RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Вождя - на Красную площадь!
20 декабря 2013 г.

Вождя - на Красную площадь!

Так чем же Кромвель отличается от Сталина
Советский богатырь Дмитрий Овчаренко
28 января 2017 г.

Советский богатырь Дмитрий Овчаренко

28 января 1945 года умер в госпитале от ран красноармеец Дмитрий Романович Овчаренко
Осенённый духом героизма
15 декабря 2013 г.

Осенённый духом героизма

К 110-летию Русско-японской войны: подвиг генерала Романа Исидоровича Кондратенко
Танкист-рекордсмен Зиновий Колобанов
26 декабря 2015 г.

Танкист-рекордсмен Зиновий Колобанов

105 лет назад 25 декабря 1910 года родился Зиновий Колобанов, танк которого в одном бою 20 августа 1941 года подбил 22 фашистских боевых машины
Уроки Константина Симонова
28 августа 2013 г.

Уроки Константина Симонова

28 августа 1979 года умер выдающийся военный писатель полковник Константин Михайлович Симонов
Главная » Подвиги в наследство » Гибель Орлёнка

Гибель Орлёнка

75 лет назад 19 января 1942 года в бою с фашистскими "мессерами" погиб летчик-истребитель Тимур Фрунзе

Его называли Орленком в отряде, враги называли Орлом.
Гибель Орлёнка

 

Тимур Михайлович Фрунзе погиб восемнадцати лет от роду. Родителей юноша почти не помнил: отца, крупного военачальника Михаила Фрунзе, не стало, когда Тимуру было два года, а через год ушла из жизни и мать. Вначале он с сестрой Таней росли у бабушки, а после ее смерти в 1931 году - в семье наркома обороны СССР Климента Ефремовича Ворошилова. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло специальное постановление, которое до сих пор не рассекречено (поскольку, как мне объяснили в архиве, в нем раскрывается характер болезни Михаила Фрунзе), о разрешении Ворошилову усыновить детей своего друга.
Тимур у Ворошиловых почти не жил - с 10 лет учился в военизированной школе (на казарменном положении), а после ее окончания поступил в Качинское летное училище. С Климентом Ефремовичем мальчишка постоянно переписывался, что, безусловно, оказывало на него влияние. Приведу лишь несколько выдержек из писем Тимура.

Дорогой Климент Ефремович!
Я не торопился до сих пор с письмом, т.к. хотел сперва немного осмотреться и обжиться. Это оказалось вовсе нетрудно - мне кажется будто я уже год на Каче, хотя прошло всего только пол месяца.
Так вот, сперва о Каче. Кача - это целый авиационный городок /что-то около 10.000 человек/. Лежит на берегу моря в 20 км от Севастополя. Кача прекрасно устроена. Хорошие учебные здания, удобные корпуса казарм, прекрасный дом Красной Армии и т.д. Однако во всем городке почти никакой растительности. Кругом на 20 км выжженная солнцем степь. В городе пыль и жара (последние дни правда похолодало). Правда, на берегу моря существует так наз. «парк» (несколько насаженных кустиков и деревьев), однако курсантам вход туда воспрещен. (Вчера же зачитывался нам приказ, по которому курсантам выход за пределы казармы запрещен). Есть у нас и пляж, но пользуются им командиры и их жены. Нашему же брату, хотя в приказе и предусмотрено купание 1 раз в неделю, остается только мечтать об этом обетованном месте. Однако мне один раз счастье улыбнулось. Но это, конечно, ерунда. В общем, впечатление о Каче у меня хорошее.

Теперь дальше. Как только мы приехали, вызвал нас нач.школы ген.-майор Туржанский, передали мы ему направление и наши "Дела". Как и следовало ожидать характеристика, написанная моим милым политруком, произвела на него очень «хорошее» впечатление. (Теперь все командиры насторожились и с опаской ожидают от меня какой угодно дикой выходки). Назначил он меня и Степку (Микояна – С.Т.) во 2-ую эскадрилью - эскадрилью бипланов «И-15х».
Пока мне еще рано писать об этом, но все-таки не нравится мне это, наша эскадрилья «расчалок», как и здесь наз., что-то вроде, как для неприспособленных к летному делу. «И-16е» пользуются здесь, куда большим почетом. Пока я, разумеется, ярый патриот «расчалок», но мне очень хотелось бы ясно узнать, какие перспективы будут передо мной, когда я закончу курс «И-15ого», пока я еще ничего утешительного не услышал. У всех такое мнение будто все будущее у монопланов.
В эскадрильи у нас все сплошь украинцы, с Кривого Рога, с Днепропетровска, с Мелитополя. Ребята хорошие, веселые. Как вечер, так над Качей раздаются украинские песни, играет гар­монь. Меня со Степкой определили в группу москвичей. В этом отношении очень удобно: в нашей летно-учебной группе всего 5 человек, тогда как в других летных группах по 8-9 чел, а в учебных и того больше. Так что скоро мы догоним остальных, как по теории, так и по полетам. Заниматься приходится много, свободного времени почти нет. На днях мы уже закончили курс самолета «У-2» и 5ого числа приступили к полетам.
Эх, Климент Ефремович, если б я только мог описать вам, какое у меня было ощущение, когда я в первый раз поднялся в воздух! Какая уж там артиллерия! Теперь я уже имею 2 ч.44 м налета (с инструктором конечно). Инструктор у нас замечательный. Л-т Коршунов, он окончил Качу отличником и имеет уже 3 выпуска.
Вот обидно до смерти: самый разгар полетов и проклятый выходной день! А завтра новая неприятность - вся эскадрилья летает, а у нашей группы теор. занятия. Это, кроме того, что зверски обидно, просто странно. Ведь закрепить пройденное мы еще не успели, а перерыв для нас теперь значит начинать с начала. Если этак пойдет дальше, то что же будет?! А летать убийственно хочется! Обидно.

А в остальном все прекрасно. Сначала было на голодных пайках потерял 4,5 кг (у нас в целях закалки организма и приучения его к боевым условиям, введены постные дни - обеды из концентратов). Я пока еще делаю попытки закалить свой организм, а остальные курсанты уже отчаялись и предпочитают сухари с водой. Однако теперь то ли кормить лучше стали, то ли мой организм уже закалился, как бы там ни было, я всеми силами стараюсь возместить упущенное.
Нарядов, несмотря на то, что в нашей эскадрильи заправляет гроза всей школы ст. л-т Тютюнников, удавалось избегать. Вообще нашу эскадрилью, благодаря ст. л-ту, наз. «воздушной пехотой»: сам-то он строевик, так что нашему брату приходится порой здорово.
А вообще я страшно доволен. Учеба, даже теоретическая, очень интересная и с каждым днем все захватывающе и захватывающе. Вот сегодня не летаем, так такое паршивое состояние!
И вообще все хорошо!
Ну, пока всего хорошего.
Всем привет. 8. 9. 40 г.
Тима

Здравствуйте, дорогой Климент Ефремович.
Погода на Каче чудная. Даже как-то странно - в Москве морозы, а тут весна в разгаре. (Да, Климент Ефремович, вы ,наверное, удивляетесь, что в моих письмах погоде уделяется такое большое внимание. Но ведь это вполне естественно. Ведь у нас все зависит исключительно от погоды. А поэтому, когда я хочу о чем-нибудь рассказать, то волей неволей приходится начинать с описания погоды). Так значит про­должаю. Радоваться нам пришлось недолго. Задул южный ветер и, как всегда, принес дождь, слякоть, туманы. Так что дней 20-25 пришлось зубрить одну теорию. Теперь мы уже полностью закончили теорию полета. Почти окончили самолет и моторы. Порядком прошли и по другим предметам. Короче, измучились мы за это время изрядно. Спасла нас опять же та же погода. Задул северный ветер, аэродромы подморозило. Можно было начинать полеты. Остальное время пролете­ло, как один день.
Летать сразу же начали на с-те «УТ-2» (это переходная машина с «У-2» на «УТИ-4»). Машина эта нетрудная, но по сравнению с «У-2» это, конечно, что небо и земля. Что и говорить, полеты всех нас здорово захватили. Особенно первое время. 8-го марта вылетели (Ярославский, Микоян и я) самостоятельно. А вот теперь опять погода капризничает. Уже несколько дней сидим в эскадрилье. Теперь о другом нашем важном событии - о переезде в лагеря. Тесно стало у нас на Каче. Кол-во курсантов увеличилось. (Было 5 эскадр., теперь 7). Так до чего дошло! Что на земле - в воздухе тесно стало! Кому-нибудь непосвященному скажи такую штуку, чего доброго насмех поднимут. А тем не менее это и есть главная причина переезда: не хватает аэродромов. О лагере подробно напишу в следующем письме. Пока нам известно только, что разбивка его намечена в местечке Альме, что севернее Качи км-ов на 20. На берегу моря. И что протекает там речушка Альма, которая несколько разнообразит унылую в остальном картину окружающей степи.
Кажется, я чересчур грустно описал будущее наше место пребывания. На самом деле там, говорят, можно очень и очень неплохо провести время. На что мы все и надеемся. Выдали нам каждому по мешку для вещичек, да по котелку для пищи (ведь готовить придется самим, по крайней мере, первое время) и обещают каждый день поднять по тревоге ночью и в поход на лагерь. Но сейчас ужасно холодно, так что поход все откладывается.

В общем придется нам наверное круто, но наверняка интересно.

Но обо всем этом подробно напишу в следующем письме. А пока, Климент Ефремович, до свидания. Передавайте, пожалуйста, всем мой большой привет.

17. 3. 41 г. Тима

Здравствуйте, дорогие Климент Ефремович и Екатерина Давыдовна! Телеграммы ваши получил и очень вам благодарен. Пишу я сейчас из лагеря. Мы сюда приехали 29-го. Должен признаться, что все наши опасения (ведь сколько ужасов нам про эти лагеря нарассказывали!) оказались чепухой. Все идет, как нельзя лучше. Устроились превосходно. Место выбрано очень удачно - у самого моря. Аэродром тоже рядом. Лагерь стал теперь вполне благоустроен.
Короче, я очень доволен, что мы переехала в лагеря. Вообще, лагерная жизнь пришлась мне как-то более по душе. Время проходит еще более оживленнее и интереснее, чем раньше на Каче. Да вообще, вся теперешняя обстановка настраивает как-то на бодрый лад.

Сразу же по прибытии начались полеты и занятия. 4-го закончил программу на «Ут-2». Потом прошли рулетку на «И-16-том». Теперь у нас происходит какая-то задержка. Ведь летная программа у нас в 2-3 раза шире, чем у остальных курсантов. Так что в то время, как нас возили на «Ут-2», наш отряд успел перейти и почти окончить вывозную программу на «Ути-4» (2-х местный «И-16»). У меня такое впечатление, что нашу группу намереваются выпустить с отрядом новичков и умышленно оттягивают переход на «Ути». А если б вы знали, до чего хочется на «Ути» скорее перейти! На днях мне удалось слетать пассажиром в зону. Эх! Только сейчас я почувствовал, что значит летать на истребителе.

Сегодня, после резкого похолодания, вновь наступил теплый день. А ведь всего каких-нибудь 3 дня назад у нас шел снег. Правда, мы устраивались прекрасно. На ночь сожжем пару газет, набросаем на себя все сколько-нибудь согревающее и чувствуем себя, словно молодые боги. Пожалуй, от холода нам доставалось больше всего. Остальные затруднения одолевали без труда.
Ха! Сравниваешь спец-школьные лагеря и наши - невольно смешно становиться.

Что ни говори, а я всегда буду доволен месяцами, которые проведу в лагере.

Не буду сейчас вдаваться в подробности. У меня теперь не бывает ни минуты свободного времени. Пришлось даже прекратить языки подучивать. Только газеты и просматриваем. Кстати, газеты подвозятся очень аккуратно. Вот я, примерно, и все мои новости рассказал. Передавайте, пожалуйста, всем мой большой привет. Всего хорошего.

20. 4. 41 г. Тима

Здравствуйте, дорогой Климент Ефремович.
Наверное, удивляетесь, что я вдруг зачастил с письмами. Однако, к сожалению, на этот раз я хочу поговорить с вами о деле весьма-таки для меня важном. Короче, не исключена возможность, что выпуск наш оттянется теперь сразу на несколько месяцев, что само собой, нам совсем не улыбается. А дело вот в чем - в школе нет бензина. Для нас это весьма важно, а поэтому я постараюсь рассказать все по порядку. Видите ли, пребывание наше в лагере тем и ценно, что здесь сделано все для облегчения летного курса обучения. Я вам уже рассказывал, что мы обеспечены прекрасными свободными аэродромами, в то время как на Каче эскадрильи неделями простаивали в ожидании своей очереди вылета. (Ведь количество курсантов в школе за этот год увеличилось чуть ли не вдвое). Таким образом, летную программу, которую в лагере можно пройти за месяц, в шко­ле пришлось бы проходить 2-3 месяца.
Вернусь теперь к главному. Последнее время у нас бывали дни, когда половина лагеря вынуждена была вместо полетов рвы копать. Не хватало бензина. Время пропадало даром, в то время как срок окончания лагерного сбора приб­лижался все ближе. Ведь лагерь дан в наше распоряжение лишь по 1-ое июня. А потом мы должны будем уступить его другим эскадрильям. И вот, наконец, 24-го полеты во всей школе были прекращены. Что ж делать! - нет бензина. Мы, конечно, строили разные предположения о том, что могло заставить Качинскую школу сидеть без бензина, винили чуть ли не международную обстановку и т.п.

И вот только сегодня мы узнали (случайно, из разговоров с нач. шк. г-м т. Туржанским), что дело-то гораздо проще. Оказывается, международная обстановка здесь ни причем (если бы даже и была потребность в бензине, то бензин, употребляющийся для наших моторов, К-25, непригоден для более мощных моторов). Но то-то и обидно, что бензина как раз хоть отбавляй. Все школы нашего и близлежащих округов переполнены им. И дело только в весьма странном его распределении, при котором, крупнейшая школа Союза осталась каким-то образом обойденной.
...Ну, а в остальном у нас ничего нового нет. Вчера у нас было торжественное открытие лагерей. День прошел оч. хорошо и интересно, а сегодня опять сидим без дела. Погода, правда, стоит чудная, но и это нас теперь уже мало радует.
8. 6. 41 г. Тима

 

      Не могу не привести строки из еще одного документа, характеризующего Тимура. Это - "служебный отзыв", написанный начальником курса старшим лейтенантом Немыкиным в совершенно неуставном стиле: "...Я не встречал человека его лет, так много и упорно работающего над своим общим развитием. Поле его деятельности выходит далеко за рамки программы обучения... Тимур Михайлович Фрунзе еще очень молод, он не успел всесторонне окрепнуть за свою короткую жизнь. Иногда он бывает неосторожен к себе, слишком смел и энергичен, поэтому необходимо со стороны начальников постоянное внимание к нему, которое определило бы его деятельность, давало бы правильное направление неутомимой энергии".

Тимур окончил летное училище в сентябре 1941 года. Судя по документам, командование ВВС пыталось на какое-то время оградить молодого летчика от боев с фашистами, дать ему возможность набраться летного опыта в тылу. Тимура назначили младшим летчиком 16-го истребительного авиаполка, расквартированного в Москве. Но он сразу же начал "нажимать" на Климента Ефремовича, используя "в личных целях" служебное положение названного отца: "Отправьте меня на фронт!"

В архиве сохранилось, вероятно, неотправленное почему-то письмо Ворошилова писателю Григорию Набатову, в котором есть такие воспоминания:"Когда началась война, и Тимур уже окончил Качинское военное училище летчиков, я встретил его повзрослевшего в Куйбышеве, куда в то время были переведены многие правительственные учреждения. Встреча была приятно трогательной. Он кратко сообщил об окончании летной школы и сказал, что направляется теперь в штаб ВВС для распределения, т.е. для назначения в действующие войсковые части. Через несколько дней мы самолетом отправились в Москву. Летели вместе, и он всю дорогу вел разговор только об одном: просил меня, чтобы я помог ему побыстрее отправиться на фронт. Я советовал ему не торопиться, быть спокойным и обязательно пройти специальную боевую выучку, чтобы уверенно и успешно бить врага, а он горячо доказывал, что всему этому их обучали в летном училище и что он вполне подготовлен к участию в воздушных сражениях. Я снова и снова доказывал всю необходимость и важность боевой тренировки. Так мы добрались до Москвы, но все же не пришли к единому мнению. После этого Тимур, не получая назначения по службе, несколько раз заходил ко мне и, несмотря на мою занятость, заводил речь все об одном и том же - об ускорении отправки его в действующую часть. Я пообещал выяснить этот вопрос, помочь ему, звонил по телефону кое-кому из его начальства, но как-то в текучке различных дел вопрос затянулся. Тимур не переставал напоминать мне о своей просьбе, но теперь он был уже возбужден и нервничал. Проходя однажды со мной по двору Кремля, он снова стал упрашивать меня поскорее послать его на выполнение боевых заданий и, чуть не плача, остановился, взял меня под руку и возбужденно, дрожащим голосом сказал:
- Вы, Климент Ефремович, очевидно, мне политически не доверяете? Но вы же хорошо знали моего отца, а я во всем хочу походить на него. Я буду бить врагов умело, беспощадно, собственной жизни я жалеть не стану. Поскорее, пожалуйста, устройте отправку меня на фронт. В разгаре битва за Москву, а я отсиживаюсь в штабе!
Мне стало жаль Тимура, я успокоил его, как мог, и сказал, что позвоню еще и еще раз кому следует".

В конце декабря 1941 года Тимур Фрунзе наконец-то получил назначение в 161-й истребительно-авиационный полк, который прикрывал Москву с воздуха на северном направлении. Вскоре он совершил первый боевой вылет. Всего же за свою короткую фронтовую биографию Тимур провел в воздухе 10 часов 57 минут, из которых боевой налет составил лишь 8 часов 57 минут. Он произвел 9 боевых вылетов, из них 4 - на прикрытие своего аэродрома и 5 - на прикрытие наших войск на поле боя. Имел три встречи с воздушным противником, при этом в двух случаях самолеты противника были сбиты. Не поразительно ли - при столь мизерном налете такая высокая боевая результативность?! Однако неопытность в сочетании с горячностью и отвагой, да еще в условиях преобладания противника в воздухе не могли не привести к трагедии.

"Сов. секретно Государственный комитет обороны, товарищу Ворошилову
По сообщению особого отдела НКВД фронта, 15 января (в документе явно ошибка - 19 января. - Авт.) с. г. при выполнении боевого задания погиб сын М.В. Фрунзе - летчик Фрунзе Тимур Михайлович. В ВВС Северо-западного фронта летчик Фрунзе прибыл в январе месяце с.г. и был зачислен в состав истребительного авиаполка. Летал на самолете ЯК-1 с 1941 года. За период боевой работы имел три встречи с воздушным противником, при этом в двух случаях самолеты противника были сбиты.
15 января (19 января. - Авт.) с. г. при выполнении боевого задания по прикрытию войск Красной Армии встретил в воздухе на высоте 900 метров 4 вражеских истребителя "МЕ-109" и "МЕ-115" и вступил в бой в паре с летчиком Шутовым. Один "МЕ-109" был ими сбит и упал на землю. Во время первой атаки к четверке вражеских истребителей прилетело еще 3 истребителя "МЕ-115". В неравном бою против 7 истребителей противника Фрунзе погиб смертью героя.
Тимур Фрунзе был обнаружен начальником оперативного отдела 57 смешанной авиадивизии майором Простосердовым и военнослужащими наземных частей, наблюдавшими пораженный самолет во время боя. Летчик Фрунзе похоронен с воинскими почестями с участием гарнизона и населения города Крестцы. Командованием ВВС Северо-западного фронта Тимур Фрунзе посмертно представлен к званию Героя Советского Союза.
Зам. народного комиссара внутренних дел Союза ССР Меркулов.
9.02.42 г.".

Военные дополнили сообщение Меркулова: "Сов. Секретно. Маршалу Советского Союза товарищу Ворошилову К.Е.
...Лейтенант Фрунзе Т.М. был убит в воздухе прямым попаданием снаряда в голову. При падении самолет лейтенанта Фрунзе был подожжен истребителями противника. Горящий самолет упал в 500 метрах на сев. запад от дер. Отвидно. Подоспевшими к месту падения самолета - зам. нач. штаба 57 авиадивизии майором Простосердовым и группой красноармейцев - тело лейтенанта Фрунзе было извлечено из горящего самолета. Лейтенант Фрунзе с воинскими почестями похоронен на кладбище в гор. Крестцы.
Командующий войсками СЗФ генерал-лейтенант Курочкин. Член военного совета СЗФ корпусный комиссар Богаткин
11 февраля 1942 года".

БОЕВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА

Страницы:   1 2  »

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
18 октября
среда
2017

В этот день:

Крепость Кронштадт

18 октября 1723 года на острове Котлин Петром I заложена крепость Кронштадт, главная база Балтийского флота, «… которая заключала бы в себя весь город и все портовые сооружения, и служила бы делу обороны со всех сторон».

Крепость Кронштадт

18 октября 1723 года на острове Котлин Петром I заложена крепость Кронштадт, главная база Балтийского флота, «… которая заключала бы в себя весь город и все портовые сооружения, и служила бы делу обороны со всех сторон».

Тогда же и город на острове Котлин был назван Кронштадтом, что означает «Город—крепость» или «Укреплённый город».

В 1723—1747 годах построена центральная крепость, окружающая Кронштадт с моря и суши. В январе 1733 года при морском госпитале открылась госпитальная лекарская школа — первое военно-морское медицинское учебное заведение страны.

После катастрофического пожара 23 июля 1764 года Кронштадт восстанавливался по генеральному плану, составленному архитектором С. И. Чевакинским. В 1783 году Екатерина II хотела перевести адмиралтейство из Санкт-Петербурга в Кронштадт; комплекс зданий Кронштадтского адмиралтейства был построен в 1780—1790-х годах по проектам архитекторов М. Н. Ветошникова, В. И. Баженова и Ч. Камерона. Павел I отменил этот проект. В 1786 году открылось Морское офицерское собрание, ставшее центром культурной жизни Кронштадта.

Тарутинский бой

18 октября 1812 года в районе села Тарутино Калужской области произошло сражение между русскими войсками под командованием фельдмаршала Кутузова и французскими войсками.

Тарутинский бой

18 октября 1812 года в районе села Тарутино Калужской области произошло сражение между русскими войсками под командованием фельдмаршала Кутузова и французскими войсками.

 Победа при Тарутине была первой победой русских войск в Отечественной войне 1812 года после Бородинского сражения. Успех укрепил дух русской армии, перешедшей в контрнаступление.
Цель Тарутинского боя не была достигнута полностью, но её результат оказался успешным, и ещё большее значение имел успех для подъёма духа русских войск. Прежде в ходе войны ни в одном сражении у любой из сторон (даже при Бородино) не было такого количества захваченных пушек, как в этом — 36 или 38 орудий. В письме царю Александру I Кутузов сообщает о 2 500 убитых французах, 1 000 пленных, и ещё 500 пленных на следующий день взяли казаки при преследовании. Свои потери Кутузов оценил в 300 убитых и раненых.

 

 


Первый лайнер Аэрофлота

18 октября 1929 года состоялся первый полёт пассажирского самолёта «К-5» конструктора К. А. Калинина. «К-5» стал первым российским пассажирским самолётом, который строился большой серией.

Первый лайнер Аэрофлота

18 октября 1929 года состоялся первый полёт пассажирского самолёта «К-5» конструктора К. А. Калинина. «К-5» стал первым российским пассажирским самолётом, который строился большой серией.

 Основной самолёт Аэрофлота до 1940 года. Всего было построено 258 самолётов этого типа.

К разработке «К-5» Калинин приступил в 1926 г., прототип был построен в 1929 г. Машину подняли в воздух пилот М.А. Снегирёв и бортмеханик П.Н. Власов. В качестве третьего члена экипажа полетел сам Калинин. Случилось это на харьковском аэродроме "Сокольники". Самолёт оказался лёгок в управлении, хорошо слушался руля. 30 мая 1930 К-5 перелетел в Москву, где выдержал экзамен перед государственной комиссией. Госкомиссия установила, что самолёт вполне отвечает предъявленным требованиям. Дальность до 1000 км, скорость до 200 км в час.

 

Арест Рихарда Зорге

18 октября 1941 года в Токио в результате предательства был арестован советский разведчик Рихард Зорге.

Арест Рихарда Зорге

18 октября 1941 года в Токио в результате предательства был арестован советский разведчик Рихард Зорге.

Японские радиопеленгаторы регулярно засекали выходившую в эфир радиостанцию группы Зорге. Засечь точно работающий передатчик, или даже приблизиться к нему достаточно близко, японцам так и не удалось. Мнение о провале группы как следствие успешно работавших пеленгаторов — это не более чем художественный вымысел. Первая радиограмма была перехвачена в 1937 году. С тех пор донесения перехватывались регулярно. Однако, расшифровать ни одну из перехваченных радиограмм японцы так и не смогли.

И только после того, как на первом же допросе радист Макс Клаузен выдал всё, что он знал о кодах шифрования, японцы смогли расшифровать и прочитать всю подборку перехваченных донесений за несколько лет. Эти донесения фигурировали в материалах следствия, и по ним обвиняемые давали свои пояснения.

Всего по делу группы Зорге было арестовано 35 человек, привлечено к суду 17. Дознание длилось до мая 1942 года. 16 мая 1942 года официальные обвинения были предъявлены первым 7 обвиняемым: Зорге, Одзаки, Максу Клаузену, Вукеличу, Мияги, Сайондзи и Инукаи. Остальным обвинения были предъявлены позднее. Приговоры основным обвиняемым были вынесены 29 сентября 1943 года. Зорге и Одзаки были приговорены к смертной казни через повешение, Вукелич и Клаузен — к пожизненному тюремному заключению, Мияги умер в тюрьме ещё до вынесения приговора. Подробно: http://rosgeroika.ru/podvigi-v-nasledstvo/2013/september/povesit-na-royalnoj-strune?searched=%D1%80%D0%B8%D1%85%D0%B0%D1%80%D0%B4+%D0%B7%D0%BE%D1%80%D0%B3%D0%B5&advsearch=allwords&highlight=ajaxSearch_highlight+ajaxSearch_highlight1+ajaxSearch_highlight2

 

«Интервью» у Венеры

18 октября 1967 года межпланетная станция «Венера-4», запущенная 12 июня 1967 года, достигла цели.

«Интервью» у Венеры

18 октября 1967 года межпланетная станция «Венера-4», запущенная 12 июня 1967 года, достигла цели.

Спускаемый аппарат с набором научной аппаратуры благополучно отделился и впервые в истории космонавтики провел прямые измерения состава атмосферы Венеры при спуске в ней на парашюте.    Спускаемый аппарат мог работать при температуре вплоть до +425°C и при давлении до 10 атмосфер, причем для увеличения шансов на успех он десантировался на ночную сторону планеты. Перед стартом он был подвергнут стерилизации с целью предотвращения переноса на Венеру земных микроорганизмов.

Сигнал прекратился внезапно через 95 минут после начала спуска, на 25-26 км ниже начальной точки, когда за бортом было +280°C и 15 атмосфер. Сначала всем казалось, что это и был момент посадки и что «Венере-4» удалось дойти до поверхности в рабочем состоянии. И лишь через несколько недель стало ясно, что в действительности на высоте около 28 км аппрарат был раздавлен атмосферным давлением, оказавшимся намного больше предусмотренного при конструировании станции.

Лишь «Венера-7», запущенная 17 августа 1970 года, благополучно достигла поверхности планеты. Она разрабатывалась и строилась с учетом опыта полетов предыдущих АМС. Спускаемый аппарат был сконструирован заново, и он должен был работать не менее 30 минут на поверхности при температуре до +540°С и давлении до 150 атмосфер. Теоретические значения, полученные для поверхности планеты были такими: 500°С и 100 атмосфер, так что спускаемый аппарат был построен с запасом. На всякий пожарный случай.

Спустя 120 суток после старта, 15 декабря 1970 года, станция «Венера-7» достигла планеты.

15 декабря в 8 часов 34 минут 10 секунд спускаемый аппарат впервые в мире совершил мягкую посадку на поверхность Венеры. В общей сложности он передавал на Землю информацию в течение 53 минут, в том числе около 20 минут непосредственно с поверхности Венеры. Измеренная температура у поверхности Венеры составила 475°±20°С; она соответствовала давлению 90±15 атмосфер.

В 1975 году спускаемый модуль зонда "Венера-9" передал первые черно-белые фотографии поверхности планеты. И, наконец, первые цветные изображения были получены в 1982 году "Венерой-13".

Американцы далеко отстали от СССР в исследовании Венеры. Лишь в 1967 году через день после посадки советской "Венеры-4" мимо планеты на расстоянии 4000 км пролетел американский "Маринер-5". На околовенерианскую орбиту впервые США вышли с помощью аппарата «Пионер-Венера-1», запущенного 20 мая 1978 года, который проработал до августа 1992 года и осуществлял, в частности, радиолокационное картографирование планеты.

Американская пресса вынуждена была констатировать: "Русские побили США в борьбе за очень большое количество первых мест в освоении космоса: первые спутники, запуск первых животных и первого человека, первый выход в открытый космос, первая посадка зонда на Марсе, первый зонд к Венере, первая орбитальная станция, первый полет вокруг Луны».

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии