RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Памяти великого разведчика
9 марта 2016 г.

Памяти великого разведчика

9 марта 1944 года погиб Герой Советского Союза Николай Иванович КУЗНЕЦОВ
Великая «деза» Маршала Жукова
2 февраля 2014 г.

Великая «деза» Маршала Жукова

Сталинградская битва: отвлекающая операция «Марс»
Генерал Каманин: космические хроники
12 марта 2017 г.

Генерал Каманин: космические хроники

35 лет назад 12 марта 1982 года ушел из жизни первый руководитель Центра подготовки космонавтов СССР.
Безсмертный полк: гвардии капитан Александр Ляхов
12 мая 2016 г.

Безсмертный полк: гвардии капитан Александр Ляхов

Мой дед брал Берлин и освобождал Прагу. Узнала об этом я совсем недавно.
Любимый комендант Берлина
2 апреля 2014 г.

Любимый комендант Берлина

1 апреля 2014 года исполнилось 110 лет генерал-полковнику Николаю Берзарину, Герою Советского Союза, первому коменданту Берлина после капитуляции нацистского рейха
Главная » Подвиги в наследство » Не прозевать начало войны

Не прозевать начало войны

На сайте Министерства обороны РФ опубликована большая подборка воспоминаний советских военачальников о начале Великой Отечественной войны

Они ранее широко не публиковались и представляют большой интерес.
Не прозевать начало войны

Точнее, это даже не воспоминания в обычном понимании этого слова. В 1952 г. начальник Главного военно-научного управления Генерального штаба Советской Армии генерал-полковник А.П. Покровский, мотивируя это необходимостью разработки истории Великой Отечественной войны, направил ряду военачальников бывших Прибалтийского, Киевского и Белорусского особых военных округов перечень из пяти вопросов, ответы на которые и содержит опубликованная подборка.

Вопросы, заданные маршалам и генералам, были следующие:
1. Был ли доведен до войск в части, их касающейся, план обороны государственной границы? Если этот план был доведен до войск, то когда и что было сделано командованием и войсками по обеспечению выполнения этого плана?
2. С какого времени и на основании какого распоряжения войска прикрытия начали выход на государственную границу и какое количество из них было развернуто для обороны границы до начала военных действий?
3. Когда было получено распоряжение о приведении войск в боевую готовность в связи с ожидавшимся нападением фашистской Германии с утра 22 июня? Какие и когда были отданы войскам указания во исполнение этого распоряжения и что было сделано?
4. Почему большая часть артиллерии корпусов и дивизий находилась в учебных лагерях?
5. Насколько штаб части был подготовлен к управлению войсками и в какой степени это отразилось на ходе ведения операций первых дней войны?

Из содержания вопросов следует, что руководство Генерального штаба пыталось разобраться в очень сложном и запутанном вопросе начального периода войны, прежде всего с развёртыванием войск по «Плану обороны государственной границы 1941 года». Не исключено, что такое разбирательство инициировал сам И.В. Сталин, если вспомнить его беседу с руководством Генштаба и главными редакторами журналов «Военная мысль» и «Военный вестник» в марте 1945 г. относительно необходимости обобщения и освоения богатейшего опыта войны и в целом пристальный интерес вождя к военному искусству. Начальный период войны был одним из самых малоизученных и в то же время потенциально одним из самых ёмких с точки зрения актуального, не стареющего для всех времён опыта.

Поступившие в Генштаб материалы за авторством известных советских военачальников свидетельствуют о значительных просчётах политического и военного руководства при подготовке к отражению ожидавшегося германского нашествия.

Взять первый же вопрос о том, насколько полно командующие и командиры были посвящены в планы обороны государственной границы. Одни сообщили, что план был доведен до них заблаговременно и у них была возможность разработать свои собственные планы с построением боевых порядков и определением боевых участков. Другие ответили, что с планом заранее ознакомлены не были, а получили его в запечатанных пакетах накануне, а то и непосредственно в первые дни войны, когда обстановка изменилась кардинальным образом.
Так, командующий войсками 8-й армии ПрибОВО П.П. Собенников вспоминал: «Получив в марте 1941 года назначение на должность, я, к сожалению, в это время ни в Генеральном штабе, ни по прибытии в г. Ригу в штаб Прибалтийского особого военного округа, не был информирован о «Плане обороны Государственной границы 1941 года». По прибытии в штаб 8-й армии в г. Иелгава, я также не нашел никаких указаний по этому вопросу. У меня складывается впечатление, что вряд ли к этому времени (март 1941 г.) таковой план существовал… Лишь 28 мая 1941 года (эту дату я помню отлично) я, будучи вызван… в штаб округа, был, буквально наспех, ознакомлен с «Планом обороны». Все это происходило в большой спешке и несколько нервной обстановке. … План представлял довольно объёмистую, толстую тетрадь, напечатанную на машинке… Мои записи, а также записи моего начальника штаба были отобраны… К сожалению, после этого никаких указаний не последовало и даже своих рабочих тетрадей мы не получили».
Здесь передана, пожалуй, типичная картина. А ведь генерал Собенников – далеко не второстепенная фигура, он – командующий армией, которых в составе округа, ставшего 22 июня 1941 г. Северо-Западным фронтом, было на момент формирования последнего всего-то три.

Не лучше картина складывалась и в Киевском ОВО. По свидетельству командира 45-й стрелковой дивизии 5-й армии Г.И. Шерстюка, командующий армией приказал ему: «План обороны госграницы, места КП и НП в нужный момент получите в закрытом пакете; подготовку… отмобилизования в гарнизонах дивизии запрещаю, т.к. это даст повод к панике».

Из ответов на второй вопрос трудно составить более или менее целостное представление о том, как Красная армия действовала в последние дни перед германским нападением. В Белорусском ОВО (Западном фронте) до момента нападения врага никаких указаний или распоряжений о подъёме войск и выводе их для занятия оборонительных рубежей от вышестоящего командования, в том числе штаба округа, получено не было. До момента нападения все части находились в местах своей дислокации. Например, командир 86-й стрелковой дивизии получил личное приказание командира 5-го стрелкового корпуса собрать штаб дивизии, штабы полков и батальонов только в 1.00 ночи 22 июня. Правда, тут же предписывалось части по боевой тревоге не поднимать и ждать особого приказа. Лишь через час он получил приказ вскрыть пакет командира корпуса, хранящийся у него в сейфе, после чего поднял дивизию по боевой тревоге. По ещё одному свидетельству – начальника оперативного отдела штаба 12-й армии того же БОВО генерал-майора Б.А. Фомина, «оборона границы до начала боевых действий дивизиями не занималась».

Аналогичная ситуация сложилась в Киевском ОВО, несмотря даже на случаи обстрела немецкими самолетами советских военнослужащих и боёв с пограничниками. Соединениям и частям 5-й армии из штаба поступило указание: «На провокацию не поддаваться, по самолетам не стрелять… немцы кое-где начали вести бой с нашими погранзаставами. Это очередная провокация. На провокацию не идти. Войска поднять по тревоге, но патронов на руки не давать».

Добавим от себя, что ответы военачальников не позволяют сколько-нибудь определённо говорить о существовании директивы начальника Генерального штаба от 18 июня 1941 г. о приведении в боевую готовность войск западных округов. Упоминание о ней имеется в материалах скоротечного судебного процесса над командованием Западным фронтом – в показаниях бывшего начальника связи генерала А.Т. Григорьева. Однако самим документом историки до сих пор не располагают. В итоге трудно прийти к какому-то определённому выводу, как шло выдвижение войск приграничных военных округов на оборонительные рубежи, делалось ли это в каждом округе, а то и гарнизоне самостоятельно, либо не делалось вовсе.

Последнее тоже вовсе не исключено. О каком приведении войск в должную степень боевой готовности можно говорить, если, по воспоминаниям упомянутого выше командующего 8-й армией ПрибОВО генерала Собенникова, «личный состав тяжелого артиллерийского полка, двигавшийся по железной дороге на рассвете 22 июня, прибыв на ст. Шауляй и увидев бомбежку наших аэродромов, считал, что ʺначались маневрыʺ».

Тяжело читать эти документы, ставшие теперь достоянием широких кругов любителей истории (профессионалам они были известны и ранее). После ознакомления с ними уже не удивляешься, почему так неудачно, даже катастрофически сложился для Красной армии ход событий первых дней войны.

Этим событиям даны оценки в фундаментальном 12-томном труде «Великая Отечественная война 1941–1945 годов»: «Условием достижения этого успеха (в отражении германской агрессии. – Ю.Р.) было своевременное завершение оперативного развертывания войск, включавшего выдвижение соединений армий прикрытия в назначенные им полосы, занятии и оборудование участков и районов обороны. Однако такое решение советским руководством принято не было… Мероприятия по отражению первых ударов противника в оперативных планах разрабатывались Генеральным штабом недостаточно полно, а содержание оборонительных действий в оперативно-стратегическом масштабе не отрабатывалось вообще… Решение о приведении Вооруженных сил в полную боевую готовность следовало принять и осуществить своевременно. Отсутствие такого решения привело к чрезвычайно тяжелым последствиям, в значительной мере предопределившим крупные неудачи и поражения Красной Армии в начальном периоде войны».

Теперь это уже давняя, отделённая от нас 76 годами история. Однако история должная стать для нас поучительной, чтобы июнь сорок первого никогда не повторился. Извлечение уроков из неё в своё время было затруднено природой человека – победители всегда расточительны. На упомянутой выше встрече с военными учёными в марте 1945 г. И.В. Сталин обратил внимание именно на это: «Мы получили огромный военный опыт, такой опыт, которого нигде нет… Мы сидим на золоте нашего опыта, но порой его лучше и скорее изучают за рубежом». Это указание вождя оказалось по сути проигнорированным, и опрос военачальников начался, как видим, лишь в 1952 г.

Сегодня крайне необходимо вернуться к тем материалам. Да, за минувшие десятилетия коренным образом изменились средства и способы вооружённой борьбы, облик вооружённых сил, стали иными люди. Однако проблема внезапности нападения и готовности к его отражению не просто остаётся, но приобретает особую остроту. Достаточно вспомнить американскую наступательную доктрину «быстрого глобального удара», ориентирующую вооружённые силы США на поражение важнейших объектов противника в течение приблизительно часа.

 

Юрий Рубцов (https://www.fondsk.ru)

 

 

.
9 июля 2017 г.

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
22 сентебря
суббота
2018

В этот день:

Аляска — русская земля

22 сентября 1784 года русские первопроходцы основали первое постоянное поселение на Аляске. Это послужило началом образования Русской Америки (совокупность владений Российской империи в Северной Америке, включавшая Аляску, Алеутские острова, Александровский архипелаг и поселения на тихоокеанском побережье современных США (Форт-Росс).

Аляска — русская земля

22 сентября 1784 года русские первопроходцы основали первое постоянное поселение на Аляске. Это послужило началом образования Русской Америки (совокупность владений Российской империи в Северной Америке, включавшая Аляску, Алеутские острова, Александровский архипелаг и поселения на тихоокеанском побережье современных США (Форт-Росс).

Первыми русскими, которые со стороны Сибири открыли Аляску (Америку), были члены экспедиции Семена Дежнева в 1648 году. В 1732 году Михаил Гвоздев на боте «Святой Гавриил» совершил плавание к берегам «Большой земли» (северо-западной Америки), первым из европейцев достиг побережья Аляски в районе мыса Принца Уэльского. Гвоздев определил координаты и нанес на карту около 300 км побережья полуострова Сьюард, описал берега пролива и острова, лежащие в нём. В 1741 году экспедиция Беринга на двух пакетботах «Святой Петр» (Беринг) и «Святой Павел» (Чириков) исследовала Алеутские острова и берега Аляски. В 1784 году на остров Кадьяк (Бухта Трех Святителей) прибыла экспедиция Шелихова в составе трех галиотов («Три святителя», «Св. Симеон» и «Св. Михаил»). «Шелиховцы» основали здесь первое постоянное поселение (Северо-восточная компания), начали усиленно осваивать остров, подчиняя местных эскимосов (конягов), способствуя распространению православия среди туземцев и внедряя ряд сельскохозяйственных культур (картофель, репа).

Параллельно с компанией Шелихова Аляску осваивала конкурирующая с ним компания купца Лебедева-Ласточкина. Снаряженный им галиот «Св. Георгий» (Коновалов) прибыл в 1791 году в залив Кука, а его экипаж основал Николаевский редут. В 1792 году «лебедевцы» основали поселение на берегах озера Илиамна и снарядили экспедицию Василия Иванова к берегам реки Юкон.

С 1808 года столицей русской Америки становится Ново-Архангельск. Фактически управление американскими территориями ведется Российско-американской компанией, главный штаб которой находился в Иркутске, официально Русская Америка включена в состав сначала Сибирского генерал-губернаторства, а после его разделения в 1822 году на Западное и Восточное, в состав Восточно-Сибирского генерал-губернаторства.

11 сентября 1812 года русский купец Иван Кусков основал Форт-Росс (в 80 км к северу от Сан-Франциско в Калифорнии), ставший самым южным форпостом русской колонизации Америки. Формально эта земля принадлежала Испании, однако Кусков купил её у индейцев. Вместе с собой он привел 95 русских и 80 алеутов.

C 9 июля 1799 по 18 октября 1867 года Аляска с прилегающими к ней островами находилась под управлением Русско-американской компании.

Начало Крымской войны (1853—1856) ставило русские колонии в Северной Америке в чрезвычайно трудное положение, поскольку русская Аляска граничила с британской Канадой. Боевые действия на Дальнем Востоке в этот период показали абсолютную незащищённость восточных земель Российской империи и в особенности Аляски. Дабы не потерять даром территорию, которую невозможно было защитить и освоить в обозримом будущем, было принято решение о её продаже. В январе 1841 года Форт-Росс был продан гражданину Мексики Джону Саттеру. А в 1867 году США выкупили Аляску за 7 200 000 долларов.

 

Александр Суворов - «Генерал Вперед»

22 сентября 1789 года осуществелен разгром турецкой армии русско-австрийскими войсками под командованием генерала А. В. Суворова в битве при Рымнике в ходе Русско-турецкой войны 1787—1791 годов.

Александр Суворов - «Генерал Вперед»

22 сентября 1789 года осуществелен разгром турецкой армии русско-австрийскими войсками под командованием генерала А. В. Суворова в битве при Рымнике в ходе Русско-турецкой войны 1787—1791 годов.

 Османская империя планировала в этой войне вернуть себе земли, отошедшие к России в ходе Русско-турецкой войны 1768—1774 годов, в том числе и Крым. Война закончилась победой России и заключением Ясского мира. Битва при Рымнике - одно из главных сражений Русско-турецкой войны 1787—1791 годов.

В состав отряда Суворова входили 9 не полностью укомплектованных батальонов пехоты, 9 эскадронов карабинеров, 2 казачьих полка и тысяча арнаутов (итого около 6,5 тыс. человек). Корпус принца Кобургского включал в себя 10 батальонов пехоты и 30 эскадронов кавалерии (всего около 18 тыс. человек). Таким образом, численность объединённых русско-австрийских войск составляла приблизительно 25 тыс. солдат и офицеров.

В составе объединенных отрядов Юсуф-паши было более 100 тысяч штыков и сабель. Но Суворов, переправившись через Рымну в ночь на 22 сентября, сразу же повел войска в наступление. Турки не ожидали такой отваги и дрогнули. Значительная часть войск рассеялась, преследуемая русскими отрядами. За смелые и решительные наступательные действия против превосходящих сил противника австрийцы прозвали Суворова «Генерал Вперёд».

Потери войска Юсуф-паши только убитыми в день сражения составили не менее 15 тысяч человек. Потери русско-австрийских войск не превышали 500 человек.

Победа при Рымнике стала одной из наиболее блистательных побед Александра Суворова. За победу в ней он был возведён Екатериной II в графское достоинство с названием Рымникский, получил бриллиантовые знаки Андреевского ордена, шпагу, осыпанную бриллиантами с надписью «Победителю визиря», бриллиантовый эполет, драгоценный перстень и Орден Святого Георгия 1-й степени.

 

Форсирование Днепра

22 сентября 1943 года на рассвете войска Центрального и Воронежского фронта начали переправу и захват плацдармов на правом берегу Днепра. К этому моменту Советские войска заняли противоположный от немецких войск берег практически на протяжении 300 километров.

Форсирование Днепра

22 сентября 1943 года на рассвете войска Центрального и Воронежского фронта начали переправу и захват плацдармов на правом берегу Днепра. К этому моменту Советские войска заняли противоположный от немецких войск берег практически на протяжении 300 километров.

Все немногие штатные плавсредства были использованы войсками, но их катастрофически не хватало. Поэтому основные силы форсировали Днепр на подручных средствах: рыбацких лодках, импровизированных плотах из бревен, бочек, стволов деревьев и досок.

Большой проблемой была переправа тяжёлой техники: на многих плацдармах войска не смогли быстро переправлять её в достаточном количестве на плацдармы, что вело к затяжным боям по их обороне и расширению и увеличивало потери советских войск.

Первый плацдарм на правом берегу Днепра был завоёван 22 сентября 1943 в районе слияния Днепра и реки Припяти, в северной части фронта. Почти одновременно 3-я гвардейская танковая армия и 40-я армия Воронежского фронта добились такого же успеха южнее Киева. 24 сентября ещё одна позиция на западном берегу была отвоевана недалеко от Днепродзержинска, 28 сентября — ещё одна рядом с Кременчугом. К концу месяца было создано 23 плацдарма на противоположном берегу Днепра, некоторые из них — 10 километров в ширину и 1-2 километра в глубину. Всего Днепр к 30 сентября форсировали 12 советских армий. Так же было организовано множество ложных плацдармов цель которых была имитация массовой переправы и рассредоточение огневой мощи немецкой артиллерии.

После этого советские войска практически создали новый укрепрайон на завоеванных плацдармах, фактически закопавшись в землю от огня противника, и прикрывая своим огнем подход новых сил.

Значительную помощь советским войскам в ходе форсирования Днепра оказали партизаны: в общей сложности, в Битве за Днепр приняли участие 17 332 украинских советских партизан, которые совершали нападения на подразделения немецких войск, вели разведку, служили проводниками для переправившихся подразделений советских войск.

За форсирование Днепра 2438 воинам было присвоено звание Героя Советского Союза, что больше, чем суммарное количество награждённых за всю предыдущую историю награды. Такое массовое награждение за одну операцию было единственным за всю историю войны. Беспрецедентное количество награждённых также отчасти объясняется директивой Ставки ВГК от 9 сентября 1943, гласившей: "В ходе боевых операций войскам Красной Армии приходится и придётся преодолевать много водных преград. Быстрое и решительное форсирование рек, особенно крупных, подобных реке Десна и реке Днепр, будет иметь большое значение для дальнейших успехов наших войск. За форсирование такой реки, как река Десна в районе Богданове (Смоленской области) и ниже, и равных Десне рек по трудности форсирования представлять к наградам:

1. Командующих армиями — к ордену Суворова 1-й степени.

2. Командиров корпусов, дивизий, бригад — к ордену Суворова 2-й степени.

3. Командиров полков, командиров инженерных, сапёрных и понтонных батальонов — к ордену Суворова 3-й степени.

За форсирование такой реки, как река Днепр в районе Смоленск и ниже, и равных Днепру рек по трудности форсирования названных выше командиров соединений и частей представлять к присвоению звания Героя Советского Союза".

 

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии