RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Кровь Новороссии
27 мая 2014 г.

Кровь Новороссии

Наши братья юго-востока бывшей Украины сегодня бьются за каждого из нас
Свиное рыло США
23 июля 2014 г.

Свиное рыло США

Западный историк опубликовал обобщенные данные о кровавом продвижении «американской демократии» по всему миру
Бытовое предательство
3 февраля 2014 г.

Бытовое предательство

Американизация сознания убивает нас и духовно, и физически
Проверен на несгибаемость характера
7 декабря 2016 г.

Проверен на несгибаемость характера

Присвоение звания героя полковнику Ковтуну будет для всех нас торжеством справедливости
Спасибо Армии родной!
6 декабря 2018 г.

Спасибо Армии родной!

Наш постоянный автор и друг полковник в отставке Михаил Захарчук отмечает настоящую мужскую дату: 50 лет в воинском строю
Главная » Герои нашего времени » Литературный маршал

Литературный маршал

Двадцать лет назад ушёл из жизни писатель, журналист-краснозвёздовец, член Союза кинематографистов СССР, полковник Александр Павлович БЕЛЯЕВ.

Он – автор более двадцати книг. Самые известные – «Взлетная полоса», «Становление», «В сводках не сообщалось...», «Синие дали», «Облака под нами», «Не померкнет никогда», «Тайна глухого леса».
Литературный маршал

Беляев написал сценарии к таким советским фильмам, как «Тайна золотого брегета», «Постарайся остаться живым», «Твоё мирное небо», «Танкодром», «Шёл четвертый год войны…».
Строго говоря, со дня смерти Александра Павловича (или как многие, и автор сих строк в том числе, его называли, дядя Саша) исполнилось 20 лет и 70 дней. Это я виноват: запамятовал дату кончины своего большого друга. Но его самого буду помнить до самого смертного часа. Впрочем, едва ли не все те, с кем посчастливилось работать в «Красной звезде», надолго, если не навсегда останутся в моей памяти. Несмотря на два высших и одно среднее образование, газета была и остаётся для меня главным жизненным университетом. А полковник Александр Павлович Беляев был для меня едва ли не главным педагогом в том университете. Ко мне он испытывал нежные, почти отеческие чувства, возможно и потому, что своих детей они с Екатериной Алексеевной не растили. По этой причине, скорее всего, Александр Павлович с головой ушел в сочинительство и написал свыше полусотни романов, повестей, киносценариев и пьес.

Вообще редкий уважающий себя краснозвёздовец не стремился издать книгу – другую. И многим это удавалось. Но полковник Беляев, как видно из вышеприведённого перечня, побил в этом смысле все краснозвёздовские рекорды. Кроме бесспорного писательского дара, он обладал ещё и исключительным даром организаторским, который приобрел, будучи порученцем Маршала Советского Союза Ивана Конева. Поэтому он знавал всех действующих маршалов и почти всех генералов армии. В так называемой «Райской группе» (генеральные инспектора при МО СССР) Беляев был не только своим человеком, но и в некотором смысле её организатором. Поэтому самого привередливого военачальника краснозвёздовцы обычно «приручали» с помощью дяди Саши. Он звонил крупнозвёздному и все проблемы решал. А ещё Александр Павлович слыл лучшим другом уже литературного маршала Сергея Михалкова. Всегда говорил: «Это, братец, такой сложный вопрос, что с ним никто не справится. Даже наш Генсек. Поэтому надо звонить Михалкову». С родственником последнего, знаменитым артистом, сыгравшим Гришку Мелехова в «Тихом Доне», Петром Глебовым Беляев не просто дружил, а был с ним не разлей вода. Они вместе ездили на рыбалку, на охоту. Один раз и я напросился вместе с ними порыбачить. Мне хотелось «попытать» Глебова на тему интервью в газету. Ничего не получилось, несмотря на то, что мы втроём изрядно тогда набрались и меня одного люто искусали комары. Спрашиваю потом Александра Павловича: чего Глебов-то капризничает? Ведь добровольцем ушёл на фронт. Четыре года воевал. Три боевых ордена имеет. «Слушай, ты к Пете больше не приставай со своими расспросами. Он все военные годы провёл под Переделкино и Солнцево. И ему, понимаешь, стыдно в том признаваться. И за награды неловко».

Не только Глебова, но и всех мне известных на ту пору писателей, артистов и кинорежиссёров Беляев любил называть исключительно ласкательными именами: Коля, Валя, Ленка, Нонка. Чему последние не особенно-то и сопротивлялись. Наоборот, выражали полное удовлетворение, потому что сам дядя Саша отличался фантастическим хлебосольством. Любой свой литературный или кинематографический успех, даже небольшой шажок вперёд Александр Павлович всегда обставлял таким обильным возлиянием, что московская тусовка приходила в неописуемый восторг и тихо млела. Щедростью Беляев обладал тоже неординарной. Деньги легко зарабатывал, столь же легко с ними и расставался, а добрейшая его супруга Екатерина Алексеевна ещё и поощряла расточительность мужа, всякий раз пристально интересуясь, а не нужно ли тому или иному имяреку как-то помочь материально. Сам Беляев любил повторять: «Деньги нужны, братец, хотя бы для того, чтобы о них не думать».

Вспоминаю премьеру фильма в Доме кинематографистов «Шёл четвёртый год войны…». Меня Александр Павлович определил на должность встречающего его гостей. Интересуюсь, кто придёт? «Люся Савельева, Коля Олялин, Сашка Збруев, Лёвка Дуров, Колька Ерёменко-младший, Сашка Денисов, Тимка Спивак, Славик Баранов, ну и другие» - «Дядя Саша, но Савельевой ведь точно не будет. Вся тусовочная Москва знает, что эта актриса никогда и никакие сборища не посещает принципиально» - «Не переживай, ко мне она придёт». И точно пришла. И расцеловалась с Беляевым чуть ли не взасос. Тогда я единственный раз в жизни увидел Наташу Ростову «живём».

Ещё Александр Павлович крепко дружил с известным детективщиком, отцом Штирлица Юлианом Семёновым. Вместе они держали литературную мастерскую в одном из переулков возле Нового Арбата. Бессчётное количество раз я перебывал в той квартире странного многоэтажного дома, давно предназначенного то ли на снос, то ли вовсе бесхозного, но чудом сохраняемого заботливым Александром Павловичем. Дядя Саша не жалел «творческого помещения» и для моих амурных утех, и для сугубо деловых встреч. Если только рассказать о тех людях, с которыми я общался в мастерской Беляева-Семёнова - хватило бы на добрую книжку. Между прочим, нынешняя известная газета «Совершенно секретно» придумана этим творческим тандемом и именно на упомянутой квартире-мастерской. Беляев до самой смерти был и в редколлегии уникального приключенческого издания. И покойный Артем Боровик никогда не гнушался обращаться за помощью к «дяде Саше». Однако если вы, читатель, обратитесь к справочной литературе, к той же Википедии, к примеру, то не обнаружите там даже упоминания о моём герое. Зато в логотипе газеты можете прочитать, что её организатором является Артём Боровик. Слава богу, жив и здоров обозреватель и первый штатный сотрудник «Совершенно секретно» Евгений Додолев. И уж он-то соврать точно не даст: газета организована Семёновым и Беляевым. А Боровик пришёл в неё гораздо позже.

Писал Александр Павлович свои захватывающие опусы прямо на рабочем месте, строча, как из пулемёта, на большущей механической машинке. Пробовал я его соблазнить только появившимися электромашниками – не соглашался: «Нет, Мишаня, я уж буду писать старым казачьим способом». При этом умудрялся быть очень крепким и надёжным «середнячком» в «Красной звезде». Правда, он никогда не лез в газетные передовики социалистического соревнования, но и зорко, пристально следил за тем, чтобы не оказаться, как любил говаривать наш Главный генерал-лейтенант Николай Макеев, «задистом», то есть «в хвосте социалистического соревнования». А для этого всегда подбирал себе толковых сотрудников. При мне ими были отличные журналисты Яков Ершов, Николай Седых и мой земляк Александр Перестенко, с которым мы регулярно резались в шахматы и тоже в рабочее время. Интересуюсь: «Дядя Саша, а почему вы никогда нас не шугаете?» - «Да ты что с дуба свалился. Вы же взрослые люди, какой-никакой творческой работой занимаетесь. И какое мне дело, когда вы её выполняете – да хоть за полночь. Но к утру, как утверждал тот анекдотический генерал, чтобы мне было сделано».

Девичья фамилия моей жены - Беляева. Обычно ироничный человек, которому палец в рот нельзя было положить - оттяпает по самое некуда - Александр Павлович усматривал в этом факте какое-то, по его мнению, если и не мистическое, то уж, во всяком случае, символическое значение. То есть считал, что ему как бы на роду написано заботиться обо мне с супругой и всячески помогать нам по жизни. Однажды я написал обзорный материал о телевизионной передаче «Служу Советскому Союзу!» и пропустил его через беляевский отдел критики, библиографии и обзоров печати. А по выходу в свет публикации оказалось, что тогдашний министр обороны Д.Ф.Устинов не очень-то жалует заведующего военной программой Центрального телевидения Михаила Борисовича Лещинского, с которым у меня только завязывались отношения. Точнее даже и вовсе не любит этого заносчивого и гонористого тележурналиста, который предпочитал не кланяться высокому военному начальству, а считал, что сам с усами.

Разгорелся жуткий скандал. Меня уличили в корыстных и меркантильных побуждениях, поскольку руководство точно установило наличие моих приятельских отношений с Лещинским, его заместителем Львом Быковских и ведущим спецкором Александром Тимониным. (Как будто могло быть по-иному, если я сделал с тележурналистами из этой программы целый цикл передач о «Красной звезде»!). Однако заслуги мои в расчёт не принимались, мне грозили крупные неприятности и они, не сомневаюсь, упали бы на мою бедную голову неотвратимо, если бы не мужественный поступок Александра Павловича. Он всю вину за публикацию взял на себя, а его Макеев любил, повторяю, как очень надёжного, квалифицированного редактора по отделу и потому только слегка пожурил: ну, как же вы, Александр Павлович, не поинтересовались отношением министра обороны к этому обормоту Лещинскому?

Кстати, благодаря Беляеву, я познакомился с Воениздатом и со временем стал участником многих его литературных сборников. Их на моем счету свыше полутора десятка. Причем каждую рукопись, перед тем как отнести её в издательство, я непременно показывал Александру Павловичу. Отложив свою работу, он тщательно и со знанием дела, правил мои опусы. Могу повторить, без преувеличения: ближе человека, чем Беляев в «Красной звезде» среди журналистов старшего поколения для меня не существовало. Полковник Виталий Безродный не в счёт. Он почти мой ровесник. А дядя Саша был на год старше моей мамы.

Даже уйдя на пенсию, Беляев регулярно интересовался моими делами, всегда предлагал помощь практически по любой сложности в моей жизни. Даже мелкую меблишку однажды отвёз на своей «Волге» ко мне на дачу. Иной раз мне было крайне неловко оттого, что временами приносил ему увесистый лишек забот. Но дядя Саша ернически успокаивал: «Чудак ты человек! Да если бы ты был мне не приятен, стал бы я ради тебя пальцем шевелить по твоим делам». И только один-единственный раз сам Беляев попросил меня об услуге. Понадобилось ему через «Красную звезду» замолвить слово за своего давнишнего друга Юрия Колесникова, которого несколько раз представляли к званию Героя Советского Союза, но в итоге так и не дали. В связи с определенной тогдашней газетной ситуацией, о которой нет смысла здесь распространяться, сам Беляев не мог «светиться». Пришлось мне писать материал «Награда находит героя?» Со временем Колесников стал-таки Героем Советского Союза. Какую роль в этом сыграл мой материал, сказать не берусь. Грустно другое: Александр Павлович уже не смог порадоваться за своего друга. Полковник запаса Беляев, ставший добровольцем Советской Армии в 1944 году, отдавший главной военной газете треть столетия своей жизни, ушёл из неё в конце весны 1996 года…

Вот высказывания, которые в свое время я записал за Беляевым: «Журналистика, братец мой, это крест, который однажды подняв, надо нести всё равно куда. Даже если не видно ориентиров. / Хорошую мысль ты утопил в реке слов, и никто из твоих героев не бросил ей спасательного круга. / Пышные сравнения уже не вызывают у читателя эмоций. Гораздо более впечатляют факты. Впрочем, они впечатляли ещё во времена Гомера. / Ты думаешь, Мишель, что трудности - голод, холод. Это, братец, неудобства. Настоящая трудность, когда ты на х...й никому не нужен. / Всё всегда бывает, как бывает, а не так как тебе хочется. / Да, я хороший человек. Но это не специальность, и деньги за это не платят. Надо, братец, очень много работать, чтобы иметь деньги и о них не думать. / Я физически слышу скрип твоих мозгов. / Обычно говорят, что недостатки - продолжение достоинств. О Епишеве я такого сказать не могу. / Глуп тот, кто ставит на "решку", не умнее и тот, кто ставит на "орла". Умный человек, Мишаня, вообще никогда не спорит, потому что, откровенно говоря, в споре рождаются только спорные истины. / Да, подкованный осел крепче упирается. Только я лично предпочитаю коня. / Запомни: лицемерие - графитная смазка всех служебных отношений. / Докладная есть и будет докладной, хоть ты её на музыку переложи. / У Юлика Семёнова с деньгами ненормально. Их у него слишком много. / Если что нас и погубит, то идиотский пафос в первую очередь. / Все мы близимся к юбилеям, сначала - к малым, потом - к большим. / Как всегда у нас бывает в "Красной звезде" - большая часть взяла верх над лучшей. И другого алгоритма в службе не бывает. / Федя Халтурин (заместитель главного редактора «КЗ», генерал-майор, друг Беляева) любит утверждать, что смысл службы в том, чтобы вовремя попасть в одни списки и не попасть в другие. Он прав лишь отчасти. Смысл службы заключается в том, чтобы самому составлять списки. / Знай, Мишель, простительны любые нарушения законов и правил, но не простительно незнание их, когда берешься писать книгу. Ты можешь сколь тебе угодно отходить от нормы, но грош тебе цена, если в твоем писательстве отсутствует это самое чувство нормы».

…Екатерина Алексеевна пережила своего мужа на семь лет. Часто я ей звонил. И заслышав тоненький, почти что детский голосок, всякий раз ловил себя на желании произнести: «Попросите, пожалуйста, Александра Павловича». Его похоронили, когда я был в командировке. То есть, в гробу я его не видел. Поэтому для меня он как бы живой. Поэтому и запамятовал дату его смерти…

Полковник в отставке Михаил Захарчук. Специально для РГК.
7 июля 2016 г.

Комментарии:

Татьяна Пороскова 07.07.2016 в 13:32 # Ответить
Как жаль, что узнаёшь о человеке, когда его уже нет.
Вот ещё один близкий автору журналист, ставший героем его очерка, окутанный теплотой воспоминаний.
И думается, какие же талантливые люди формировали атмосферу творчества и профессионализма в газете.
Светлая память Вашему замечательному учителю, журналисту, писателю, мудрецу Александру Павловичу Беляеву.
И, кажется, что он, действительно, где-то рядом присутствует в творчестве тех, кто владеет пером и кто был его учеником и соратником.
Андрей 07.07.2016 в 13:54 # Ответить
Автор сохраняет память о людях, его окружавших, доступным ему способом - рассказывает нам о них! И это очень хорошо. Пусть мы не знали лично этих людей, не служили вместе с ними - но благодаря этим очеркам как будто на миг окунаешься в ту эпоху, вспоминаешь уже своих старших товарищей. Спасибо, Михаил!
asad 07.07.2016 в 14:46 # Ответить
Как жаль, что узнаёшь о человеке, когда его уже нет.спасибо
Александр Ушар 07.07.2016 в 16:57 # Ответить
Который раз убеждаюсь: Михаил, выражаясь словами Александра Павловича, достойно несет свой журналистский крест. Бог в помощь и спасибо автору и "Российскому героическому календарю"!
V.Kris 07.07.2016 в 19:55 # Ответить
Спасибо, Миша, за очередную чудесную публикацию о чудесном человеке! Мой отец дружил с дядей Сашей, поэтому и мне довелось не только просто общаться с ним, но и получить от него немало весёлых и умных жизненных советов, запавших навсегда в душу.
Обаятельнейший человек! Не скрою, что с первой встречи был просто потрясён оригинальностью его суждений, удивительной манерой разговора с матерком и бесстрашностью отзывов о нашей действительности и о сильных мира сего, граничащей с цинизмом.
Бывал я и у него дома, видел коллекцию оружия и даже был укушен за коленку его настоящим охотничьим кобелём, который запросто сажал на задницу медведя во время зимней охоты - диким, угрюмым и зверским Амуром, резко отличающимся по характеру от домашних любимцев.
Однажды дядя Саша, не от особого отношения ко мне, а, скорее, из уважения к моему отцу, однако тайком от моих родителей, очень крепко помог мне в одной деликатной жизненной ситуации и никогда я этой помощи не забуду.
Вечная память тебе, дядя Саша, и земля пухом! А тебе, Миша, огромное спасибо за жизненный честный очерк об этом светлом человеке, за добрый правильный рассказ о нём, на который я не мог не отозваться.
Уже долгое время сижу и вспоминаю, как мы сидим у нас в квартире, закусываем: отец, мама, дядя Саша... Беляев, как всегда, что-то быстро рассказывает, при этом шутит, выдаёт афоризмы, очень нежно и интеллигентно материться, а я слушаю во все глаза и уши. Отец пытается спорить, мама хохочет... Господи! Какой же я был неотёсанный, глупый и несмышлёный, плохо это осознавая, каким же ловким мудрым и искромётным был Он...
Наталья 07.07.2016 в 23:56 # Ответить
Настоящий герой своего времени, очень светлый человек! Не каждому в жизни на пути встречаются такие люди. Великие и талантливые творцы и созидатели своей эпохи! Спасибо за добрые воспоминания и интересные очерки о людях, чьи имена мало известны широкому зрителю и читателю, но оживают и остаются в памяти надолго! Такие материалы можно читать бесконечно! Наталья (Болгария)
Анатолий 08.07.2016 в 09:03 # Ответить
Не так часто, как этого хотелось, мне доводилось бывать в "Красной Звезде". Там всегда работали корифеи военной журналистики. Правда, они не всегда могли писать о том, что думали и видели, но это не их вина. Даже в тех условиях они оставались честными перед страной и собой. Александр Павлович был одним из них. Спасибо Михаилу, что он напомнил нам о замечательном газетчике.
В.Леонидов 10.07.2016 в 19:40 # Ответить
На днях был отличный очерк Михаила Захарчука о Михаиле Федоровиче Реброве. Теперь - об Александре Павловиче Беляева. Так, глядишь, и сложится книга о выдающихся краснозвездовцах.

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
7 апреля
вторник
2020

В этот день:

День памяти погибших подводников

7 апреля 1989 года в Норвежском море затонула советская атомная подводная лодка «Комсомолец». Погибло 42 человека из 69 подводников, находившихся на борту.

День памяти погибших подводников

7 апреля 1989 года в Норвежском море затонула советская атомная подводная лодка «Комсомолец». Погибло 42 человека из 69 подводников, находившихся на борту.

АПЛ «Комсомолец» была спущена на воду 9 мая 1983 года. По своим тактико-техническим характеристикам атомная подводная лодка этого класса опередила время , по данным экспертов, примерно на четверть века: сверхпрочный корпус из титана, более 1000-метровая глубина погружения (ей принадлежит абсолютный рекорд по глубине погружения среди подводных лодок — 1027 метров), подводное водоизмещение 8500 тонн, скорость хода более 30 узлов, полная недосягаемость для любого оружия того времени.
Трагедия произошла 7 апреля 1989 года в Норвежском море, когда подводная лодка К-278 «Комсомолец» возвращалась с боевой службы. На ней возник пожар, приведший к потере плавучести и погружению на дно.
В мае 1989 года был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР «О награждении орденом Красного Знамени членов экипажа подводной лодки «Комсомолец». Приказом Главнокомандующего ВМФ СССР от 19 декабря 1995 года дата 7 апреля объявлена Днем памяти подводников, погибших при исполнении воинского долга.

На момент катастрофы атомной подводной лодке «Комсомолец» было всего чуть более пяти лет. АПЛ К-278 была построена в Северодвинске и спущена на воду в августе 1983 года. Субмарина отличалась прекрасными по тем временам характеристиками, имела сверхпрочный корпус из титана, позволявший лодке погружаться на 1020 метров. Лодка была вооружена шестью торпедными аппаратами. В 1984 г. К-278 включили в состав Северного флота, а в феврале 1989 года, за два месяца до гибели, приказом главкома ВМФ СССР АПЛ К-278 получила наименование «Комсомолец».
В апреле 1989 года атомная подводная лодка возвращалась с боевого дежурства в нейтральных водах Норвежского моря. 7 апреля в одном из отсеков субмарины начался пожар, отсек выгорел полностью, вследствие чего разгерметизировались системы сжатого воздуха. Экипаж «Комсомольца» сражался за жизнь свою и лодки в течение шести часов после всплытия. Но спастись морякам так и не удалось. Разгерметизация корпуса подводной лодки и поступление забортной воды привели к затоплению отсеков и, в конечном итоге, к затоплению самой лодки. Подводная лодка «Комсомолец» затонула на глубине 1680 метров в 180 километрах к юго-западу от острова Медвежий.
В результате катастрофы погибло 42 моряка — большая часть экипажа субмарины, состоявшего из 69 человек. Среди погибших был и командир подводной лодки капитан первого ранга Евгений Ванин. Тридцать три подводника упокоились на дне Норвежского моря, лишь девять тел удалось поднять и похоронить на берегу. Еще 27 подводников были спасены прибывшей к месту крушения лодки плавучей базой рыбопромыслового флота «А.Хлобыстов». И погибшие (посмертно), и спасшиеся моряки были удостоены ордена Красного Знамени за проявленные в критической ситуации мужество и героизм.
Имена моряков, погибших в результате катастрофы на «Комсомольце», увековечены на специальной мемориальной доске, которая установлена в Николо-Богоявленском морском соборе. Там находятся доски в память о погибших моряках с других подводных лодок. Ведь не только «Комсомолец» трагически завершил свое существование. Российский военно-морской флот за историю его подводных сил потерял немало субмарин. Одни подводные лодки погибли в годы Великой Отечественной войны от действий противника, другие затонули по разным причинам уже в мирное время.
За более чем сто лет существования российского подводного флота можно назвать немало катастроф, в которых российские и советские субмарины гибли, часто вместе с экипажами. Первая в отечественной истории катастрофа подводной лодки произошла 29 июня 1904 года. Во время учебного погружения затонула боевая подводная лодка «Дельфин». Тогда погибли 24 матроса и исполнявший обязанности командира подводной лодки лейтенант Анатолий Черкасов. Еще 12 членам экипажа удалось спастись.
Серьезными испытаниями для отечественного подводного флота стали Первая и Вторая мировые войны, в которых российские и советские подводники принимали самое активное участие. Уже во время Первой мировой войны подводный флот участвовал в морских сражениях, погибло 29 подводных лодок (вместе с данными по Гражданской войне).
В годы Великой Отечественной войны советский подводный флот лишился 101 подводной лодки. В послевоенный период отечественной истории главной причиной гибели советских, а затем и российских подводных кораблей оставались пожары, взрывы, технические неисправности, попадание воды в подводную лодку.
Подводник – это та профессия, представители которой и в мирное время ходят в боевые походы и ежедневно, находясь в море, рискуют своими жизнями. Не счесть, сколько матросов и старшин, мичманов и офицеров советского и российского подводного флота уже в мирное время не вернулись из походов. Так, 8 марта 1968 года, более пятидесяти лет назад, погибла советская дизельная подводная лодка К-129, входившая в состав Тихоокеанского флота СССР. Погиб весь экипаж субмарины – 98 человек, в том числе и командир подводной лодки капитан 1-го ранга Владимир Иванович Кобзарь.
12 апреля 1970 года, в Атлантическом океане, а если быть точным – в Бискайском заливе, на глубине более 4500 метров затонула советская атомная подводная лодка К-8, возвращавшаяся на базу с учений «Океан». Катастрофа с К-8 стала первой потерей молодого советского атомного подводного флота. Субмарина погибла в результате пожара, который вспыхнул одновременно в нескольких отсеках подводной лодки.
По счастливой случайности, несмотря на сильный шторм, на помощь подводникам подоспел болгарский теплоход «Авиор». В результате спасательной операции удалось спасти менее половины экипажа. Тогда, в катастрофе К-8, погибли 52 подводника, включая и командира субмарины. Командиру подводной лодки капитану 2-го ранга Всеволоду Борисовичу Бессонову было присвоено звание Героя Советского Союза посмертно.
Экипажу атомной подводной лодки К-219, входившей в состав Краснознаменного Северного флота, повезло больше. 4 сентября 1986 года К-219 вышла из порта Гаджиево, к которому была приписана, в сторону побережья США. Там лодке предстояло нести патрульную службу. На борту субмарины находилось 15 ядерных ракет. Командовал подводной лодкой в ее последнем походе капитан 2-го ранга Игорь Британов.
Вскоре после погружения в ракетном отсеке открылась течь, но офицер по ракетному вооружению не доложил об этом командиру лодки, боясь понести ответственность за возвращение субмарины на базу. 3 октября 1986 года на подводной лодке К-219 произошёл взрыв баллистической ракеты в одной из шахт. Матрос Сергей Преминин смог вручную опустить компенсирующие решетки в помещении реактора, ценой собственной жизни предотвратив масштабную ядерную катастрофу. Атомная подводная лодка К-219 затонула 6 октября 1986 года. Большую часть экипажа субмарины удалось спасти. Погибли четыре человека – капитан 3-го ранга Александр Петрачков, командовавший БЧ-2 субмарины, матросы Сергей Преминин, Николай Смаглюк, машинист Игорь Харченко. Уже после возвращения в Советский Союз умерли еще четыре человека – капитан 3-го ранга В. Марков, капитан-лейтенант В.Карпачев, капитан 2-го ранга И.Красильников, старшина 1-й статьи Р. Садаускас.
12 августа 2000 года в Баренцевом море произошла новая страшная катастрофа – погибла атомная подводная лодка К-141 «Курск», входившая в состав Северного флота ВМФ России. За два дня до гибели, 10 августа 2000 года, субмарина вышла в море для выполнения своего последнего, как оказалось, учебно-боевого задания.
Командовал подводной лодкой капитан 1-го ранга Геннадий Петрович Лячин – опытнейший моряк, принявший свою первую подводную лодку еще в 1988 году – за двенадцать лет до трагедии «Курска». Впоследствии, уже после катастрофы, Геннадий Петрович посмертно был награжден высоким званием Героя Российской Федерации.
Во время нахождения в море 12 августа на атомной подводной лодке прогремел взрыв, после чего начался пожар. Он привел к детонации боезапаса и разрушению нескольких отсеков субмарины, вследствие чего «Курск» затонул. Весь экипаж «Курска» — 118 человек – погиб. Не спасся никто!
В День памяти моряков-подводников вспомним еще раз всех мужественных и достойных людей, отдавших свои жизни, находясь на службе Отечеству. Вечная им память, героям прошлого и настоящего!

Источник: https://topwar.ru/156404-den-pamjati-pogibshih-podvodnikov.html

 

 

 

Протест милиционера

7 апреля 1998 года милиционер из Якутска Виктор ГУЖОВ забаррикадировался в 525-м номере гостиницы «Центральная» на Тверской улице в Москве и, заявив о захвате заложников, потребовал встречи с министром внутренних дел.

Протест милиционера

7 апреля 1998 года милиционер из Якутска Виктор ГУЖОВ забаррикадировался в 525-м номере гостиницы «Центральная» на Тверской улице в Москве и, заявив о захвате заложников, потребовал встречи с министром внутренних дел.

После штурма номера ни заложников, ни оружия обнаружено не было. Милиционер требовал обратить внимание на коррупцию в МВД.
Похоже, так до сих пор и не обратили...

Летчик-снайпер Валентин Падалка

7 апреля 1960 года родился Валентин Падалка, российский военный деятель, полковник ВВС, Герой Российской Федерации, лётчик высшей категории с квалификацией «лётчик-снайпер».

Летчик-снайпер Валентин Падалка

7 апреля 1960 года родился Валентин Падалка, российский военный деятель, полковник ВВС, Герой Российской Федерации, лётчик высшей категории с квалификацией «лётчик-снайпер».

Удостоен звания «Заслуженный военный лётчик Российской Федерации».

Участвовал в боевых действиях в Афганистане, в Чечне. Звание Героя Российской Федерации получил за спасение детей, захваченных в заложники чеченскими бандитами.

 

Последний бой лейтенанта Сергея Амосова

7 апреля 1994 года лейтенанту Амосову Сергею Анатольевичу "За мужество и героизм, проявленные при исполнении воинского долга в республике Афганистан присвоено посмертно звание Героя Российской Федерации".

Последний бой лейтенанта Сергея Амосова

7 апреля 1994 года лейтенанту Амосову Сергею Анатольевичу "За мужество и героизм, проявленные при исполнении воинского долга в республике Афганистан присвоено посмертно звание Героя Российской Федерации".

Сергей Анатольевич Амосов в Вооруженных Силах СССР с августа 1977 года. Окончил с отличием Новосибирское высшее военно-политическое общевойсковое училище имени 60-летия Великого Октября в 1981 году. Служил в 59-м мотострелковом полку Сибирского военного округа. С мая 1982 года служил в составе Ограниченного контингента советских войск в Демократической Республике Афганистан. Был заместителем командира по политической части 7-й роты 66-й отдельной мотострелковой бригады 40-й армии. Принимал участие в 10 крупномасштабных боевых операциях и в десятках разведвыходов. За личное мужество в боях награждён орденом.

Из наградного листа о присвоении звания Герой Советского Союза: "16 мая 1983 года мотострелковый батальон совместно с приданными частями афганской армии выдвинулся в район ущелья Ганджгал (провинция Кунар) для блокирования замеченной в том районе крупной банды душманов. Группе лейтенанта Амосова была поставлена задача обеспечивать действия батальона с левого фланга. Группа из 17 человек была атакована превосходящими силами. В ходе боя лейтенант Амосов умело руководил боем, находился на самых сложных участках...погиб смертью храбрых".

Указом Президента Российской Федерации № 673 от 7 апреля 1994 года лейтенанту Амосову Сергею Анатольевичу "За мужество и героизм, проявленные при исполнении воинского долга в республике Афганистан присвоено посмертно звание Героя Российской Федерации".

 

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии