действие разрывного заряда.
"Японские снаряды, не в пример нашим, рвутся не только от удара об твердый предмет, но и об воду, причем выпускают черный дым, дают массу осколков и поднимают громадный столб воды. Это, собственно говоря, не снаряды в нашем смысле, а прямо особого сорта мины, которые... производят одинаковый эффект как на дальнем, так и на ближнем расстоянии... Очень обидно и горько, что у нас не могли додуматься до такой простой идеи..." - писал в своем донесении командир крейсера "Олег" капитан 1-го ранга Добротворский.
"Казалось, не снаряды ударялись о борт и падали на палубу, а целые мины... Они рвались от первого прикосновения к чему-либо, от малейшей задержки в их полете. Поручень, бакштаг трубы, топрик шлюпбалки - этого было достаточно для всесокрушающего взрыва... Стальные листы борта и надстроек на верхней палубе рвались в клочья и своими обрывками выбивали людей; железные трапы свертывались в кольца; неповрежденные пушки срывались со станков..." - вспоминал после Цусимского боя В.И. Семенов.
Так выглядело на практике то, что в книгах называется "сильнейшим фугасным действием". Ставка японцев не на бронебойность, а на силу взрывчатого вещества торжествовала успех. Пикриновая кислота - она же лиддит, она же знаменитая "шимоза" - исправно разрывала борта, вспучивала палубы, выкашивала людей смертельным разлетом осколков...
Нет, дух экипажей не был сломлен. До последних мгновений люди верили, что они платят смертью за смерть, что снаряды их попадают в цель и что на японских судах - несомненно! - творится нечто подобное. И что, возможно, перелом близок, и надо лишь продержаться, потерпеть, пересилить, превозмочь, выдюжить.
Увы. Ни стойкость, ни мужество, ни даже профессиональное умение не могли перевесить неравенства средств, ибо ответный ущерб, наносимый неприятелю русскими снарядами, был ничтожен.
Прежде всего сказались дистанции боя. Расстояние между противниками превышало предельные 5,5 километра, и потому главное свойство облегченного русского снаряда - его бронебойность - переставало работать. Ни русский, ни какой-либо другой снаряд в мире не мог пробить на этих дистанциях лист 203-миллиметровой крупповской брони.
Во-вторых, конструкция взрывателей. Их "нарочитое замедление" приводило к тому, что при попадании в небронированные поверхности русский снаряд пронзал оба борта навылет, не успев взорваться.
В-третьих, фугасное действие пироксилина. Оно (особенно в сравнении с японской "шимозой") было чрезвычайно слабым. Даже если взрыватель "с замедлением" ухитрялся сработать, то разрыв заряда причинял неприятелю ничтожные повреждения. Ни о настоящем фугасном, ни об осколочном, ни тем более о зажигательном действии русских снарядов не могло быть и речи.
В-четвертых, наконец, заполнявший снаряд пироксилин имел повышенную влажность (до 30 процентов), и, даже когда взрыватели срабатывали нормально, добрая половина русских снарядов не разрывалась.
"Выйдя на верхнюю палубу, я прошел на левую сторону между носовой 12-ти- и 6-дюймовыми башнями посмотреть на японскую эскадру... Она была все та же!.. Ни пожаров, ни крена, ни подбитых мостиков... Словно не в бою, а на учебной стрельбе! Словно наши пушки, неумолчно гремевшие уже полчаса, стреляли не снарядами, а... черт знает чем!.. С чувством, близким к отчаянию, я опустил бинокль..." (В. Семенов).
Ни сам Семенов, ни кто-либо еще из русских моряков не подозревали тогда об истинном соотношении сил, обусловленном качеством оружия. Точный анализ, проведенный десять лет спустя, вскрыл поистине ошеломляющую картину. Выяснилось, что по весу выбрасываемого в минуту взрывчатого вещества (главный поражающий фактор) японцы превосходили русских не в два, не в три, не в пять, но... в пятнадцать раз! Если же учесть относительную взрывную силу "шимозы" (по сравнению с пироксилином большую по крайней мере в 1,4 раза), соотношение в пользу Того и вовсе устрашает - больше, чем двадцать к одному! И это при условии "штатной" сухости пироксилина и нормальной работы взрывателей, то есть если бы разрывался каждый из русских снарядов, попавших в цель. Введя еще одну поправку, получаем, что соотношение сил в пользу японцев - до тридцати к одному!

Нет, орудия эскадры стреляли не в белый свет. Адмирал был неправ, принимая на себя вину. Упрека не заслужил ни он сам, ни его подчиненные. Русские артиллеристы оказались на высоте и вполне достойными своих товарищей со славных "Варяга" и "Стерегущего". Но им вручили "картонный меч".

Судьба адмирала Рождественского. Победителей не судят. Побежденных же, напротив, вправе осудить любой. Едва лишь известия о разгроме достигли обеих столиц, как вновь в газетах запестрела фамилия "Рожественский".
Кто должен понести личную ответственность за гибель тысяч людей, потерю флота и постигший Россию национальный позор?
Получивший четыре тяжелых ранения (в том числе и проникающее ранение черепа) и впавший в беспамятство адмирал был снят с погибавшего "Суворова" подошедшим миноносцем и сутки спустя попал в японский плен. Затем месяцы лечения, путь через охваченную революцией Россию в Петербург.
Весь остаток жизни был для Рожественского прямым продолжением цусимского ада. Пресса, незримо, но умело направляемая господами "из-под шпица", объявила его главным и едва ли не единственным виновником национальной катастрофы.
"Это были господа, отнюдь не исповедовавшие идеи "зло для зла"... Цели их были чисто практические, "шкурные". Надо было во что бы то ни стало сохранить в общественном сознании ту картину боя, которая была наспех, в первые же дни создана патентованными стратегами... Ведь если бы... выяснилось, что не отсутствие таланта и тем более мужества и самоотвержения, а полная негодность оружия, с которым люди, верные долгу, были посланы не в бой, но на бойню, были причиной этого неслыханного разгрома? Если бы каждому до очевидности ясно стало, что виноваты не те, что "не все погибли", а пославшие их на бесславную гибель? Что бы случилось? Что могло бы случиться? Какими последствиями могло бы грозить такое просветление общественного сознания для господ, мирно проживающих под шпилем адмиралтейства и даже вне его?.." - спрашивал позднее В.И. Семенов, вспоминая обстоятельства Цусимского боя (Семенов В. И. "Цена крови". С-Пб.- М., 1910 г.).
Впрочем, многие современники заблуждались искренне. То, что истинным победителем в Цусимском бою оказалась неодушевленная "шимоза" и что, таким образом, сугубо техническая частность свела на нет блестящий успех флотоводца, не умещалось в сознании морских теоретиков "доцусимской" школы. Верно оценить происшедшее мешали сложившиеся еще во времена паруса "вечные и неизменные" принципы...
Россия получила жестокий урок. К чести ее, несмотря на потуги господ "из-под шпица" свалить все на личность, выводы были сделаны правильные. Однако тот, кто так дорого заплатил за науку, не увидел возрожденного флота.
Бывший командующий пережил свою эскадру на три года семь месяцев и семнадцать дней. В ночь на новый 1909 год сердце его остановилось.
...Провожавших было немного - родственники, близкие друзья и те, кому полагалось по службе. Печальную колесницу сопровождал по Невскому батальон лейб-гвардии Семеновского полка. Гроб был покрыт Андреевским флагом, поверх его утвердили парадную треуголку адмирала и перекрещенную с ножнами шпагу. Падал редкий снег, было морозно.

Процессия долго шла до ворот Тихвинского кладбища Александро-Невской лавры. Там тело предали земле, и над последним пристанищем адмирала треснул винтовочный залп салюта. Моряк и честный воин, способный в иных обстоятельствах умножить славу русского флота, закончил свой путь.

 

.
27 мая 2016 г.

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
21 апреля
суббота
2018

В этот день:

Великий русский изобретатель-самоучка

21 апреля 1735 года родился Иван Петрович КУЛИБИН, великий русский изобретатель-самоучка из села Подновье Нижегородского уезда.

Великий русский изобретатель-самоучка

21 апреля 1735 года родился Иван Петрович КУЛИБИН, великий русский изобретатель-самоучка из села Подновье Нижегородского уезда.

Кулибин прославился на весь мир конструированием оргинальных инженерных сооружений от микроскопических до гигантских.
В 1767 году он сделал часы, в корпусе которых был механизм часового боя, музыкальный аппарат с несколькими мелодиями и маленький автоматический театр с движущимися фигурами.
В течение 30 лет, начиная с 1769 года, Кулибин был заведующим механической мастерской в Академии наук Петербурга, где возглавлял процессы производства различных станков и приборов для навигационных, астрономических и физических целей.
В 1772 году он провёл испытания модели 300-метрового одноарочного моста, предназначенного для установки на Неве.
Кулибин изобрел фонарь-прожектор, который имел отражатель из мелких зеркал, водоход для передвижения против течения, экипаж с педальным приводом и многое другое.

Овладение крепостью Наварин

21 апреля 1770 года десантный отряд русского флота (300 человек и осадная артиллерия) под командованием бригадира И. Ганнибала с эскадры (2 линейных корабля и фрегат) адмирала Г. А. Спиридова овладел турецкой крепостью Наварин.

Овладение крепостью Наварин

21 апреля 1770 года десантный отряд русского флота (300 человек и осадная артиллерия) под командованием бригадира И. Ганнибала с эскадры (2 линейных корабля и фрегат) адмирала Г. А. Спиридова овладел турецкой крепостью Наварин.

Русская эскадра под командованием Г. А. Спиридова была направлена в Средиземное море вскоре после начала войны с Турцией с задачей оттянуть на себя часть сил противника с Чёрного моря и Придунайского театра и оказать помощь грекам в их борьбе за независимость. Подойдя к Наварину, после шестидневной бомбардировки русский отряд взял крепость. Десант захватил 42 пушки, 3 мортиры, 800 пудов пороха и много оружия. Некоторое время Наварин, имевший удобную бухту, использовался как временная маневренная база русского флота.

Космонавт Залетин

21 апреля 1962 года родился Сергей Викторович ЗАЛЁТИН, летчик-космонавт, Герой России.

Космонавт Залетин

21 апреля 1962 года родился Сергей Викторович ЗАЛЁТИН, летчик-космонавт, Герой России.

Совершил два полёта в космос — командиром экипажа «Союз ТМ-30» и командиром «Союз ТМА-1», проведя в космосе в общём счёте 83 суток 16 часов 35 минут 25 секунд.
1 мая 2014 года переведён с должности инструктора-космонавта-испытателя на должность ведущего специалиста организационно-планового отделения отряда космонавтов ЦПК, выбыв из числа действующих космонавтов.

12, 5 тысяч миль под водой

21 апреля 1964 года начался поход атомной подводной лодки К-27 (проект 645) Северного флота (командир—капитан 1 ранга И. И. Гуляев) в экваториальные районы Атлантики. Это был первый в отечественной истории длительный непрерывный поход в подводном положении. За 1240 ходовых часов пройдено 12 425 миль. Руководитель похода вице-адмирал г. Н. Холостяков. Поход завершился 11 июля.

12, 5 тысяч миль под водой

21 апреля 1964 года начался поход атомной подводной лодки К-27 (проект 645) Северного флота (командир—капитан 1 ранга И. И. Гуляев) в экваториальные районы Атлантики. Это был первый в отечественной истории длительный непрерывный поход в подводном положении. За 1240 ходовых часов пройдено 12 425 миль. Руководитель похода вице-адмирал г. Н. Холостяков. Поход завершился 11 июля.

Задачей похода стало испытание лодки на предельных режимах для выявления возможностей лодки и проверке систем и механизмов корабля в условиях автономного плавания. Кроме того было необходимо выяснить оптимальные режимы работы энергетической установки. Были преодолены разные климатические зоны — поход проходил из Арктики в экваториальные воды Атлантического океана.
Для решения задач экипаж был усилен внештатными специалистами: в качестве руководителя похода был назначен председатель Правительственной комиссии вице-адмирал Г. Н. Холостяков, в походный штаб вошли контр-адмирал И. Д. Дорофеев и другие представители флота. Техническую часть возглавил главный конструктор лодки А. К. Назаров и ведущий конструктор СКБ-143 Г. Д. Морозкин, который отвечал за сдачу в эксплуатацию энергетической установки.
Во время похода произошла нештатная ситуация с реактором левого борта подводной лодки. Расплавленный металл попал в газовую систему первого контура и застыл там. В результате в системе произошло падение вакуума, единственным способом устранить неисправность стала работа непосредственно на месте аварии, вблизи активной зоны реактора. Работы выполнил командир дивизиона капитан 3-го ранга А. В. Шпаков, который разрезал дефектную трубку и вручную прошомполил её. (Он получил значительную дозу радиации.) После этого специалисты-сварщики заварили трубку, восстановив работоспособность реактора. Наиболее экстремальные условия были в экваториальных водах, когда температура воды составила +25…+27 °C. При работе в таких условиях системы охлаждения реактора работали на пределе своих возможностей, при этом температура в реакторном и турбогенераторных отсеках была около 60 °C, за счёт этого остальные отсеки лодки прогревались до температуры в 45 °C при влажности до 100 %.

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии