RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Испытатели космических парашютов
2 ноября 2017 г.

Испытатели космических парашютов

2 ноября 1962 года СМИ сообщили о подвиге воздушных десантников П. И. ДОЛГОВА и Е. Н. АНДРЕЕВА
Вознесение Господне
6 июня 2019 г.

Вознесение Господне

На сороковой день после Воскресения Господь вознесся к Своему Отцу
Забытая война
28 июля 2019 г.

Забытая война

28 июля 1914 года началась Первая мировая война
Парад Победы
24 июня 2017 г.

Парад Победы

24 июня 1945 года на Красной площади в Москве на брусчатку к подножию Мавзолея солдатами-победителями было брошено 200 штандартов «непобедимых» гитлеровских войск
Исповедь штрафника
18 января 2015 г.

Исповедь штрафника

Последнее интервью фронтового разведчика, военного писателя Героя Советского Союза Владимира Карпова
Главная » Подвиги в наследство » Укротитель Наполеона

Укротитель Наполеона

16 сентября (нов. стиль) 1745 года родился величайший полководец России Михаил Илларионович Кутузов

Он был главнокомандующим русской армией во время Отечественной войны 1812 года и первым в истории России полным кавалером ордена Святого Георгия.
Укротитель Наполеона


Публикуем выдержки из обширной статьи академика
Е.В. Тарле "МИХАИЛ ИЛЛАРИОНОВИЧ КУТУЗОВ - ПОЛКОВОДЕЦ И ДИПЛОМАТ".

Война грянула. Неприятель вошел в Смоленск и двинулся оттуда прямо на Москву. Волнение в народе, беспокойство и раздражение в дворянстве, нелепое поведение потерявшей голову Марии Федоровны и царедворцев, бредивших эвакуацией Петербурга, — все это в течение первых дней августа 1812 г. сеяло тревогу, которая возрастала все больше и больше. Отовсюду шел один и тот же несмолкаемый крик: «Кутузова!»
«Оправдываясь» перед своей сестрой, Екатериной Павловной, которая точно так же не понимала Кутузова, не любила и не ценила его, как и ее брат, Александр писал, что он «противился» назначению Кутузова, но вынужден был уступить напору общественного мнения и «остановить свой выбор на том, на кого указывал общий глас» ...
О том, что творилось в народе, в армии при одном только слухе о назначении Кутузова, а потом при его прибытии в армию, у нас есть много известий. Неточно и неуместно было бы употреблять в данном случае слово «популярность». Несокрушимая вера людей, глубоко потрясенных грозной опасностью, в то, что внезапно явился спаситель, — вот как можно назвать это чувство, непреодолимо овладевшее народной массой. «Говорят, что народ встречает его повсюду с неизъяснимым восторгом. Все жители городов выходят навстречу, отпрягают лошадей, везут на себе карету; древние старцы заставляют внуков лобызать стопы его; матери выносят грудных младенцев, падают на колени и подымают их к небу! Весь народ называет его спасителем».
8 августа 1812 г. Александр принужден был подписать указ о назначении Кутузова главнокомандующим российских армий, действующих против неприятеля, на чем повелительно настаивало общее мнение армии и народа. А ровно через 6 дней, 14 августа, остановившись на станции Яжембицы по дороге в действующую армию, Кутузов написал П. В. Чичагову, главному командиру Дунайской армии, необыкновенно характерное для Кутузова письмо. Это письмо — одно из замечательных свидетельств всей широты орлиного кругозора и всегдашней тесной связи между стратегическим планом и действиями этого полководца, каким бы фронтом, главным или второстепенным, он ни командовал. Кутузов писал Чичагову, что неприятель уже около Дорогобужа, и делал отсюда прямой вывод: «Из сих обстоятельств вы легко усмотреть изволите, что невозможно ныне думать об... каких-либо диверсиях, но все то, что мы имеем, кроме первой и второй армии, должно бы действовать на правый фланг неприятеля, дабы тем единственно остановить его стремлением. Чем долее будут переменяться обстоятельства в таком роде, как они были поныне, тем сближение Дунайской армии с главными силами делается нужнее». Но ведь все усилия Кутузова в апреле и все условия заклюенного Кутузовым 16 мая 1812 г. мира и клонились к тому, чтобы тот, кому суждена грозная встреча с Наполеоном, имел право и возможность рассчитывать на Дунайскую армию! Письмо Чичагову вместе с тем обличает беспокойство: как бы этот всегда снедаемый честолюбием и завистью человек не вздумал пустить освобожденную Кутузовым Дунайскую армию на какие-либо рискованные, а главное, ненужные авантюры против Шварценберга. Стратег Кутузов твердо знал, что Дунайская армия скорее сможет влиться в состав русских войск, действующих между Дорогобужем и Можайском, чем Шварценберг — дойти до армии Наполеона. А дипломат Кутузов предвидел, что хотя «союз» Наполеона со своим тестем был выгоден французскому императору тем, что заставит Александра отвлечь на юго-запад часть русских сил, но что фактически никакой реальной роли ни в каких боевых столкновениях австрийцы играть не будут.
Вот почему Кутузову нужна была, и притом как можно скорее. Дунайская армия на его левом фланге, на который, как он предвидел еще за несколько дней до прибытия на театр военных действий, непременно будет направлен самый страшный удар правого фланга Наполеона.
Приближался момент, когда главнокомандующий должен был удостовериться, что царский любимец Чичагов ни малейшего внимания не обратит на просьбу своего предшественника по командованию Дунайской армией и что если можно ждать сколько-нибудь существенной помощи и увеличения численного состава защищавшей московскую дорогу армии, то почти исключительно от московского и смоленского ополчений.
Как бы мы ни старались дать здесь лишь самую сжатую, самую общую характеристику полководческих достижений Кутузова, но, говоря о Бородине, мы допустили бы совсем непозволительное упущение, если бы не обратили внимания читателя на следующее. На авансцене истории в этот грозный момент стояли друг против друга два противника, оба отдававшие себе отчет в неимоверном значении того, что поставлено на карту. Оба делали все усилия, чтобы в решающий момент получить численное превосходство. Но один из них — Наполеон, которому достаточно приказать, чтобы все, что зависит от людской воли, было немедленно и беспрекословно исполнено. А другой — Кутузов, которого, правда, царь «всемилостивейше» назначил якобы неограниченным повелителем и распорядителем всех действующих против Наполеона русских во оруженных сил, оказывался на каждом шагу скованным, затрудненным и стесненным именно в этом гнетуще важном вопросе о численности армии. Он требует, чтобы ему как можно скорее дали новоформируемые полки, и получает от Александра следующее: «Касательно упоминаемого вами распоряжения о присоединении от князя Лобанова-Ростовского новоформируемых полков, я нахожу оное к исполнению невозможным».
Кутузов знал, что, кроме двух армий, Багратиона и Барклая, которые поступили под его личное непосредственное командование 19 августа в Цареве-Займище, у него имеются еще три армии: Тормасова, Чичагова и Витгенштейна, — которые формально обязаны ему повиноваться столь же беспрекословно и безотлагательно, как, например, повиновались Наполеону его маршалы. Да, формально, но не фактически. Кутузов знал, что повелевать ими может и будет царь, а он сам может не приказывать им, но только увещевать и уговаривать, чтобы они поскорее шли к нему спасать Москву и Россию. Вот что он пишет Тормасову: «Вы согласиться со мной изволите, что в настоящие критические для России минуты, тогда как неприятель находится в сердце России, в предмет действий ваших не может уже входить защищение и сохранение отдаленных наших Польских провинций». Этот призыв остался гласом вопиющего в пустыне: армию Тормасова соединили с армией Чичагова и отдали под начальство Чичагова. Чичагову Кутузов писал: «Прибыв в армию, я нашел неприятеля в сердце древней России, так сказать под Москвою. Настоящий мой предмет есть спасение Москвы самой, а потому не имею нужды изъяснять, что сохранение некоторых отдаленных польских провинций ни в какое сравнение с спасением древней столицы Москвы и самих внутренних губерний не входит».
Чичагов и не подумал немедленно откликнуться на призыв. Интереснее всего вышло с третьей (из этих бывших «на отлете» от главных кутузовских сил) армией—Витгенштейна. «Данного Кутузовым графу Витгенштейну повеления в делах не отыскалось», — деликатно замечает решительно ни в чем и никогда не укоряющий Александра Михайловский-Данилевский.
Нужна была бородинская победа, нужно было победоносное, истребляющее французскую армию непрерывное контрнаступление с четырехдневным ужасающим разгромом лучших наполеоновских корпусов под Красным, нужен был гигантски возросший авторитет первого и уж совсем бесспорного победителя Наполеона, чтобы Кутузов получил фактическую возможность взять под свою властную руку все без исключения «западные» русские войска и чтобы Александр убедился, что он уже не может вполне свободно мешать Чичагову и Витгенштейну выполнять повеления главнокомандующего. Тормасов, лишившись командования своей (3-й обсервационной) армией, прибыл в главную квартиру и доблестно служил и помогал Кутузову.
Путы, препятствия, западни и интриги всякого рода, бесцеремонное, дерзкое вмешательство царя в военные распоряжения, поощрявшееся сверху непослушание генералов — все это превозмогли две могучие силы: беспредельная вера народа и армии в Кутузова и несравненные дарования этого истинного корифея русской стратегии и тактики. Русская армия отходила на восток, но она отходила с боями, нанося противнику тяжелые потери.
Но до лучезарных дней полного торжества армии пришлось пережить еще очень много: нужно было простоять долгий августовский день по колена в крови на Бородинском поле, шагать прочь от столицы, оглядываясь на далекую пылающую Москву, нужно было в самых суровых условиях в долгом контрнаступлении провожать незваных гостей штыком и пулей.
Цифровые показания, дающиеся в материалах Военно-ученого архива. («Отечественная война 1812 г.», т. XVI. Боевые действия в 1812 г., № 129), таковы: «В сей день российская армия имела под ружьем: линейного войска с артиллериею 95 тысяч, казаков — 7 тыс., московского ополчения — 7 тыс. и смоленского — 3 тыс. Всего под ружьем 112 тыс. человек». При этой армии было 640 артиллерийских орудий. У Наполеона числилось в день Бородина войска с артиллерией более 185 тысяч. Но как молодая гвардия (20 тысяч человек), так и старая гвардия с ее кавалерией (10 тысяч человек) находились все время в резерве и в сражении непосредственно участия не принимали.
Во французских источниках признают, что непосредственное участие в бою, если даже совсем не считать старую и молодую гвардию, с французской стороны принимало около 135—140 тысяч человек. Следует заметить, что сам Кутузов в своем первом же донесении царю после прибытия в Царево-Займище считал, что у Наполеона не то, что 185 тысяч, но даже и 165 тысяч быть не могло, а численность русской армии в этот момент он исчислял в 95 734 человека. Но уже за несколько дней, прошедших от Царева-Займища до Бородина, к русской армии присоединились из резервного корпуса Милорадовича 15 589 человек и еще «собранных из разных мест 2 000 человек», так что русская армия возросла до 113 323 человек. Сверх того, как извещал Александр Кутузова, должно было прибыть еще около 7 тысяч человек.
Фактически, однако, готовых к бою, вполне обученных вооруженных регулярных сил у Кутузова под Бородином некоторые исследователи считают, едва ли точно, не 120, а в лучшем случае около 105 тысяч человек, если совсем не принимать во внимание в этом подсчете ополченцев и вспомнить, что казачий отряд в 7 тысяч человек вовсе не был введен в бой. Но ополченцы 1812 г. показали себя людьми, боеспособность которых оказалась выше всяких похвал.
Когда еще слабо обученные ополченцы подошли, то в непосредственном распоряжении Кутузова оказалось до 120 тысяч, а по некоторым, правда, не очень убедительным, подсчетам, даже несколько больше. Документы вообще расходятся в показаниях. Конечно, Кутузов отдавал себе полный отчет в невозможности приравнивать ополченцев к регулярным войскам. Но все-таки ни главнокомандующий, ни Дохтуров, ни Коновницын вовсе не снимали со счетов это наспех собранное ополчение. Под Бородином, под Малоярославцем, под Красным в течение всего контрнаступления, поскольку, по крайней мере, речь идет о личном мужестве, самоотвержении, выносливости, ополченцы старались не уступать регулярным войскам.
Русских ополченцев 12-го года успел оценить и враг. После кровопролитнейших боев у Малоярославца, указывая угрюмо молчавшему Наполеону на устланное телами французских гренадеров поле битвы, маршал Бессьер убедил Наполеона в полной невозможности атаковать Кутузова на занятой им позиции: «И против каких врагов мы сражаемся? Разве вы не видели, государь, вчерашнего поля битвы? Разве не заметили, с какой яростью русские рекруты, еле вооруженные, едва одетые, шли там на смерть?» А в обороне Малоярославца именно ополченцы играли значительную роль. Маршал Бессьер был убит в боях 1813 г.
Война 1812 г. не походила ни на одну из тех войн, которые до тех пор приходилось вести русскому народу с начала XVIII столетия. Даже во время похода Карла XII сознание опасности для России не было и не могло быть таким острым и широко распространенным во всех слоях народа, как в 1812 г.
Мы будем дальше говорить о контрнаступлении Кутузова, окончательно сокрушившем наполеоновское нашествие, а сейчас отметим тот любопытный, небывалый до тех пор факт, что еще до Бородина, когда громадные силы неприятеля неудержимым потоком шли к Шевардину, русские предпринимали одно за другим удачные нападения на отбившиеся отряды французов, истребляли фуражиров и, что самое удивительное, умудрялись в эти дни общего отступления русской армии брать пленных.
За четыре дня до Бородина, в Гжатске, Наполеон оставил непререкаемое документальное свидетельство, что он жестоко встревожен этими постоянными нападениями. Вот что приказал он разослать по армии своему начальнику штаба, маршалу Бертье: «Напишите генералам, командующим корпусами армии, что мы ежедневно теряем много людей вследствие недостаточного порядка в способе добывания провианта. Необходимо, чтобы они согласовали с начальниками разных частей меры, которые нужно принять, чтобы положить предел положению вещей, угрожающему армии гибелью. Число пленных, которых забирает неприятель, простирается до нескольких сотен ежедневно; нужно под страхом самых суровых наказаний запретить солдатам удаляться». Наполеон приказал, отправляя людей на фуражировку, «давать им достаточную охрану против казаков и крестьян».
Уже эти действия арьергарда Коновницына, откуда и выходили в тот момент партии смельчаков, приводивших в смущение Наполеона, показывали Кутузову, что с такой армией можно надеяться на успех в самых трудных положениях.
Кутузов не сомневался, что предстоящее сражение будет стоить французской армии почти стольких же потерь, сколько и русской. На самом деле после сражения оказалось, что французы потеряли гораздо больше. Тем не менее решение Кутузова осталось непоколебимым, и нового сражения перед Москвой он не дал.
Как можем мы теперь с полной уверенностью определять основные цели Кутузова? До войны 1812 г., в тех войнах, в которых Кутузову приходилось брать на себя роль и ответственность главнокомандующего, он решительно никогда не ставил перед собой слишком широких конечных целей. В 1805 г. никогда не говорил о разгроме Наполеона, о вторжении во Францию, о взятии Парижа,— т. е. о всем том, о чем мечтали легкомысленные царедворцы в ставке императоров Александра I и Франца I. Или, например, в 1811 г. он вовсе не собирался брать Константинополь. Но теперь, в 1812 г., положение было иным. Основная цель повелительно ставилась всеми условиями войны: закончить войну истреблением армии агрессора. Трагизм всех губительных для французов ошибок и просчетов Наполеона заключался в том, что он не понял, до какой степени полное уничтожение его полчищ является для Кутузова не максимальной, а минимальной программой и что все грандиозное здание всеевропейского владычества Наполеона, основанное на военном деспотизме и державшееся военной диктатурой, заколеблется после гибели его армии в России. И уже тогда может стать исполнимой в более или менее близком будущем и другая («максимальная») программа: именно уничтожение его колоссальной хищнической империи.
Программа нанесения тяжелого удара армии врага, с которой Кутузов, не высказывая ее в речах, явился в Царево-Займище, начала осуществляться в первой своей части у Шевардина и под Бородином. Несмотря на то, что уже кровавое побоище под Прейсиш-Эйлау 8 февраля 1807 г. показало Наполеону, что русский солдат несравним с солдатом какой бы то ни было другой армии, шевардинский бой поразил его, когда на вопрос, сколько взято пленных после длившихся целый день кровопролитных схваток, он получил ответ: «Никаких пленных нет, русские в плен не сдаются, ваше величество».
А Бородино на другой день после Шевардина затмило все сражения наполеоновской долгой эпопеи: оно вывело из строя почти половину французской армии.
Вся диспозиция Кутузова была составлена так, что французы могли овладеть сначала Багратионовыми флешами, а затем Курганной высотой, защищавшейся батареей Раевского, лишь ценой совсем неслыханных жертв. Но дело было не только в том, что к этим основным потерям прибавились еще новые потери в разных иных пунктах великой битвы; дело было не только в том, что около 58 тысяч французов остались на поле боя и между ними 47 лучших генералов Наполеона, — дело было в том, что уцелевшие около 80 тысяч французских солдат совсем уже не походили по духу и настроению на тех, кто подошел к Бородинскому полю. Уверенность в непобедимости императора пошатнулась, а ведь эта уверенность до этого дня никогда не покидала наполеоновскую армию — ни в Египте, ни в Сирии, ни в Италии, ни в Австрии, ни в Пруссии и нигде вообще. Не только безграничная отвага русских людей, отразивших 8 штурмов у Багратионовых флешей и несколько подобных же штурмов у батареи Раевского, изумила видавших виды наполеоновских гренадеров, но они не могли забыть и постоянно потом вспоминали момент незнакомого им до того чувства паники, охватившей их, когда внезапно, повинуясь никем не предвиденному — ни неприятелем, ни даже русским штабом — приказу Кутузова, Платов с казачьей конницей и Первый кавалерийский корпус Уварова неудержимым порывом налетели на глубокие тылы Наполеона. Сражение окончилось, и Наполеон первым отошел от места грандиозного побоища.
Первая цель Кутузова была достигнута: у Наполеона осталось около половины его армии. В Москву он вошел, имея, по подсчету Вильсона, 82 тысячи человек. Отныне для Кутузова были обеспечены долгие недели, когда, отойдя в глубь страны, можно было численно усилить кадры, подкормить людей и лошадей и восполнить бородинские потери. А главный, основной стратегический успех Кутузова при Бородине и заключался в том, что страшные потери французов сделали возможным пополнение, снабжение, реорганизацию русской армии, которую главнокомандующий затем и двинул в грозное, сокрушившее Наполеона контрнаступление.


Евгений Тарле
16 сентября 2015 г.

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
13 ноября
среда
2019

В этот день:

День войск химзащиты

13 ноября в России и Белоруссии отмечается День войск радиационной, химической и биологической защиты

День войск химзащиты

13 ноября в России и Белоруссии отмечается День войск радиационной, химической и биологической защиты

Химические войска впервые появились во время 1-й мировой войны, когда были применены отравляющие вещества и огнемёты. Они осуществляли газобаллонные атаки, газомётные обстрелы и огнеметания. В Российской Красной армии химические войска стали складываться в конце 1918 года. 13 ноября 1918 года приказом Реввоенсовета Республики № 220 была создана Химическая служба РККА. К концу 1920-х годов химические подразделения имелись во всех стрелковых и кавалерийских дивизиях и бригадах.

В 1924—1925 годах в ходе военной реформы были заложены основы современных войск и химслужбы, сделан важный шаг к созданию централизованного руководства ими, положено начало плановой военно-химической подготовке в частях.

В Великую Отечественную войну советские химические войска поддерживали готовность противохимической защиты частей и соединений армии на случай применения противником химического оружия, уничтожали врага с помощью огнемётов и осуществляли дымовую маскировку войск.

С появлением ядерного и биологического оружия объём задач химических войск резко возрос и стал включать также защиту от радиоактивных и бактериальных средств. В 1992 году химические войска в вооруженных силах Российской Федерации переименованы в войска РХБ защиты (радиационной, химической и биологической защиты).

Кавалер ордена Иуды

13 ноября 1708 года в ходе Северной войны русские войска во главе с Александром Меншиковым штурмом взяли резиденцию Ивана Мазепы город Батурин.

Кавалер ордена Иуды

13 ноября 1708 года в ходе Северной войны русские войска во главе с Александром Меншиковым штурмом взяли резиденцию Ивана Мазепы город Батурин.

 Длительное время Мазепа был одним из ближайших сподвижников Петра I и много сделал для экономического подъёма Левобережной Украины. Но в1708 году перешёл на сторону противника Российского государства в Северной войне — шведского короля Карла XII. За измену присяге предан (заочно) гражданской казни с лишением титулов и наград, которые он получил от царя. В 1709 году Петр I приказал изготовить в единственном экземпляре орден Иуды, которым наградили (заочно) Мазепу за предательство. Русская Православная церковь предала Ивана Мазепу анафеме. После поражения Карла XII под Полтавой (1709) Мазепа бежал в Османскую империю и умер в городе Бендеры.

 

Кузница ВДВ

13 ноября 1918 года начались занятия на Рязанских пехотных курсах командного состава РККА, на базе которых впоследствии было создано Рязанское высшее Воздушно-десантное командное училище

Кузница ВДВ

13 ноября 1918 года начались занятия на Рязанских пехотных курсах командного состава РККА, на базе которых впоследствии было создано Рязанское высшее Воздушно-десантное командное училище

 Ныне это Рязанское высшее Воздушно-десантное командное дважды Краснознамённое училище имени генерала армии В. Ф. Маргелова.

В ноябре 1921 года Рязанская пехотная школа за мужество и отвагу личного состава была награждена Революционным Красным Знаменем ВЦИК.

В 1941 (году 2 августа) в Куйбышеве (ныне Самара) на базе пехотного училища было создано засекреченное военно-парашютное училище для подготовки военных кадров ВДВ, которое тщательно скрывалось за номером войсковой части № 75021.

4 апреля 1964 года все военные учебные заведения, имеющие отношение к подготовке десантников были объединены в Рязанское высшее воздушно-десантное командное Краснознаменное училище.

13 ноября 1995 года на территории училища был открыт памятник родоначальнику десантной службы генералу армии Василию Маргелову. 12 ноября 1996 года, учитывая многочисленные просьбы личного состава и ветеранов десантной службы, Президент России присвоил училищу новое почётное наименование, в результате которого оно стало называться «Рязанское высшее воздушно-десантное командное дважды Краснознамённое училище имени генерала армии Маргелова В. Ф.».

29 августа 1998 года в связи с реорганизацией военных учебных заведений и в соответствии с приказом Министра обороны Российской Федерации № 417 от 16 сентября 1998 года Рязанское высшее воздушно-десантное училище имени генерала армии Маргелова В. Ф. было переименовано в «Рязанский институт Воздушно-десантных войск». 11 ноября 2002 года Постановлением Правительства Российской Федерации № 807 институту было возвращено наименование «имени генерала армии Маргелова В. Ф.».

9 июля 2004 года по многочисленным просьбам личного состава и ветеранов училища оно снова переименовано в Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище (военный институт) имени генерала армии В. Ф. Маргелова.

Сегодня это учебное заведение в своём составе имеет учебный центр, расположенный в 60 км от Рязани, авиационную военно-транспортную эскадрилью и Центральный парашютный клуб ВДВ. На территории училища имеются общежития казарменного типа для размещения курсантов, учебные корпуса и лаборатории для проведения занятий (в том числе огневой и технический комплексы), стрелковый тир, комплекс воздушно-десантной подготовки, спортивный и тренажерные залы для занятий различными видами единоборств, стадион со спортивным городком, столовая, курсантское кафе, клуб, почта, медицинский пункт, комбинат бытового обслуживания.

На территории РВВДКУ находится музей истории Воздушно-десантных войск.

В послужном списке училища 53 Героя Советского Союза, 74 Героя Российской Федерации, тысячи кавалеров боевых орденов, более 60 рекордсменов Вооружённых Сил Советского Союза, России и мира по парашютному спорту и т. д.

 

Памяти Покрышкина

13 ноября 1985 года скончался Александр Иванович Покрышкин (род. 19 марта 1913 года), прославленный советский лётчик-ас, трижды Герой Советского Союза.

Памяти Покрышкина

13 ноября 1985 года скончался Александр Иванович Покрышкин (род. 19 марта 1913 года), прославленный советский лётчик-ас, трижды Герой Советского Союза.

Он первым в истории сбил 50 самолетов противника, а потом и больше.
Всего за годы войны этой цифры достигли лишь семь летчиков, трое из которых - Г.А. Речкалов, Д.Б.Глинка, А.Ф. Клубов - были учениками Покрышкина. Александр Покрышкин - единственный человек, кто в годы войны стал трижды Героем. Даже Георгий Жуков, Иван Кожедуб взяли эту высоту уже после Победы. Кстати сказать, Александр Иванович был удостоен высших военных наград девятнадцати стран Европы и Америки, Азии и Африки.

 

Гибель С-34

13 ноября 1941 года геройски закончила свой последний боевой поход советская подводная лодка под командованием капитана третьего ранга Якова Хмельницкого

Гибель С-34

13 ноября 1941 года геройски закончила свой последний боевой поход советская подводная лодка под командованием капитана третьего ранга Якова Хмельницкого

70 с лишним лет её судьба была неизвестна.
Недавно на дне Черного моря в болгарских водах на 35-метровой глубине дайверы обнаружили подводную лодку времен Второй мировой войны. Вскоре специалистам удалось выяснить: это советская подводная лодка С-34, которая долгие десятилетия считалась пропавшей без вести.
Об этой субмарине достоверно известно следующее. Она была заложена 29 ноября 1937 года на заводе №198 (имени Марти) в Николаеве. 30 сентября 1939 года спущена на воду. Вступила в строй 29 марта 1941 года и 21 апреля 1941 года вошла в состав Черноморского флота. 22 июня 1941 года С-34 находилась под командованием капитана третьего ранга Хмельницкого Якова Моисеевича в составе 2-го дивизиона 1- й бригады пордводных лодок Черноморского флота в Севастополе. Не завершив курса боевой подготовки, она приступила к несению дозора юго - западнее мыса Тарханкут. В сенябре С-34 вышла на боевое задание в район мыса Шаблер. Утром 7 сентября она обнаружила группу румынских боевых кораблей в составе эсминцев «Реджеле Фердинанд» и «Марашти», миноносцев «Налука» и «Сборул», а так же канонерской лодки «Гикулеску» и вооруженного буксира «Бессарабия». С-34 выпустила торпеду по «Гикулеску», но промахнулась. В ответ миноносцы сбросили на субмарину 6 глубинных бомб, не причинив подводной лодке каких-либо серьезных повреждений. Некоторые глубинные бомбы не взорвались. Вероятно, румыны в суматохе с них не сняли предохранители. 21 сентября подводная лодка благополучно вернулась на базу.

В свой последний поход в район мыса Эмине С-34 вышла 8 ноября 1941 года. На базу она не вернулась, предположительно, подорвалась на мине.

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии