RSS-канал Российского героического календаря
Российский героический календарь
Сайт о боевых и трудовых подвигах, совершенных в интересах России
и её союзников в наши дни и в великом прошлом родного Отечества.

Также в рубрике:

Он лично расстрелял Берию
27 июня 2015 г.

Он лично расстрелял Берию

27 июня 1910 года родился Павел Фёдорович Батицкий - советский военачальник, Герой Советского Союза, Маршал Советского Союза, основатель советских сил противовоздушной обороны
Кто «завалил» Мюллера
19 апреля 2016 г.

Кто «завалил» Мюллера

19 апреля 1943 года североморские летчики сбили самолет хваленого фашистского аса
Кузница флотских кадров
10 февраля 2016 г.

Кузница флотских кадров

10 февраля Военно-морская академия имени Адмирала флота Советского Союза Н.Г. Кузнецова празднует день своего рождения
Построим Храм Победы!
20 ноября 2015 г.

Построим Храм Победы!

635 лет назад на Руси был воздвигнут первый православный храм-памятник воинской славы.
Взятие Кёнигсберга
9 апреля 2016 г.

Взятие Кёнигсберга

9 апреля 1945 года сокрушительной победой Красной армии закончился штурм города-крепости, который фашисты считали неприступным
Главная » Подвиги в наследство » «Императрица Мария»: жертва германской разведки?

«Императрица Мария»: жертва германской разведки?

20 октября 1916 года на рейде Севастополя взорвался и затонул крупнейший корабль Российского Императорского флота.

На тот момент линкор «Императрица Мария» был самым современным и мощным кораблем в Европе.
«Императрица Мария»: жертва германской разведки?

Он имел водоизмещение 25 465 тонн, длина линкора составляла 168 метров, ширина 27,4 метра, осадка 8,7 метра. Мощность 4-вальной паротурбинной установки - 26 000 л.с., скорость 21 узел. Броня до 262 мм. Вооружение: двенадцать 305-мм и двадцать 130-мм орудий, восемь 75-мм зенитных пушек, 4 торпедных аппарата.

Свое имя и героическое прошлое «Императрица Мария» унаследовала от флагманского корабля адмирала П.С. Нахимова. Парусная «Императрица Мария» возглавляла русскую эскадру в знаменитом Синопском сражении 18 ноября 1853 года, вписавшем еще одну достойную страницу в летопись славных побед Андреевского флага. Поразительно, но оба корабля прослужили всего лишь по одному году, у них общее место гибели — Севастопольская бухта. Почему парусная «Императрица Мария» легла на дно, известно. В августе 1854 года ее затопили, чтобы преградить вход в Севастопольскую бухту англо-французской эскадре. Что заставило линейный корабль «Императрица Мария» погрузиться в воды Черного моря, до сих пор остается загадкой. Попробуем в ней разобраться на основании обнаруженных в Центральном архиве ФСБ документов. Начнем с предыстории.

Решение об усилении Черноморского флота новыми линкорами было вызвано намерением извечного противника России на юге – Турции — приобрести за границей три современных линейных корабля типа «Дредноут», что сразу же обеспечивало ей подавляющее превосходство на Черном море. Чтобы сохранить паритет, морское ведомств России настояло на безотлагательном усилении Черноморского флота за счет ввода в строй новейших линкоров. Предполагалось спустить на воду четыре линейных корабля, тактико-технические данные которых превосходили даже балтийские линкоры типа «Севастополь».

После многочисленных конкурсов и экспертиз честь постройки первого линкора на Черном море была предоставлена судостроительному акционерному обществу «Руссуд» в Николаеве. Корабль был заложен 11 июня 1911 года. Первая мировая война заставила форсировать работы. 23 июня 1915 года «Императрица Мария» вошла в боевой состав Черноморского флота.

К этому времени боевые действия на Черном море шли полным ходом. Реальную опасность для российского флота представляли прорвавшиеся через черноморские проливы германский линейный крейсер «Тебен» и всегда сопровождающий его легкий крейсер «Бреслау», переименованные турками соответственно в «Явуз Султан Селим» и «Мидилли». Прекрасные «ходоки» с мощным вооружением, они своими набегами доставляли много неприятностей нашим морякам.

Уже через несколько месяцев после прихода в главную базу — Севастополь – «Мария» приняла активное участие в боевых операциях против германо-турецкого флота. На линкоре держал флаг командующий Черноморским флотом адмирал Александр Колчак. Залпы орудий главного калибра быстроходного линейного корабля, а также ввод в строй однотипного корабля – «Екатерина Великая» — положили конец наглым действиям германских крейсеров в черноморских водах.

Особенно возросла нагрузка на линкоры во второй половине 1916 года. Только за июнь—октябрь было совершено 24 боевых похода. Это была тяжелая, но весьма эффективная служба. Боевая деятельность противника была скована действиями «Императрицы Марии» и «Екатерины Великой».

Но… ранним утром 7 октября 1916 года в 00 часов 20 минут на стоявшем в Северной бухте Севастополя линейном корабле «Императрица Мария» прогремел взрыв. Затем в течение 48 минут – еще пятнадцать. Линкор начал крениться на правый борт и, перевернувшись, затонул. Русский военный флот потерял в то утро 217 моряков и сильнейший боевой корабль.

Трагедия потрясла всю Россию. Выяснением причин гибели линкора занялась комиссия Морского министерства, которую возглавил боевой офицер, член Адмиралтейств-Совета адмирал Н.М. Яковлев. В годы русско-японской войны он командовал броненосцем «Петропавловск» и находился на командирском мостике броненосца, который ушел на дно после взрыва на японской мине вместе с адмиралом С.О. Макаровым и штабом 1-й Тихоокеанской эскадры. Командир корабля был выброшен взрывной волной с мостика и подобран шлюпкой, посланной с одного из крейсеров эскадры для спасения экипажа «Петропавловска». Членом комиссии был и известный кораблестроитель, член Академии наук России А.Н. Крылов, который стал автором заключения, одобренного всеми членами комиссии.

В ходе проведенного расследования были представлены три версии гибели линкора:

1. Самовозгорание пороха.

2. Небрежность в обращении с огнем или порохом.

3. Злой умысел.

Однако после рассмотрения всех трех версий комиссия заключила, что «прийти к точному и доказательно обоснованному выводу не представляется возможным, приходится лишь оценивать вероятность этих предположений, сопоставляя выяснившиеся при следствии обстоятельства».

Из возможных версий две первые комиссия в принципе не исключала. Что касается злого умысла, то, даже установив ряд нарушений в правилах доступа к артиллерийским погребам и недостаток контроля за находившимися на корабле рабочими-ремонтниками, комиссия посчитала эту версию маловероятной.

Возможность злого умысла не подтверждал и адмирал А.В. Колчак, который уже спустя 15 минут после начала пожара прибыл на обреченный корабль. В своих показаниях после ареста Чрезвычайной следственной комиссией 24 января 1920 года Колчак заявил: «Насколько следствие (комиссия морского министерства. — Авт.) могло выяснить, насколько это было ясно из всей обстановки, я считал, что злого умысла здесь не было. Подобных взрывов произошел целый ряд за границей во время войны — в Италии, Германии, Англии. Я приписывал это совершенно непредусмотренным процессам в массах новых порохов, которые заготовлялись во время войны… Другой причиной могла явиться какая-нибудь неосторожность, которой, впрочем, не предполагаю. Во всяком случае, никаких данных, что это злой умысел, не было».

Иначе говоря, ни одна из выдвинутых комиссией версий не нашла достаточного фактического подтверждении.

Расследованием причин гибели «Императрицы Марии» также занимались тесно связанные в силу специфики своей деятельности и одновременно остро между собой конкурировавшие Севастопольское жандармское управление, возглавляемое полковником Редловым, и созданное по инициативе моряков в конце 1915 года при штабе командующего Черноморским флотом самостоятельное контрразведывательное отделение, начальником которого был прикомандированный к Севастопольскому жандармскому управлению ротмистр Автамонов. Вместе с возложенной на отделение задачей по борьбе с «иностранным соглядатайством» в его ведение перешла и специальная агентура, которая содержалась до этого Севастопольским жандармским управлением на средства, выделяемые командованием Черноморского флота.

Сразу же после гибели линкора жандармским управлением в Севастополе развертывается бурная деятельность — производятся обыски на квартирах и аресты 47 подозреваемых в причастности к взрыву лиц. Через неделю после трагических событий Редлов, используя поступившие к нему от агентуры данные, в письме на имя начальника штаба командующего Черноморским флотом приводит возможные версии причин взрыва, не исключая при этом, что корабль был взорван шпионами. «В матросской среде, — пишет он, — определенно держится слух о том, что взрыв был произведен злоумышленниками с целью не только уничтожить корабль, но и убить командующего Черноморским флотом, который своими действиями за последнее время, а особенно тем, что разбросал мины у Босфора, окончательно прекратил разбойничьи набеги турецко-германских крейсеров на побережье Черного моря, кроме того, он своими энергичными действиями в этом направлении вызвал недовольство в командном составе, особенно у лиц с немецкими фамилиями. Которые при бывшем командующем флотом (адмирале Эбергарде. — Авт.) абсолютно ничего не делали».

Однако ни одна из выдвинутых жандармами версий не набрала впоследствии достаточного количества фактов.

Ход расследования осложнялся также и взаимными препирательствами между жандармским управлением Севастополя и контрразведывательным отделением штаба Черноморского флота, которому было поручено расследовать причины этого взрыва.

Подоплека препирательств, очевидно, заключается в том, что созданное в ходе войны контрразведывательное отделение полностью оттеснило от ведения дел по шпионажу жандармское управление. В письме директору департамента полиции Редлов, резко отрицательно отзываясь о деятельности начальника севастопольской контрразведки, высказал мнение о его полной несостоятельности в расследовании причин гибели «Императрицы Марии». Эти межведомственные «разборки» свели к нулю попытки установить истину.

В Центральном архиве ФСБ сегодня хранятся документы, свидетельствующие о том, что советские спецслужбы тоже расследовали дело о гибели «Императрицы Марии». Они уже в наше время были опубликованы в журнале ФСБ исследователями Александром Черепковым и Андреем Шишкиным. Вот краткое изложение их версии.
В 1933 году органами ОГПУ Украины в крупном судостроительном центре страны — Николаеве — была разоблачена резидентура немецкой разведки, действовавшая под прикрытием торговой фирмы «Контроль-К», возглавляемой Виктором Эдуардовичем Верманом, 1883 года рождения, уроженцем города Херсона, проживавшим в Николаеве и работавшим начальником механосборочного цеха «Плуг и молот». Цель организации — срыв судостроительной программы набирающего мощь военного и торгового флота Советского Союза. Конкретные задачи — совершение диверсий на Николаевском заводе имени Анри Марти, а также сбор информации о строящихся там судах, большинство из которых были военными. Этот крупнейший судостроительный завод страны образовался на базе того самого Русского судостроительного акционерного общества «Руссуд», со стапелей которого сошли «Императрица Мария» и однотипный линкор «Александр III». В ходе следствия выяснилось много интересных фактов, уходящих корнями в дореволюционный Николаев.

Сам Верман являлся разведчиком с «дореволюционным» стажем. На допросе он рассказывал: «Шпионской деятельностью я стал заниматься в 1908 году (именно с этого периода начинается осуществление новой морской программы России. — Авт.) в Николаеве, работая на заводе «Наваль» в отделе морских машин. Вовлечен в шпионскую деятельность я был группой немецких инженеров того отдела, состоящей из инженера Мора и Гана». И далее: «Моор и Ганн, а более всего первый, стали меня обрабатывать и вовлекать в разведывательную работу в пользу Германии».

Деятельность В.Вермана подробно изложена в той части архивного следственного дела, которая называется «Моя шпионская деятельность в пользу Германии при царском правительстве».
После отъезда Гана и Мора в фатерланд «руководство» работой Вермана перешло непосредственно к германскому консулу в Николаеве господину Винштайту. Верман дал о нем исчерпывающие данные: «…Я узнал, что Винштайт офицер германской армии в чине гауптмана (капитана), что находится он в России не случайно, а является резидентом германского генерального штаба и проводил большую разведывательную работу на юге России. Примерно с 1908 года Винштайт был назначен в Николаеве вице-консулом. Бежал он в Германию за несколько дней до объявления войны – в июле 1914 года».

Так уж сложились обстоятельства, что Верману было поручено взять на себя руководство всей немецкой разведсетью на юге России: в Николаеве, Одессе, Херсоне и Севастополе. Вместе со своей агентурой он вербовал людей для разведывательной работы в Николаеве, Одессе, Севастополе и Херсоне, собирал материалы о промышленных предприятиях, данные о строящихся военных судах подводного и надводного плавания, их конструкции, вооружении, тоннаже, скорости.

На допросе Верман рассказывал: «Из лиц, мною лично завербованных для шпионской работы в период 1908–1914 гг., я помню следующих: Штайвеха.., Блимке.., Наймаера.., Линке Бруно, инженера Шеффера.., электрика Сгибнева». Все они сотрудники судостроительных заводов, имевшие право прохода на строящиеся корабли.

Особый интерес вызвал электрик А.В. Сгибнев. Он отвечал за работы по оборудованию временного освещения строящихся на «Руссуде» военных кораблей, в том числе и «Императрицы Марии». В 1933 году в ходе следствия Сгибнев показал, что Вермана очень интересовала схема артиллерийских башен дредноутов. А ведь первый взрыв на линкоре «Императрица Мария» раздался именно под носовой артиллерийской башней. «В период 19112–1914 гг., — рассказывал Сгибнев, — я передавал Верману сведения в устной форме о строящихся линейных кораблях типа «Дрейдноут», «Мария» и «Александр III», в рамках того, что мне было известно о ходе их постройки и сроках готовности отдельных отсеков кораблей».

Таким образом, у Вермана концентрировалась в руках ценнейшая информация о возрастающей мощи русского флота на Черном море. После оккупации Юга России немцами разведывательная деятельность Вермана была вознаграждена по достоинству. Из протокола допроса: «В 1918 году по представлению капитан-лейтенанта Клосса я был германским командованием за самоотверженную работу и шпионскую деятельность в пользу Германии награжден Железным крестом 2-й степени».

Пережив интервенцию и гражданскую войну, Верман «осел» в Николаеве. Там в 1923 году на него вышел секретарь германского консульства в Одессе господин Ган. Напомнив Верману о былых заслугах перед немецкой разведкой, дипломат предложил ему продолжить старую работу по «специальности». Верман дал согласие. Воссозданная им разведывательная сеть до своего раскрытия советскими органами госбезопасности действовала достаточно эффективно. Виктор Эдуардович был мастером своего дела.

Но вернемся к взрыву на «Марии». В этот период Верман был депортирован и организовать взрыв не мог. Но в Николаеве и Севастополе была оставлена хорошо подготовленная разведсеть. Позднее он сам говорил об этом: «… Я лично осуществлял связь с 1908 года по разведывательной работе со следующими городами: …Севастополем, где разведывательной работой руководил инженер-механик завода «Наваль» Визер, находившийся в Севастополе по поручению нашего завода специально для монтажа строившегося в Севастополе броненосца «Златоуст». Знаю, что у Визера была своя шпионская сеть в Севастополе, из состава которой я помню только конструктора адмиралтейства Карпова Ивана, с которым мне приходилось лично сталкиваться». Здесь и возникает вопрос — не участвовал ли Визер в «достройке» «Императрицы Марии» или ее ремонте в начале октября 1916 года? Тогда на борту корабля ежедневно находились десятки инженеров, техников и рабочих. Проход на корабль этих людей не составлял труда. Вот что об этом говорится в письме севастопольского жандармского управления начальнику штаба командующего Черноморским флотом: «Матросы говорят о том, что рабочие по проводке электричества, бывшие на корабле накануне взрыва, до 10 часов вечера могли что-нибудь учинить и со злым умыслом, так как рабочие при входе на корабль совершенно не осматривались и работали также без досмотра. Особенно высказывается подозрение в этом отношении на инженера той фирмы, что на Нахимовском проспекте, в д. 355, якобы, накануне взрыва уехавшего из Севастополя».

Вопросов много. Но ясно одно — постройка новейших линкоров Черноморского флота, в том числе «Императрицы Марии», «опекалась» агентами германской военной разведки самым плотным образом. Немцев очень беспокоил русский военный потенциал на Черном море, и они могли пойти на любые действия, чтобы не допустить превосходства России на данном театре военных действий.

В связи с этим интересны сведения закордонного агента петроградского департамента полиции, выступавшего под псевдонимом «Александров», «Ленин» и «Шарль». Его настоящее имя Бенциан Долин.

В период первой мировой войны Долин, как и многие другие агенты политической полиции, был переориентирован на работу в области внешней контрразведки. В результате проведенных оперативных комбинаций «Шарль» вышел на контакт с немецкой военной разведкой и получил задание — вывести из строя «Императрицу Марию».

Бисмарк, с которым русский агент встретился в Берне, сказал ему: «У русских одно преимущество перед нами на Черном море — это «Мария». Постарайтесь убрать ее. Тогда наши силы будут равны, а при равенстве сил мы победим».

На запрос «Шарля» в петроградский департамент полиции он получил распоряжение принять с некоторыми оговорками предложение об уничтожении русского линкора. По возвращении в Петроград агент был передан в распоряжение военных властей, однако связь с ним не была восстановлена. В результате такого бездействия были утеряны контакты с германской разведкой, на очередную встречу с которой агент должен был выйти через два месяца в Стокгольме. Еще через некоторое время «Шарль» узнал из газет о взрывах на «Императрице Марии». Отправленное им в связи с этим событием письмо в департамент полиции осталось без ответа.

Следствие по делу арестованных в Николаеве германских агентов было закончено в 1934 году. Вызывает недоумение легкость наказания, понесенного Верманом и Сгибневым. Первый был выдворен за пределы СССР в марте 1934 года, второй — приговорен к 3 годам лагерей. Собственно, чего же недоумевать?! Они уничтожали ненавистный царизм!

В 1989 году оба они были реабилитированы. В заключении органов юстиции говорится, что Верман, Сгибнев, а также Шеффер (который понес самое тяжкое наказание — был приговорен к расстрелу, хотя сведений о приведении приговора в исполнение не имеется) подпадают под действие Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 года «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв политических репрессий, имевших место в период 30–40-х и начала 50-х годов».

А что же стало с останками некогда мощного боевого корабля Черноморского флота?

Член комиссии по расследованию причины гибели «Императрицы Марии» А.Н. Крылов был назначен председателем организованной при Морском техническом комитете комиссии по подъему линкора. Необходимо было загерметизировать отсеки корабля и подать в них сжатый воздух, заставить всплыть судно вверх килем. Затем в доке, загерметизировав полностью корпус, на глубокой воде, поставить корабль на ровный киль.

Работы в соответствии с предложенным проектом продвигались успешно. К концу 1916 года все кормовые отсеки были отжаты, и корма всплыла на поверхность. Полностью линкор (вернее, то, что от него осталось) всплыл 8 мая 1918 года.

Страницы:   1 2  »

Комментарии:

ОтменитьДобавить комментарий

Сегодня
30 ноября
понедельник
2020

В этот день:

Разгром турок у Синопа

30 ноября 1853 года состоялось Синопское морское сражение во время Крымской войны

Разгром турок у Синопа

30 ноября 1853 года состоялось Синопское морское сражение во время Крымской войны

В нем русская эскадра под командованием вице-адмирала П. С. Нахимова разгромила численно превосходящую турецкую эскадру.

Незадолго до этого были получены разведданные о том, что турки в Синопе готовят силы для высадки десанта у Сухума и Поти. Русское командование направило туда 84-пушечные линейные корабли «Императрица Мария», «Чесма» и «Ростислав» под общим командованием вице-адмирала П.С. Нахимова. В Синопской бухте наш адмирал обнаружил

отряд турецких кораблей под защитой 6-ти береговых батарей. Он решил блокировать порт до подхода подкреплений. 28 ноября к отряду Нахимова присоединилась эскадра контр-адмирала Ф. М. Новосильского (120-пушечные линейные корабли «Париж», «Великий князь Константин» и «Три святителя», фрегаты «Кагул» и «Кулевчи»). У турок имелось 7 фрегатов, 3 корвета, 2 парохода и 2 транспортных судна плюс они могли быть усилены союзным англо-французским флотом, расположенном в бухте Бешик-Кертез (пролив Дарданеллы).

Утром 30 ноября наша эскадра направилась к рейду. Линейный корабль «Императрица Мария» был засыпан снарядами, большая часть его рангоута и стоячего такелажа оказалась перебита, у грот-мачты осталась нетронутой только одна ванта. Однако линкор безостановочно шел вперед и, действуя батальным огнём по неприятельским судам, отдал якорь против фрегата «Аунни-Аллах»; последний, не выдержав получасового обстрела, выбросился на берег. Тогда русский флагманский корабль обратил свой огонь исключительно на 44-пушечный фрегат «Фазли-Аллах», который скоро загорелся и также выбросился на берег. После этого действия корабля «Императрица Мария» сосредоточились на батарее № 5.

Аналогично действовали другие наши корабли.

Около 2 часов дня турецкий 22-пушечный пароходофрегат «Таиф» под командованием Яхья-бея вырвался из боевой линии и обратился в бегство. Пользуясь преимуществом в скорости хода он сумел уйти от преследующих его русских кораблей и сообщить в Стамбул о полном истреблении турецкой эскадры. В русский плен были взяты командующий турецкой эскадры вице-адмирал Осман-паша и 2 судовых командира.

 

Герой штрафбата

30 ноября 1960 года умер от фронтовых ран гвардии майор Георгий Дмитриевич Костылев (род. 20 апреля 1913 года), Герой Советского Союза, легендарный балтийский ас, не знавший поражений.

Герой штрафбата

30 ноября 1960 года умер от фронтовых ран гвардии майор Георгий Дмитриевич Костылев (род. 20 апреля 1913 года), Герой Советского Союза, легендарный балтийский ас, не знавший поражений.

. Он  одержал более 50 личных и групповых побед, записав многие свои личные победы как групповые "ради ведомых". За настоящий мужской поступок (дал в морду таловому подонку) был отправлен в штрафбат, потом снова вернулся в небо и до конца войны умело бил фашистов. Подробности: http://rosgeroika.ru/podvigi-v-nasledstvo/2014/april/shtrafbat-dlya-geroya

 

Смерть ликвидатора

30 ноября 2008 года скончался от рака Николай Алексеевич Черёмухин, полковник медслужбы, ликвидатор аварии на ЧАЭС, военный врач, начальник отдела медицинской защиты Штаба гражданской обороны при Совете Министров УССР, один из ведущих организаторов спасательных мероприятий в зоне катастрофы на ЧАЭС.

Смерть ликвидатора

30 ноября 2008 года скончался от рака Николай Алексеевич Черёмухин, полковник медслужбы, ликвидатор аварии на ЧАЭС, военный врач, начальник отдела медицинской защиты Штаба гражданской обороны при Совете Министров УССР, один из ведущих организаторов спасательных мероприятий в зоне катастрофы на ЧАЭС.

Николай Алексеевич Черёмухин родился 13 мая 1928 в селе Чукановка Воронежской области. Там же он окончил среднюю школу и в 1947 г. поступил в Киевское военно-медицинское училище, откуда был направлен на учёбу в Военно-медицинскую академию им. С. М. Кирова. После окончания служил Группе советских войск в Германии. Потом служил в Киеве, где в 1973 году был назначен на должность начальника отдела медицинской защиты Штаба гражданской обороны при Совете Министров УССР.

Во время Чернобыльской трагедии Николай Алексеевич непосредственно организовывал спасательные мероприятия в Припяти, Чернобыле и еще 40 насёленных пунктах "зоны" Чернобыльской атомной электростанции, где подвергся радиационному облучению с исходом в хроническую лучевую болезнь.

13 июня 1986 он был эвакуирован со станции в состоянии клинической смерти. После 4,5 месяцев реабилитации от лучевой болезни он получил статус инвалида II, а позже — I группы. За 2,5 месяца пребывания в зоне он накопил 11 радиоактивных элементов и получил дозу облучения более 40 БЭР.

Выдержка из интервью газете «Кловские новости»:

"Работал почти круглосуточно, спал по 2—3 часа. Глубину и масштабы трагедии постигал на месте. Не всё понимал, не обо всём мог говорить. Да и некогда было. Время было спрессовано: даже о доме, где оставался годовалый внук, некогда было подумать.

В первые же дни правительственная комиссия решала, как тушить реактор. Вначале использовали бариевый порошок. Не помогло. Привезли затем целый состав свинца. Но и это не помогало. Было решено — засыпать песком. Над реактором летали вертолёты, сбрасывая мешки. Из реактора поднимался мощный факел из песка, радиоактивного графита и свинца. А потом приехали шахтёры из Донецка. Они сделали подкоп под реактор и поставили охлаждающее устройство. Если бы не они, кто знает, что с нами всеми было бы.

Эвакуация происходила быстро и четко: сначала мы вывозили женщин с детьми, беременных. А мужчины ведь практически все работали на смене на ЧАЭС. Люди эвакуировались налегке, никто ведь не думал, что это надолго. Думали, что на 2—3 дня. Выселили 50000 населения г. Припяти и 12000 жителей г. Чернобыля.

Сельское население не хотело уезжать, у многих был домашний скот. Государство скупило скот у людей и он был забит, затем захоронен в могильниках.

Это ошибка правительства, может даже преступление, что оно не сказало правду сразу. Ведь когда иностранцы приезжали из МАГАТЭ, то им все сказали и цифры показывали. Народ нужно информировать всегда и вовремя. Тогда врачам будет меньше работы.

Николай Алексеевич Черёмухин в ходе своей хирургической практики совершил около 25.000 операций. Им были написаны более 50 научных работ, 16 из которых открыто опубликованы, а более 30 — в закрытой печати. Создал несколько учебных фильмов о работе в зонах массового поражения. Они продолжают использоваться в образовательных целях в МЧС и армии. Полковник Черемухин был награждён орденом «Знак Почёта» и 20 медалями. Скончался от рака в возрасте 30 ноября 2008 года. Похоронен на Байковом кладбище в Киеве.

Юный партизан Толя Шумов

30 ноября 1941 года фашисты расстреляли партизанского разведчика Анатолия Шумова.

Юный партизан Толя Шумов

30 ноября 1941 года фашисты расстреляли партизанского разведчика Анатолия Шумова.

Мужественно воевал в одном из партизанских отрядов под Волоколамском Толя Шумов. Юный партизан ловко и бесстрашно пробирался в населенные пункты, захваченные врагом, собирал ценные сведения о переброске войск противника, распространял среди населения листовки. Вместе с Анатолием в партизанский отряд пришёл его школьный друг Володя Колядов. 30 ноября 1941 года во время выполнения задания в Осташеве Толю опознал и выдал фашистам предатель. Не добившись от паренька никаких сведений, фашисты расстреляли юного героя. Анатолий Шумов посмертно был награжден орденом Ленина. Вместе со своим сыном помогала парттизанам и мать Анатолия — Елена Шумова, посмертно награжденная медалью «За боевые заслуги». Погиб в бою и Володя Колядов. Он посмертно награждён орденом Боевого Красного Знамени.

Обмен информацией

Если у вас есть информация о каком-либо событии, соответствующем тематике нашего сайта, и вы хотите, чтобы мы её опубликовали, можете воспользоваться специальной формой: Рассказать о событии