RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Визг из зоопарка: Обама против Путина
16 сентября 2016 г.

Визг из зоопарка: Обама против Путина

Президент США во время выступления в Филадельфии сравнил русского лидера с иракским: «Посмотрите, его (Владимира Путина) поддержка 92%. У Саддама Хусейна была поддержка 90%».
Десантник № 1
13 ноября 2013 г.

Десантник № 1

13 ноября 1918 года - день рождения учебного заведения, которое сегодня называется Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище
СССР против террористов
3 января 2016 г.

СССР против террористов

Советская тяжёлая огнемётная система залпового огня "Буратино", вероятно, в 2016 году будет поставлена в Сирию
Смерть на форсаже
19 января 2014 г.

Смерть на форсаже

19 января 1942 года в бою с фашистскими "мессерами" погиб летчик-истребитель Тимур Фрунзе, сын известного военачальника
Государственный переворот-1993
3 октября 2019 г.

Государственный переворот-1993

В ночь на 4 октября 1993 года по приказу Ельцина начался расстрел из танковых орудий прямой наводкой здания Верховного Совета Российской Федерации
Главная » Читальный зал » Мама (из Рассказов Борисыча)

Мама (из Рассказов Борисыча)

В канун Международного женского дня РГК получил письмо от писателя из Хабаровска с текстами серии рассказов

Сегодня публикуем первый из них, который, как нельзя лучше, подходит к содержанию праздника лучшей половины человечества.
Мама (из Рассказов Борисыча)

Уважаемый Сергей Иванович!
Пишу Вам из далёкого Хабаровска. Я, майор запаса Мицура Олег Борисович, закончил Львовское ВВПУ в 1984 году. Офицерскую судьбу начал с дисциплинарного батальона (замполит роты - 240 душ переменного состава). Затем служил в отдельном химическом батальоне в ЗГВ, в составе которого в числе первых принял участие в ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. Затем в 35 МСД г. Потсдам, с 1990 года по 1995 в 45 МСД г. Лесозаводск (до её сокращения) и с 1995 по 2005 год в должности начальника гарнизонного Дома офицеров в Хабаровске. В 2013 году уволен в запас. За все годы службы, жизни , повезло на знакомства с интересными, известными людьми, был свидетелем и участником некоторых исторических событий В один прекрасный момент решил написать заметки для своих внуков. Друзья , знакомые, с которыми стал делиться написанным, настойчиво стали рекомендовать публиковаться. В их числе и известные Вам Александр Костенко, Александр Волкович, Леонтий Романюк, Лариса Кучерова, Михаил Захаров. Знаю, читаю Ваш сайт. Хочу представить Вашему "суду" пару моих вещей. Для меня очень ценно Ваше мнение. Именно из опасения быть графоманом, длительное время никуда не обращался, нигде не публиковал свои рассказы. Друзья убедили , что время настало.

С Вашего разрешения прекращаю " дозволенные" речи. Простите за наглость, мне сказали , что вы помогли многим начинающим писателям обрести "своё имя" в литературе. Хотя начать в 57 лет , как я , наверно поздновато. Буду рад принять ваши замечания, пожелания.
С уважением Мицура Олег Борисович.

 

 

Этот цикл рассказов родился не из пустого желания графомана «плюнуть в вечность». Случилось так, что лет десять назад на встрече с одноклассниками в тихом провинциальном белорусском городе Мозыре, сидя за общим столом, предался воспоминаниям о событиях своей жизни после школы. Увлёкшись рассказом, я не сразу заметил, что все разговоры в ресторанном зале смолкли, умолк оркестр, официанты обратились в слух…Тогда впервые пришла в голову мысль, что история жизни моей – настоящий авантюрный роман, наполненный персонажами из реальной жизни, среди которых есть и очень знаменитые люди. И хотя бы для внуков стоит сохранить эти воспоминания.
Так и появился цикл «Рассказы от Борисыча». Все события, представленные в рассказах, имели место быть. Все персонажи – реальные люди. По сути, это срез жизни моих ровесников конеца шестидесятых по 2017 год! Тогда в СССР, даже в страшном сне, мы не могли представить, что предстоит нам пережить… Но мы живы, счастливы и полны надежд!

Итак, я начинаю!
C глубочайшим уважением,
искренне Ваш – Борисыч.
P.S. Почему Борисыч? Именно так обращается иногда ко мне любимые дочь Алеся и сын Олег. Мне нравится. Им и посвящаю эти рассказы.

РАССКАЗ “МАМА”

Часть 1

Замысел этого рассказа вынашивался мной мучительно долго. Всякий раз, садясь за клавиатуру, не был уверен, хватит ли у меня мужества довести задуманное до конца. Боюсь скатиться в графоманство, допустить фальшивые ноты там, где планка заявлена на высоту самого святого образа в жизни каждого человека.

Мама – это первое слово, которое мы произносим, едва научившись издавать членораздельные звуки, и последнее, вылетающее из бледно-мертвенных уст в конце отведенного Всевышним жизненного пути. Это пароль, с которым мы входим в жизнь и покидаем её, пересекая последнюю черту, разделяющую этот мир и неведомую Вселенную. Мама – это олицетворение уюта, покоя, чистоты и безоглядной любви. Это твой уютный мирок, в котором ты – вечный маленький мальчик, защищённый коконом материнской любви от всех невзгод и бед. И неважно, сколько тебе лет! Ужас сиротства безжалостно оглушает и в семь, и в семьдесят семь.

Рассказ о матери невозможен без рассказа о всей семье, её истории, о нашем поколении, сподобившемся родиться, жить и верить в идеалы, казалось, незыблемые, как и сама страна, в которой мы жили на изломе эпох и тысячелетий. Хочется донести до своих детей, каких трудов стоило в дальнейший период гнусного безвременья, попрания основ справедливости, а также торжества предательства и подлости сохранить себя, семью, найти своё место в новой реальности, не опустившись и не предав. Верю, что потомки всё-таки прочтут мучительные экзерсисы своего предка и, быть может, это будет та нить, которая свяжет наши поколения, не даст прерваться фамильной памяти о тех, кто был до тебя.

Первое воспоминание детства, как кадр из старого кинофильма, ярко вспыхивающий на экране в шуме звуковых и визуальных помех. Встающее солнце заливает нежным, жёлто-розоватым светом бревенчатый дом, стоящий на пригорке. Круглые капли утренней росы, прикипевшие к листьям изумрудной травы, неожиданно вспыхивают ослепительным разноцветьем всполохов под лучами пробудившегося, лениво-величавого, всплывающего над горизонтом Ярила в тёплом и влажном дыхании земли. От этого всё окружающее, кажется, слегка дрожит в воздухе, угрожая при малейшем дуновении ветра рассыпаться с тонким хрустальным звуком на мелкие осколки, открыв неприглядную плоско-серую основу подложки миро-основания.
Затем - стремительный наезд памяти-оператора, и вот я в доме, ничтожно маленький, за огромным столом. Дедушка в белой рубахе двигает мне гранёную стопу с какой-то белой жидкостью, бабушка в цветном платке и белом сарафане предлагает выпить «вкусное» лекарство. Протягиваю руки, беру стопку и смело делаю глоток. Взрыв боли от ожога, непереносимая горечь, испуг и обида на людей, которым ты так доверял. Сквозь слёзы вижу, как смеются бабушка с дедом, и от этого накатывает волна ужаса, хочется бежать без оглядки от людей, причинивших тебе боль и получающих от этого удовольствие. Плач перерастает в вой раненого волчонка, отчаянно одинокого и несчастного. И вдруг в комнату врывается что-то большое, тёплое, знакомо пахнущее. Лица я не вижу, но всем своим существом знаю, что это она – сильная и любимая, которая защитит от самых-самых, с ней ничего не страшно. Бросаюсь, как в пропасть, не думая ни о чём, в это родное и близкое, зарываюсь в её колени, чувствую тёплую ладонь на голове, и уже нет той боли отчаяния и одиночества, рёв переходит в облегчающее рыдание. Она поймёт, она защитит… И уже нет никого и ничего, кроме этой огромной вселенной – МАМЫ!

Следующая волна воспоминаний. Я уже не сплю. Сквозь закрытые веки глаз вижу радужные пятна солнечных зайчиков, проникшие в окно сквозь листву яблоневых деревьев нашего сада. Эти весёлые летние шалунишки, прыгая с век на щёки и лоб, своим нежным и тёплым прикосновением зовут меня туда – в сад, к солнцу, к пронзительно синему небу с белоснежно-белыми барашками облаков… Как же хочется ещё понежиться в своей постели, восхитительно пахнущей лавандой. Сквозь приоткрытую створку окна слышу успокаивающий шум листвы садовых деревьев и родной голос: «Лесенька, солнышко, вставай». Не раскрывая глаз, тянусь руками и охватываю шею мамы, чувствую теплоту её губ на щеке, от рук аппетитно пахнет свежей сдобой. Вот оно – счастье: открыть глаза и утонуть в море любви – той самой чистой, святой и безкорыстной, которой может быть только любовь матери. Она вокруг тебя, она внутри тебя. Это состояние невозможно ни с чем сравнить. Наверное, только с нахождением в Раю.

Дальше воспоминания накатывают со всевозрастающей скоростью. Детский сад, меня среди незнакомых тёток оставляет та, которую я так люблю. Я кричу, тяну к ней руки, она бросается ко мне, обнимает. И вот мы, обнявшись, плачем оба, пока эти тётки не начинают кричать на маму. Она (такая сильная!) встаёт и виновато всхлипывая, уходит… Мир рухнул! Дальше, ещё быстрее. Я нарядный, с букетом цветов и рюкзаком за спиной первый раз иду в школу. Тёплая мамина рука сжимает мою потную ладошку. Она такая красивая и гордая! Мне кажется, что все смотрят на неё с восхищением. Мне хочется соответствовать красоте моей мамы. От этого я иду на носках с гордо расправленными плечами. Пусть она почувствует, что я уже большой и почти уже мужчина.

Ещё быстрее… Мне десять лет, последний рабочий день перед началом осенних каникул. Я с двумя закадычными друзьями, разложив костёр в овраге, бросаю в огонь пригоршню найденных патронов. Отбежав метров на пять от костра, с нетерпением ожидаем взрывов, притаившись в ложбинке. Костёр прогорает, а взрывов всё нет. Тогда, придавив страх, на дрожащих ногах с кучкой хвороста в руках иду к костру, склоняюсь над ним, чтобы бросить сухие хворостинки и… звон в ушах! Неведомая сила отбрасывает меня в сторону. Глаза застилает красная пелена, которую я безуспешно пытаюсь смахнуть рукой. Сквозь эту пелену я вижу, как подбегают мои друзья и тут же с искажёнными лицами шарахаются от меня в сторону. В ушах стоит непрекращающийся звон.
– Что?! Что со мной?! – сквозь звон в ушах кричу им я.
– У тебя все лицо и даже глаза в крови!
Бегу к ближайшей водяной колонке. Подставляю лицо под обжигающе холодную струю воды, с остервенением тру лицо, не чувствуя боли.
– Ну как? – с надеждой вопрошаю друзей.
– Ещё хуже стало.
В голове одна мысль – только бы мама не увидела! Она сейчас дома, надо схватить портфель и через заднее крыльцо бегом в школу. Что будет дальше – неважно. Главное, чтобы мама не видела.
Ну, вот я и дома, мама занята на кухне. Хватаю портфель.
– Мам, я в школу!
– Сынок, возьми бутерброд и яблоко.
Мамина твёрдая рука хватает меня за рукав. Только бы не увидела лица, только не это!!! «Сынок!» – мамин вскрик прерывается всхлипом, в глазах ужас, руки прижаты к груди.… Она медленно оседает по стене. Увидела… Это длилось буквально несколько минут, дальше бегом в больницу. «Мамочка, я не умру?» – этот вопрос я повторял неисчислимое количество раз, пока мы перебегали из одного врачебного кабинета в другой. И в каждом кабинете говорили практически одно и то же – изменения необратимые, лицо на всю жизнь останется в рубцах, в ближайшие годы полная слепота. Что ей пришлось испытать в тот момент? Чем измерить глубину материнского мужества и самоотверженности? Она не потеряла голову, не забилась в истерике. Она нашла старого врача-еврея, терапевта, в этот день уходившего на пенсию. Помню стоящую её на коленях перед доктором. Помню его слова: «Ничего не обещаю, но это единственное, что может помочь. Официальная медицина это не признаёт. Если что пойдёт не так, меня посадят». Затем марлевые примочки по три раза в день целый месяц. Кожа, которая с лица слазила лохмотьями. И вот – новое лицо, без рубцов, с тонкой розовой кожей, и чистые белки глаз. Это вторая жизнь, подаренная мамой, мамочкой, мамулечкой…

Часть 2

Шёл июль 1941 года. Мою маму, тогда ещё совсем молодую, восемнадцатилетнюю девушку Клямар Елизавету Филипповну,  повесткой вызвали в горисполком города Мозыря. Преодолев робость, она переступила высокий порог кабинета председателя горисполкома. Навстречу поднялся дородный мужчина в военном кителе без знаков различия. Безупречно отглаженное галифе. В начищенных до зеркального блеска хромовых сапогах отражались огни тяжёлой хрустальной люстры, висящей под потолком огромного кабинета.
Помимо него, в кабинете сидел офицер в форме войск НКВД и с двумя рубиновыми ромбами на петлицах гимнастёрки
— Ну, здравствуй, Лизавета, — широко раскрыл руки председатель, словно собираясь её обнять. — Присаживайся, вот чаёк, рафинад к нему. Ты не стесняйся, разговор у нас с тобой будет долгий и сурьёзный.
Лиза оробела, мама и отец постоянно предупреждали: будь осторожной, не дай Бог, никому не говори о своих дворянских корнях. Веди себя как все, не высовывайся. Запомни, твой отец простой советский ветеринар, мама —  домохозяйка. Но тонкие черты лица, пышные волнистые волосы, безупречная фигура выделяли её из череды одноклассниц. Елизавету это не радовало. И вот этот вызов…
— А , почему ты до сих пор не комсомолка? — спросил офицер. — Не приняли, сказали — родители чуждый трудовому классу элемент? А то, что Иосиф Виссарионович сказал — дети за родителей не отвечают, ваше горисполкомовское начальство не знает?!
Повернулся офицер всем корпусом в сторону председателя.
— Неувязочка вышла, — поспешил ответить последний, вытирая мгновенно вспотевшие ладони о сукно галифе.

— Всё у вас неувязка за неувязкой. Родина в опасности, а у вас молодёжь не охвачена комсомолом! В общем так, Елизавета, — продолжил он разговор, — говори честно и искренне, ты патриот нашей страны?
— Да-а-а…
— Э –э, нет девонька, так не пойдёт! То. что ты сейчас услышишь, в корне изменит твою жизнь и жизнь твоих родных. После нашего разговора обратной дороги у тебя не будет. У тебя появился шанс доказать свою любовь и преданность стране в трудную для неё минуту. Ну, отвечай, готова ли ты пожертвовать, если понадобится, своей жизнью для победы над врагом.
— Да!
Твоя биография отлично подходит для задания, которое мы хотим тебе поручить! Ты по национальности немка — это раз! Родители твои, мало того что немцы, ещё и деклассированный элемент, графья! Это два! Обижены советской властью, отобрано всё имущество, значит недовольные — это три! С кем, как не с тобой, немецкой администрации сотрудничать? Родители твои больны, сёстры и братец — малолетки. А тебе девятнадцатый годок , закончила курсы машинописи, знаешь немецкий язык. В общем, хотим мы тебя оставить в подполье, с заданием  втереться в немецкую администрацию. Сейчас ты напишешь письмо о согласии сотрудничать с нами на ДОБРОВОЛЬНОЙ основе. Это гарантия для тебя, для нас, для твоих родных. Две недели тебе на подготовку. Для всех твоих —  ты отмобилизована на строительство оборонительных заграждений. За эти недели тебя ускоренно обучат всему, что должна знать для подпольной работы. И помни:  мы всегда сможем, если что, достать и тебя, и твоих родных. Предательство, измена караются строго по закону военного времени — расстрелом. И вот в этом случае за предателя ответят все его родные.
— Я никого не предам, я готова.

— Ну, вот и хорошо. Иди домой , предупреди своих, что на две недели едешь как отмобилизованная на работы, и… с Богом! - Неожиданно закончил он.

Долго председатель и офицер смотрели из окна вслед удаляющейся по парковой аллее хрупкой девичьей фигурке.

— Совсем ещё молоденькая, — по-бабски вздохнул председатель.

— Отставить! С этого дня она — боец Красной Армии! — прервал его НКВДэшник.

— Ну да , ну да…
Кто и как готовил маму к подпольной работе, она не рассказывала, а у меня не хватило ума в своё время расспросить.
В сентябре  головные части вермахта  вошли в притихший провинциальный белорусский город Мозырь. Как рассказывала мама, город сначала настороженно и с опаской воспринял завоевателей. Но затем оживился. Маршевые войсковые части ненадолго задерживались в нём, больших неудобств местному населению не чинили. Зачастую растроганные немецкие солдаты старшего возраста угощали плитками шоколада местных детишек, которые никогда в жизни не пробовали подобного лакомства. Если армейские фуражиры и брали скотину, то расплачивались за неё рейхсмарками. Городское население помалу успокоилось. Всё чаще стали говорить о немецкой добропорядочности и о том, что пережили Советы, переживём и немцев.
Но вслед за армейскими частями в город вступили части SD и SS, а вместе с ними карательный украинский батальон УНА УНСО. Этот день  стал чёрным для горожан. Начались повальные облавы. Всё многочисленное еврейское население города, не ушедшее с нашими частями из него, было согнано в местное гетто. Судьба их трагична, часть расстреляна, остальных затолкали в железнодорожные вагоны для перевозки скота и отправили, как шутили фашисты, на «Мадагаскар». Ни один еврей не вернулся из той «поездки» в один конец. Местные полицаи с ОУНовцами прочёсывали дома и квартиры, выискивая сочувствующих Советской Власти. Город захлестнули потоки крови… Особенно свирепствовали украинские националисты. Самую грязную работу немцы поручали им, брезгуя пачкать руки. А уж те отрывались по полной.

Мне довелось беседовать с женщиной, служившей уборщицей в казарме ОУНовцев. Тогда она была молодой девушкой, вынужденной работать у этих упырей. Чтобы прокормить себя и семью, молоденькая девушка пошла в этот ад. Она специально одевалась в старую вонючую одежду, пачкала лицо сажей , наматывала грязный платок до глаз, всё это с одной целью — избежать насилия этих нелюдей . То, что она увидела в стенах казармы, выбелило сединой до корней ее девичьи косы. Вода, которой она мыла полы в казарме, была красной от крови жертв, над которыми глумились садисты. До конца своих дней она утратила способность улыбаться…
После открытия немецкой комендатуры, в здании бывшего горисполкома, в дом маминых родителей, без стука, ввалились двое полицейских.

— Собирайся, Лизавета, тебя сам гер комендант вызывает!
Комендант оказался мужчиной зрелого возраста, практически ровесник маминого отца.

— Ты говоришь на немецком ? — С порога спросил он.

— Совсем немного.

— Плёхо, немецкая фрау должна хорошо знать свой родной язык. Советы этого не приветствовали. Но сейчас пришли другие времена!

— Садись, — кивком головы он указал на стул, стоящий перед пишущей машинкой на маленьком столике под окном.

— Печатай!

Он стал диктовать распоряжение. Закончив, резко вытащил лист бумаги с напечатанным текстом из пишущей машинки .

— Хорошо, ты принята на работу. Завтра, в 7 утра ты на рабочем месте, обед с 13 до 13.30, в 19.00 конец рабочего дня. Один день выходной. Будешь получать ежемесячный продовольственный паёк и зарплату в марках. Сейчас тебе оформят аусвайс. Опаздывать нельзя! Будет очшень плёхо!
Через связного мама сообщила партизанам о начале своей работы в комендатуре. События развивались по ранее намеченному плану.
Раз в неделю  она получала задания от партизан через связных. Задания были самыми разнообразными. Пользуясь отлучкой коменданта в кабинете, доставала чистые , не заполненные бланки немецких пропусков. Собирала данные о передислокации немецких подразделений. Расклеивала по городу сводки «Совинформбюро», призывы подпольного горисполкома, обращения партизан к местному населению. Благодаря её работе, удалось спасти многие сотни человеческих жизней, обеспечить безопасную работу московской разведгруппе, сброшенной на парашютах в тыл врага. Спасти от угона в неметчину сотни молодых людей.
Как-то от связного она получила новое задание:  установить контакт с ротой чехов. Их часть дислоцировалась в городе, они были союзниками фашистов. Немцы использовали их подразделение в качестве охранников на складах, железнодорожных путях, особо не доверяя своим «союзникам». Нужно было установить с ними доверительные отношения, разузнать, как они относятся к немцам. Что думают о Красной Армии.
Через подругу, работавшую у чехов на кухне, мама передала командиру роты приглашение на молодёжную вечеринку по случаю Рождества. Она должна была пройти в доме родителей. Приглашение с благодарностью приняли. Командир чехов пришёл с двумя сослуживцами. С собой они принесли бутылку чешской «Сливянки» и копчёный свиной окорок. В начале вечера все приглашённые чувствовали холодок отчуждения. Чехи были явно не в своей «тарелке». Но музыка из патефона, хмельная чешская «Сливянка» с белорусским «Первачом», сытная еда, молодость взяли своё! Холод отчуждения растаял! Неожиданно оказалось, что языкового барьера с чешскими гостями нет. Очень много созвучных слов оказалось в русском, белорусском и чешском языках. В эту рождественскую ночь  войне не было места за столом. За ним царила молодость и веселье! Красивым ребятам и девчатам хотелось радоваться, петь, танцевать, любить, просто ЖИТЬ!
Такие встречи стали регулярными. Выяснилось , что чехи далеко не в восторге от своих «союзников», не горят желанием погибнуть во славу «Великого Рейха». Командир роты, Ян Быстран, влюбился в мою маму. Это и не мудрено. Голубоглазая красавица с безупречной фигурой, копной волнистых каштановых волос любого могла свести с «ума»! Но на неоднократные признания в любви отвечала одно: « Ян, сейчас идёт война, гибнут люди, мы не имеем право на любовь». Как потом мне рассказывал дядя Ян, «Твоя мама, Лешик , патриотка высшей пробы. Я любил, но ещё больше — уважал её!». Любовь к маме он пронёс в сердце до конца своих дней. Об этой романтической истории рассказ впереди. А пока… Конечным результатом встреч стал переход чешской роты в полном составе с оружием — на сторону партизан.

Но и немецкая разведка не спала. Вечером, перед уходом домой, комендант как бы невзначай обронил:
— Вами, фрау, интересовались из службы безопасности.
Приказ командира партизанского отряда был категоричен — немедленно уходить в лес! Маму в расположение партизан  вывел связной. Дед Филипп, бабушка Даша, младший братик мамы Алёша, сёстры Нина и Оля, предупреждённые партизанами, уходили ночью в лес самостоятельно. В темноте вышли на минное поле, где дедушка, бабушка, их сын Алексей погибли. Тётя Нина получила осколочное ранение в голову. Маленький осколок мины так и остался до конца её дней в голове, острой болью напоминая о том трагическом событии. Тётя Оля получила контузию. Двух выживших сестёр спасли партизаны. Маму зачислили в отряд. Она стала связной с деревенскими подпольщиками. На задание, до кромки леса, её сопровождали, как правило, двое партизан. Дальше, обходя немецкие посты, мама шла одна. Сколько таких выходов она совершила, за давностью лет, припомнить не могла. Каждый раз, идя на задание, понимала: лишь тонкая грань отделяла её жизнь от смерти. Один такой выход стал роковым. Ничто, казалось, не предвещало опасности. Она шла знакомым маршрутом в деревню. Был поздний сентябрь 1942 года. Ночью уже подмораживало, но к полудню солнышко пригревало по-летнему. Не доходя пары километров до села, сняла солдатскую шинель и вместе с винтовкой, которую несла на плече, спрятала в кустах. Осталась лишь в лёгком платье и вязаной синей кофте. Войдя в село, бодрой походкой направилась в знакомую хату, хозяйка которой уже ждала её.
На столе в хате к её приходу уже выставлено немудрёное угощение .

— Боже, дзевонька, яка ж ты худа! — запричитала хозяйка. — Сядай , поснидай молочком, смятанкай, ось хлеб. Отдохни трохи.

— Да некогда, тётя Зина. Надо до обеда в лес вернуться.
Немцы!!!! В хату с криком вбежал хозяйский сын Миша. Лиза метнулась к дверям. Поздно . С крыльца было хорошо видно, как неумолимо затягивается петлёй вокруг деревни цепь серых немецких шинелей, всё плотнее сжимая кольцо. Хозяйка кинула в горящую печь бумаги, предназначенные партизанам.

— Коли будуць пытать хто ты, кажы, что мая дваюродня племянница з Мазыра.

Страницы:   1 2 3 4  »

Комментарии:

Александр 23.03.2019 в 07:04 # Ответить
Какой замечательно тёплый рассказ, сколько в нем сыновней любви и нежности!
Писательский дебют Олега Мицуры с успехом состоялся. Есть уверенность, что мы, читатели РГК, ещё встретимся с этим талантливым автором, с удовольствием прочтем его новые рассказы. Спасибо за минуты истинного удовольствия!

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
30 октября
пятница
2020

В этот день:

Самый молодой нарком СССР

30 октября 1908 года родился Дмитрий Федорович Устинов (ум. 1984), советский политический и военный деятель, самый молодой сталинский нарком вооружения (в 32 года от роду), Маршал Советского Союза (1976).

Самый молодой нарком СССР

30 октября 1908 года родился Дмитрий Федорович Устинов (ум. 1984), советский политический и военный деятель, самый молодой сталинский нарком вооружения (в 32 года от роду), Маршал Советского Союза (1976).

 Дважды Герой Социалистического Труда (1942, 1961), Герой Советского Союза (1978), министр обороны СССР (1976—1984).

Родом из Самары из рабочей семьи. В 22 года вступил добровольцем в Красную армию, уаствовал в боевых действиях с басмачами. Осенью 1929 года стал студентом механического факультета Иваново-Вознесенского политехнического института. Работал секретарём комсомольской организации, являлся членом партийного бюро института. Затем перешел в

Ленинградский военно-механический институт, который закончил в 1934 году. C 1934 года — инженер, начальник бюро эксплуатации и опытных работ в Ленинградском артиллерийском научно-исследовательском морском институте. С 1937 года — инженер-конструктор, заместитель главного конструктора, директор Ленинградского завода «Большевик». С 9 июня 1941 года по 14 декабря 1957 года — нарком вооружения СССР, министр вооружения СССР, министр оборонной промышленности СССР. 14 декабря 1957 года — 13 марта 1963 года — заместитель Председателя Совета Министров СССР, председатель Комиссии Президиума Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам. За подготовку первого полёта человека в космос (Ю. А. Гагарин, 12 апреля 1961 года) удостоен звания Героя Социалистического Труда. 13 марта 1963 года — 26 марта 1965 года — первый заместитель председателя Совета министров СССР, председатель Высшего Совета народного хозяйства СССР. 26 марта 1965 года — 26 октября 1976 года — секретарь ЦК КПСС по оборонным вопросам. 29 апреля 1976 года — 20 декабря 1984 года — министр обороны СССР. Среди членов Политбюро 1970—1980-х гг. отличался тем, что спал по 4—4,5 часа. Был исключительно энергичен, предприимчив, очень быстро решал задачи управления и руководства предприятиями.

Д. Ф. Устинов, простудившись во время учений новой боевой техники, умер 20 декабря 1984 года от скоротечного тяжёлого воспаления лёгких. Генерал-лейтенант Иван Устинов (однофамилец) вспоминал: "На последнем учении, после которого его на самолете отправили больным, мы сидели в его резиденции с 9 до 3 утра. Он всем интересовался - и делами, и в персональном плане... В конце концов я ему напомнил: "Дмитрий Федорович, пора и отдохнуть, ведь по плану в 9 часов утра начало учения". - "Иван Лаврентьевич, не беспокойтесь я сталинской закалки". Да вот видите..."

Похоронен на Красной площади (кремирован, урна с прахом замурована в Кремлёвскую стену).

Первая оборона Севастополя 1941 года

30 октября 1941 года начался первый штурм Севастополя фашистскими полчищами.

Первая оборона Севастополя 1941 года

30 октября 1941 года начался первый штурм Севастополя фашистскими полчищами.

Крым имел стратегическое значение, как один из путей к нефтеносным районам Кавказа (через Керченский пролив и Тамань). Кроме того, Крым был важен как база для авиации. С потерей Крыма советская авиация лишилась бы возможности налётов на нефтепромыслы Румынии, а немцы смогли бы наносить удары по целям на Кавказе.

Севастопольский оборонительный район (СОР) к началу Великой Отечественной войны был одним из самых укреплённых мест в мире. Сооружения СОР включали десятки укреплённых орудийных позиций, минные поля и др. В систему обороны входили также две так называемые «бронебашенные батареи» (ББ), или форты, вооружённые артиллерией крупного калибра. Форты ББ-30 (командир — Г. А. Александер) и ББ-35 (командир — А. Я. Лещенко) были вооружены орудиями калибра 305 мм.

В советской историографии первым штурмом Севастополя принято считать попытки немецких войск с ходу захватить город в течение 30 октября — 21 ноября 1941 года. С 30 октября по 11 ноября велись бои на дальних подступах к Севастополю, со 2 ноября начались атаки внешнего рубежа обороны крепости. Сухопутных частей в городе не оставалось, защита осуществлялась силами морской пехоты Черноморского флота, береговыми батареями, отдельными (учебными, артиллерийскими, зенитными) подразделениями при огневой поддержке кораблей. Советская группировка насчитывала вначале около 20 тысяч человек.

В конце октября Ставка ВГК решила усилить гарнизон Севастополя силами Приморской армии (командующий — генерал-майор И. Е. Петров), до тех пор защищавшей Одессу. 16 октября оборона Одессы была прекращена и Приморская армия была морем переброшена в Севастополь. Силы подкрепления составили до 36 тысяч человек, около 500 орудий, 20 тысяч тонн боеприпасов, танки и другие виды вооружений и материалов. Таким образом, к середине ноября гарнизон Севастополя насчитывал, — по советским данным, — около 50-55 тысяч человек. 9—10 ноября вермахту удалось полностью окружить крепость с суши, однако в течение ноября к своим пробивались силы арьергарда, в частности, части 184-й стрелковой дивизии НКВД, прикрывавшей отход 51-й армии.

11 ноября с подходом основной группировки 11-й армии вермахта завязались бои по всему периметру . В течение 10 дней наступавшим удалось незначительно вклиниться в передовую полосу обороны после чего в сражении наступила пауза.

Советская «Царь-бомба»

30 октября 1961 года СССР произвёл взрыв самой мощной бомбы в мировой истории: 58-мегатонная водородная бомба («Царь-бомба») была испытана на полигоне на острове Новая Земля.

Советская «Царь-бомба»

30 октября 1961 года СССР произвёл взрыв самой мощной бомбы в мировой истории: 58-мегатонная водородная бомба («Царь-бомба») была испытана на полигоне на острове Новая Земля.

Она была разработана в 1954—1961 годах группой физиков-ядерщиков под руководством академика Игоря Курчатова.

Бомбардировщик Ту-95В с "Царь- бомбой" на борту, пилотируемый экипажем в составе: командир корабля А. Е. Дурновцев, штурман И. Н. Клещ, бортинженер В. Я. Бруй, вылетел с аэродрома Оленья и взял курс на Новую Землю. В испытаниях участвовал также самолёт-лаборатория Ту-16А. Через 2 часа после вылета бомба была сброшена с высоты 10 500 метров на парашютной системе по условной цели в пределах ядерного полигона «Сухой Нос». Подрыв бомбы был осуществлён барометрически через 188 секунд после сброса на высоте 4200 м над уровнем моря (4000 м над целью). Самолёт-носитель успел улететь на расстояние 39 километров, а самолёт-лаборатория — на 53,5 километра. Огненный шар взрыва достиг радиуса примерно 4,6 километра. Теоретически он мог бы вырасти до поверхности земли, однако этому воспрепятствовала отражённая ударная волна, подмявшая и отбросившая шар от земли. Световое излучение потенциально могло вызывать ожоги третьей степени на расстоянии до 100 километров. Ионизация атмосферы стала причиной помех радиосвязи даже в сотнях километров от полигона в течение около 40 минут. Ощутимая сейсмическая волна, возникшая в результате взрыва, три раза обогнула земной шар. Свидетели почувствовали удар и смогли описать взрыв на расстоянии тысячи километров от его центра. Ядерный гриб взрыва поднялся на высоту 67 километров; диаметр его двухъярусной «шляпки» достиг (у верхнего яруса) 95 километров. Звуковая волна, порождённая взрывом, докатилась до острова Диксон на расстоянии около 800 километров. Однако о каких-либо разрушениях или повреждениях сооружений даже в расположенных гораздо ближе (280 км) к полигону посёлке городского типа Амдерма и посёлке Белушья Губа не сообщалось.

Основной целью, которая ставилась и достигнута этим испытанием, была демонстрация владения Советским Союзом неограниченным по мощности оружием массового поражения — тротиловый эквивалент наиболее мощной термоядерной бомбы из числа испытанных к тому моменту в США был почти вчетверо меньше, чем у АН602. Крайне важным научным результатом стала экспериментальная проверка принципов расчёта и конструирования термоядерных зарядов многоступенчатого типа. Было экспериментально доказано, что максимальная мощность термоядерного заряда, в принципе, не ограничена ничем.

Интересно, что тогда еще любивший советскую власть академик А. Д. Сахаров (впоследствии проамериканский диссидент) предложил проект по тайному размещению нескольких десятков сверхмощных ядерных боеголовок мощностью от 200 или даже 500 мегатонн вдоль американских морских границ, что, по мнению учёного, позволило бы отрезвить неоконсервативные круги политической элиты США, не втягиваясь в разорительную гонку вооружений. В случае нападения США на СССР можно было затопить береговые города Америки — с помощью искусственного цунами. Гигантская волна высотой более 300 м приходит со стороны Атлантики и обрушивается на Нью-Йорк, Филадельфию, Вашингтон, Аннаполис. Волна достигает крыш небоскребов. Друга волна накрывает западное побережье в районе Чарльстона. Еще две волны обрушиваются на Сан-Франциско и Лос-Анджелес. Всего одной волны хватает, чтобы на побережье Мексиканского залива смыло низко расположенный Хьюстон, Новый Орлеан, Пенсаколу.

К сожалению, Хрущев отклонил этот проект. Подобную идею сегодня вынашивает академик Игорь Острецов: уничтожение США с помощью направленного взрыва, вызывающего гигантскую волну в заданном направлении.

Первая космическая стыковка кораблей

30 октября 1967 года впервые в истории человечества в космосе была произведена автоматическая стыковка космических кораблей. Это были аппараты серии «Космос» — «Космос-186» и «Космос-188», являвшиеся прототипами космического корабля «Союз».

Первая космическая стыковка кораблей

30 октября 1967 года впервые в истории человечества в космосе была произведена автоматическая стыковка космических кораблей. Это были аппараты серии «Космос» — «Космос-186» и «Космос-188», являвшиеся прототипами космического корабля «Союз».

 

Первым был запущен «Космос-186». Он являлся «активным» кораблём , то есть он должен был найти с помощью радиолокационной антенны «пассивный» корабль «Космос-188», сблизиться и пристыковаться.

30 октября 1967 года во время пролёта корабля «Космос-186» над космодромом был запущен «Космос-188» в той же плоскости орбиты, но с опережением на 24 км. Для осуществления стыковки необходима высокая точность вывода на орбиту, так как автоматическая система стыковки может работать только до определённой величины расстояния между кораблями. Расстояние в 24 км не превышало этого предела. Командой из центра управления были активированы системы ориентации, системы автоматического управления и счётно-решающие устройства. После обнаружения «пассивного» корабля «Космос-186» стал корректировать свою орбиту в вертикальной и горизонтальной плоскостях, приближаясь к «Космосу-188» на скорости 90 км/ч. Когда расстояние между кораблями составило 300 м, отключился главный двигатель, и начали свою работу двигатели малой тяги. Последний этап стыковки называется причаливанием. Во время причаливания скорость сближения кораблей составила 0,5—1 м/с. Затем произошла сама стыковка: штанга стыковочного узла «Космоса-186» попала в конусообразный захват «Космоса-188». Состыкованными корабли летали 3,5 часа, совершив около 2 витков вокруг Земли. Затем по команде с Земли они расстыковались и последовательно приземлились: сначала «Космос-186», потом «Космос-188».

Обмен информацией

Если у вас есть какое-либо произведение, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы его опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Добавить произведение